Приключения пацанки в Хогвартсе

Утром ко мне подошла Гермиона. — Гарри, — серьезно сказала она, — девочки все мне объяснили, и я, конечно, рада, что ты заботишься обо мне, но в следующий раз предупреждай меня заранее, хорошо, а то мне было очень больно и обидно, когда ты так со мной поступила. — Грейнджер, — возразила я, — это не забота, не заблуждайся. Просто я честно выполняю условия нашего договора. Покажи хоть, что у тебя там получилось, оно того стоило? Гермиона радостно кивнула и широко улыбнулась, отчего вдруг нелюдимая и занудная девчонка, куда-то делась, а на ее месте оказалась миленькая, проказливая кокетка. Вот правильно моя мама говорила: красивая улыбка — половина успеха. Гермиона и правда очень изменилась после близкого знакомства с соседками по спальне. На ее мантии незаметно стали появляться какие-то рюшечки, брошечки, бантики, цветочки, а ее ассортимент защитных заколок, ободков, резиночек, браслетиков и колечек впечатлил даже меня. Хотя на фоне Лаванды и Парвати она смотрелась скромнее, но элегантнее, как по мне. Хеллоуин наступил довольно быстро. Не успела оглянуться, как повсюду потянуло запеченной тыквой, а замок украсили привычные хеллоуинские атрибуты. Правда, в отличие от маггловских, эти вовсю прыгали, летали, корчили рожи и стонали потусторонними голосами. Урок чар прошел нормально, Гермиону никто не доводил, с Уизли не ругалась и плакать вроде не собиралась. Вечером, когда мы пошли на ужин, я уж было перекрестилась, что все обошлось, но, как оказалось, радость моя была преждевременной. Меня всего на минуту отвлекла Макгонагалл — вручила мне график отработок на следующую неделю, разумеется, у Снейпа. Когда я вернулась на место, Грейнджер за столом не было. Сердце противно екнуло. — Лаванда, а где Гермиона? — спокойно спросила я. — Сейчас придет, — отмахнулась она, — в туалет захотела. — Пожалуй, тоже туда наведаюсь, пока пир не начался, — ответила я и быстро пошла к выходу. Хорошо, что я знала, где ее искать, и мне не пришлось прочесывать в поисках весь замок. — Гермиона, какого черта ты не на пиру? — раздраженно набросилась я на нее. — О, Гарри, как ты тут оказалась? — удивилась она. — У меня молнию на юбке заклинило, ни туда, ни сюда. — Тоже мне, волшебница, — закатила я глаза. — Давай помогу, а то все вкусное без нас съедят. Под дружеское переругивание и поддевки я быстро устранила аварию, и мы пошли на выход, но не успели сделать и пары шагов, как в туалет ворвался Рон. Он захлопнул за собой дверь и, видимо, для надежности на нее навалился. — Уизли, — возмутилась Гермиона, — это женский туалет! Тем временем я размышляла, сказать придурку, чтобы он отошел от двери, пока его не размазало, или промолчать. — Там тролль, — выдавил, заикаясь, белый от страха пацан. — Отойди от двери, придурок, — сказала я. Все же хорошая сторона во мне победила. — А то тебя этой дверью и прихлопнет. Пацан отскочил, но, похоже, недостаточно быстро. В коридоре раздался рев, а потом дверь содрогнулась от удара, сорвалась с петель и прилетела прямо к нам под ноги, попутно зацепив рыжего, от чего он упал и затих. В дверной проем, согнувшись по пояс, вошел великан. В набедренной повязке, с дубиной, весь в каких-то наростах, а его вонь сшибала с ног. Гермиона вначале застыла от ужаса, а потом завизжала на высокой ноте. Тем временем тролль выпрямился во весь рост и сфокусировал мутный взгляд на источнике звука. Действовать надо было быстро. Я, наплевав на Рона, приложила Гермиону Силенцио, чтобы не орала, и закинула ее в кабинку, накинув запирающие чары и молясь, чтобы девчонка не вспомнила про Алохомору. После чего крутанулась и отскочила в другой конец туалета, попутно посылая в монстра жалящие чары — троллю они навредить не могут, но внимание от кабинки отвлекут. Монстр полностью оправдал свою легендарную тупость и попер на меня, с противным хрустом пройдясь по руке Уизли; хорошо, пацан в отключке был, а то либо от ужаса сдох бы, либо от болевого шока. На Левиосу у меня времени не оставалось, потому я сконцентрировала магию и с силой выбросила ее вперед, целясь в солнечное сплетение. Тролля сбило с ног, и он с грохотом рухнул на пол и затих. Мне бы не хотелось светить своими умениями управлять магией и способностями в целом, поэтому снова сконцентрировалась, придала магии вид огня и направила ее в поверженного монстра. Потом побежала к кабинке проверять Грейнджер. Но не успела. Мне осталось сделать два шага, когда дверь распахнулась, и на пороге возникла всклоченная девчонка с палочкой наперевес. При виде меня она с облегчением выдохнула и заметно расслабилась. — Слава Богу, ты жива! Что тут произошло? — не без любопытства спросила она, пытаясь заглянуть мне за спину, где весело догорал тролль. Дернула ее на себя, развернула, чтобы она оказалась спиной к троллю и окровавленному Рону, и прижала к себе. Она пыталась повернуть голову. — Что там, Гарри? — спросила она. — Не смотри, — ответила я, закрывая ей глаза ладонью и сильнее прижимая ее к себе. — Сейчас я тебя выведу отсюда, а ты не открывай глаза, пока я тебе не разрешу, иначе я не буду с тобой дружить. — Хорошо, Гарри, как скажешь, — покладисто и как-то чересчур весело ответила она, позволив вывести себя из туалета. «Похоже, ее накрыла истерика», — подумала я, посадив ее на пол в коридоре и набрасывая на нее сонные чары. Сама притулилась рядом, ожидая помощи. Сил не было совсем. Не прошло и года, как прибежали профессора и директор. Квиррелл при виде девочки без сознания тоже упал в обморок. — Что здесь случилось? — встревоженно спросил директор. — Здесь случился тролль, — ответила я. — В туалете младший Уизли, и ему требуется помощь. Снейп и Макгонагалл бросились внутрь, и откуда тут же раздались вскрики и оханье. — Ты не ранена, Гарри, с тобой все в порядке? — спросил директор, внимательно глядя на меня. — У Гермионы истерика, поэтому я ее усыпила, а у меня истощение после магического выброса, ну и отходняк после стресса. Тем временем из туалета выплыло тело Рона, и причитающая Макгонагалл отлевитировала его и бессознательного Квиррелла в больничное крыло. — Тролль выгорел дотла, — отрапортовал Снейп. — Такое впечатление, что тут поработало Адское пламя. — Не говори глупостей, Северус, — одернул его директор. — Тогда бы выгорело все, а не только тролль, да и не под силу такое ребенку. Гарри, ты позволишь мне взять твою волшебную палочку? Я молча протянула ему палочку, он проверил ее, но, разумеется, ничего не нашел и вернул мне ее обратно. — Ну что же, — с явным облегчением сказал он, — сейчас мы разбудим мисс Грейнджер, и вы отправитесь в больничное крыло, где мадам Помфри окажет вам необходимую помощь. Я очень рад за тебя, Гарри, сегодня ты показала свою храбрость и отвагу. Пожалуй, следует наградить факультет Гриффиндор ста баллами, — добавил он, лукаво улыбаясь. — Триста баллов, отмена всех отработок до конца года и запрет на снятие с меня баллов, тоже до конца года, — отчеканила я. — Иначе я вызываю сюда авроров, и пусть разбираются, как в самую защищенную школу магии проник тролль. — Девочка моя, ты меня шантажируешь? — удивленно уставился на меня дедуля. — Господин директор, я сегодня потеряла магию, заработала истощение и чуть не осталась сквибом. Уже не говорю, что могла бы банально погибнуть. По мне, так я имею право требовать компенсацию, которая меня устроит. Какое-то время дедок внимательно и молча меня рассматривал. — Хорошо, Гарри, — легко согласился он, — это будет справедливо. Только, пожалуйста, в следующий раз не высказывай свои просьбы так категорично, я бы и так их выполнил. Запомни, я тебе не враг. В больничном крыле нас оставили на три дня, вернее, Гермиону выписали на следующий день, но она предпочла остаться и клевать мой мозг, а ее восхищенное щебетание и чрезмерная забота реально утомляли. Пока мы обживали больничное крыло, слухи о том, что две первокурсницы завалили взрослого горного тролля и не получили ни одной царапины, просочились в массы. Так что когда мы вышли, то попали в волну всеобщего восхищения и популярности. Гермиона старалась отмазаться от славы, но машина всеобщего обожания уже завертелась. На этой волне я явила миру Золотое Трио Гриффиндора, и впоследствии это название приклеилось к девчонкам до окончания школы. В свою очередь, эти счастливые заразы представили меня обществу как своего Принца, Рыцаря-Хранителя. На мои робкие попытки возразить, что, мол, я не парень, последовал ответ, что такая девчонка любому парню сто очков вперед даст; при этом они недвусмысленно косились на Рона. (Руку, кстати, ему вырастили.) Короче, я чувствовала себя, как героиня аниме в школе для девочек. После инцидента с троллем Гермиона стала какая-то слишком активная: она познала страх и кайф адреналина, и ее стало тянуть на всякие авантюры. Например, она зачастила к Хагриду и даже смогла выпытать сначала про Пушка, а потом и про Фламеля. Ей просто стало интересно, что охраняет собака. Я не единожды предупреждала, что это не ее дело и вообще опасная затея, на что она легкомысленно отвечала, что опасности ее не волнуют, ведь, если что, Принц придет и спасет ее, как в прошлый раз, с троллем. На мои возражения, что я не могла знать, где именно она находится, и пришла в туалет чисто поссать, она не реагировала. Короче, у психов бывают обострения не только весной, как оказалось. Рождественские каникулы принесли мне не только долгожданное спокойствие, но и Мантию. Все прямо по тексту канона. Чтобы не разочаровывать дедушку, я пошаталась по замку и посмотрела в Зеркало. Странно, что я в нем ничего не увидела, только серый туман. Но я еще раза три возвращалась к нему, пока меня не завернул Дамблдор, прочитав мне ласковую и понимающую нотацию. На этом свое следование канону я посчитала выполненным. На пятый день каникул, вечером после ужина, я поскреблась в кабинет защиты. — Ч-чт-то вы хотели, мисс Поттер? — заикаясь, спросил профессор Квиррелл. — Поговорить надо, — нахально ответила я, отталкивая его и протискиваясь внутрь. — Это наглость с вашей с-сторон-ны, — возмутился он, но все же закрыл за мной двери. — Мне надо поговорить с Лордом, — без предисловий начала я. Профессор побледнел и что-то замямлил. — Да ладно вам, в школе всем учителям известно, что вы одержимы, — перебила я его блеяние. — Не томите, у меня времени в обрез. — Дай мне поговорить с ней, — раздался голос. Квиррелл, что-то вяло возражая, стал разматывать тюрбан. Никакой рожи на затылке у него не оказалось, вернее, она, скорее всего, была, но только когда телом управлял сам Квиррелл. Сейчас он отдал управление Лорду, черты лица профессора поплыли, и мне явилось обычное мужское лицо, с носом и всем остальным, только оно выглядело изможденным, словно человек долго болел. — Любуешься, Гарри Поттер? — сказал Лорд спокойным, ровным, шипящим голосом. — Посмотри, каким я стал из-за тебя. — Ваше лордство, а вы ничего не попутали? — возмутилась я. — Причем тут я и ваше нынешнее состояние? А если вы о том, что вас развеяло после того, как вы к нам в дом пришли, так я вам сейчас расскажу, почему так случилось, и уж точно я в этом не виновата. Какое-то время Лорд удивленно меня рассматривал, словно сомневаясь в моем рассудке. Но я знала, что он очень любопытен и ни за что не откажется пролить свет на тайну и загадку. — Говори, — повелел он, — только учти, что я почувствую, если ты соврешь. Я пожала плечами и ответила: — Вы не смогли меня убить, потому что мы одной крови, а теперь не можете, потому что я ваш крестраж. — Что? — вскочил Лорд. — Не может быть, я бы знал. — Он достал палочку и набросил на меня чары определения и диагностики. Вокруг меня взметнулись разноцветные сполохи магии. — Не могу поверить, — растерянно пробормотал он, усаживаясь обратно в кресло и поигрывая палочкой, — но я точно этого не делал. Как такое могло случиться? — Ну, Дамблдор потом объяснит это, как спонтанный крестраж, а моя мать как бы сошла за жертву, — посмеиваясь, сказала я. — Сразу видно, что ты дурочка, — окрысился он. — Чтобы создать крестраж, одной жертвы недостаточно, нужны заклинания, сложная пентаграмма, а не простое убийство. — Значит, там все это было, — согласилась я. — Только ты об этом не знал, а тот, кто тебя туда заманил, очень даже был в курсе. Держу пари, это Дамблдор. — Ты, я смотрю, меня совсем не опасаешься, не боишься, что я тебя убью. — Да пожалуйста, — легко согласилась я. — Только, боюсь, ты этого не сможешь сделать, пока в этом теле. У профессоров со школой контракт, Квиррелл чуть не скопытился, когда тролля выпустил. Только потому и выжил, что никто серьезно не пострадал. А пожелай ты меня убить, так умрешь от отката, не успев Авада сказать. — Ладно, ты права. К тому же я пока не хочу тебя убивать. Договаривай, — поторопил меня Лорд. — Зачем директору так все усложнять? — Ты читал сказку о трех дарах смерти? — спросила я. — Нет, — ответил он. — Зачем мне читать глупые сказки? — Затем, что, как я думаю, все дело как раз в этих дарах, и это не сказки, вот, посмотри сам. Пока он с интересом рассматривал мантию-невидимку, я рассказала ему про дары Смерти. — У тебя тоже есть такой дар: кольцо, из которого ты крестраж сделал. И еще палочка. Где она, я тоже знаю. Если хочешь, помогу тебе собрать все дары, вернуть тело, захватить власть и обмануть Дамблдора. Тебя это интересует? — Что ты хочешь? — спросил Лорд, сдерживая волнение. Идея была реально привлекательная. — О, у меня только одно условие, — ответила я, — защита, безопасность. — Хорошо, — облегченно выдохнул Лорд, — я обеспечу тебе круглосуточную защиту и безопасность. — Нет, — возразила я, — ты меня не так понял. Я хочу, чтобы ты на мне женился. Брак должен быть равноправным и магическим. Вытянувшееся от удивления лицо Лорда стало мне лучшей наградой.