Условности

Стук в дверь. Шастун привычным жестом кивает гостю в сторону небольшой кухни: — Опять? — Снова. Арсений ловит себя на мысли, что это не есть норма. Совсем. Никак. Не может быть такое нормальным. В который раз за месяц он приходит к соседу снизу с виноватой моськой и улыбкой в стиле «нууууу, я не специально»? И в какой момент «не специально» стало ложью? Ловкие пальцы с россыпью колец бегают по клавиатуре вполне себе крутого ноута, который попросту не может ломаться так часто без видимых на то причин. И у Попова внутри что-то замирает, пока сам он закусывает губу, пока синие омуты глаз, не отрываясь ни на мгновение, следят за каждым жестом, за каждым взмахом изящных кистей. Антон молчалив и сосредоточен, впрочем, как и всегда, только кольца да браслеты позвякивают в тишине прокуренной кухни. Только эти сумасводящие руки снова творят магию. Шаст запускает программу по восстановлению системы, тянется к пачке сигарет, чуть улыбаясь: — Пять минут. У тебя снова драйвера полетели. Не знаю, как ты умудряешься… Арс его практически не слышит. Слишком уж он сосредоточен не на звуках, а на картинках. Вот, длинные пальцы вытягивают из пачки очередную сигарету, подносят к розоватым губам, что обнимают её мягко, почти бережно, ласково касаются светлого фильтра. Щелчок зажигалки. Огонёк бликует на кольцах, браслеты скатываются от запястья к локтю, открывая светлую кожу. Хочется прикоснуться… Провести пальцами по тонкой сетке вен, очертить узор. Хочется понять, какова эта тонкая, светлая кожа наощупь… На что похожа? Нежный шёлк? Или благородный бархат? А может она просто слегка прохладная, обычная? Безо всяких там высокопарных эпитетов. Арс залипает на этих руках. С первого своего прихода. Да что уж там… Попов залип не только на руки и пальцы, давайте будем откровенны. Он залип на молоденького программиста с глазами-малахитами. И да, он прекрасно знает, что при дневном свете эти глаза совсем другого оттенка. Но тут, в полумраке кухни, в клубах табачного дыма… Малахит. И серебро украшений. Идеальное, красивое сочетание. Очередная затяжка, очередной пробег изящно-ловких пальцев по клавишам. — Тебе бы на рояле играть, с такими-то пальцами, — безотчётно выдаёт Арсений, почти облизываясь, делая шаг ближе, почти касаясь тонкого запястья. Антон усмехается. Он же не дурак вовсе, давно заметил всё. И взгляд этот залипающий, и как сосед почти не дышит, наблюдая за работой. Но… как реагировать? Вдруг показалось? Вдруг это совсем не то, что он думает? Вдруг Попов просто печётся о дорогущем гаджете, а Шаст тут себе надумал невесть чего? — Нравятся? — тихо интересуется парень, всё же решаясь, поднимая глаза на гостя, дожидаясь кивка, а после замечая, что на скулах Арсения растекается алый румянец, похожий на закат — как доказательство правильности мыслей, как подтверждение робкой догадки, — Знаешь, совсем не обязательно ломать каждый раз ноут, чтобы прийти ко мне в гости. Тебе я всегда буду рад и без этих условностей.