full of monsters

      Признаться, Майк не уверен, что чувствует. Он смотрит на Уилла, растянувшегося на больничной койке и терпеливо ожидающего, когда же доктора закрепят на его голове все датчики и подключат ко всем аппаратам, и никак не может поверить, что это происходит. Уилл не помнит. Он не помнит Боба, не узнает врача, с которым встречался не раз, не узнает даже Хоппера. И Майк боится, что не узнает и его. Что будет смотреть пустым взглядом, непонимающим. Даже имени не назовет.       Уилер взволнованно кусает губу и шумно выдыхает, чувствуя ладонь Джойс на своей спине. Та смотрит на него подбадривающим взглядом, не сомневаясь, что её мальчик лучшего друга не забудет, и Майку больше всего на свете сейчас просто хочется обнять её.       – Ну, что, – начинает доктор Оуэнс, опустив фонарик и доверительно заглядывая младшему Байерсу в глаза, – имя свое помнишь?       Майк наблюдает за происходящим из угла палаты и не ощущает ничего, кроме бурлящего волнения внутри. Его чувства – сплошные американские горки; он хочет знать, помнит ли его Уилл, но в ту же секунду боится задаться этим вопросом и услышать, что нет. Он не знает, как воспримет это, – вид отдернувшего руку Уилла, когда Боб попытался коснуться его в успокаивающем жесте, все еще стоит перед глазами картиной яркой и пугающей. Майк не уверен, что переживет шарахающегося от него Байерса.       – Уилл, – отвечает тот после секундной заминки.       – А полное имя?       – Уильям Байерс, – на этот раз без задержки и совсем не похоже на Уилла, которого Майк знает. Уилер об этом не задумывается, в это мгновение даже внимания на это не обращает, полностью сосредоточившись на процессе.       – Ты знаешь, кто я?       Наблюдая за тем, как Байерс поджимает губы, силясь вспомнить имя, Майк вытирает потные ладони о жесткую ткань джинсов. Имени врача Уилл так и не называет, говорит, что не припоминает того, чтобы встречались раньше, и доктор Оуэнс понимающе кивает. Он больше не настаивает на этом вопросе и поворачивается на стуле к ним; людям, что не оставляют Уилла ни на минуту одного в его кошмаре.       – Что насчет этого парня? – доктор указывает на него, Майка, и ледяной холод струится у того по венам от волнения. – Знаешь его?       Наверное, это самая долгая минута в жизни Майка Уилера, пока Уилл смотрит на него пристальным взглядом и молчит. Вытаскивая руку из кармана и легко взмахивая ей, улыбаясь Байерсу слабо, как привык улыбаться ему сидя на уроках мистера Кларка, Майк умоляет всех богов, которых знает, чтобы его узнали. Чтобы не забыли.       Секунды капают, а молчание угнетает, и доктор с тихим вздохом поглаживает Байерса по плечу, говоря ему, чтобы тот не торопился. Но у самого Майка времени больше нет, – он уже рассыпается от этого долгого молчания, от этого пристального взгляда, где его не узнают.       – Это мой друг, – ответ получается у Уилла хрипловатым и быстрым, с паузой перед именем, – Майк.       Облегчение волной накрывает Уилера и тот улыбается сначала Уиллу, а потом Джойс. Помнит. Помнит не только имя, но и то, что друг. Майк подавляет в себе секундный порыв подойти и сжать руку мальчику, просидеть так рядом с его койкой еще несколько часов, пока тот будет спать. Просто быть рядом и знать, что его помнят. Он думает о том, что обязательно найдет способ помочь Уиллу, вытащит его из этого ужаса, в который тот попал. Любым способом поможет спасти от монстра.