***
Дарина, так зовут девушку, аккуратно складывала пуанты в небольшой рюкзак и с восторгом рассказывала Айдену свои эмоции о недавнем выступлении. — Ах, это было восхитительно! Мне кажется, в этот раз публика была намного добрее и им очень понравилось! А какие розы мне подарили! — воодушевлённо лепетала девушка, поправляя свои локоны и хлопая серыми глазами. Дарина была дочкой обычного пекаря, её мать работала переводчиком. Девушка начала заниматься танцами ещё в восемь лет и к своим шестнадцати окончательно решила, что свяжет с балетом всю свою жизнь. Она продвигалась всё дальше и дальше вместе со своим партнёром, Айденом, и искренне любила каждое их выступление. Что касается внешности, то Дарина ничем не выделялась среди обычных девушек. Она обладала тёмными прямыми волосами, цвета молочного шоколада, и серыми глазами с жёлтым ободком. У нее были плавные черты, овальное лицо и курносый, маленький носик. У Айдена же были чёрные, слегка вьющиеся волосы и глаза, цвета жжённого сахара. Густые брови хмуро сходились у переносицы, тонкие губы редко разжимались в улыбке. Ведь парню было всего семь лет, когда погибла его мать. Пьяный отчим убил её прямо на глазах у Айдена. Всю свою жизнь мальчик провёл у тётушки, доброй женщины, которого приютила сына своей горячо обожаемой сестры. Пытаясь заглушить душевную и психологическую травмы, парень углубился с головой в балет и постарался закрыться ото всех. Сегодня, когда Дарина передавала свои эмоции, он почему-то хмурился и молчал на протяжении всего её монолога. Она взглянула на него и тихо спросила: — Айден, что-то не так? Ты обиделся на меня? — парень потряс головой и проговорил: — Я сегодня видел, как фанат пригласил тебя на концерт какой-то группы и ты отказала ему. — Тебя это смутило? — Вовсе нет. Просто, насколько я знаю, ты любишь эту группу до безумия. Почему ты не захотела пойти? Дарина промолчала. — Я скажу тебе позже, хорошо? Айден вздохнул. — Ну ладно, мне домой пора, пока. Девушка уже почти выпорхнула из кабинета, как парень слегка прихватил её за запястье. — Уже темно. Давай, я тебя провожу. Девушка скромно опустила взгляд, но подняла голову и коротко кивнула. Вечерний Париж прекрасен. Машин почти нет, свежо, и лишь слабый свет фонаря освещая разбитую дорогу. Айден шёл, сжимая в руках ремешок сумки Дарины и тихо поглядывая на девушку. Она распустила пучок и теперь шла с распущенными волосами, которые поблёскивали, отражая жёлтый свет фонаря. Серые глаза лучились лёгким беспокойством и Дарина в очередной раз указала Айдену дорогу. — Нам нужно спуститься в метро, — негромко сказала она, не желая нарушать тишину улицы. — Превосходно, — коротко ответил юноша, и всё же решился спросить, — Что это за причина? Девушка сделала, вид, что не поняла: — Какая причина? — Почему ты не пошла на концерт своей любимой группы? В метро было пусто. Шёл последний поезд. До него оставалось примерно две минуты. Молодые люди подошли к краю платформы, Дарина бросила на Айдена нежный взгляд. — Ну, просто… Моё сердце принадлежит другому, — кокетливо ответила девушка, переводя взгляд на свет фар в тоннеле. Айден побледнел. Затем, он бросил сумку на мраморный пол и посмотрел на девушку. — Ты чего? — робко спросила она, отступая назад. — Я люблю тебя, — тихо сказал парень. Он схватил девушку за волосы и потянул на рельсы, отчего та издала болезненный крик. Молодой человек подтащил девушку ближе к краю и размахнувшись, бросил её на рельсы. Поезд только подходил и девушка рыдала и умоляла помочь ей. Айден тихо отошел, чтобы не видеть неприятное зрелище. Скрежет колёс и он уже улыбается. Её больше нет. Шизофрения — вещь ужасная. А любовь — убийственная штука.Любовь.
21 ноября 2017 г., 12:32
Очередное выступление перед кучей народа проходит также, как и всегда. Гордость и красота выталкивают из души стеснение, и танцы завладевают её сердцем. Она двигается плавно и мягко, ведь балет — это изящность. Глаза горят теплотой, волосы аккуратно убраны невидимками, а тело обтягивает белоснежное платье. Худая фигурка колеблется на холодной сцене, партнёр подхватывает девушку на руки и крутит в воздухе. Щёки медленно наливаются румянцем, слегка похолодели ладошки, но она словно не замечает смятения партнёра. Её ставят на пол и она вновь кружится одна, заворожённо глядя в зал. Время замирает на таких моментах, сердце бьётся неимоверно быстро, а губы непроизвольно растягиваются в улыбке. Последний аккорд рояля нагло перебивают аплодисменты, на сцену бросают букеты роз. Девушка вновь блаженно улыбается и лишь тихо поклонившись, удаляется со сцены. За ней следует и партнёр.