Поверь мне

       Непонимание делает из друзей врагов.        Сехун никогда не забудет как это началось. Они с Чонином были лучшими друзьями, ходили вместе везде, никогда даже не ссорились, всё было просто прекрасно до него.        Старший всегда защищал Сехуна при этом, ярко улыбаясь ему, всегда говорил, что ни за что не оставит его. Но как все знают, в мире нет ничего постоянного и люди постоянно лгут нам. Чонин начал встречаться с девушкой. Именно с этого момента лучшие друзья стали отдаляться друг от друга. Теперь всё своё свободное время Чонин уделял своей девушке. Но и тогда Сехун не злился на друга, только радовался за него.        Чонин мог часами рассказывать Сехуну какая она очаровательная, милая, добрая, на что второй всегда улыбался. Если Чонин счастлив, значит и ему хорошо.        Сехун и правда был счастлив за него, или точнее пытался быть, ведь сердце всегда сжималось всякий раз когда парень видел их вместе. Он пытался свалить это на то, что просто ревнует друга за то, что тот мало времени уделяет ему. Но всё было не так. О Сехун, глупый паренёк, что влюбился в лучшего друга и любил его около трёх лет. Но всегда молчал об этом, понимая, что может потерять дружбу и самого парня на всегда. Девушка Чонина ему совсем не нравилась, и не потому что он ревновал, просто Сехун постоянно видел её с другими парнями, она флиртовала с ними, иногда даже целовалась, а после врала Чонину о подругах с которыми она , якобы, гуляла.        Сехун молчал, боясь причинить тем самым другу боль.        Но всё быстро изменил лишь один день. Се помнил яркое солнце. Он шёл домой к Чонину.       — О привет Хун, — к нему подбежала девушка Чонина.       — Привет, — тихо прошептал парень, не желая даже смотреть на неё.       — Ты чего такой кислый? — дёргая его за рукав, хохотала девушка.        Сехун нечего не ответил, продолжая путь.        Сехун постепенно закипал. Как она может быть такой? Как может каждый раз врать Чонину, который души в ней не чает? И наконец, как она вообще может так спокойно говорить с тем, кто всё про неё знает?       — Я больше не могу врать ему, — резко затормозив произнёс Хун. У девушки от его слов расширились глаза.       — О чём ты? — прикидываясь нечего не знающий дурочкой, уточнила она.       — О том, что ты изменяешь ему, что постоянно врёшь.       — Тебя это не касается, ясно, — зло посмотрев на парня, произнесла та.        Он мой друг, я нечего не говорил ему лишь потому, что боялся, что ему будет больно, но сейчас я просто не выдержу больше, — отворачиваясь от неё, твёрдо заявил парень.        Ему было страшно всё это говорить Чонину, но он просто устал, что из его любимого делают последнего дурака.        Взяв себя наконец в руки, парень постучал в дверь. Через минуту на пороге появился заспанный друг.       — Се, ты че.       — Чонин! Чонин! — отталкивая Сехуна в сторону, девушка бросилась на парня размазывая макияж по всему лицу.       — Что случилось? — заволновался парень, прижимая тело девушки к себе сильнее.       — Се. Сехун, — только и смогла выдавить из себя она.        Из неё ужасная актриса успел подумать Сехун.       — Ты. Как ты мог? — на лице Чонина читалось растеряность, злость, обида. Хун сначала не понял, что друг обращается к нему, и что она успела ему наговорить.       — Я ничего не делал Чонин, клянусь, это именно она изменяла тебе и постоянно врала, я не говорил тебе, но больше не могу. — удар кулаком прямо в лицо заставил Сехуна замолчать.        Всё, что помнил Хун дальше, это то, как его избивал Чонин. Он безжалостно бил его ногами, куда только попадал, что-то кричал. Хун отчаянно хотел подняться, хотел попросить Чонина выслушать его.        Но тот не останавливался ни на секунду, продолжая обрушивать на хрупкое тело удары. Он не помнит как было больно, сколько продолжались удары. Потом Чонин просто выставил его, крича о том, что они больше не друзья.        Физическая боль-ни что, по сравнению с той, которую сейчас чувствовал он. Ведь он даже не выслушал его. Что может быть хуже того, что один день отобрал у тебя единственного человека, которого ты любил всем сердце, дорожил дружбой как чем-то бесценным. А теперь в душе лишь пустота.