На руинах забытого. Сквозь время

Демон довольно оскалился и стоящий напротив него ангел отшатнулся не в силах выдержать взгляд горящих глаз, а в следующее мгновенье голова воина Небес слетела с плеч, забрызгав землю светящейся кровью. Быстро оглянувшись, Гарри отметил, что армия Ада побеждает в этой битве и одним взмахом черных крыльев оказался рядом с единственным падшим, чья ненависть к Небесам помогла ему полностью переродиться во Тьме и уничтожить ангельскую благодать в себе. - Ты как? - спросил Гарри у падшего и тот, откинув с лица мешающуюся прядь золотых волос, прищурил абсолютно черные глаза, скривившись в улыбке: - Сегодня мы окончательно показали им их место. Эти сияющие ублюдки ещё пожалеют о своем желании очистить наш дом. - Твари ещё как пожалеют, - нехорошо улыбнулся Гарри и, поддержав падшего, добавил: - Тебе стоит отдохнуть, Люцифер. - Как и тебе, - фыркнул падший и, не сдержав иронии в голосе, добавил: - Сатанаэль. - Замолчи. Они дали нам имена, которые смертные вписали в свои книги, а ты радуешься. Не стоит признавать их... - Не стоило уничтожать всё на своем пути. Тем более, - Люцифер уже успел полностью регенерировать и находился в приподнятом настроении: - Они были недалеки от истины. Ты намного ближе к Ней, чем все мы. Гарри лишь поморщился. Любовь ангелов давать имена и присваивать ранги добралась до Ада незаметно. Сказать по правде, стычка была одной из последних попыток Небес упорядочить иерархию Ада. Демоны оставались всё так же хаотичны и не поддавались четким границам. На пьедестале продолжали стоять сильнейшие - высшие, а остальные скапливались внизу, не рискуя лезть вверх, так как в защите целостности своего круга высших, сильнейшие быстро отправляли наглеца во Тьму. После ухода древних демонов, такая ситуация устраивала всех. Древние в гневе могли и пожирать низших, чем высшие не занимались. Гарри был одним из высших. Одним из тех, кто стоял на вершине. Начав с незначительных стычек, небесное воинство принялось за попытки загонять демонов те же рамки, в которых находились сами. Они оценивали каждое дитя Тьмы, создавали сводки и... присваивали имена. Этим ангелы очень напоминали Гарри пресловутых Жнецов, которые уже успели пару раз взбесить демона в стычках за души. Неприязнь оказалась взаимной и Сатанаэль не сдерживал презрительную усмешку при виде Шинигами, а те отвечали ему неприязненными взглядами. Безэмоционально посмотрев, как демоны раздирают на части тела погибших врагов, словно стая падальщиков, Гарри поднял с земли меч предводителя отряда ангелов и направился прочь, не желая тратить свое время на бессмысленные глупости. - Ты уже уходишь? Не поворачивая головы в сторону Вельзевула, который обмахивался оторванной рукой, Гарри ответил: - Не вижу в этом смысла. Я слишком хочу есть, а эти тела не смогут утолить мой голод. Вельзевул расхохотался и, швырнув руку ангела в какого-то низшего, произнес: - Им стоило назвать тебя Вечно Голодным. А они прозвали тебя просто Врагом. Вместо ответа Гарри широко улыбнулся и продолжил свой путь, прислушиваясь. Он ждал душу, готовую на всё. Плевать какую, но лишь её чарующий аромат мог заставить его утолить свой голод хотя бы на некоторое время. А для чего ещё нужны демоны? Такова суть каждого жителя Ада - пожирать души тех, кто готов отдать их за исполнение своих мелочных желаний. К тому моменту, как Небеса выступили в открытое противостояние с Адом, Гарри уже успел разменять третье тысячелетие, а мир смертных пережить свой первый вселенский потоп. Мир стремительно менялся, а демон оставался всё таким же. Жадным до душ и становящийся всё сильнее и искусней. В первых же битвах, он быстро вышел вперед, сражаясь с непревзойденной яростью и страстью. Этим он поднял свой авторитет среди других демонов и вызвал ненависть ангелов. Небесные воины быстро дали ему имя, назвав так во время одной из битв, а адские соратники лишь подхватили эстафету. В конце войны Гарри стали опасаться даже свои, за исключением нескольких таких же жадных и сильных демонов, как и он сам. Вместе они могли сравняться по силе с половиной ангельского воинства и, когда пришло время, названное смертными нашей эрой, названный Сатанаэлем не раз успел проклясть довольных соратников, которые притаскивали ему из мира людей Библии различных редакций и довольно описывали его, Гарри, любовные похождения. Демон плевался, ломал кости наглецам, но ничего не мог поделать. Фантазия смертных, которых посетила небесная Муза, была неудержима, как, впрочем, и желание демонов посмеяться над незадачливым Сатанаэлем на которого явно точили не один зуб ангелы. Хотя, они с Люцифером долго смеялись, когда узнали, что вместе с ещё несколькими демонами превратились в понимании Небес в единое существо, названное Дьяволом. Но, оставаясь Сатанаэлем для всех, демон про себя продолжал называть себя Гарри. Он вообще принимал любое имя, что давал ему контрактор. Так, например, в пятнадцатом веке, с легкой руки Иоганна Гёте, он получил имя Мефистофель, которое писатель использовал в одной из своих работ, "осчастливив" демона на долгие столетия вперед и увеличив количество шуток Люцифера в свою сторону. Душа Гёте, к слову, оказалась весьма вкусной, о чем Гарри потом не раз вспоминал. Демон иногда, в порыве ностальгии, даже начинал сравнивать души двух Иоганнов. Душа Фауста была слаще из-за боли, что испытал чернокнижник перед своей смертью. Выйдя на уже знакомый берег реки, Гарри увернулся от языка большого зверя, что напоминал монстра из самых страшных кошмаров смертных. Но для жителя Ада эта тварь была лишь домашним питомцем, изредка появляющимся из демонов, что ушли во Тьму. Полыхающие оранжевым огнем глаза существа ярко светились в темноте, а преданно виляющий хвост показывал насколько тварь рада видеть своего хозяина. Словно верный пес, готовый на всё, чтобы хозяин обратил на себя внимание. - Сидеть! Отдав приказ, Гарри смотрел, как тварь послушно плюхнулась на зад, продолжая бешено вилять длинным, лысым хвостом, оканчивающимся острым, словно кинжал, наростом. Скривившись, демон в задумчивости потер подбородок. Абсолютное сходство с собакой, аж бесит. Никакой красоты и грациозности! Но главное даже не это... - Идем, Кури, - махнул рукой демон и направился к особняку, а тварь послушно затрусила следом. Главным было то, что первый встреченный им демон, даже после своей смерти от его руки, не пожелала его оставлять. Она появилась из Тьмы спустя почти тысячу лет в образе животного и пришла в особняк. Улеглась у его ног и вот уже больше пяти тысяч лет оберегала от всех, кого считала врагом. Его вечное напоминание о том, что в Аду никто не может быть твоим другом. Наверное именно поэтому Гарри терпеть не мог собак - Кури стала одной из них. Встряхнув короткими волосами, демон машинально погладил голову твари, что ластилась у его ног, и не удержал себя от того, чтобы провести острыми когтями по гладкому черепу. Кури негромко взвизгнула, но не отстранилась, чем вызвала ещё одну презрительную улыбку у своего хозяина.