Как обмануть отца или Ой, я, кажется, влюбился

Ночной клуб «Золушка» славился самыми красивыми девушками. Правда, появлялись они здесь только после двенадцати часов, а до этого на танцплощадке ходили или длинноногие вешалки либо пухлые хохотушки. Ни те, ни другие на роль любовницы на этот вечер не подходили, поэтому Тима спокойно попивал фирменный коктейль странного голубого цвета в комнате для VIP-персон. Он поглядывал на танцплощадку из-за шторы, огораживающей его от основного веселья. Он задумчиво поболтал в высоком бокале коктейль. Это был уже пятый по счету. Как уверял его бармен, буквально сносит с ног. Но что-то этого сногсшибательного эффекта он не наблюдал. Кажется, в коктейле присутствует толика водки, но она даже не ощущалась. Да и Тимур чувствовал себя вполне трезвым. Выражение «ни в одном глазу» как нельзя лучше характеризовало его нынешнее состояние. Тима посмотрел на часы. Без одной минуты двенадцать. Минутная стрелка передвинулась на одно деление и в ту же минуту музыка стихла, а на импровизированную сцену, которая обычно занавешивалась, вышел хозяин данного заведения, постучал по микрофону и доброжелательно улыбнулся. - Рад вас видеть в своем клубе, дорогие друзья. Как вы уже знаете, наш клуб называется «Золушка». Я хотел добавить в название слово «Наоборот», но креативщики отказались, хотя лично я считал и до сих пор считаю, что идея неплохая. Ведь у нас прекрасных Золушек запускают в зал только после двенадцати! – Он подмигнул всем и удалился со сцены. Тут же на танцполе появилось множество девушек, и Тима несказанно оживился. Он поднялся с удобного темно-фиолетового диванчика и спустился вниз, в зал, где уже творилась обычная трясучка. Девушки творили с твоим телом такое, что в обычное время даже за деньги не смогли бы повторить. Они выписывали такие немыслимые фигуры, что даже Тима, завсегдатай таких заведений, не мог не засмотреться. Что ни говори, а «Золушки» здесь были отменные. Он тут же приметил одну – с короткими волосами. Короткое платье насыщенного темно-синего цвета красиво оттеняло бледную кожу. Вообще в ее внешности наблюдался определенный диссонанс, но от этого она не становилась менее интересной. Включили зажигательную музыку, и Тима задвигался в ритме музыки, смотря на девушку так пристально, что она вскоре почувствовала взгляд, посмотрела на парня и опустила глаза, улыбаясь. Они танцевали рядом, глядя друг другу в глаза. Девушка широко расставила ноги, медленно качая бедрами и соблазнительно гладя себя, стала опускаться на корточки. Присев, она вывернулась и снова вернулась в исходное положение. На нее поглядывали и остальные парни, но взгляд девушки был прикован к Тиме. Он же не мог отвести от нее глаз. «Вот она. Та самая». И правда. Девушка-мечта для любого парня. Тима был уверен: она не станет унижаться, бегать за ним, и в этом была особенная прелесть. Танцуя, он приблизился к ней на расстояние вытянутой руки. - Привет, красавица. - И тебе привет. – Девушка обнажила белые зубки. - Как же зовут столь прекрасную незнакомку? Девушка заливисто рассмеялась от его немного старомодной речи. - Прекрасную незнакомку зовут Анастасия! - Прелестное имя. - Столько комплементов за двадцать секунд! У меня прямо голова кружится, - хихикнула девушка. - Я надеюсь побить рекорд, - с шутливым видом «признался» Тима. - Какой? – заинтересовалась девушка. - Сделать тебе столько комплементов, сколько ты слышала в своей жизни. Правда, думаю, устану говорить. - Но попытаться-то можно. – Девушка игриво качнула бедрами, выгнулась, всё это время глядя на Тиму. Тот с трудом удержался, чтобы не облизнуться. И правда – взгляд Тимы сейчас очень напоминал то, как кошак смотрит на крынку сметаны. Вечер для Насти и Тимы проходил слишком быстро. Они успели зажечь в самой середине зале такой танец, что все отходили, боясь, что им достанется какой-нибудь частью тела столь разыгравшейся пары. Когда объявили медленный танец, Настя собралась уходить с танцплощадки. Тимур схватил ее за руку, прижал к себе, пробежав рукой по силуэту девушки, и выдохнул ей на ухо: - Куда собралась? Она тяжело дышала. - Думала, ты не догадаешься меня пригласить. – Ее прерывистое дыхание касалось кожи шеи, и Тима с довольной улыбкой прижал девушку крепче. Музыка была такой мягкой, что страстные танцы тут были явно не в тему. С видимым разочарованием он слегка ослабил напор, отпустив девушку. Они медленно кружились в танце. Потом был еще один танец, и еще один. Было уже около пяти часов утра, когда Тима и Настя, в меру пьяные, с хохотом вышли из клуба. Тима притормозил автомобиль с табличкой «такси», галантно открыл дверь для Насти и сам плюхнулся рядом с ней. Назвав водителю свой адрес, он внимательно посмотрел на девушку. - Ты не против? Она смутилась и лишь мотнула головой. Расплатившись с водителем, Тима помог девушке выйти из машины, взял ее под руку. Они чинно вошли в подъезд, прошли мимо консьержа, поднялись на этаж и со смехом ввалились в квартиру. Тима закрыл дверь. Настя качнулась, споткнувшись об обувь, валявшуюся в прихожей. - У тебя тут так… - Знаю, - усмехнулся Тимур, хватая девушку. Он прижал ее к себе. Робкие касания губ вскоре сменились страстными поцелуями. Они лихорадочно раздевали друг друга, стаскивая вещи и совсем не заботясь об их сохранности. По квартире разносились громкие стоны девушки. Она закрывала глаза, вздыхала, шумно дышала, постанывая в промежутках, когда парень резче входил в нее. Пухлые губы вспухли от продолжительных поцелуев. Вот и сейчас парень наклонился к ней, жадно впился поцелуем в губы, покусывая их. Высунув кончик языка, он провел им по дрожащим губам. Девушка облизнула губы, притянула парня к себе так близко, что он буквально свалился на нее. Их рты снова сомкнулись, а языки принялись танцевать: то переплетаясь, то едва касаясь друг друга кончиками. - Я люблю тебя, - выдохнула Настя после окончания. Она лежала выдохшаяся, абсолютно без сил. Ее силуэт в темноте комнаты вырисовывался четко из-за бледноты кожи. Стройная, но с широкими бедрами, она действительно была лакомым кусочком. Парень лишь усмехнулся, промолчав. Встал с кровати, прошелся голым до бара, налил себе виски, кинул туда пару кусочков льда и стал медленно цедить напиток. - Зай, иди ко мне, - снова подала голос девушка. Он поморщился, услышав это «зай». - Одевайся, - бросил он ей, не оборачиваясь. - Но… - Одевайся. – Явно не стоило ему перечить. Возражения были не по его части. Хотела – удовольствие получила. А обязательства… да кому они нужны? - Тим, я… Он обернулся. - Насть, я позвоню, - устало пообещал он. «Чтобы сказать, что наш «роман» закончен», - мысленно закончил он. - Я буду ждать. - Ага. Она начала медленно одеваться. Трусики, лифчик – с ними всё было в порядке, но вот платье, которое Тима срывал с нее в пылу страсти, невозвратимо порвалось. - Тим? – В ее голосе звучали веселые нотки. Он снова посмотрел на нее и хмыкнул. - Да уж, досталось ему. - Это того стоило, - улыбнулась Настя. – Только вот мне уйти не в чем. Тима пожал плечами. Его абсолютно не волновало, как и в чем она уйдет. Но ее не должно быть здесь. Девушка уже начинала раздражать своей навязчивостью. Излишней навязчивостью. Вообще он слабо понимал, зачем, познакомившись с бойкой красоткой на дискотеке в ночном клубе, пригласил ее домой, потребовав продолжения вечера. Тогда эта бледная красавица в коротком платье, открывавшем все ее достоинства: длинные ноги и роскошную грудь – казалась королевой. Сейчас же эта королева опустилась до роли комнатной собачки. «Она сама всё испортила», - вынужден был со вздохом признать Тима. Отличный секс для него не был поводом для долгих крепких отношений. Ведь если подумать, секс – это вовсе не любовь. Так, физиологическая потребность. - Может, ты дашь мне что-нибудь из твоих вещей? – предложила она, подходя к нему и обнимая его плечи. Настя наклонилась и проделала дорожку из поцелуев от плеча до его шеи. Чтобы достать до точки, где начинались волосы, ей пришлось встать на цыпочки. - Не тупи. – Он отошел. – Хочешь прогуляться по улице в рубашке и трусах? Настя пожевала губу, сдерживая раздражение. - Слушай, что не так?! - То, что ты до сих пор здесь, - напрямую заявил Тима, решив не дожидаться вечера, чтобы звонить девушке. - Но… подлец! Совершенно не думая о последствиях, плачущая девушка схватила простынь, завернулась в нее и вылетела из квартиры Тимы. Он рассеянно посмотрел ей вслед, покачал головой, вздохнул и плюхнулся на кровать, раскинув руки. Закрыл глаза… - Просыпайся, дорогой сын. – Громогласный голос раздался над ухом, казалось, всего через минуту после того, как он закрыл глаза. Тима удивленно подскочил на кровати от неожиданности, сонно протер глаза. Это зрелище должно было умилить каждую девушку, но вот отец Тимы не способен был умилиться от одного только вида любимого блудного сына. Наоборот – черты его лица ожесточились, когда он увидел, что сын голый. - Ты бы хоть оделся, что ли, для приличия! - Я у себя дома, - огрызнулся Тима. – Тебя никто не заставляет… - Ах, никто не заставляет! К твоему сведению, эта квартира и всё, что в ней есть, куплено на мои деньги. - Попрекаешь меня? – прищурился Тима, снимая с кресла полотенце и закрепляя его на талии, завернувшись в него и засунув конец под остальные слои. На щеках мужчины заиграли желваки. - Я хочу, чтобы ты вел себя как мужчина, а не как не наигравшийся мальчик! Ты должен проявлять хотя бы немного ответственности, чтобы унаследовать мой биз… - Тут его взгляд упал на разорванное платье девушки. Исключительно короткое, на Насте оно не давало полета фантазии. Но даже при всей фантазии мужчины он не мог предположить, что это очень тесная футболка Тимы. - Упс. Тима спокойно наблюдал за тем, как меняется цвет лица отца. Из бледного он быстро перешел к состоянию «закипевшего чайника», разве что пар из носа не шел. Снова белый от гнева, мужчина мог лишь шипеть. Правда, недолго. Голос быстро вернулся, и тогда он заорал на всю квартиру: - Тимур, твою мать! - Мою мать ты видишь гораздо чаще, чем я, - ввернул он. - Заткнись, придурок! - Па, ты пришел поорать на меня? – не выдержал Тима. – Тогда давай, ори. – Он говорил это, доставая из ящика стола плеер с наушниками. – Когда закончишь, скажешь, хорошо? Тима надел наушники, включил тихую музыку и, делая ее громче, добавил: - Можешь начинать орать, я готов. - Щенок! – Отец преодолел расстояние между ними в пару шагов. Парень смотрел на него без страха. Отец при всем желании не мог ударить сына: у него был пунктик на эту тему. Однажды избив нерадивого сыночка до полусмерти, он месяц носился в поисках хорошей больницы. Мальчик даже впал в кому на несколько часов. Находясь в состоянии клинической смерти, он всё же смог вернуться. Этот случай наложил свой отпечаток на отношение к Тиме. С тех пор, как ему пришлось лечиться в Германии, и на восстановление ушел не один месяц, Николай Владимирович не решался бить мальчика. Вырвав наушники из ушей Тимы, он бросил их на пол вместе с МР3-плеером. Парень хладнокровно смотрел на разбитый экранчик плеера. - Доволен? Николай Владимирович целую минуту безмолвно смотрел на сына, размышляя. И чем больше Тима следил за выражением его лица, тем меньше ему всё это нравилось. Отец не злился, нет. Тима давно привык к его злости, даже ярости. На этот раз это было нечто другое. Что-то, заставившее Николая Владимировича мигом успокоиться. Он даже хитро прищурился. - Знаешь-ка что, сын… - Что? – Тима выгнул черную как смоль бровь. - А то, что ты можешь и дальше веселиться, транжирить свои деньги, посещать ночные клубы. Тима потрясенно заморгал глазами. «Я не ослышался?». - Нет, сын, ты не ослышался, - словно в ответ на его мысли произнес Николай Владимирович. – Я действительно позволю тебе прожигать свою жизнь самым бездарным образом при одном условии. - Я так и знал. Ты не можешь просто оставить меня в покое! - Что ты, что ты. – Николай Владимирович улыбнулся. – Услышав мое условие, ты сам не захочешь, чтобы я оставлял тебя в покое. - Да ну нах…рен, - под пристальным недовольным взглядом отца и после непродолжительной паузы Тима все же закончил фразу. Злорадная – иначе и не назовешь – улыбка буквально светилась на лице мужчины. И Тима находил это очень настораживающим и даже неприятным. Причем для него. - Короче так, Тима, я оставляю тебя в покое, если ты будешь гулять на СВОИ деньги. - Не понял? - А что тут непонятного? – Николай Владимирович мастерски изобразил удивление. – Ты транжиришь мои деньги, которые я даю тебе на жизнь, и даже не думаешь о своем будущем. Значит, об этом должен подумать я. - Кажется, ты уже подумал. - Естественно. - Ну, ты предлагаешь мне бросить учебу и пойти работать? – Тима жестко посмотрел на отца. При всем своем разгульном образе жизни бросать учебу парень не намеревался ни при каких обстоятельствах. Профессию, которую он получал, была желанна для него. И пусть финансистов была чертова туча, но он именно этого и хотел – стать экономистом. - Нет. - Тогда что? Денег своих у меня нет. - А рассматривать такой вариант как перестать гулять ты решительно отказываешься? – иронично спросил Николай Владимирович. - Пап, у тебя неожиданная волна желания меня повоспитывать или как? – вспылил Тима. - Ты зачем пришел? - Хочу донести до твоего пропитого сознания, что если ты не перестанешь шляться по барам, клубам и прочим заведениям такого типа; что если я не перестану получать газеты по утрам, в которых будут сообщения о том, будто мой сыночек появлялся на таком-то мероприятии в люльку пьяный, то ты, дорогой мальчик, лишишься всякого право на наследство! Тима фыркнул. Этого он не ожидал. - Супер. И куда ж ты это наследство денешь? Он надеялся поставить отца этим вопросом в тупик, но у Николая Владимировича на все ответ был. - Завещаю всё одному фонду. Тот фонд тогда помог тебе денег на операцию достать, причем абсолютно безвозмездно. Так что в некотором роде ты тоже обязан этим людям. - Если бы кое-кто не переломал меня, то никакой операции и не потребовалось, - процедил Тима. Мужчина смутился. - Я извинялся. Ты сам знаешь: мне тоже тяжело вспоминать это. - Ох, да, конечно. Я и забыл. Человек такой тонкой душевной организации как ты… - ДОСТАТОЧНО! – рявкнул Николай Владимирович. Тима даже не вздрогнул. - Отлично. - Я всё сказал: берись за ум или наследства ты не получишь ни при каких обстоятельствах. Даже мать тут тебе ничем помочь не сможет, если завещание будет нотариально заверено, так что даже не надейся найти здесь лазейку! Тима покусывал губу. - Берись за ум.. Нельзя ли подробнее? Николай Владимирович хмыкнул. Он знал, что сын не откажется от денег в будущем. «Не все же он мозги себе пропил, в конце-то концов», - сердито подумал мужчина. - Я хочу, чтобы ты перестал ходить по клубам, знакомиться там с девками и приводить их сюда. – Он брезгливо кивнул на то, что осталось от платья. – Неизвестно что от них можно подхватить! Тима поморщился. Он сто раз слышал проповеди о безопасном образе жизни, но обет нестяжания он не собирался давать даже под страхом смерти. Отказаться от удовольствия? Тогда в чем радость жизни заключается? Дальше. Николай Владимирович цыкнул, но продолжил: - Ты вернешься в университет и будешь добросовестно учиться. - Без проблем. – Его на самом деле устраивало это условие. - А еще я хочу, чтобы ты женился. - Это еще зачем?! Как и предполагалось, это абсолютно не устроило Тиму. Вообще никаким образом. Конечно, деньги – это не маловажная вещь, но жениться… он представил скучные будни с одной женщиной, когда даже на секс больше чем раз в неделю рассчитывать не приходится. То ли дело, когда ты свободен: ночь – новая девушка. - Жена научит тебя экономить, не позволит разбазарить всё в первые же месяцы. Но я не заставляю тебя жениться прямо сейчас, - мирным тоном заявил отец. - Спасибо, утешил, - скорчил гримасу Тима. Николай Владимирович усмехнулся. - Ты мне еще спасибо скажешь. - Сомневаюсь. - Ну, если ты так не хочешь соглашаться на мои условия, фонд всегда будет рад деньгам, - задумчиво произнес Николай Владимирович и сделал пару шагов к выходу. Тима разгадал не слишком хитрую манипуляцию, поморщился, с трудом сдержав стон, покачал головой, и все же остановил отца. - Подожди. - Да? - Я согласен. Николай Владимирович обернулся, сияя улыбкой. - Тогда я жду знакомства с твоей избранницей, сын.