Night calls

Последний год средней школы Тейко. - Ребят, вы ведь придете на мой День рождения? - остановил собирающихся уходить после выматывающей тренировки ребят вопрос «копировальщика» Поколения Чудес. - У тебя что, День рождения скоро? - посмотрел на друга Дайки. Кажется, тот что-то недавно об этом уже говорил... - Аомине-чи, ты такой жестокий, - обиделся Рета, надув щеки и всем своим видом демонстрируя разочарование в лучшем друге. - Как ты мог не запомнить, когда я родился? - Действительно, Аомине-кун, это очень неприлично с твоей стороны по отношению к Кисэ-куну, - согласился незаметно подошедший Куроко. - Аааа! - завопил от неожиданности блондин, взвившись чуть ли не до потолка. - Куроко-чи, ну нельзя же так людей пугать. Я скоро заикаться начну. - Хотя я тоже не помню дату твоего рождения, Кисэ-кун, - бросив на парня угрожающий взгляд, закончил Тецуя. - Идиоты, - покачал головой Акаши Сейджуро, в который раз удивляясь тому, как он смог собрать столь оригинальную команду. - 18 июня, верно, Кисэ? - этот вопрос обращен уже к будущему имениннику. - То есть через четыре дня. - Акаши-чи, - прослезился от переполняющих чувств Кисэ. - Ты правда помнишь мой День Рождения? Капитан, ты лучший! - Тц, - недовольно фыркнул Дайки, порядком смущенный тем, что в самом деле забыл о празднике лучшего друга. Каким же он иногда бывает болваном. А «блондинка» теперь снова дуться будет. - Умм-мм, - невнятно пробурчал что-то одобрительное Атсуши. «Его рот хотя бы иногда бывает свободным?» - в который раз задал себе наболевший вопрос Аомине. - Мурасакибара-кун, я тебя не понимаю, - Куроко вопросительно посмотрел на гиганта Поколения Чудес. - И что тут непонятного? - в свою очередь удивился снайпер, задумчиво глядя на перебинтованные пальцы и, видимо, размышляя над тем, хорошо ли замотан бинт, или его нужно перебинтовать еще раз. Решив, что и так сойдет, Шинтаро перевел взгляд на Атсуши. - Он говорит, что поздравляет «кота-копирку» с наступающим праздником и желает удачи в спорте и любви. - Мидорима-чи, может, ты перестанешь меня так называть? - без особой надежды на положительный ответ попросил Рета.- У меня и имя есть, между прочим. - Я и говорю: «кот-копирка», - невозмутимо ответил зеленоволосый парень. - Злой ты, Мидорима-чи! И я не кот. - Ага... - В общем, рабы мои, вытащите затычки из ушей, заткните ими свои дорогие рты и слушайте команду! - прервал начинающуюся перепалку Акаши. - 18 числа у Кисэ Реты День рождения, на который вы все приглашены. Поэтому я лично кастрирую и заставлю съесть отрезанную часть всех тех из вас, кто вдруг решит не приходить и не поздравлять нашего «копировальщика». Всем все ясно? - Ему ответил нестройных хор голосов. - Вот и отлично. -Акаши-чи, я тебя люблю, - в порыве чувств воскликнул Рета. А незаметный фантом Поколения Чудес про себя отметил, что у его напарника и «Света» при этих словах затвердело лицо и сжались кулаки. Дайки резко отвернулся, примериваясь к кольцу для пятнадцатого за сегодняшнюю тренировку данка. «Интересно...» - мимоходом подумал Тецу, с легкой улыбкой на бледных губах попадая мячом точно в синеющий в паре метров от него затылок. *** Аомине Дайки очень не хотелось никуда идти. Ему было откровенно лень вставать сегодня с постели, не говоря уже о том, чтобы тащить свое бренное тело куда-то очень далеко, трястись в душном метро и идти по жарким улицам под палящим солнцем. Кто бы мог подумать, что июнь в этом году выдастся настолько кошмарным и будет здорово напоминать по температурам и комфорту Адское пекло в наибольшем его размахе? Казалось, что горячая звезда стала ближе к Земле на пару тысяч километров, и почему-то она очень злится на нашу планету, собираясь спалить ее дотла и прогуляться по пустынным улицам, покрытым толстым слоем гари и пепла. Дайки не хотел идти на День рождения Кисэ. Да и что он там забыл? Правда, его подарок валяется под кроватью уже третий день, заботливо завернутый в ярко-красную подарочную упаковку и перевязанный золотистой лентой. Ну а какой еще может быть лента на подарке для неугомонного блондина? Не синей же! «Знаешь, Аомине-чи, я больше всего люблю синий цвет. Это цвет моря и неба, он такой красивый. Ты так не думаешь?» - некстати вспомнились слова Кисэ, сказанные полгода назад, когда они вместе возвращались домой после тренировки. Это был один из тех многих дней, когда Рета был вымотан настолько, что сил ехать к себе домой в другой конец города у практически него не оставалось, и он оставался ночевать у лучшего друга (Мидорима в этот день смог отделаться от столь сомнительной компании на ночь, сославшись на крайне срочные и важные дела, требующие его немедленного присутствия в другом месте. А Аомине просто не повезло. Впрочем, он не сильно расстраивался по этому поводу: проводить время с начинающей моделью ему всегда нравилось). Нравится ему синий цвет, как же! Дайки до сих пор помнил, как покраснел, услышав это, и словно бы невзначай провел рукой по своим темно-синим волосам. Иногда «блондинка» был очень странным, и это немного пугало. - Не хочу я никуда идти, - со вздохом протянул Аомине, уставившись в потолок. - Но… «Аомине-чи, обязательно приходи, ладно?» и умоляющие щенячьи глазки в который раз сделали свое дело, и Дайки с еще более тяжелым и скорбным вздохом поднялся с кровати. Все-таки нужно поздравить лучшего друга, да и потерять мужское достоинство и честь благодаря жуткому капитану, почему-то взявшему наивного блондина под свое покровительство, вовсе не хотелось. «Акаши-чи, я люблю тебя» Как вообще можно было сказать такую несусветную глупость? Почему Дайки так злится из-за этих слов? Кисэ не был серьезен, говоря это, но, вспоминая, какими восторженными глазами смотрел «кот» на кровавого капитана и как слушал его, разинув рот, Аомине хотелось кого-то удушить. На него Рета так никогда не смотрел. И это Дайки показал неразумному новичку, что такое настоящий баскетбол! Это было… несправедливо. Да, именно так - несправедливо, не более того. «Аомине-чи, я очень хочу тебя завтра увидеть. Мне нужно сказать тебе кое-что очень важное» - произнес вчера Кисэ, как бы случайно отводя взгляд в сторону. Словно боялся увидеть реакцию Дайки. «Я приду.» Черт! «С чего я вообще думаю об этом?» Парень чувствовал, что сегодня должно произойти что-то важное для них обоих. Он ждал и страшился одновременно того, что хотела сказать ему блондинистая модель. - Кисэ, дьявол бы тебя побрал! Почему ты живешь так далеко? - недовольно вопрошал высшие силы Дайки, задыхаясь от царящей вокруг жары и духоты, но упорно таща свое полубессознательное тело вместе с улетающим в прохладные дали, где живут пингвины и морские коты, сознанием в сторону метро, кляня на чем свет стоит все мироздание в целом и одного блондина, которому в голову стукнуло жить отдельно от родителей в доме бабушки, в частности. Аомине в эту минуту ненавидел всех и вся, уже жалея о том, что поддался на уговоры и угрозы и согласился приехать. А впереди его ждала не самая приятная в мире поездка в метро и дорога от метро до дома Кисэ Реты. «Молись, Кисэ, чтобы то, что ты хочешь мне сказать, стоило всех моих мучений.» *** Дома у Реты было прибрано, вокруг царила чистота и гармония. Казалось, даже воздух в комнатах пропитался праздничной атмосферой веселья и стремился поднять настроение гостям и своему хозяину. Как и всегда Кисэ улыбался, шутил и смеялся, принимая поздравления друзей, но все чувствовали напряженность и некую нервозность виновника торжества. - Поднимем этот тост за нашего любимого «кота»! - провозгласил Акаши, поднимая бокал с шампанским, пузырьки при взбалтывании начали весело подниматься наверх, о чем-то дружелюбно журча между собой. - С Днем рождения, Рета. - Акаши-чи, - немного неловко возразил Кисэ. - Аомине-чи еще не пришел и… - И не придет, - пессимистично (или все же слишком реалистично?) перебил Шинтаро. - Мы его прихода ждем уже больше получаса, но он явно не торопится осчастливить нас своим присутствием. - Но… - Рета упрямо помотал головой, отказываясь верить, что лучший друг не придет его поздравить в такой знаменательным для него день. - Кисэ-кун, - фантом, не изменяя себе и своему стилю, возник неожиданно, появившись перед носом модели. И тут раздался дверной звонок. Акаши недовольно поморщился, когда Рета с криком: «Аомине-чи!» понесся открывать входную дверь. «Пришел, значит. Не струсил.» - С праздником, Кисэ, - Дайки протянул свой подарок блондину, даже не догадываясь, что уже сделал ему лучший из всех возможных подарков, просто придя сегодня в этот дом. - О, спасибо, Аомине-чи! Ты правда пришел. - Опоздав, между прочим, почти на час, - счел своим долгом прокомментировать Сейджуро. Дайки бросил на капитана раздраженный взгляд, не собираясь оправдываться перед каким-то парнем с императорскими замашками, нарциссизмом и высокомерием, размером с космос. «И что только Кисэ в нем нашел?» - А теперь первый тост в честь именинника! - Ребята, я так рад, что вы все смогли найти время и провести этот день со мной, - растроганно смахнул с ресниц несуществующие слезы Кисэ, прижимая к груди подарок с золотой ленточкой. - Мгммм, - поддержал Атсуши. - С Днем рождения, «копирка», - «перевел» Мидорима Шинтаро. - Поздравляем тебя, Рета. Ура!- бокалы со звоном чокнулись и гостиная наполнилась шумом из поздравлений, пожеланий, смеха и новых препирательств игроков Поколения Чудес. Потом было не менее шумное застолье с выпивкой, закусками и блюдами, приготовленными Кисэ специально для праздника. Вечерний салют и несколько бутылок отменного сакэ (Откуда только взяли? Впрочем, на этот вопрос Акаши отвечал таинственной улыбкой, поигрывая ножом для разрезания торта. Судя по все той же милой улыбке, резать он мог отнюдь не только торты) стали неотъемлемой частью этого дня, организованной лично капитаном Чудес. Бывшим капитаном, если говорить более точно. И это понимали все собравшиеся - День рождения Кисэ одновременно стал и их последним праздником, который они отмечают как одна команда. После этого ребята разойдутся по разным старшим школам и поступят в разные баскетбольные клубы, став уже не друзьями, а врагами и соперниками. Они будут вынуждены сражаться друг против друга, выкладываясь по полной и преодолевая непреодолимое ради победы над теми, кого раньше считали приятелями. Как и раньше. Но окружать их будут другие люди, появившиеся на месте старых друзей из Поколения Чудес, самых гениальных игроков этого десятилетия. Восемнадцатое июня - их последний шанс побыть еще немного командой и друзьями. «Все так быстро заканчивается. Будет жаль терять этих идиотов», - с незаметной для чужих глаз грустью подумал Акаши Сейджуро, наблюдая за веселящимися друзьями. В этот день веселились и радовались жизни они все, вот только мысли их были не совсем радостные, словно эхом проносясь в головах и повторяя за капитаном: «Все заканчивается». - Аомине-чи, - позвал парня Кисэ. - Можно тебя на минутку? Дайки поднял на друга глаза, отрываясь от облюбованной им бутылки сакэ. «Мне нужно сказать тебе кое-что очень важное», - вспомнил Аомине сквозь затуманенное алкоголем сознание слова Реты. - Да, хорошо, - кивнул парень, поднимаясь из-за стола и с легким сожалением отдавая бутылку сидевшему рядом Куроко. Не говоря больше ни слова, они вышли на крыльцо дома, плотно закрыв за собой дверь - с друзей станется подслушать разговор, в этом Дайки даже не сомневался, вспомнив хитрый взгляд голубых глаз, провожающих выходящих ребят. - Так о чем ты хотел поговорить, Кисэ? Воздух казался необычайно свежим и холодным по сравнению с дневным зноем. На небе загорались первые звезды, как бы подбадривая начинающую модель и подталкивая его ответить. Рета все еще не был уверен, что поступает правильно, но молчать он больше не мог. Довольно: он и так слишком долго молчал, сомневаясь и боясь. Если он не скажет этого сегодня, то не сможет сказать некогда. - Аомине-чи ты знаешь, почему я записался в баскетбольный клуб? - начал с риторического вопроса Рета, ответа на который от друга он и не ждал. - Я увидел твою игру и решил, что хочу играть вместе с тобой. Помнишь, это случилось, когда мы впервые встретились? Ты мне тогда еще мячом в затылок угодил. - Это была случайность, - счел своим долгом оправдаться Дайки, но Кисэ его не слушал. Он просто говорил и говорил, все то, что хотел сказать уже давно. - Аомине-чи, я восхищался тобой все это время, - Рета закашлялся и кашлял старательно. с чувством, будто оттягивая неизбежное признание. - Старался стать равным тебе, выиграть хотя бы раз до окончания средней школы. Но этому, видимо, просто не суждено случиться. Я никогда не говорил тебе... Да я и себе-то смог сказать это сравнительно недавно! Но… В общем. Как бы это сказать? - Кисэ замолчал, подбирая нужные слова, и провожая взглядом перелетевшую с одной ветки на другую ворону, почему-то не спящую в такую ночь. - Я влюбился в тебя, Аомине-чи. С первого взгляда влюбился, наверное. Глупо, да? Впрочем, я и сам знаю, что глупо. Прости, конечно, что говорю все это. Но ведь другого случая больше не представится. Что думаешь, Аомине-чи? Только давай сразу пропустим ту часть, где будут вопросы вроде "Ты меня теперь ненавидишь?", "Я тебе противен?" и прочее тому подобное вместе с ответами на них. И так знаю, что ненависти, отвращения или презрения ты ко мне не испытываешь. Дайки стоял и смотрел на блондина, не понимая, что может сказать. Но Кисэ явно ждал от него какого-то ответа. Желательно, развернутого и продуманного. - Я... - Аомине попытался собрать с мыслями. «Я больше всего люблю синий цвет» - Я не влюблен в тебя, Кисэ. Да ты и не ждешь от меня ответного признания, верно? А еще… - «Что же сказать? И как мне это произнести? Не могу!» - Ты мне очень дорог, Кисэ. Правда, дорог, но не в этом смысле. Все дело в количестве выпитого алкоголя и ни в чем другом. По собственной воле Дайки никогда бы не подошел ближе к Рете, оставляя позади разделяющее их расстояния бывшее одновременно и парой метров и сотнями тысяч километров, которые не свести на нет при всем желании. Он чувствовал чужое жаркое дыхание на своих губах и тонул в золотых омутах глаз человека, стоящего напротив. Аомине скорее почувствовал, чем услышал тихую просьбу: «Поцелуй меня, Аомине-чи. Хотя бы в честь праздника». Выпитое сакэ, неестественно холодный летний вечер, плавно переходящий в ночь, грустные глаза, горящие яркой краской щеки и приоткрытые, такие манящие губы. «У него сегодня День рождения», - как-то отстранено подумал Дайки, подчиняясь то ли просьбе, то ли атмосфере, подарившей им этот вечер. А может - собственным чувствам? Проснувшись на следующее утро, никто из Поколения Чудес не мог точно вспомнить события прошедшего дня, до самого вечера мучаясь с раздирающей голову болью: «Так и знал, что сакэ было испорченным». Девятнадцатого июня в мире стало на шесть трезвенников больше, и еще долго парни шарахались от любых алкогольных напитков, с ужасом вспоминая свой Самый Ужасный День в мире. К сожалению, также забылся и разговор Аомине и Кисэ, всплыв в памяти одного из его участников только спустя несколько лет. *** Настоящее время - первый курс учебы в университете. Аомине Дайки проснулся посреди ночи. «Что это было? Сон или…?» - подумал парень, судорожно вцепляясь в край смятого одеяла. В его голове воскресали и заново наливались жизнью и красками события одного дня в средней школе Тейко. «Аомине-чи, я влюбился в тебя», - произнес заветные слова голос Реты, такой, каким он был когда-то очень давно. «Разве такое может быть?! И как я мог забыть об этом признании?»