Красавица и чудовище

      Такси остановилось напротив одного из шикарных ресторанов города, что не удивительно, ведь такая солидная компания требовала и солидного размаха в праздновании. Выйдя из машины и сильнее кутаясь в пальто, Дина перекинула накидку на согнутую в локте руку и поспешила быстрее внутрь, потому что к вечеру ветер становился все холоднее. Пропорхав по ступенькам, девушка дождалась, когда швейцар откроет перед ней дверь, и забежала внутрь. Справа от входа был гардероб, куда и поспешила Дина. Отдав свое пальто и поправив корону на голове, она зашагала вперёд, на звуки музыки, что уже во всю гремела в глубине зала. Ещё один швейцар открыл перед девушкой дверь, пропуская внутрь. Набрав побольше воздуха в легкие и выпрямив спину, Дина сделала шаг вперед и замерла. Зал в который она зашла очень кстати гармонировал с ее платьем, он был весь в синих тонах и искрился роскошью. На задворках сознания мелькнула мысль, что это дело рук самого Владлена, но она быстро ее откинула.       Центр зала оставался пустым, в то время как вдоль стены размещались столики для гостей. Вся тематика ресторана и других, смежных с этим, залов была подобрана именно под ее образ Эльзы. На столах были градиентные синие скатерти, а в вазах стояли розы, бутоны которых были заморожены в лёд. При детальном рассмотрении было понятно, что цветы не настоящие, что радовало. С высокого потолка свисали люстры с замысловатым узором, а благодаря прожекторам, блестящие стразики на них отдавали холодным синим и фиолетовыми цветами. Сцена была задекорирована искусственным льдом, а глицериновый жидкий дым плавно струился по полу, создавая эффект тумана. У дальней стены стояло пара фото-зон имитирующих разные мультфильмы: начиная от камней у моря, заканчивая маленьким домиков в лесу, в окружении зверушек. Также между столами стояли белые, тонкие и на первый взгляд хрупкие деревья, с их веток свисали паутинки дождевых капель, переливаясь всеми цветами синего, бирюзового и фиолетового цветов.       На сцене уже выступали музыканты, заполняя зал приятной, ненавязчивой музыкой. Дина невольно загляделась на всю эту красоту, и ей неимоверно льстил тот факт, что это все было сделано для нее. В какой-то момент в голове промелькнула мысль подойти и поблагодарить Владлена за старания, ведь эти подготовки стоили немалых усилий. Особенно с учётом того, что по всем накладным, которые девушка проверяла, она до конца не имела представления, в каком конкретно стиле будет выполнена обстановка всех залов в ресторане. Подъезжали новые сотрудники и так же как и Дина застывали у порога, любуясь всей этой зимней красотой.       Пройдя к списку рассадки гостей Дина не удивилась, что сидит за столиком по правую руку от Владлена и всех глав отдела их компании. Пройдя к столику и проследив, кто уже занял свои места, девушка невольно скривилась. Через один стул от нее сидел Игнат Дмитрин, главный финансовый директор и по совместительству самая большая головная боль Дины, после Ники, разумеется. Каждый раз, когда этот лоснящийся блондин заходил к Владлену, он не упускал возможности подмигнуть, подкатить и отвесить пошловатый намек в ее сторону. Это неимоверно бесило, в совокупности с тем, что Игнат никак не воспринимал ни ее холодный тон, ни уже прямые отказы и упоминание о соблюдении субординации. Мужчина, преследующий какие-то свои неведомые цели, видимо выбесить в очередной раз Дину, лез и лез на рожон, каждый раз получая от ворот поворот.       Вскинув подбородок, девушка гордо прошествовала к своему месту и хотела было сесть на стул, как подорвавшийся с места финансовый директор, оказался аккурат возле нее, но ее успел ничего сделать, потому что из неоткуда материализовался Владлен. По джентльменски подав руку Дине, он поцеловал тыльную сторону ее ладони и, отодвинув стул, усадил девушку на место, только после этого отпуская ее руку. Когда же стул был пододвинут, Владлен будто невзначай наклонился к девушке и прошептал на ухо своим бархатным голосом: «Моя королева, вы сегодня невероятно прекрасно выглядите» — от этого, почти интимного, шепота у девушки поползли мурашки по спине и далеко не противные, чему она сама очень удивилась.       Когда же все заняли свои места, а официанты закончили разносить напитки и блюда всем присутствующим, Владлен приступил к торжественной речи. В ней были и хвалебные строки, и намеки на то, что впереди их всех ждёт светлое будущее и разумеется ради него нужно впахивать не покладая рук. Так же особенно "на ура" были восприняты слова о надбавке к жалованию, после этого люди ещё долго аплодировали оратору и громко звенели бокалами.       Неожиданным и далеко не приятным сюрпризом стало появление Ники в вульгарном красном платье. С учётом того, что она выбрала Джессику Рэббит из «Кто подставил кролика Роджера?». И в фильме ее платье по сравнению с тем, в котором пришла Ника выглядело с родни рясы у монашки. Так к этому всему Ника уже была не то, что на веселе, а изрядно пьяна, так блондинка самодовольно глядя в глаза Дине опустилась по левую руку от Владлена, вульгарно закинув ногу на ногу.       Аппетит пропал моментально, как и настроение, но этого кажется никто и не заметил, ведь все присутствующие активно обсуждали дела насущные и корпорации никак не касающиеся. Для приличия съев хоть что-то, девушка встала из-за стола и направилась к столику с напитками, где собравшуюся толпу развлекал бармен жонглируя дорогими бутылками с выпивкой. Взяв первый попавшийся стакан с соком, Дина быстро отошла от столика, потому что народу прибавлялось, ровно как и бутылок, коими жонглировал бармен. Отойдя чуть поодаль и, можно даже сказать, спрятавшись за деревце, девушка стала рассматривать костюмы присутствующих. Красная шапочка смеясь звонким пьяным смехом, подобрав подол платья, лавировал между столиками. В след за ней на коленках ползли не менее пьяные семь гномов, при этом умудряясь удержать бокалы с напитками в ровном положении. Русалочка пыталась встать со стула, чтобы потанцевать с Микки Маусом, но так и плюхнулась обратно на стул, не совладав с непослушным хвостом. А Микки Маус получил нехилую затрещину от его подружки Минни, после чего откланялся и скрылся в другом зале. Серый волк налегал на спиртное и после третьей рюмки уже пил на брудершафт с тремя поросятами. Позже к ним присоединились баба Яга, змей Горыныч и Кощей. Как вскоре оказалось, что баба Яга облюбовала одну голову Горыныча, а Кощей - другую. В укромной уголке Мальчик-с-Пальчик исследовал недра ротовой полости спящей красавицы. А в центре танцпола кружили разномастные парочки мультяшных героев, которые кроме смеха ничего не вызывали. — Позвольте пригласить вас на танец, миледи, — послышался знакомый, бархатный голос за спиной и мурашки, будоражащие сознание, снова табуном понеслись по спине. — Так уж и быть, — поворачиваясь к шефу лицом, лукаво улыбнулась Дина, — разрешаю.       Быстро поставив стакан с соком на ближайший стол, Владлен повел Дину в центр танцпола. Музыканты как по заказу сменили мелодию на более медленную, и мужчина начал уверенно вести Дину в этом танце. Все вокруг постепенно освобождали место для этой прекрасной пары. Владлен был одет под стать Дине, синий атласный пиджак и светло-голубые штаны в стиле принца XIX века. Музыка поглотила их полностью, мужчина и девушка неотрывно смотрели друг другу в глаза. Он вел, она подчинялась, и каждый при этом получал удовольствие от танца. Движения были свободными, никто из них не задумывался над следующими движениями, все выходило само собой, одно па, вытекало в другое, сменялось третьим и так далее. Взмахи рукой, лёгкая поддержка и кружение партнёрши, лёгкость движений и полное доверие друг другу. Казалось, что эта пара утонула в чувствах и эмоциях друг к другу. Вскоре абсолютно все перестали танцевать, уступая место и весь танцпол для одной единственной пары. Не замечая никого вокруг они кружили и кружили, дистанция между ними становилась условной, а вскоре и вовсе исчезла. Их лица находились на том расстоянии, которое может себе позволить любящая друг друга пара и не стесняющиеся показать это окружающим. Со стороны это выглядело очень интимно и завораживающее, почти все без исключения следили за этим танцем, ведь пара умело притягивала к себе взгляды, они будто парили на танцполе, еле касаясь пола. Подол девушки изящно скользил в клубах дыма, заставляя его делать витиеватые узоры тянущиеся за каждым движением молодых людей. Вскоре музыка начала угасать и прозвучали последние аккорды, перед тем, как музыканты затихли. Пара сделала последние движения и замерла в конечной точке танца: мужчина держал девушку за талию и слегка наклонял ее к полу, в то время как шатенка полностью доверяя партнеру, держалась за его плечо одной рукой, а вторую опустила вниз, вдоль туловища. Зал взорвался аплодисментами. Пара стояла так ещё пару секунд, опаляя своим жарким дыханием губы друг друга, что находились в опасной близости. Никто кроме них самих не мог наблюдать, как у мужчины в глазах плескалось безграничное обожание и уважение, а у девушки — готовность поверить в то, что человек изменился, довериться ему. Но аплодисменты отрезвили их. Быстро выпрямившись и поклонившись, молодые люди пошли к своему столику.       Владлен усадил Дину на стул и скрылся из виду, извинившись и сославшись на важный звонок, что во всю издавал его мобильник. Девушка же осталась сидеть за столом в некой прострации, хоть и отдаленно, но все ещё находясь под воздействием того момента. — Думаешь ты победила, с-с-сука?! — наклонившись почти вплотную прошипела злая, как черт, Ника. — Так вот спешу тебя огорчить. Нихрена у тебя не получится, этот лакомый кусочек, — ткнув длинным красным ногтем в сторону, куда ушел Владлен, блондинка продолжила: — мой, тебе ясно? — Да окстись, ты, — устало проговорила Дина, но была нахально перебита. — Не строй из себя недотрогу, — все так же шипела Ника. — Ему скоро надоест с тобой играться и он тебя бросит, вышвырнет, как ненужный мусор, как скучную книжку. Он только мой, уродина! — на последнем предложении блондинка повысила голос до поросячьего визга и схватив первый попавшийся бокал, плеснула его содержимое на платье Дины. Этим содержимым оказалось красное вино. Кровавыми потеками оно стекало по лифу, превращая голубой цвет платья в противно коричневый. — Ты совсем что ли из ума выжила? — повышая голос спросила Дина, подпрыгивая на месте и стараясь салфеткой убрать капли, которые не успели впитаться в ткань. — Скажи спасибо, что глаза тебе не выцарапала, дура! — начала орать Ника и хотела схватить очередной бокал, как ее руку остановил Игнат и силой усадил обратно на стул. — Угомонись, Ника, — грубо рванул Игнат. — Не позорься перед людьми! — Да пошел ты! — шикнула блондинка на него и, встав из-за стола, направилась к столику бармена. — Пошли помогу тебе вытереть пятно, — слишком учтиво предложил блондин, хватая Дину под руку. — Не стоит, — напряглась девушка, но так и не смогла отцепить руку мужчины. Пришлось повиноваться и выходить с ним из зала. — Я сама справлюсь, — пытаясь избавиться от цепких рук финансового директора, повысила голос Дина, но он не реагировал, продолжая тащить девушку куда-то на улицу. — Да отпусти же ты меня! — заорала не на шутку перепугавшись Дина, когда Игнат завел ее в какой-то ближайший проулок. — Ты в своем уме? — В своем, дорогуша, в своем! — плотоядно оскалившись, блондин с силой толкнул девушку к стене, от чего та больно ударилась головой о кирпичи. — Ау, — скривилась она, пытаясь расцепить руку, что все больнее сжимала ее запястье. — Отпусти, мне больно! — Размечталась, — хохотнул пьяно мужчина и схватив второй рукой девушку за шею стал выцеловывать ее скулы, постепенно приближаясь к губам. Самое ужасное было то, что как бы Дина не старалась, ослабить хватку Дмитрина она не могла. Мужчина уже терзал ее губы, больно кусая то одну то другую, при этом сильнее сдавливая горло. На задворках испуганного мозга возникла здравая мысль вздернув ногу вверх, Дина заехала коленом Игнату прямо в пах, за что сразу получила пощечину. На удивление блондин быстро очухался и стал задирать подол платья, постоянно в нем путаясь. — Отпусти, немедленно, мудак! — кричала Дина, пытаясь высвободиться.       Неожиданно ее отпустили, и она сползла по стенке сотрясаясь в глухих рыданиях. Опомнившись и быстро вытерев слезы, Дина глянула что же случилось с ее насильником. Увиденное ее потрясло до глубины души: чуть вглубь проулка стоял Владлен и отточенными ударами пытался обезвредить разбушевавшегося блондина. Силы были почти равны, но Владлен не пил, поэтому преимущество было на его стороне, хотя он и пропустил пару ударов в челюсть и голову, и один в живот. Игнат же поскользнувшись, свалился на асфальт и, попытавшись встать, получил целую очередь из точных ударов под дых и в челюсть. Владлен бил методично, четко и при этом орал в лицо уже не соображающий блондину: «Ещё раз, сука, ты ее тронешь, я тебя по стенке размажу! Не смей даже смотреть в ее сторону, урод!» — Хватит! — Дина налетела на Владлена со спины и обняла так, чтобы ему было неудобно заносить руку для очередного удара. — Стой, остановись, Владлен, пожалуйста! — мужчина тяжело дыша повернулся к ней и начал судорожно ее осматривать. — С тобой все хорошо? — бережно беря ее лицо в свои руки, интересуется мужчина и заглядывает ей в глаза. — Ты ранена? Где болит, говори! — Все нормально, — обнимая его руки своими отвечает Дина, видя страх, переживания и злость в его глазах. — Не ранена. Пожалуйста, пошли домой, ты весь в крови. — Нет! — рычит мужчина и порывается вернуться к избиению лежачего. — Пожалуйста, — шепчет девушка, теперь уже беря его лицо в свои ладони и внимательно смотря ему в глаза. — Пошли домой, — слегка поглаживая скулы большими пальцами, она продолжает смотреть на него, пока не замечает, как Владлена отпускает и он начинает дышать более спокойно и размеренно. — Пошли домой…

***

— Угораздило же, — бурчала Дина, скорее от нервов, чем от недовольства, ополаскивая полотенце под краном, чтобы спустя несколько минут вернуться и в который раз обтереть лицо мужчины, наотрез отказавшегося ехать в приемный покой. — А если что-нибудь серьезное? — не переставала она возмущаться на его глупость, и Владлен лишь привычно усмехнулся. — Ты за меня переживаешь? — и, даже несмотря на сложившуюся ситуацию, умудрился вложить в тон как можно больше провокационно-ехидных ноток, что были мигом распознаны девушкой. — Вот ещё, — фыркнула она, и в мстительном порыве прижала полотенце чуть теснее, вынуждая мужчину болезненно поморщиться. — Зачем ты вмешался? — требовательно поинтересовалась она, и пришла очередь Владлена фыркать. Но не возмущенно, как когда-то зафыркала Дина, а скорее непонимающе-саркастично. — Ты хоть понимаешь, что бы произошло, если бы я не вмешался? — вопросом на вопрос ответил он, осторожно перехватывая полотенце из ее рук, чтобы самому приложить его кончик к разбитой губе. — Понимаю, и если ты не заметил, я прекрасно справлялась и без твоего вмешательства, — пробубнила девушка, безропотно отдавая ему полотенце и берясь за ватные диски с перекисью. — Да ну?       Вскинув взгляд на мужчину, девушка с минуту на него смотрела, а затем, поджав губы, не выдержала и ощутимо пихнула его в бок. И судя по болезненной гримасе, прошедшейся по лицу Владлена, как раз в тот, в который он и схлопотал во время драки с Игнатом. — Ау, — мужчина болезненно зашипел, кидая на девушку недовольный взгляд, но затем внезапно посерьезнел. — Если я скажу, что переживал за тебя, ты мне поверишь? — неожиданно заговорил он, и Дина невольно замерла, сжимая в руках ватный диск и непроницаемо-черную бутылочку с перекисью водорода.       Отмерла она только тогда, когда ощутила, как по пальцам вниз стекает холодная влага. Забивается в мелкие царапины, что остались на руках от потасовки с финдиректором, и начинает неприятно пощипывать. Осознав, что перелила перекиси, девушка резко, слишком резко, даже как-то лихорадочно убрала бутылку и спешно выжала насквозь мокрый диск на новый, избавляясь от лишней влаги. — Думаю, ты больше переживал за то, что кто-то посягнул на твою «собственность», — мрачно и без особого энтузиазма, с нотками злой иронии подметила она, и Владлен невесело хмыкнул. — Почему ты как колючка? — внезапно спросил он, вынуждая Дину вновь немного растеряться и невольно подумать о том, что возможно Дмитрин ударил его по голове слишком сильно. Иначе, с чего бы и для чего эти странные вопросы? — А почему ты такой эгоистичный? — на его манер, вопросом на вопрос ответила девушка, впервые за последние минут десять решаясь поднять на него взгляд.       Владлен молчал. Молчал минуты две, наверное. И на целых две минуты между ними повисла странная, не гнетущая, но непривычно-волнительная тишина, заставившая девушку невольно заерзать, чтобы издать хоть как-то звук. Шелест пледа, поверх которого лег мужчина, раздался как нельзя кстати. — В то, что я не всегда таким был, ты, конечно же, тоже не поверишь, — скорее констатировал, чем спросил Владлен, нарушая непродолжительную паузу, и Дина невесело хмыкнула. — Я думала, такими рождаются, — призналась она, не скрывая своего настоящего к нему отношения. Былая ненависть, так и пылающая в ней каких-то полгода назад, заметно притупилась, оставляя после себя лишь слабый намек на презрение и общее равнодушие. Но ненависти, именно той, от которой когда-то хотелось выть и грызть ногти, ее либо уже не было. Либо она спряталась настолько глубоко, что Дина не сразу смогла признаться себе в том, что уже давно не обращает на нее должного внимания. Хотя ведь сама когда-то запальчиво заверяла Владлена в том, что будет ненавидеть его всегда.       Видимо, все-таки притерлась, — неохотно призналась девушка сама себе, комкая в руках злосчастную ватку и не решаясь приложить ее к кровоточащему надбровью мужчины. Дина чувствовала себя очень странно и непривычно. Ей было чуждо то смятение, внезапно надежно осевшее где-то в груди. И от этого ей было не по себе. Еще неуютней ей стало при виде едва заметной, слабой, но какой-то странной усмешки, что закралась в уголки мужских губ. И вроде бы обычная усмешка, но какая-то... снисходительная что ли. Словно Владлен знал, что ответит девушка, и нисколько не удивился, услышав ее слова. — Возможно, — согласно кивнул он, осторожно забирая ватный диск из ее чуть дрогнувшей руки и прикладывая его с брови, тут же забавно морща нос от не очень приятных ощущений. — Но явно не я. — Пытаешься разжалобить меня? — немного ехидно поинтересовалась Дина, вооружаясь полосочкой пластыря, которой планирована заклеить рассеченную бровь. И Владлен вновь поморщился. На этот раз от отвращения. — Не по-мужски, — подметил он, и девушка невольно усмехнулась, отрывая от клейкой стороны защитные пленки. — Ну да, стоило бы догадаться, — закивала она, комкая бумажки и после этого подаваясь вперед. Осторожно стерла с надбровья остатки перекиси и аккуратно наклеила на ранку пластырь, тут же рефлекторно проводя по белоснежной полоске пальцем, словно силясь проверить на прочность и надежность. А когда убедилась и в том и в другом, невольно напряглась, осознав, насколько близко, оказывается, находилась от лица начальника. Это осознал и сам Владлен, на каком-то инстинктивном уровне осторожно и мягко обхватывая ее талию, но не стремясь притянуть ближе или удержать, а просто… Просто.       Просто обнял. И Дина, встретившись с ним взглядом, мигом пришла в себя, словно от наваждения. — Уберите свои руки, Владлен Сергеевич, пока я вам в глаз перекисью не пшикнула, — спокойно и невозмутимо попросила она. И мужчина, с минуту поизучав ее лицо, вскоре усмехнулся. — Что, до сих пор нет? — но руку все-таки убрал, предоставляя девушке шанс тут же отстраниться. — Я вам говорила уже. Кажется. Около полугода назад, — деловито напомнила Дина, заворачивая бутылек с перекисью и складывая фантики от пластыря на тарелку. И Владлен снова хмыкнул. — Да, помню. Едва ли не клялась в ненависти. Такое захочешь, не забудешь, — мужчина завозился, пытаясь лечь удобнее и при этом с минимальными потерями с собственной стороны. Дина только покосилась на него, но промолчала. Поэтому, выдержав небольшую паузу, Владлен как бы невзначай обронил: — Что-то ты не похожа на пышущую искренней ненавистью. Такая заботливая. — Не хочу, чтобы ты истёк кровью, а меня потом обвинили в особо тяжком, — призналась Дина, вставая с постели и принимаясь убирать медикаменты в аптечку. Проследив за ней взглядом, Владлен осторожно перевернулся на бок и, уронив голову на согнутую в локте руку, начал с преувеличенным вниманием наблюдать за ее действиями. — Зная тебя, ты бы делала это, отплевываясь в мою сторону смертоносным ядом, — ехидно подметил он, и Дина, защелкнув аптечку, фыркнула. — Просто я привыкла к тебе, — неохотно призналась она, осознавая, что, да, кажется, и правда, привыкла к нему настолько, что порой банально не хотелось сыпать остротами и издевками. Как, например, сейчас. А может, во всем был виноват Дмитрин и его идиотская выходка. — Ого, — и только когда Владлен делано-удивленно выгнул бровь, поняла, что расчувствовалась зря. — Звучит сексуальнее, чем «я хочу тебя». А повторить можешь? На ушко? — и хитро улыбнулся. Однако улыбка его сползла сразу же, как только Дина, отставив аптечку в сторону, в самом деле, приблизилась к изголовью кровати. Владлен тут же посерьезнел и даже немного растерялся, явно не ожидая подобного повиновения от той, которая все эти десять месяцев только и делала, что упрямо отбрыкивалсь, фыркала и сыпала такими проклятиями, что мужчина порой удивлялся, как вообще остался жив. Имея под боком такую-то строптивую фурию.       Но Дина, и правда, приблизилась, чуть подалась вперед, на какой-то миг обдавая лицо Владлена своим горячим, немного сбитым дыханием, от которого мужчина сам, кажется, перестал дышать. Девушка была слишком близко. В его власти было схватить ее прямо сейчас, обвивая тонкую талию обеими руками, потянуть на себя и…       Дина опустилась еще ниже, склоняясь к самому уху. Уперлась руками в подушки по обе стороны от лица Владлена. И тот, не удержавшись, медленно повел носом, едва касаясь его кончиком алебастрово-белой кожи, что виднелась в вырезе-«лодочке», словно пытаясь расчувствовать и впитать слабый, но приятный аромат ее духов. — Идите к лешему, Владлен Сергеевич, — вкрадчивым, мурлыкающим тоном чувственно прошептала Дина и тут же резко выпрямилась, отходя обратно к тумбочке. Подхватила аптечку, тарелку с фантиками от пластыря и использованными ватными дисками, подцепила мокрое полотенце и направилась в сторону двери. — Спокойной ночи, — бросила она по пути, даже не оборачиваясь. — Станет хуже, можешь пнуть дверь в мою комнату. Тебе ничто никогда не мешало делать это даже в три часа ночи. Особенно, когда пьяный приползал. — Ты даже не представляешь, насколько сильно в такие моменты похожа на недовольную жену, — издевательски заметил Владлен, всё ещё не отошедший от выходки помощницы. И уже взявшаяся за дверную ручку Дина все-таки обернулась через плечо. — Не говори ерунды. Я быстрее твоим идиотским бордовым галстуком подавлюсь, чем стану твоей женой. — Это тот, который в крохотный ромбик? — уточнил мужчина, подбираясь на кровати, и девушка, не выдержав, дернула бровью, не уставая удивляться невнимательности своего начальника. — Там крапинка, — поправила она, и только когда Владлен победно ухмыльнулся, запоздало поняла, что поддалась на провокацию. — Вот видишь, ты даже узоры на моих галстуках наизусть знаешь, — ехидно подметил он, и Дина закатила глаза. — Конечно, знаю. Кто, по-твоему, их в химчистки таскает? Добрый дядя домовой? — и не дожидаясь ответа, таки покинула комнату начальника.