Фантом любви

      Всего лишь пара морщин на лбу, а внутри все такой же.       «Сынок».       Золотые тона подчеркивают этот уверенный и аристократичный стан. В Темные века его бы уважали уже только за вид. Пара струн, один немой вдох, и его голос разлетается по всей комнате. Знакомый. Прошлый. Такой давний. Как там говорят? Сердце в тиски. Именно так и было, когда Адам вновь его услышал. Казалось, говорить было не о чем, только снова нажать на него, надавить, заставить чувствовать вину и страх утраты. Чувствуй. Болей этим. Каждый раз при виде своего прошлого испытывай свое терпение.       Тянется и тянется осознанный разговор. Скажи еще слово. Скажи еще хоть что-нибудь. Попробуй вернуть, протянуть руку и сказать, что все было ошибкой.       Золото переливается на его рубашке от солнечных лучей. У него тоже утро, он в работе, не сдается. Шаг за шагом. Такой же твердый взгляд. Иногда ему снится, как черная рука, не успевая дотянуться до Шарифа, разлетается в черные кусочки мозаики. Картина уничтожена. Слова, которые должны быть услышаны в конце сюжета, не были сказаны. Он так и не смог разбить крепостную стену между ним и Адамом.       Прощение. Скажи, что прощаешь его. Признай, каково тебе без его опоры. Каково это знать, что за спиной никого нет, что тебя никто не ждет. Как никто с остервенелой преданностью не бросается в бой. В твою честь. За твою защиту. Остался лишь фантом.       Ему кажется, будто за каждым углом мелькает темный плащ. След. След воспоминаний, что так сложно ухватить. Вернуть эти частички себя все сложнее, а окружающий бред и абсурд лишь кидают ухмылки и бросают вызов, словно говоря ему:«Его ты не вернешь. Пса нужно было держать на цепи».       «Как же рвет изнутри...» - начинается монолог в голове Дэвида, и он вновь прерывает все логическими выводами. Есть причина, затем симптомы, чтобы ее выявить, за ними последствия. И все в безумном потоке накатывается друг на друга, и Шариф уже забывает, как хотел сказать самое главное.       «Как жаль...» - продолжает голос эхом отдаваться где-то позади. Как жаль, что он может помочь лишь делом, информацией. Но каждый звонок, как облегченный вздох после рабочего дня. Кажется, Дэвида все еще кто-то ждет. Как бы хотелось... просто помочь словом.       Нет. Он не тот, кто делает вид, что он сильный.       Он всего лишь тот, кто отец.       Он всего лишь тот, чьи чувства называют фантомными.       Скажи еще хоть слово. Скажи, чтобы не мое было последним.