Единственная встреча

То был дождливый день в Даймонд-сити. Детектив вышел из своей уютной конуры, пропитанной дымом дерьмовых сигарет и заваленной кипами бумаг, он решил, что стоит немного пройтись, дабы механизмы не пришли в негодность, долго находясь в неподвижном состоянии. Людей на улице почти не было, день давно перешёл в вечер, улицы заволокло туманом, было весьма влажно, покосившиеся стены хлипких халуп, в которых приходилось выживать горожанам, покрылись конденсатом. Дождь только начал накрапывать, но судя по тяжелым тёмно-серым облакам, следует ожидать, что к ночи погода только ухудшится. Старый синт, выйдя на главную площадь и остановившись возле магазина Мо Кронина, обычно торгующего «Мухобоями», отметил, что почти все магазины уже были закрыты, лишь неизменный робот-помощник Мирны, который заменял свою хозяйку в вечернее и ночное время, обслуживал единственного покупателя. Покупателя... Валентайн никогда раньше не видел эту девушку, ни в городе, ни за его пределами. Она была будто не из этого мира, спокойное, даже безразличное лицо, кожу можно было бы назвать белоснежной, но дорожная пыль и грязь покрыла её. Неестественно белые волосы, и невозможно было понять насколько длинные, потому что они были заправлены под воротник армейской формы, спрятаны под одеждой. Девушка была худой и довольно высокой, одежда мешковато висела на ней, но это лишь притягивало взгляд, она казалась хрупкой и иллюзорно ненастоящей. Будто фарфоровая кукла, чьи бледно-оранжевые глаза, обрамленные длинными белыми опущенными ресницами, окончательно выдавали в ней альбиноса, многое на это указывало. Самостоятельно пришитый капюшон, чтобы прятаться от знойного дневного солнца выжженной Пустоши, тёмные летные очки на лбу, бандана, камуфляжного цвета, на время спущенная на шею, чтобы было удобнее разговаривать с торговцем, на руках перчатки. Сейчас не было видно закатного красного солнца, да и высокие стены стадиона всё равно смогли бы защитить от его обжигающе горячих лучей, потому незнакомка была в большей безопасности. Почувствовав на себе пристальный взгляд, она, повернув голову к синту, сразу поймала его взгляд своим. Мутный, усталый и безразлично ледяной взгляд необычных глаз, гладкое бледное лицо, сухие кровоточащие губы, аккуратные, чуть пухлые, повреждённые жаром жестокого мира, верхнюю губу рассекал свежий шрам. Белоснежная длинная прядь упала на её угловатое, но вместе с тем нежное лицо. Весь мир будто замер, Ник Валентайн замер. Внутри всё словно сжалось, сердце, вернее то, что чувствовало вместо него, посередине груди, познало новый, какой-то горько-колючий вкус, который вдруг взорвался яркой вспышкой и... Всё. Всё вернулось на свои места, комок чувств распутался, расправился подобно покрывалу, но, кажется, внутри теперь чего-то не хватает. Он хотел остановить время, хотел сохранить этот момент, жить этим моментом день, неделю, вечность. Но он не мог это сделать, он смог только поднять руку, слабо взмахнув ей в приветственном жесте. Но прежде, чем он понял, осознал себя вновь, она ушла. Детектив стоял посреди площади с поднятой рукой, с той, с которой уже давно слезла синтетическая кожа и остался только голый железный каркас. Он вдруг почувствовал себя последним человеком на земле, последним отголоском человечества, слабым эхом. Слабый дождь усилился, превратился в ливень. Может всего лишь перемкнуло, всего лишь ошибка в программном коде, всего лишь... иллюзия? Пустые мертвые улицы, убитый город, уничтоженный мир. Среди развалин шла она. Тень былого, затерявшаяся в небытие прошлого, застывшего и забытого уже навсегда. Ненастоящая, не живая и не мертвая, последний человек, но огонь в глазах давно погас, а тот, кто мог бы снова разжечь его – ненавистное всеми искусственное отродие новой страницы истории, которую даже никто не запомнит.