Как мы часто дышим?

«История эта довольна проста, хотя в ней так много загадок, странностей и неопределенностей. Я хочу спросить у Вас, знаете ли Вы, как мы часто дышим? Довольно-таки, не правда ли? Воздух необходим нам. Вот так и я… Я дышу этим человеком, он нужен мне, как воздух, без него — я никто, ничто, меня нет в этом мире. Как мы часто пьем воду? Хах, довольно-таки часто, не правда ли? Мы нуждаемся в воде больше, чем в еде, она незаменима. Вот так и я… Я тону в этом человеке, он необходим мне. Знаете, в моем городе нету моря, но куда бы я ни шла — оно всегда со мной. А секрет в том, что этот человек и есть мое море. Он — моя вторая половина. Он заполняет меня, не дает упасть, сдаться, он дает мне жизнь… Жизнь, которую я никогда не хотела.» Именно с этих строк в сообщении и началось наше общение. Загадочная, необъяснимая, неповтория, непонятная, странная, — все это вызывало интерес, с ней всё больше и больше хотелось говорить, контактировать, погружаясь в её невероятный мир с головой, как в омут, окрашивая Мир такими красками, с коими она привыкла жить. Был декабрьский вечер, в то время я был стажером в университете на факультете журналистики и мне дали задание. Оно заключалось в том, чтобы я взял интервью у одной из известных писательниц. Сказать честно, я был поражен. Поражен ее стилем, ее рассказами, книгами, очерками… С самого начала наше общение началось слишком необычно, она постоянно спрашивала меня могу ли я полюбить кого-то по-настоящему и, вообще, что значит для меня любовь. Она спорила со мной, говоря, что мнение людей слишком нелепо и странно в этом мире. Она не верила мне. Каждый раз, когда я просил встретиться с ней, эта женщина отказывала мне, говорила, что занята, что не сможет, что не в городе. ДжейЭн делала все, чтобы скрыться, но при этом, словно видела меня и знала, где я, что со мной. Это пугало, но заманивало в себя еще сильнее. Я не помню, как проходило наше общение после знакомства, я не помню, как я вообще жил в тот момент, что со мной происходило, какие у меня были переживания, интересы, что я делал и где был. Однако, я могу точно рассказать момент нашей первой встречи. Высокая девушка лет 25, в шляпке, странной непонятной рубашке, которая свисала с нее, штанах и коричневых полусапожках. Весь ее вид кричал о нестандартном телосложении астеника. Однако милое овальное лицо с чуть приплюснутым носом и пухлыми губами сразу же привлекали к себе внимание. Бледная кожа, прекрасные коньячные глаза, отдающие красноватым оттенком на солнце, смотрят, словно читают тебя, раскрывают каждые скрытые уголки. От этого становилось не по себе. А если быть точнее, я был напуган. Сердце начиналось колотиться, волнение полностью охватывало меня, руки потели. Она так робко подошла, сжала губы в тонкую полоску, а потом выдохнула, чуть склонив голову в честь встречи. — Я ДжейЭн, ту, которую Вы ждали, — сказать честно, я опять поражен. Она такая молодая, голос за душу берет, от него по телу мурашки бегут. Я поклонился ей в ответ, что казалось довольно-таки странным, как для меня, так и для остальных. Кто-то даже косо глядел на нас, а после начинал обсуждать. — Прошу, просто потерпи, это не продержится очень долго. Я не знаю, — она рассмеялась, прикрывая рот рукой, смотря на меня глазами-щелочками, что выдавали ее счастливое настроение, — Такое бывает часто. Все странно смотрят на меня, а я не понимаю с чего это вообще. Может, — девушка щелкнула пальцами, — У меня аура другая? Я удивился, вскинув брови, чуть склонил голову, вызвав ее очередной приступ приятного смеха. Он, словно что-то теплое, окутывал, проникая внутрь, согревал. Наша первая встреча не продолжилась долго, как Джей и обещала. Своего настоящего имени она не захотела раскрывать. В этом, как казалось юной писательнице, есть свой шарм. Даже на вопросы отказывалась отвечать, мотая головой, мол «нет, всё это скучно, дай мне большее». Это меня расстроило, ведь порывы отличиться от всех на своем потоке хотелось неимоверно, до сжатых кулаков и побелевших костяшек. Но как бы мои глаза не упрашивали, смешиваясь с какими-то невероятно нелепыми речами, девушка не сошла со своей тропы. Коротко цокнув, она прищурилась. Это сразу меня напрягло, напоминая о разнице в возрасте, о своем положении. Страх, что ей ничего и никто не мешает развернуться и уйти, начал сковывать меня, я все больше молчал, странно косясь на её реплики, движения. Даже походка была как-то по-особенному необычна. Желание смотреть на неё, любоваться улыбкой, непреодолимой радостью в глазах, покрывало все участки моего сознания, словно не давая пути к отступлению.