Night calls

Это казалось таким странным и нереальным - пить чай на кухне чужого дома, ставшего родным, и говорить об... отношениях. Впервые Дайки с Ретой в открытую говорили на эту тему, не прячась за телефонные трубки или посредников в виде Куроко и Кагами. - Хм. И что делать теперь будем? - нарушил неловкое молчание Аомине, которому, признаться, вся эта ситуация здорово не нравилась. Кто бы мог подумать, что человек, которому он открывал душу в ночных разговорах и признавался в светлых чувствах к одному небезызвестному блондину, окажется этим самым блондином? - Думаю, забыть обо всем или отложить все на неопределенное время, как мы поступали раньше, уже не получится. - Да, я тоже так думаю, - согласился Кисэ, прихлебывая чай. - Пора что-то решать, верно, Аомине-чи? Я понимаю, что нет смысла повторять еще раз все то, что мы друг другу наговорили за это время, но… Аомине-чи, я правда «важный для тебя человек»? - было видно, что этот вопрос дался блондину тяжело, словно он до сих пор не верил в эти слова или в то, что они обращены именно к нему. - Это правда, - отпираться было поздно, да и не особо Дайки этого хотел. Чего он хотел на самом деле сейчас, так это того, чтобы вся эта история наконец-то обрела хоть какую-то четкость и ясность, потому что недосказанность, неуверенность теперь просто угнетала. - И? Ты ничего больше не хочешь мне сказать, Аомине-чи? - заметив, что продолжения не последует, уточнил Кисэ. - Нет... - «А, черт! Да кому я вру-то? Почему бы теперь не сказать правду?» - Да. Да, наверное, я должен сказать что-то еще, - «Рета ведь действительно любит меня еще со средней школы. Это я, идиот, не замечал ничего и все чувства предпочитал держать в себе. Он имеет право знать.» - Но не знаю что, честно. Все так запутанно. - Аомине-чи? - Кисэ вопросительно приподнял брови, смотря на друга поверх исходящей жаром кружки со слишком крепким чаем. - Я не знаю, когда влюбился в тебя, Кисэ. Может быть, сегодня или после нашего первого разговора. Или после твоей болезни. Может быть, был влюблен еще в школе или, когда поймал себя на мысли, что все время думаю только о тебе, - быстро и торопливо, будто боясь, что его прервут, проговорил Дайки. - Знаешь, только благодаря тебе я смог принять отношения Тецу с БаКагами. Если бы не ты и наши беседы, я бы до сих пор страдал из-за того, что они встречаются, но появился ты. Нет, не появился, это я начал замечать тебя. А теперь ты постоянно в моей голове сидишь, ноги свесив, и я не представляю, что будет, если это изменится. - Аомине-чи. - Я люблю тебя, К… Рета. Думаю, что люблю. Наверное, даже уверен в этом. Дайки не знал, как сложатся их отношения в дальнейшем. Он никогда не задумывался о том, что будет всерьез встречаться с парнем, и понятия не имел, как это должно быть. Возможно, в чем-то это будет похоже на то, как встречаться с девушками. Или, наоборот, все будет иначе: непривычно, неправильно, ненормально или, попросту, странно. Аомине этого не знал, да и думать на эту тему не хотел. «Какая, к черту, разница? Тецу с Тупогами встречаются уже не первый год и живут вполне счастливо. Раз они могут, то и у нас все получится!» Вот только сомневаться Дайки не мог - Рета долго ждал, чтобы он сделал хоть что-то. Заставлять дорогого человека ждать и дальше из-за собственной трусости, Аомине не хотел. «Разберемся как-нибудь. Со всем разберемся. Непременно.» - Я тоже влюблен в тебя, Аомине-чи, - Кисэ улыбнулся, скрывая удивление от прозвучавшего признания. «Это не похоже на Аомине-чи. Но слышать его признание было приятно.» - Дайки. - А? - Мое имя - Дайки, Рета. - Хе-хе, я люблю тебя, Аом... мм... Дайки! Так долго. «Дайки, скажи, почему Куроко-чи никогда не называл тебя по имени? Вы же встречались в средней школе, разве нет? Думаю, спрашивать об этом еще слишком рано.» Аомине Дайки не верил в судьбу или что-то вроде того, как не верил и в «черные-белые» полосы в жизни людей и то, что случайных встреч в этом мире не бывает - каждая по-своему важна и значима. Он мог сколько угодно отрицать земную гравитацию или закон всемирного притяжения. Но, пожалуй, в один такой закон Дайки готов был поверить. Закон этот носил название «Принцип пустого места», и суть его состояла в том, что нужно избавиться от чего-то в своей жизни, чтобы получить что-то новое. К примеру, выбросить старые вещи, чтобы купить новые. Или порвать старые отношения, чтобы построить новые. «Чтобы в моей жизни было место для Кисэ Реты, мне пришлось навсегда расстаться с чувствами к Куроко, бросить баскетбол, лишиться квартиры и потерять некоторую часть самостоятельности», - подумал Аомине, снова вспоминая давно забытый вкус губ одного блондинистого недоразумения. «Ради этого солнечного чуда можно потерять и гораздо большее, а жизнь все равно останется насыщенной, интересной и яркой, если в ней будет он.» Если Дайки в чем и раскаивался, то в том лишь, что не понял собственных чувств немного раньше: года, эдак, на три-четыре. Однако судьба, пусть он в нее и не верит, все сделала, как можно лучше, подтолкнув нашего героя к правильному решению. А на следующий день выяснилось, что съемки фильма переносятся на несколько месяцев из-за того, что главная актриса вернулась из отпуска на островах и готова приступить к созданию новой роли. В тот же день Кисэ, к радости Аомине, уволился с ненавистной работы в «Секс по телефону». *** - Кстати, Дайки, - вспомнил однажды Кисэ, возвращаясь домой вместе с зашедшим за ним Аомине, после затянувшихся на сутки съемок ключевого эпизода в будущем фильме. - Я все хотел спросить, да как-то постоянно забываю об этом. Слушай, а где ты вообще нашел номер «Секса по телефону»? - Гм... - задумался Аомине, вспоминая дела минувших дней. - Кажется, мне этот номер Тецу показывал в каком-то журнале. Я его тогда от скуки на листок какой-то переписал и, вроде бы, там же и оставил, не стал с собой забирать, когда уходил. Да и не до того мне в тот день было, если честно: я только-только узнал, что моя бывшая «Тень» уже несколько лет встречается с красноволосым придурком. - Ха-ха! И почему ты так не любишь Кагами-чи? Он хороший, - рассмеялся Рета и вдруг замер. - Погоди. А откуда у тебя тогда снова бумажка с номером появилась, если ты ее с собой не брал? - Не знаю, да и давно это было. Странно... А, может, мне ее Тецу в карман положил, когда я уходить собирался? С его невидимостью это сделать - раз плюнуть! - Куроко-чи? Ну да, он мог... Я только сейчас вспомнил: это же я ему журнал приносил с рекламой агентства, жаловался, что мне теперь там работать придется, пока фильм снимать не начнут. Пару минут парни молчали, и в глазах их читалась крайняя степень изумления, сменившаяся затем озарением. Округу огласил дикий смех, в перерывах между приступами веселья можно было расслышать отдельные слова и даже отрывки фраз: «Куроко-чи - сваха», «Ну Тецууу...», «Кто бы мог подумать, да?», «Я их обоих когда-нибудь прибью!», «Ой, не могу. Куроко-чи и Кагами-чи». В общем, все, что ни делается - все к лучшему!