Очень любимая

— Гарри, нет! Это даже звучит абсурдно! — Гермиона до сих пор была в шоке и пребывала в состоянии возбуждения от такого заявления. Это же просто немыслимо! — Я все уже продумал много раз. Поверь, у меня было на это время, тебе нужно будет только выучить и сотворить заклинание. Мужчина стоял у окна, сложив руки на груди, и устало потирал пальцами переносицу. Все это стоило ему многих сил и времени, проведенных за древними редкими фолиантами. В каждом движении была усталость. Плечи, обычно развернутые, были опущены, некогда идеальная осанка совсем исчезла. Грейнджер, так и не сменившая фамилию после замужества с рыжим Уизли, не узнавала своего друга. Они спорили уже почти полтора часа, но девушка все ещё не могла поверить в услышанное. Просьба друга до сих пор не укладывалась в голове! Герой магического мира, справившийся с самым темным волшебником нынешнего времени Волан-де-Мортом, обучавшийся на протяжении четырех лет у лучших мастеров всего мира, знающий и владеющий различной магией многих народов Земли, добившийся невиданных успехов маг сейчас стоял перед Гермионой, одной из самых умных ведьм, молодым Министром Магии, лучшей подругой, советчицей, практически сестрой и просил сотворить заклятие, которое помогло бы ему справиться со своими мыслями и жить дальше, а не просто существовать. Она желала ему только лучшего, это даже не обсуждалось, но! То, что просил сейчас Поттер, с недавнего времени носивший ещё титул Блэков и де Фурнье, было за гранью! Это было опасно для физического и магического здоровья, могло вызвать много вопросов общественности и, в конце концов, было обманом этой самой общественности! — Я не понимаю… — после десяти минут тишины, нарушаемой лишь тихим скрежетом старых часов, голос девушки показался громким и слишком неправильным, хоть и говорила она тихо. — Зачем тебе это? Стул под министром царапнул ножками паркет, и бывшая гриффиндорка, обхватив руками голову, вновь углубилась в чтение. Строчки то и дело скакали перед глазами девушки, мешая сосредоточиться. Наконец, она нервно выдохнула, сцепляя руки в замок перед собой, и подняла глаза на мужчину в своем кабинете. — Ты уверен, что магия засчитает тебя чистокровным, Гарри? Много поколений по линии твоей матери были сквибами. — Я почти уверен, что да. Вновь воцарилось несколько минут тишины и мужчина поднял глаза на свою подругу, смотря на нее с тоской и немой просьбой. Потухшие глаза шарили по ее лицу, не в силах зацепиться за что-то конкретное и сфокусироваться. — Я больше не могу так жить, я устал, — откровения от Поттера были редким делом, потому министр шумно выдохнула и кивнула, сдаваясь окончательно. — Через полторы недели очередная годовщина. В этот день. Перед балом. И, немного подумав, тихо выдал, уже отвернувшись и поджав губы: — Не говори Рону. Попрощавшись кивком, Мальчик-Который-Выжил взял мантию с кресла и аппарировал прямо из кабинета министра, оставив Гермиону сидеть на своем рабочем месте. — Надеюсь, твой план не прогорит, — тихий вздох в пустоту.

***

Вновь в кабинете министра Лорд Поттер-Блэк-де-Фурнье появился в день торжества, в новой серебристой мантии, расшитой золотом, туфлях из мягкой драконьей кожи и в перчатках из нее же. В глазах, теперь не закрытых очками, была уверенность и решимость. Волосы, аккуратно убранные назад заклинанием, давно не напоминали воронье гнездо, вычерченные скулы и волевой подбородок с едва играющими желваками выдавали лёгкое беспокойство. — Гарри… — Миона повернулась к парню и поприветсвовала его кивком, выходя в центр кабинета. — Все готово, ты все условия выполнил? Все в порядке? Старая добрая заботливая подруга, совсем как пять лет назад, во времена учебы в Хогвартсе. Сейчас хотелось оказаться вновь там, учиться, веселиться, особо не заботиться о будущем. Пусть это было и непростое время, но там не было тех проблем, что у него есть сейчас. Мужчина чуть натянуто улыбнулся и одним кивком ответил на все вопросы. Шумно вздохнув, девушка кивнула сама себе, будто окончательно решаясь, и приступила к магии. Почти минуту она выполняла пасы палочкой, нараспев читая сложные строки заклинания, после чего осела в кресло. Несколько минут ничего не происходило, но брюнет изо всех сил старался не думать, что могло не получиться. Девушка упрямо поджала губы, расстраиваясь с каждой секундой все больше, но вскоре из воздуха искры стали собираться в сияющий голубым шар. Он стремительно рос прямо на глазах, пока не стал размером с квоффл, заметался на месте и, кажется, решившись, влетел в тело Гарри, заставив его согнуться и прижать руки к животу. — Получилось… Это невероятно… Казалось, Гермиона до сих пор не верила, что это могло произойти, но очень рада такому раскладу вещей. Ещё бы, ее друг получил, что так желал! По щекам Героя скатилась несколько радостных соленых капель, он, наконец, смог разогнуться и посмотрел на боевую подругу с искренней улыбкой. Глаза его будто вмиг ожили, или же от слез они вновь заблестели и стали ярче. — Я так тебе благодарен… — тихо, с замиранием сердца. — Надеюсь, что это не последняя наша встреча. — Я обязательно буду к тебе приходить. Как только будет время! Постараюсь каждую неделю! Оба знали, что это не так. В должности министра Грейнджер была всего месяц, поэтому до сих пор улаживала многие рабочие моменты, исправляла то, что натворил предыдущий министр. Порой у нее не хватало времени, чтобы просто пообедать, да и почти каждый день она засиживалась допоздна. Вслух ни один из них этого не сказал: так было легче им обоим. Потом были долгие крепкие объятия, шепот благодарности и судорожно бьющееся сердце в груди. — Пора, Гарри…

***

Все вышло даже лучше, чем было запланировано. Речь Гермионы — нового Министра Магии, слова самых важных людей магической Британии, в том числе, и самого Гарри, а затем бал. Выловить Малфоя оказалось не так сложно, как он думал — белобрысая макушка была всего одна, а со ступеней, где он стоял, был хороший обзор — почти так же, как и попросить его о разговоре тет-а-тет. Говорили немного, четко и по делу, в конце концов, Драко ждала его супруга, которую он вынужден был оставить ради этого разговора, но затем произошло то, ради чего все было затеяно. «Я уезжаю. Надолго. Возможно, навсегда. Сделай мне прощальный подарок…» И блондин брал Поттера медленно и нежно, трахал с оттяжкой, пытаясь растянуть удовольствие, впитать в себя кожей звуки. С силой сжимал и царапал его бедра, оставляя следы, кусал его шею, лизал заполошно бьющуюся венку на шее. Стонал сквозь зубы, как и сам брюнет, сжимавший пальцами столешницу до белых костяшек. Кончали вместе: Драко выплеснулся глубоко в парня, а Гарри — заливая спермой стол. Пока Поттер переводил дыхание и осознавал, что все произошло, до него начали доноситься шорохи. — Мне нужно спешить к Астории, я обещал скоро вернуться, — отдышавшись, Малфой быстро привел себя в порядок и оставил мужчину наедине со своими мыслями, даже не попрощавшись. Видимо, все, что между ними было в прошлом, там и осталось, где ему, наверное, и было самое место. В конце концов, для всех Малфоев семья всегда была на первом месте. В этом случае семья — не означает любовь в ней. Семья — продолжение рода. А Гарри этого дать не мог, потому и был отвергнут. Больше в роскошный зал он не вернулся: сразу аппарировал в свой новый дом, как только смог здраво мыслить.

***

Родовой замок де Фурнье, который был восстановлен и отреставрирован к переезду Гарри, расположился почти на самом берегу Средиземного моря во Франции. Прошло почти три месяца, шумиха по поводу его исчезновения с некой девушкой, завоевавшей сердце неприступного героя, прекратилась, и статьи по этому поводу уже не занимали первые полосы. Все было сделано как нельзя лучше. Найдена подходящая девушка-маггл: светлые волосы до поясницы, точёные черты лица, небесно-голубые глаза, лёгкие изящные движения — которая согласилась сыграть его невесту для колдографа, мягко улыбаться, нежно касаться, играть влюбленную. И все это за символическую плату. Разве не чудесно? После этого память девушки успешно была подправлена, а Силайн вручены документы на небольшой домик у моря и деньги на первое время. Все остались довольны. Вокруг замка были восстановлены и возведены новые отличные защитные и скрывающие чары, которые выстраивал сам Гарри и ещё несколько местных сильных магов. Защита была настроена всего на несколько человек: на него самого, Гермиону с Роном и их двух сорванцов-детей, и, разумеется, пропускала в замок колдомедика, который наблюдал беременность парня, сухого низенького старичка, с которого был взят Непреложный Обет о неразглашении. В отличии от семьи Грейнджер-Уизли, которые были у него в гостях от силы три раза, мистер Макфасти бывал у него каждую неделю, а то и чаще, отслеживая малейшие изменения плода. Идея о том, что ему нужен наследник или наследница, уже давно зрела в его голове. Наверное, ещё с того времени, как он вернулся на площадь Гриммо от народов Гренландии, где учился у одного великого в тех краях мага. После всех лет обучения он вернулся совершенно иным человеком. Гораздо более сильным, собранным, с хорошими манерами, с хорошей магической базой и запасом уникальных заклинаний. Мужчина понимал, что хочет ребенка только от одного человека, который, к тому же, был мужчиной. С другими Поттер просто не мог, ему претила даже сама мысль, что его будет касаться кто-то другой, а не до сих пор трепетно любимый Драко. Таких знаний у него не было даже после обучения у лучших волшебников. Был потрачен не один месяц на поиск решения этой проблемы: перечитано невероятное количество литературы, добыты и тщательно исследованы древние фолианты, он даже разговаривал с людьми, которые хоть как-то были связаны с темой магической мужской беременности. И вот, спустя почти год он имел то, что хотел всей своей душой. Ребенка под сердцем от человека, которого любил на протяжении многих лет. От Драко Малфоя, слизеринца до кончиков ушей, высокомерного и эгоистичного, но всё-таки считающегося со своим долгом продолжения рода. И, как ни странно, он у него уже был, почти копия отца, от матери ему ничего не досталось. Воспоминания накатили какой-то волной, и рука опустилась на начавший формироваться живот. Мужская беременность отличалась от обычной: она протекала быстрее и беспокойнее из-за глобальных перестроек организма. И сейчас, на третьем месяце ребенок уже был развит также, как пятом, и ему оставалась половина срока. Этот ребенок был самым настоящим подарком Магии. Для подобного нужно было быть весьма сильным волшебником и искренне желать, чтобы это случилось. Видимо, всего сделанного Гарри за его годы жизни хватило, чтобы заслужить этот жест доброй воли от Магии, ведь уже несколько столетий не было зарегистрировано ни одного случая магической мужской беременности. Он первый за последние почти четыреста лет! — Все у нас будет хорошо, правда, любовь моя? — мягкая улыбка тронула губы Героя.

***

— Гарри, у нее очень хорошее магическое ядро, буквально несколько дней и оно оформится окончательно, у девочки будет потрясающий магический потенциал! — негромко говорил мистер Макфасти, чистокровный потомственный колдомедик, делая пасы палочкой и рассматривая голубые вихри над мужчиной. — Физически она уже сформирована, никаких отклонений нет, все просто замечательно! Искры приобрели фигуру ребенка, который медленно двигался, ворочался, а он, Гарри, чувствовал это, каждое движение, ловил все. И улыбался. Не так, как до этой беременности: по необходимости и немного натянуто, а искренне, по-настоящему. Сердце радостно трепыхалось под грудной клеткой вместе с маленьким сердечком его ещё не родившейся принцессы. — В конце этой недели я приду со всем необходимым и Вы сможете, наконец, взять ее на руки. Аими родилась 31 октября 2006 года. Магия дала ему дочь в тот же день, в который много лет назад забрала родителей.

***

— Хозяин Гарри, в гостиной Вас уже ожидают гости, — домовуха чуть дернула себя за уши и низко поклонилась, а после взмаха руки лорда и вовсе исчезла с тихим хлопком. — Ну что, любовь моя, пойдем к гостям? — семилетняя девочка в белоснежном платьишке схватила своего отца за указательный палец и кивнула, улыбаясь так нежно и по-детски, что невозможно было не улыбнуться в ответ. Народу собралось довольно много: его лучшие друзья, все те, с кем он хорошо общался в Хогвартсе и до отъезда сюда, и самые верхушки общества Британии, которых он знал лично, а также маги Франции, с которыми он познакомился и наладил связи за последние лет шесть. О его дочке, чудесной девочке, не знал никто, кроме его лучших друзей, их детей и семейного колдомедика. Это был первый прием его и малышки, когда они, наконец, раскроют всем эту тайну. Они вышли медленно, торжественно, в новых нарядах, дорого украшенных и сидящих на них просто идеально. Гарри держал дочь за маленькую ручку, поглаживая ее пальчики, а Аими в свою очередь вертела головой, рассматривая людей, собравшихся здесь по поводу Дня Рождения Лорда Поттера-Блэка-де-Фурнье. Взгляды присутствующих устремились к ним, все застыли, и зал погрузился в тишину. — Добро пожаловать, дорогие друзья. Рад вас здесь всех видеть! Хочу представить вам свою дочь, Аими Лили Поттер-Блэк-де-Фурнье, — голос, немного усиленный заклинанием, долетел в каждый уголок зала, и, кажется, все будто отмерли: гости зашептались, некоторые поспешили к ним, а вокруг защёлкали затворы колдокамер, снимая со всех ракурсов. Девочка была похожа на ненастоящую мать больше, чем на самого мужчину. Такие же светлые белоснежные волосы, тонкие черты лица, светлые ресницы, порхающие над глазами цвета весенней листвы. Она с интересом смотрела вокруг, потому что она впервые видела кого-то помимо четы Грейнджер-Уизли, Гарри и колдомедика. Однако с радостью позировала для камер, приподнимая подбородочек, строила личико, а мужчина, смотря на нее, только мягко улыбался и смеялся счастливо. Вокруг них образовалась небольшая группа людей, которые с интересом рассматривали девочку, разговаривали с ней, задавали вопросы. Следующий вопрос был ожидаемым, но мужчина все равно немного напрягся. — Но у меня нет мамы, мне и с папочкой очень хорошо! — заявила Аими, вздернув голову и посмотрев на светловолосого мужчину открыто и даже будто бы немного свысока, несмотря на то, что была гораздо ниже. — Он у меня самый лучший! «Вот она, малфоевская генетика», — ухмыльнулся брюнет с лёгким кивком. — Роды были очень тяжёлые, ее не смогли спасти, но она подарила мне надежду и маленькую жизнь, — негромко ответил Поттер и отвел взгляд, тут же наткнувшись на внимательный взгляд Гермионы. — А кто была твоя мама? — все также продолжал беседу блондин, не обращая ни на кого внимания. — Папочка говорит, что она была чистокровной волшебницей из древнего и великого рода! А ещё папочка говорит, что я очень на нее похожа! — поправив волосы, девочка явно была довольна собой, с гордостью задрав носик. Все смотрели с любопытством, тихо перешептываясь между собой. Аими, окончательно потеряв интерес к этой компании, не сильно дернула отца за руку, заставив наклониться. — Я к тете Мионе, папочка! — и размеренным величественным шагом направилась к Грейнджер. Поттер увидел, как она обняла подругу за ноги, и не смог не улыбнуться. — Хорошее воспитание, Лорд Поттер-Блэк-де-Фурнье, — негромко заговорила с ним Нарцисса Малфой, держащая мужа под руку. — Благодарю, мадам, — вежливо отозвался мужчина. — Так девочка полукровка? — Нет, мистер Малфой, она чистокровна, так же, как и оба ее родителя, — ухмыльнувшись, он продолжает, видя непонимающие лица: — В роду моей матери долгое время рождались сквибы, на Лили проклятие прервалось. — Вот как… — Так значит, что она относится сейчас к трем родам. Де Фурнье… Неужели ваша покойная супруга происходит из этого старинного и почти канувшего в лету рода? Гарри лишь пожал плечами, не отрицая, но и не соглашаясь с этим высказыванием. И больше ничего не ответил, просто не желая вдаваться в подробности, потому что правда могла всплыть наружу. Ну, в самом деле, не говорить же, что не к трем, а к четырем родам она принадлежит, что в их владении находится ещё одно родовое поместье и особняк на Гриммо. Что де Фурнье — это род, к которому принадлежала его мать, а не подставная супруга. Ну, и в самом-то деле, не говорить же, что четвертый род — род Малфоев! Вежливо поклонившись и извинившись, брюнет направился к дочери, которая о чем-то разговаривала с Гермионой и ещё несколькими магами. Подойдя тихо сзади, мужчина подхватил девочку на руки отчего та счастливо засмеялась. И бал пошел своим чередом, в воздухе парили подносы с напитками и лёгкими закусками, многие сбились в небольшие группы и обсуждали каждый свое. К Гарри часто подходили с поздравлениями, пожеланиями для него и восхищенными отзывами о дочке. Перед уходом к нему снова подошли Малфои, чтобы попрощаться. Они задержались ещё ненадолго с ненавязчивым спокойным разговором, а перед самым уходом Нарцисса нежно провела ладонью по виску и щеке Аими, задержав взгляд на родимом пятнышке на виске. Поднявшись, она серьезно посмотрела на Поттера и кивнула: — Береги себя и ее, Гарри. У тебя прекрасная дочь. В ее голосе звучало что-то такое, что Гарри был не в силах распознать. «Вся в вашего сына, даже капризами»  — подумалось Гарри, но вслух он лишь улыбнулся и поцеловал костяшки женщины на прощание. — Буду рад Вас видеть снова в нашем поместье.

***

Уже на следующий день к нему прилетела сова Гермионы со свежим Пророком, где с первой страницы они счастливо улыбались, смотря вперёд. Гарри, такой же статный, как и до этого, подтянутый, с широкими плечами и узкой талией, выгодно подчёркнутой модельным нарядом. Волосы убраны назад, а все движения уверенные и отточенные, а рядом девочка, казавшаяся совсем хрупкой и маленькой. Платье легко порхало вместе с каждым ее плавным уже в малые годы движением, она счастливо улыбалась и бросала взгляды на отца. Они выглядели достойно и статно. Статья была посвящена ему и, разумеется, его дочери. Читал он ее с интересом и лёгкой полуулыбкой. Пробежав остальное глазами, он отложил газету и приступил к письму.       «Гарри!       Ты даже не представляешь, какой фурор вы произвели на общественность. Если бы не твои защитные чары, то, думаю, тебе поступило бы столько писем, что тебе и не снилось.       Надеюсь, вы в ближайшее время заглянете к нам, потому что мы все с нетерпением вас ждём!       С любовью,       Гермиона.       P.S. Приходил Малфой-младший, интересовался тобой, спрашивал про Аими. Еще спрашивал почему-то про родимое пятно. Надеюсь, ты с этим разберешься.» Сначала Гарри нахмурился, не понимая, почему блондина так заинтересовало какое-то родимое пятно. Да, есть, да, немного необычной формы. На фоне бледной кожи девочки оно немного выделялось и складывалось в подобие буквы «М», но это же просто пигментация кожи, ничего более! После завтрака как и обычно они с Аими отправились на прогулку по берегу моря. Сейчас было довольно тепло, несмотря на относительно ранний час. Оставив обувь на берегу, он закатал черные джинсы, и вместе с девочкой они пошли по мелкому песку. Блондинка каждый раз задорно смеялась и отбегала, когда очередная волна пыталась облизать босые пятки. Несмотря на все титулы и прочее, сейчас им было весело, они брызгались водой, рисовали найденными ветками на песке, догоняли друг друга, а иногда Гарри создавал какие-нибудь водные фигуры при помощи магии. Кажется, именно это называют семейным счастьем. Уже будучи в кабинете, когда Аими ушла заниматься с няньками-домовухами, Гарри углубился в чтение фолианта, в котором собрана информация о многих чистокровных семьях, в том числе, и Малфоях. «Мерлин, блять!» — мужчина оказался в некой прострации, когда увидел сначала герб, а потом прочел про так называемую «наследственную метку», которая пошла с древних времён и которой отмечалась принадлежность к роду. Пиздец. Это же как надо было всему сложиться именно так, что все хорошо прошло, никто бы даже и не догадался, что это дочь Малфоя, а тут на каком-то маленьком родимом пятне!.. «Но у Драко же его нет! Значит, не более, чем совпадение!» — откинувшись в кресле, мужчина закрыл глаза и начал тереть виски. Что-то не сходилось. Ну не могло же так быть! Голова начала гудеть от множества вопросов, ему нужно было переговорить с кем-то, кто мог дать хороший совет, как с этим можно поступить. План был идеален. Он был великолепно исполнен, если бы не нюанс с родимым пятном. Который заметили Малфои. И теперь им что-то надо от него. «Пиздец, блять».

***

Следующий день встретил его письмом от леди Малфой, переданным, по всей видимости, через Гермиону, с просьбой о встрече. Желательно, без лишних глаз и ушей. Один на один. Поттером было решено пригласить Нарциссу на ужин в этот же день. Хотелось решить этот вопрос как можно скорее, а не откладывать в долгий ящик. В конце концов, если он будет бегать от проблем, они не исчезнут сами по себе. К тому же, он Герой Магической Британии, кто он такой, чтобы бегать от сложностей? — Добрый вечер, леди Малфой, — стоило выйти женщине из камина, как тут же появился домовик забрать мантию. — Прошу в Малую Столовую, надеюсь, Вы не против, что моя дочь будет ужинать с нами. Мужчина предложил локоть, за который женщина аккуратно его взяла. — Гарри, если я могу Вас так называть, можно просто Нарцисса. И, разумеется, я не против, — несмотря на свои годы, блондинка выглядела очень хорошо, собранная и элегантная, как и полагалось по статусу. — Хорошо, Нарцисса. Аими уже была там, сидела в кресле и с чем-то играла. — Милая, пойдем за стол. Гарри помог расположиться леди Малфой, а затем и своей дочери, поцеловав ту в макушку, и только после этого он сам сел во главе стола. Совсем скоро домовики тихо подали блюда и также бесшумно удалились, периодически появляясь только для подачи новых. Ужинали молча, а после девочка ушла в свою комнату, где ее ждала новая книжка, а старшие расположились в небольшой уютной гостиной перед камином с бокалами эльфийского вина. — Так что Вы хотели со мной обсудить, Нарцисса? — наконец, нарушил тишину мужчина, понимая, что молчание сильно затянулось. До ночи он явно не планировал тут оставаться. — Я хотела поговорить по поводу Вашей дочери, — она сделала маленький глоток, немного посмаковав вино. — Она прекрасный ребенок, уже в столь юном возрасте с прекрасными манерами и вкусом. Уверена, что со стороны магического потенциала у нее тоже все замечательно. — Я знаю это, спасибо, — устало кивнул брюнет и внимательно посмотрел в глаза женщины. — Полагаю, Вы пришли не для того, чтобы сказать, какая у меня изумительная дочь. Повисло молчание, после чего Малфой кивнула и чуть отвернулась. — Она же не имеет никакого отношения к женщине, которую вы называете ее матерью. — С чего вы взяли? Она очень похожа на мою покойную супругу. Те же черты лица, тот же цвет волос, хрупкость, — ловко отбил подачу Герой. — И родимое пятно тоже от нее? — вскинув глаза на мужчину, Цисса чуть прищурилась. — Мы были у колдомедиков, они обследовали его. Ничего более, чем простая пигментация, которую, впрочем, можно убрать с помощью магии. Когда она подрастет и захочет избавиться от него, то не возникнет никаких проблем, — Гарри пожал плечами, смотря на языки пламени, медленно облизывающие полена. — Вы наверняка уже узнали, что это не совсем так, Гарри. — Чего Вы добиваетесь, Нарцисса? Силайн была биологической матерью Аими. Это даже можно доказать… — Кровная магия докажет, что это не так, — перебила его женщина, отставляя бокал. — Себя Вы можете обманывать, сколько угодно, но это наследственная метка, девочка имеет непосредственное отношение к нашему роду! — Я никогда не обманываю сам себя, — продолжал отстаивать свое мужчина, хотя знал, что это ложь. — Хорошо, если вы в этом так уверены, я задам вопрос иначе. Каким образом моя дочь могла оказаться Малфой? На это у Нарциссы не было ответа. Она и думать не думала, что Герой может быть настолько упрямым и настойчивым. — Если хотите, Кровное родство докажет, что она моя дочь. Возникает вопрос: как тогда? — Поттер чувствовал, что у женщины нет ответа на такой вопрос, что она готова сдаться, но все равно продолжала сражаться. — Я не знаю, как… — всегда собранная Нарцисса вмиг как-то ссутулилась, стала меньше, будто пыталась исчезнуть вовсе. — Но я уверена о ее принадлежности к роду Малфой! Сердце матери не обманешь, Гарри. Герой как-то странно хмыкнул, поднялся с места и отошёл к окну, медленно распивая вино. Сунув руку в карман брюк, он смотрел на морской берег и пенистые волны. — Возможно, это так. Но Вы так и не ответили на главный вопрос… — он хотел ещё что-то сказать, но его перебила домовуха, рассыпавшись в извинениях. — Хозяин Гарри, хозяин Гарри, там молодая хозяйка, она. она там… в комнате… Существо чуть ли не рыдало и билось головой о ближайшие предметы. Кинув быстрое «извините», брюнет поспешил в комнату к дочери. У девочки случился ещё один выброс магии, но, кажется, он был сильнее, чем предыдущие: комната пребывала в беспорядке, стекла и зеркала разбиты, а сама девочка была напугана и находилась на грани истерики. — Аими, солнце мое, любовь моя, ну что ты, все же в порядке, моя радость, — Гарри обнял дочь и, осмотрев на наличие ссадин, успокоился. Осколки были абсолютно везде, но, кажется, магия ее защитила. — Ты только посмотри, какая ты у меня уже взрослая! Магия живёт в тебе, ей некуда уже деваться, вот она так и проказничает. Ты посмотри, какая ты маленькая, она просто не помещается в тебе, девочка моя любимая! Блондинка как-то сразу сдалась и, нахмурившись, посмотрела на отца. — Я не маленькая! — упрямо заявила она, заставив Гарри выдохнуть и мягко рассмеяться. — Ну, конечно, такой сильный выброс магии — это серьезно. Правда? — Аими кивнула и обняла мужчину за шею. — Пойдешь со мной к миссис Малфой или тебя отнести к себе в комнату? — С тобой, — она прижалась ещё крепче, когда Поттер начал подниматься вместе с ней на руках. Вызвав домовика, с просьбой навести тут порядок, они спустились на первый этаж. Когда они вернулись в гостиную, их ожидала взволнованная женщина, которая тут же расслабилась, осознав, что все в порядке. Дальше разговор пошел гораздо легче. Аими как-то успокаивающе на них действовала, потому они проговорили вплоть до того, пока девочка не уснула на руках брюнета.

***

— Люциус, я уверена, что она наша внучка! Ты же помнишь, что у Гарри было что-то с нашим сыном! — мужчина устало смотрел на свою супругу, поджав губы. — Я только не знаю, как! Он очень упрямый, — блондин не удержался и вставил тихое «Есть в кого», — он так просто не расскажет! — Есть один способ. И он мог им воспользоваться, думаю, ему хватило бы сил… Старший Малфой рассуждал тихо, раздумывая. — Я не знаю, как можно это доказать, кроме как через кровное родство, которое подтвердит, что это дочь Драко. Может, это можно сделать через Гринготтс, но я не уверен, что Поттер туда пойдет вместе с дочерью. Пожалуй, надо заканчивать эту комедию с Гринграссами, хватит этой игры в счастливую семью. Через неделю Астория с мальчиком, не являющимся сыном младшего Малфоя, уехала в свое родовое гнездо, а Драко был разведен.

***

      «Гарри Джеймс Поттер-Блэк-де-Фурнье!       Драко Люциус Малфой развелся, сын оказался подставным. Правда, непонятно, для чего.       Если ты не сделаешь хоть что-нибудь с этой информацией, я самолично заставлю тебя действовать!       С огромной любовью,       Гермиона Грейнджер-Уизли.» «Мерлин, блять», — думал Поттер, пока его малышка сидела с ним в библиотеке и читала.

***

На Косой Аллее как обычно было многолюдно и шумно. Все дышало жизнью, отовсюду слышались радостные возгласы, кто-то смотрел на этих двоих, чинно вышагивающих, с восторгом, кто-то с интересом, но мало кто совсем оставался равнодушен. Они заходили почти во все магазины, потому что девочке было невероятно интересно, где-то даже что-нибудь приобретали и покупки сразу отправлялись домой с домовиками, но все равно главной целью их посещения этого места был Гринготтс, Гарри хотел подтвердить принадлежность Аими к роду Поттеров и Блэков. — Добрый день, Лорд! Рады видеть Вас вместе с Вашей дочерью, — проскрежетал старый гоблин. — Пойдемте-пойдемте. Сначала я заберу Ваши фамильные кольца, а потом проведем ритуал. Девочка запрокинула голову и осмотрелась, внутри все было дорого и величественно, чем она сразу и поделилась с отцом, затем тихо выдохнув: — Папочка, смотри, что ещё тут! Как интересно! Они находились в ритуальном зале, вокруг были защитные руны, многие из которых Гарри смог опознать, но не все. — Приступим! Гоблин хлопнул в ладоши и начал зачитывать ритуальные слова.

***

— Как ты, страшно было? — Поттер мягко провел ладонью по волосам девочки и убрал выпавшую прядь за аккуратное ушко. — Совсем немного, — призналась зеленоглазая, покрутив на тонком пальчике колечко. — Папочка, я немного проголодалась… — Хорошо, давай тогда мы заскочим к Мионе на работу, пригласим ее поужинать с нами. Как тебе идея? — уверенный кивок девочки и с помощью аппарации Гарри перенес их к двери в кабинет министра. Коротко стукнув и услышав негромкое «Войдите», они прошли внутрь, заставив Гермиону удивиться. — А каким вы это судьбами, любимые мои? — она встала с кресла и нежно обняла сначала друга, а затем Аими, после их приглашая сесть. — Я уже успела соскучиться. — Вводили эту принцессу в род и тебя хотели на ужин пригласить. Как на это смотришь? — Ох, Гарри, у меня целая кипа бумаг, честное слово… Раздался очередной стук в дверь и Грейнджер на автомате выдала дежурное «Войдите». И ведь зашли же. Те, кого Поттер меньше всего сейчас желал видеть. Чета Малфоев в полном теперешнем составе. Кажется, Судьба решила с ним поиграть. — Добрый вечер, министр, мы по поводу вашего друга. Как мы можем с ним связаться? У него, видимо, закрыто поместье, все совы возвращаются назад. — никто из вошедших до сих пор не заметил ухмыляющегося лорда, который закинул ногу на ногу и с интересом наблюдал за ними. — Знаете, — наконец, привлек он внимание, — мы просто не считаем необходимым открывать доступ для всех. У нужных людей есть связь с нами. — Лорд Поттер-Блэк-де-Фурнье! — Гарри! — Мы хотели бы с Вами поговорить и попросить о проведении одного ритуала, — как бы издалека начал Люциус. — Ритуал Кровного родства, давайте будем говорить открыто, — нагло перебил брюнет, вскинув бровь. — Сейчас я не настроен на долгие разговоры, моя дочь голодна. Приношу извинения, — мужчина кивнул и уже был готов к аппарации, как вдруг: — Думаю, наши домовики уже приготовили ужин, как насчёт поужинать в Малфой-мэноре? — голос Драко оказался неожиданно хрипловат от молчания, но звучал вполне уверенно. — Аими? Как ты на это смотришь, дорогая? Дочь чуть наклонила голову и сделала вид, что задумалась, привлекая к себе внимание, а после выдала так, будто сделала всем присутствующим одолжение:  — Только если после ужина, когда вы будете говорить, меня проводят в семейную библиотеку. Гарри усмехнулся и кивнул сам себе: «Яблоко от яблони…».

***

— И о чем же вы хотели со мной поговорить? — брюнет поправил пиджак и поднял взгляд на сидящих напротив. — Вы скрывали нашу внучку от нас почти восемь лет, — начал Люциус и подал Поттеру бокал с огневиски, от которого Гарри жестом отказался. — Я не скрывал никого. Мы просто жили во Франции, вас не интересовал этот вопрос, — мужчина пожал плечами, смотря на Малфоев. Глупо было отрицать, что его дочь не причастна к этому семейству, тем более, это легко доказывалось ритуалом. — Да, я ограничил круг своего общения, но, в общем-то, было бы желание. — Пусть по-вашему, но все же… Последовал напряжённый разговор, в результате которого они не пришли к чему-то конкретному. Зеленоглазый так и не понял, к чему его пыталась склонить чета Малфоев Махнув палочкой, мужчина создал патронус и, кивнув благородному оленю, отправил к дочери. — Мистер Малфой, я буду прям и выскажу свое мнение. Я не знаю, чего Вы пытаетесь добиться, потому что это моя, уж простите, дочь. И я не допущу, чтобы ей каким-либо образом навредили. Позволю себе напомнить, что Ваш сын предпочел жениться на Астории, я ничего не имею против, роду нужен наследник. Однако его нет, — Нарцисса хотела возразить, но была остановлена поднятой ладонью Поттера. — Я знаю правду, поэтому не нужно. Как я сказал, было бы желание. Есть такая поговорка у магглов: «Желание — тысяча способов, нежелание — тысяча причин». Мистер Малфой-младший не горел желанием стать моим супругом. Пожалуйста, это его право. Однако, если я хотел ребенка от этого мага, то я и получил прекрасную дочь, которая не перестает меня радовать каждый день смехом, улыбками, стремлением к учебе, манерами, да даже капризами. Я нашел способ и Магия оказалась на моей стороне. Я хотел — я сделал для этого все. Да, по факту она является наследницей четырех родов, но если я захотел, то на вашем древе она не отражается, хоть род и принимает ее. Титулов ей и так достаточно. Она живёт в достатке и, самое главное, любви. — Аими — «очень любимая», — почти неслышно выдохнул Драко, не произнесший до этого ни слова с самого министерства, но Гарри его услышал и кивнул. — Именно так, мистер Малфой. — Папочка, мы идём? — девочка неслышно подошла к отцу и коснулась его локтя. — Да, дорогая, — он поднялся из глубокого кресла и выпрямился, обхватывая протянутую девичью ладошку. — Я не запрещаю вам видеться со своей дочерью, но она сама вольна решать. — Я буду не против узнать побольше о вашей семье. До свидания, — она прижалась к отцу, обнимая его для перемещения. — Я открою для вас камин, письма можете передавать через моего домовика — Фуко. Всего доброго. Больше их тут ничего не держало, потому, не дождавшись прощальных слов, они исчезли в вихре аппарации. — Счастье было так близко… Руку протяни… — Драко расфокусированно смотрел перед собой, в голове было пусто, ни одной мысли, как исправить ситуацию. — По большему счету, это моя вина, — тихо выдал Люциус, поднимаясь с места. — Прости меня, сын…

***

— Папочка, ты так устал? — девочка подняла ручку, касаясь ладошкой подбородка. — Если они тебе не нравятся, давай откажемся! Скажем, что передумали! Что я передумала! — Так нельзя, солнышко, нельзя, — мужчина перевел взгляд на дочку и начал медленно гладить ее по плечам и волосам. — Нельзя так сильно любить человека… — Ты его любишь? Этого парня? — они уже поднимались в комнату Аими. — Давай я тебе расскажу одну сказку, хочешь? Девочка лишь кивнула. — Знаешь, лет тринадцать назад два юноши очень любили друг друга. Шла война, они были по разные стороны, но это им никак не мешало. Они были рядом и поддерживали друг друга несмотря ни на что. Когда Гарри Поттер победил темного волшебника, завязавшего эту войну, он решил, что теперь все будет хорошо. Они, наконец, перестанут скрываться, смогут держаться за руки не только наедине, смогут открыться обществу, — они лежали в комнате Гарри, девочка прижималась к его груди и внимательно слушала, а мужчина гладил по волосам и обнимал. — Все стало спокойно, мир восстанавливался, все становилось лучше. Но Драко ушел, ничего не объяснив. Он женился на девушке, чтобы продолжить род, чтобы наследник был чистокровным. А второй юноша закрылся от всего мира, он не знал, как ему быть и что теперь делать. Он любил всем сердцем, но его бросили, наплевав на чувства. А потом просто уехал. Долго учился у разных колдунов по всему миру, стал умнее и мудрее, многому научился, стал красивее. А когда вернулся, понял, что ему нужен наследник. Он много думал, искал ответы на свои вопросы и нашел. Магия подарила ему самую лучшую и самую чудесную дочку на всем белом свете, которая теперь напоминает ему о его любимом человеке. Шло время, девочка росла, а потом два парня снова встретились. И я понял, что пропал… Аими уже тихо сопела в грудь Поттера. Брюнет провел по ее волосам и вздохнул. Столько времени прошло, а он все также любит. Трепетно и нежно. Так же, как и тринадцать лет назад, хоть и столько лет прошло… — Люблю, дорогая, все ещё люблю… Ещё долго мужчина не мог уснуть, все думая и думая, нежно поглаживая спину дочери. За сотни километров Драко Малфой также не мог уснуть, погрузившись в свои мысли.

***

После завтрака было решено пойти прогуляться по саду. Несмотря на конец августа, стояла теплая погода, чему радовались двое: мужчина и девочка. Они шли по мощенной камнем дорожке, девочка рассказывала, что она читала вчера вечером, чему она училась и что у нее не получалось. Но как-то быстро разговор перешёл на задорные шутки и теперь сопровождался звонким смехом. Девочка выглядывала из-за дерева, пока Гарри, поддаваясь ребенку, пытался ее поймать. Только через пару минут он подхватил ее на руки и закружил со смехом. — Здравствуйте, — выдала девочка, когда отец уже просто держал ее на руках. Поттер обернулся, натыкаясь на взгляд серебряных глаз. — Доброе утро, вы не будете возражать, если я к вам присоединюсь? — Аими соскользнула с рук и приглашающе махнула ладошкой, убегая и снова прячась за яблоню. — Папочка! Догоняй! Драко чуть усмехнулся, подойдя ближе к брюнету и стряхнул с его плеча пушинку. Гарри будто бы отмер, тряхнув головой. Отвернувшись к ребенку, он наколдовал патронус, который тут же поскакал к девочке, бодаясь. — Она просто чудесная, — тихо выдохнул Малфой, наблюдая за девочкой. — Ты не первый, кто об этом говорит. — Я знаю, — он чуть качнул светлой головой. — Я могу рассчитывать, что когда-нибудь я смогу стать для нее «папочкой»? — Она хоть и неплохо идёт на контакт, но едва ли с кем-то так сближается, — мужчина отвернулся, следя за бегающей Аими. — А ты? — А что я? Я не буду вставать на пути, всё-таки, она также и твоя дочь. — Я не об этом. Гарри молчал, передёрнув плечом. — Тогда не понимаю, о чем ты. Драко поднял ладонь и медленно провел ладонью по напряжённой спине, чувствуя, как мышцы напрягаются ещё больше. — Я хотел бы попробовать все вернуть… — Через тринадцать лет? Не поздно ли что-то возвращать? — отойдя от прикосновения, мужчина развернулся и устремился взглядом на светловолосого. — Я что-нибудь придумаю, — обещание, которое он решил выполнить любой ценой.

***

И выполнил. Ему потребовалось два неполных месяца, чтобы стать для этих двоих немного больше, чем просто знакомым. Драко Малфой стал частым гостем в их поместье, он приходил каждый день за исключением всего пары дней. Каждый раз с маленьким подарком для Аими, которые девочка хоть и принимала, но первое время относилась весьма осторожно; и иногда (как минимум раз в неделю) небольшим подарком для Поттера. Сдался Герой только ближе ко Дню Рождения своей дочери. На торжестве они появились втроём, двое мужчин держали девочку за обе ручки. Как семья. От такого сравнения Гарри неопределенно хмыкнул, искренне надеясь, что эта идиллия продлится как можно дольше. Восьмилетие прошло на ура, девочка принимала подарки и поздравления, всем демонстрировала свое волшебное платье, улыбалась для колдографов, кружилась, танцевала, была в центре внимания. Поттер же стоял в стороне, медленно пил шампанское и с улыбкой наблюдал за дочерью, пока Драко не пригласил его на танец. В конце дня, когда гости разъехались, а девочка уже спала, оставив все подарки до утра, брюнет прошел в кабинет и достал из вазы заранее приготовленные цветы, со вздохом погладив нежные белоснежные лепестки. На сегодня у него была ещё одна задача. Уже на выходе из кабинета он столкнулся с задержавшимся Малфоем. — Гарри, ты куда? — вскинув светлые брови, он осмотрел полностью собранного парня в черной мантии. — В Годрикову Впадину. — Я с тобой, если не против. Поттер был против, потому что хотелось побыть одному, но потом вдруг пожал плечами. Совсем скоро они переместились к калитке кладбища, а ещё через пару минут стояли рядом с могилой. Губ Гарри коснулась грустная улыбка, он подошёл чуть ближе и опустился на колено, кладя лилии перед холодной плитой. Прикрыв глаза, он опустил голову и погрузился в свои невесёлые раздумья, совсем потеряв счёт времени. Какой бы хорошей сейчас ни была его жизнь, иногда накатывали мысли, что все могло быть иначе, если бы они были живы. Как бы ему хотелось, чтобы его родители были рядом: вместе ждали письма из Хогвартса, потом писали ему письма, обнимали при встрече, помогали, поддерживали, увидели свою внучку… Да, была семья Уизли, но ведь никто не способен заменить родителей. Он не знал, сколько прошло, но почувствовал сжавшуюся ладонь на своем плече и вздрогнул, поднимая покрасневшие воспалённые глаза. — Думаю, твои родители очень рады, что у них такой прекрасный сын и внучка. Я уверен, что они наблюдают за вами, — совсем тихо. — Все у нас будет хорошо, Гарри. Брюнет поднялся на ноги, бросив последний взгляд на могильную плиту, и посмотрел на Драко. Тяжело сглотнув, он кивнул, и мужчины, выйдя с кладбища, пошли в сторону восстановленного дома Поттеров. Уже стоя напротив забора, увитого плющом, зеленоглазый повернулся к Малфою. Ладонью в перчатке он провел пальцами по щеке, а другой сжал чужие пальцы. — Оставайся навсегда… Губы нашли чужие и слились в нежном поцелуе. Их первом поцелуе спустя столько лет. Ладонь Гарри легла на шею, а рука Драко — на талию, прижимая к себе. Стоило им отстраниться, как брюнет уткнулся носом в подбородок. — Давай домой? Дом — это там, где спит их дочь, где всегда светятся улыбки и слышится их смех. Где старшие Малфои станут частыми гостями. Это там, где на берегу моря пройдет их свадьба, где они проведут ещё много счастливых дней, пока Гарри не решится ещё на одну шалость, а потом полгода под сердцем будет вынашивать их сына. И, возможно, не одного... Только это уже другая история. И да, все них будет хо-ро-шо.