Голубая роза

POV Я люблю свою комнату. Иногда мне кажется, что сколько бы я ее не видоизменяла, то ничего не испортит моего впечатления о ней, кроме людей, которые способны испортить все. Даж такую привычную и безопасную атмосферу, которая в самое раннее утро окутывает тебя, как ребенка, которого, прижимает к сердцу, мать. И вот этот пугающий момент, когда твоя "идиллия" нарушается, а спина чувствует присутствие совсем не родного человека. Но я знаю, кто это и почему так близко. "Кто это" лежала за мной на кровати, рассеяно изучая картинки мелькающего экрана, повествующего нам о выдуманной истории, пропитанной философскими мотивами. Я пытаюсь также задерживать свое внимание на единственном светящимся объекте в комнате, но что-то мне не позволяет расслабиться. В моей идиллии появилась трещина, пропускающая через себя ту особую консистенцию, поддерживающую мою комнату "моей". Люди привычно называют это "домашним очагом", но только это мой "комнатный" очаг, который нагло испачкан чужим присутствием. И эта "трещина" весьма симпатичная, учитывая ее женственную фигуру и невыносимо приятный запах, который я ошибочно определяла как новые духи. Я натягиваю одеяло до плеч, слегка вздрагивая от выступивших мурашек, что заставляют съежиться, подгибая холодные ноги к животу. Плавая в своих мыслях я незаметно теряю былую заинтересованность в фильме и совсем не понимаю, о чем идет речь. Глаза неприятно напрягаются, когда яркие оттенки начинают быстро мелькать, заставляя обратить на себя внимание. Успеваю улавить последние слова, и пытаюсь понять о чем идет речь, бегло вспоминая момент, когда я еще слышала и видела происходящее на экране. Все, что я понимаю - фильм потерял былую значимость и интересность - решаю просто попытаться заснуть, несмотря на то, что этой ночью я не одна. Что-то очень нежное и теплое коснулось моего плеча и неотрывно опускается к самым кончикам пальцев, осторожно беря их в свою руку. Последний жест вынудил окончательно открыть глаза и понять, что это не сладкое начало воодушевляющего сна, а чуть менее сахарная и пугающая реальность. Это ты. Начинаешь поглаживать тыльную сторону моей ладони, подушечками пальцев, заставляя меня перевернуться на спину. Рука все еще в твоей, расслабленно наслаждается приятными прикосновениями, а я так и не решаюсь повернуться и взглянуть, в блестящие от легкого раздражения, глаза. Такая властная и ревнивая, что не можешь простить моего не внимания в твою сторону, и характер выдает новое, очень возбуждающее чувство, которое я люблю в тебе - азарт. Это то, что сейчас медленно воспламеняется где-то внутри, постепенно расплавляя оледеневшее сердце. Я решаюсь повернуться к тебе и самодовольно наблюдать, как скоро пропадет вся былая уверенность и смелость. Свет из электронного ящика освещает твое лицо и я замечаю, как уголки губ слегка дергаются вверх, возвращаясь на место привычной холодной "недо-улыбки". Мне кажется, что ты улавливаешь мою мысль, но держишься все так же уверенно, словно я не испепеляю тебя взглядом, который зеленеет с каждой последующей секундной нашего напряжения. И ты только усиливаешь его - чувственно прикасаешься пухлыми губами к тыльной стороне ладони, слегка задерживая влажный поцелуй. Знаешь, даже такой джентльменский жест не сможет испортить женственную натуру, отражающуюся в каждом движении твоего тела. Властность все еще в твоей голове, прочно вьет паутинные нити и планы по тому, как ты завладеешь мной. Мне нравится замечать, как ты пытаешься скрыть это осторожностью, которая уже граничит с нервозностью и больше выдает твое желание. Ты кладешь мою руку вдоль своего тела и фалангами пальцев я чувствую, как случайно касаюсь кожи твоего живота. Она такая мягкая и приятная. Ты снова прикасаешься к моему телу, заставляя напрячься до невозможности, что даже собственное наполнение легких кислородом становиться несоизмеримо тяжелой задачей. Пальцы властно дотрагиваются до живота, завлекая за собой полное соприкосновение ладони с кожей - меня, с остановкой дыхания. Я неприлично громко всхлипываю, надеясь, что болтовня с телевизора заглушила для тебя этот, приглашающий к действиям, сигнал. Но ты услышала. Красивые губы снова подвели тебя, задравшиеся уголки вверх так и кричали о твоем моральном наслаждении. Ладонь поднимается выше, исследуя кожу и выступы ребер, поочередно меняя площадь соприкосновения, от полной поверхности до легкой пульсацией кончиками пальцев. Я чувствую, как сильно ты хочешь подняться выше, но знаешь, что выше этого? Желание мучать меня, практически доходя до соска, но всегда прерываясь, ожидающе нового сигнала о продолжении. Но я знаю, тебе вовсе и не нужны никакие намеки и подсказки, чтобы достичь чего-либо: ты нагло возьмешь свое, попутно иссушая до такого контраста, что желаемая вещь будет умолять оказаться в твоих руках. И даже в ситуации с рукой, касающейся твоего живота ты выиграла - только сейчас я понимаю, что каждый твой вздох, который я так остро чувствую фалангами пальцев, приносит тебе новое удовлетворение и ласку упругой кожи. И знаешь, что забавно? Я не в силах ее убрать. Мне чертовски нравится касаться тебя, даже на таком маленьком уровне. Ладонь скользит выше, одаривая кожу у груди возбуждающими и бесконечно приятными ласками, которые остро вонзаются вниз живота. Хочется свести ноги и прекратить то, что еще даже не началось. Мои вздохи становятся чаще и ты прекрасно чувствуешь это, становясь более уязвимой сама - та нежнейшая и бархатная кожа все больше касается моей руки. Но, похоже, тебя это совсем не пугает и ты ближе пододвигаешься ко мне, позволяя теплому дыханию касаться плеча, и тогда уже я позволяю своей ладони полностью касаться живота. Твои пальчики заботливо поглаживают мои ключицы, задевая майку вверх, которую я уже давно хочу снять, но не могу. Губы пересохли, ловля спертый воздух этой комнаты и все мои мысли заняты тем, как ты будешь их увлажнять. Волна теплого электричества снова доходит до самой чувствительной точки и прочно задерживается там, накапливая с каждой минутой все больший заряд. Ты пододвигаешься неприлично близко и тут сдаю назад я, отворачиваясь от тебя к потолку. Знаю, какое сильное желание разгорается в тебе, когда я не позволяю полностью овладеть собой и это несомненно отражается в моей улыбке. Но ты не видишь ее, а позволяешь себе большее - дойдя кончиками пальцев до шеи, полностью соприкасаешься с ней ладонь, пресекая любые мои попытки увернуться снова, властно смыкаешь пальцы в "ошейник". Мне уже плевать на то, услышишь ты или нет, но я шумно выдыхаю, чувствуя влажный восходящий след твоего языка, оканчивающийся нежным поцелуем возле ушка. Твой возбужденный шепот полностью отключает и ломает любые рамки приличия во мне: - Тшш, расслабься. Эта фраза - недвусмысленный намек на то, как далеко ты зайдешь и эти мысли пугают, вынуждая сильно напрячься в такой неподходящий момент: ты нависаешь надо мной, ловко протиснувши горячее бедро между моими, слегка трясущимися, коленками. Сильно свожу скулы и незаметно хватаюсь за простынь, чтобы не выпустить, желаемые для твоего слуха, стоны. И снова твоя победная улыбка, которая ужасно раздражает и даже злит, но это все пустяки, по сравнению с тем, что тревожит меня на самом деле. Твоя ладонь скользит по моей шее и самодовольно захватывает подбородок, не давая никаких шансов увернуться. Чертов миллиметр отделяющий твои губы, от моих, решающий дальнейший исход событий остается балластом для нас обоих, но ты не стремишься быстро убрать его. Грубо отворачиваешь подбородок в сторону, властно сверкая глазами и касаешься горячими губами шеи. Это не то, зачем ты оставила наш балласт и я чувству укус, с горечью раздражения и злости, исходящих от тебя. Грубо, по-собственнически, показывая мою принадлежность тебе, оставляешь синюшные круги на нежной коже, которые завтра мне придется умело скрывать. Но напряжение никуда не ушло и ты прекрасно чувствуешь это каждой клеточкой своего тела, находя отголоски этого состояния глубоко внутри своего, но никогда не показывая этого, даже мне. - Я знаю, как тебе хочется, милая. - еле слышно шепчешь это и прикасаешься теплой ладошкой к моему соску, осторожно сжимая его. - Мы, - чуть останавливаюсь, постанывая, - не должны, прекрати... Еще пару секунд и властный взгляд меняется на ласковый и успокаивающий меня, жест, а затем ты медленно убираешь надоевший балласт - целуешь, проводя своим языком по моему, превращая приятный электрический заряд в убийственный разряд тока. Тебе показалось, что шея это недостаточный показатель собственности и ты довольно кусаешь меня за нижнюю губу, чуть оттягивая ее. Мысли, что до трясучки тревожили меня, постепенно растворяются, давая желанию больше места и владения - наконец кладу свою прохладную ладошку на твою шею, ближе притягивая к себе. Ты ужасно злишь меня своей победной улыбкой. Даже в таком моменте ты умудряешься показать свое превосходство этим маленьким и колким действием. Интересно, сколько еще явлений могут иметь на сколько двоякий смысл. Обычно, мне нравится твоя улыбка. Решивши, что балласт полностью удален ты снова отдаешь предпочтение моей шее. Кусаешь образовавшийся синяк, заставляя шумно простонать, то ли от боли, то ли от ее концентрации в количестве приятных ощущений. С каждым твоим поцелуем становиться жарче, а теплый воздух уже начинает царапать горло. Я медленно глотаю и прикрываю свои глаза, чувствуя как приятно ты ерзаешь на мне. Быстро и неосторожно снимаешь с себя майку, делая тоже со мной, словно, боясь, что я передумаю и все прекращу. И вот твои горячие губы опустились до груди, продолжая мучить меня изнуряющей нуждой в твоих прикосновениях. Чувствую влажный и теплый язык на моем соске и спускаю самый пошлый стон, что ты только могла слышать от меня. Это чертовски приятно и даже если я проигрываю, то с большим удовольствием вручу тебе кубок победителя, и даже не раз. Запускаю пальцы в твои шелковистые волосы, которые приятно щекочут голое тело и нагло сжимаю затылок, пытаясь свести ноги вместе от ноющей боли внизу. Ты чувствуешь, как сильно сжались мои бедрам и осторожно прикасаешься ладонью к моему колену. Я облизываю нижнюю губу, стараясь отвлечься от тревожных мыслей, но, кажется, они уйдут на второй план навсегда, если ты коснешься ниже. И ты делаешь это. Слегка царапая кожу, проводишь пальчиками по внешней стороне бедра, и это отвлекает меня, заставляя ослабить давление ногами. Черт, они не слегка подрагивают. Как же я тебя ненавижу. Раздвигаю ноги шире, позволяя протиснуться между ними и твои поцелуи достигают живота. Не хочу слишком баловать тебя, но, клянусь, я готова стонать от каждого нового прикосновения ко мне. Свободную руку кладу на простынку и сильно сжимаю ее, тихо прося тебя остановиться. Конечно ты делаешь вид, что не слышишь, хоть я уверенна, что это не так. Вместо ответа ты слегка приспускаешь ткань моих трусиков и нежно проводишь языком вдоль живота. Ох, черт, как я ненавижу тебя. Приходится сильно прикусить губу, в надежде успокоиться и через секунду, чувствую ржавый привкус на языке, который заставляет сморщиться. Конечно, ты замечаешь это, ведь каждое движение - проверка моей реакции, которая то и дело тешит твое, не без того, огромное самолюбие. Но ты улыбаешься: поцелуи медленно поднимаются вверх, доходя до алых губ, пропитанных металлическим привкусом. Заботливо кладешь ладошку на мою щеку, ласково убирая волосы за ухо и нагло слизываешь с приоткрытых губ, оставшуюся каплю крови. Я выдыхаю в этот мнимый поцелуй и сильнее расслабляюсь, чувствуя твою заботу. Азарт и нетерпение выплескивает новую волну возбуждения и ты ловко стягиваешь с меня трусики, полностью оголяя перед собой. Я не успеваю или даже не хочу, возразить, а лишь смиренно ожидаю дальнейших действий. Ты снова целуешь мой живот, разводя коленки шире и стремительно опускаешься ниже. Мои бедра так сильно дрожат и я мысленно прошу тебя прекратить, все еще терзая себя глупыми мыслями. Я сглатываю, ощущая мокрый поцелуй на моей коленке или ниже, я даже не понимаю, где это, потому что твои движения на столько уверенны, что я закончу даже раньше, чем ты начнешь. Поцелуй который превращается во влажную дорожку ведущую только к одному. Мне кажется, на секунду остановилось все: дыхание, дрожь в ногах, мое сердце и желание чтобы ты прекратила тогда, когда я чувствую горячий и влажный язык на своем клиторе. Ты делаешь это чертовски приятно. Не скажу, что у меня есть большой опыт, чтобы сравнивать, но он все же есть, чтобы сказать, что ты превосходна. Пожалуй, я могу показать твою награду - пошло стону от каждого нового прикосновения, жестко хватая несчастную ткань нашей простыни. Секундочку, когда она стала "нашей"...? Ты ускоряешь темп и возобновляется та болезненная дрожь, теперь уже, от приближающейся разрядки, которой у меня давно не было, чтобы так быстро ее встретить. Ты свободно входишь в меня одним пальчиков и делаешь несколько быстрых толчков, чтобы скорее насладиться своей полноценной победой. Мне хватает всего пару движений и я сжимаю твою голову ногами, попутно краснея и выпуская самый громкий и протяжный стон, показывая, как сильно мне понравились твои прикосновения. И за всем спектром эмоций, что сейчас разлетелись у меня по телу, отдаваясь особенными движениями в мышцах живота, во мне задерживается основная - осознание произошедшего, которое сильно пугает меня. Чувствую горячую соленую дорожку на своей щеке, поспешно скатывающуюся на подушку. Ты нависаешь надо мной и замечая мою реакцию, медленно ложишься рядом, возвращая теплое одеяло на место, ладошкой вытираешь с моей щеки влажную жидкость и тихо говоришь мне на ушко: - И я люблю тебя, сестра.