Земной дьяволенок

От того, что девушка просидела очень долгое время без куртки, она подхватила двустороннее воспаление легких. Когда ее привезли в больницу, у нее был сильный жар. Лиза металась в бреду, часто дышала и стонала. Она звала маму и Фила, мяла простыню. Из ее закрытых глаз непроизвольно текли слезы. К утру подушка уже была сырая, как после стирки. Как только Татьяна Николаевна, ее мать, узнала о случившемся, она тут же примчалась в больницу. В распахнутом пальто, с растрепанными волосами, она тут же ринулась в палату к дочери, однако туда ее не пустили. Врачи работали с ее порезами – от долгого времени, проведенного в полной антисанитарии, на свалке, у нее могло быть заражение крови. Космос обнял женщину, на что та тут же разрыдалась у него на груди. - Ну, будет вам, теть Тань! – он гладил ее по голове. - За что же они ее так? – всхлипывала она. - Это не люди, Татьяна Николаевна! – сказал Валера. – Для них это считается чуть ли не развлечением – человека им помучить все равно, что нам с вами в кино сходить! - Средневековье какое-то! - Да, как же вы правы. – сказал Витя. Ребята не стали говорить ей о деньгах и Коршуне. Мало ли, как мать Беловой отреагирует на это. Уж пусть просто посчитает это нападением маньяка, чем какой-нибудь деловой заварушкой. Друзья сидели в коридоре около палаты Белки. Они слышали, как она мечется, как стонет и зовет мать и Филатова. Филу приходилось сложнее всего, потому что она звала его. Лиза стонала его имя, а он не мог ничем ей помочь. Хотелось взять всю ее боль на себя и самому перенести все эти пытки. Внезапно он вспомнил, как убивалась девушка за погибшей подругой. Он вспомнил, что она говорила: «Дайте слово, братья, что никогда не станете такими, как те, кто убили Ксюшу!». Валера даже вздрогнул от той мысли, что она скажет, если узнает об этом. Они же просто перестанут существовать для нее после такой новости. Хоть они и спасли ее жизнь, но за нее положили чуть более десятка. Они, ее братья, стали убийцами, которыми обещали не быть. - Филыч, ты чего? – спросил Космос, придвигаясь к нему поближе. - Кос, а мы ведь слово не сдержали! - Какое слово? - Ну, помнишь, что мы обещали, когда у нее подруга умерла. - Та, которая в Минск уехала? - Да. - Помню… - Так вот, мы – убийцы! Пчела задумчиво присвистнул. Холмогоров тоже умолк и уставился в пол. В коридоре стоял гул, но в голове каждого эта солянка звуков превратилась в вязкую, как кисель, тишину. Она наполняла их головы, наполняла все окружающее пространство. Наконец, Витя подал голос: - Пацаны, а давайте скажем, что они просто свалили из страны? - То есть? – не понял Фил. - Ну, типа мы их просто припугнули и они съебали заграницу! - Ты предлагаешь не говорить об убийстве этих уродов? – уточнил Кос. - Че, дошло, наконец? - А что, я согласен! Фила, ты как? - Я тоже не против! А на следующий день им сообщили, что Белка очнулась. Братья бросили все свои дела – Космос с Пчелой отложили сделку, Валера пропустил тренировку. Они примчались в больницу и едва не кучей ввалились в ее палату. Там уже сидела ее мама и утирала счастливую слезу, скатившуюся ненароком из уголка левого глаза. Она посмотрела на парней и с улыбкой шикнула: - Да тише вы, шумелки! Лиза улыбалась. Даже нет, она посмеивалась над ними – видно было, как мелко подрагивало ее тело. Ее волосы разметались по подушке в беспорядке, кожа была бледной, как бумага, от чего отчетливо видны были синяки под глазами. Поверх одеяла лежали Белкины худенькие руки, вдоль и поперек исполосованные глубокими порезами. Братьям было больно смотреть на их любимую клизму. Но даже такой – бледной и в шрамах – девушка будет для них самой лучшей на свете. Особенно для Фила, который достаточно ждал, чтобы, наконец, признаться Беловой в любви. Ему все равно, как она выглядит – даже если она потолстеет или постареет. У нее прекрасная душа, пусть даже для многих – душа дьявола. Это – его дьяволенок, его вечная страсть. В палату ворвалась медсестра и, увидев троицу, испугалась: - Нельзя больше одного посетителя! Выйдите! Она уже пыталась вытолкнуть парней в коридор, но Космос вежливо вывел ее из палаты, а потом вернулся через пару минут. - Все нормально! Сестра не возражает! – сказал он присутствующим в помещении, которые вознесли на него вопросительные взгляды. - Я пойду, пожалуй! – сказала Татьяна Николаевна и, поцеловав дочь в лоб, вышла, сказав: - Выздоравливай, родная! - Спасибо, ма! – тихо сказала Белка. Когда мать вышла, братья повернулись к ней с самыми счастливыми на свете улыбками. В их глазах так и лучилась радость за любимую подружку, так быстро оправившуюся после пережитого ей ужаса. - Ну что, братишка! – сказал Кос, улыбаясь во все тридцать два. – С возвращением! - Я вроде и не уходила никуда! – усмехнулась Лиза и друзья с радостными воплями бросились к ней. От таких ласк Белова стала задыхаться и громко закашляла. Парни испугались и поправили ей подушку. - Э-э, клизма, ты ж только очухалась! – сказал Пчела. - Сам ты… клизма! Сколько раз… повторять! – сквозь кашель прохрипела девушка и улыбнулась. – Нормально все! - Маленькая наша, ты нас так напугала! – сказал Фил, кладя руку на ее голову. - Я не собиралась, это все эти уроды… А они, кстати, где? Что с ними? Парни напряглись, что не укрылось от глаз Белки. Только Космос быстро сориентировался и выпалил почти на одном дыхании: - А они за границу свалили! Мы их припугнули и они уехали! - Да! – подтвердил Витя. - Правда! – закивал головой Валера. Лиза усмехнулась и сказала: - Вы ведь убили их, правда? В воздухе повисло напряженное молчание. Девушка переводила взгляд от одного лица к другому и посмеивалась, видя их перепуганные моськи. Она, в конце концов, не выдержала и сама ответила на свой вопрос: - Да убили, убили, я сразу поняла. Просто так эти дела не делаются. Мне следовало вас ругать, конечно, вы ведь обещали не убивать людей… - она на секунду опустила взгляд, но потом снова посмотрела на них ласково и продолжила: - Но они не люди! Они звери какие-то… Или даже не звери… Но не люди – точно! - То есть, ты не сердишься? – уточнил Филатов. - Вы мне жизнь спасли, балбесы! Конечно нет! И вообще, спасибо вам! Что бы я без вас делала! – Лиза потрепала Фила по голове. В этот момент Космос нахмурился и отвернулся к окну. Лиза тронула его за плечо: - Кос, ты чего? - Если бы не мы, ты бы туда не попала! – сказал он сухо. - Космос! - Да что я? Если бы мы просто учились, были бы просто людьми – всего этого не случилось! А так мы виноваты в том, что с тобой произошло! Прости, Белка, если сможешь! - Ты, чудовище, сюда иди! – требовательно сказала она и протянула к нему руки. Холмогоров вяло улыбнулся и подался к ней. Худенькие ручки сомкнулись у него на шее, а по волосам прошелся ее острый маленький нос. - Все хорошо! – сказала она и отпустила друга. Тот улыбнулся чуточку веселее и с любовью посмотрел на девушку. Какое же она чудо! Даже после того, что с ней случилась, она не сердится. Даже потому что, по факту, Пчела и Кос виноваты сами, она не держала зла. Они ведь не могли знать, что это коснется ее. И они спасли ее, даже взяв на себя ответственность за чужие жизни. Они умылись в крови только ради того, чтобы выручить ее, Лизу. Как после этого она могла держать на них обиду? Фил смотрел на ее руку. Маленькая, худенькая и бледная, она лежала поверх одеяла рядом с его рукой, непроизвольно легшей на живот Беловой. На белой коже были отчетливо видны красные полосы, уже покрывшиеся легкой корочкой. Он хотел взять ее в свои теплые ладони, большие, шершавые, в которые руки Лизы идеально помещались. Он понимал, что именно сейчас должен поговорить с ней. Сказать о своих чувствах, сделать то, что так давно собирался сделать. Валера собрался с силами и сказал: - Братья, выйдите, пожалуйста! Я вас прошу! Космос с Пчелой переглянулись и на их лицах появились хитрые ухмылочки. Они посмотрели на Фила, потом на Белку, и вышли. При этом, парни хлопнули Филатова по плечу и тихо сказали в самое его ухо: «Мужик, Фила!». Когда дверь палаты закрылась, Валера поближе придвинулся к девушке и посмотрел в окно. Светило солнце, с крыши капала вода с сосулек, таял снег, оставляя после себя лужи и ледяную кашу. Он медлил. Слова застряли в его горле и не в силах были вылиться наружу. Парень попытался было сказать что-то, но это было даже не то, чего он от себя ожидал: - Погода хорошая! «Что я несу, блин!?» - выругался на себя в мыслях парень и едва не хлопнул себя по лбу, но сдержался. Лиза, услышав это, прыснула и сказала: - Ты об этом хотел наедине поговорить? - Нет, - Фил растянул губы в улыбке и опустил глаза. – Белка, я уже давно хотел тебе сказать… Но все никак не представлялось удачного момента… На его лице заходили желваки и кадык забегал вверх-вниз. Валера нервничал. Что, если она пошлет его ко всем чертям с его любовью и просто скажет, что он для ее только друг?! Но ведь даже Саня писал, что она неровно дышит к нему… А что, если он ошибся или пошутил? Нет, Белый с такими вещами не шутит, а тем более – с братом. «В конце концов, мужчина я или нет?! – выругался на себя мысленно Филатов. – Что я краснею, как девица? Раз решил, значит должен…» - Фи-ил, ау!? – Белова пощелкала пальцами и заглянула в задумчивые глаза друга. - А, да, так вот, - вздрогнул Валера. – Я давно хотел сказать, - он осторожно взял ее крохотную ладошку в свои. Да, она идеально помещалась в его руках, как и думал парень. – Я люблю тебя, Лиз! – сказал он и слегка сжал ее руку. Белова смотрела на него во все глаза. По ее коже от его слов прошелся невидимый разряд тока, от которого все внутри сначала похолодело, а потом разгорелось адским пламенем. Это пламя не сожгло ее только потому, что девушка сама была исчадьем ада – она дитя дьявола на этой земле. Ей было невероятно приятно, но она не верила своим ушам. Ее любить? Она понимала, если ее любили как сестру, как друга, как брата – как выражались парни, но как девушку… Она и подумать об этом не смела. Лиза взглянула на свои руки и тут же ее взгляд затуманила печаль и заволокла пелена грусти. - Фил, я теперь уродина – ты только взгляни на мои руки! И это еще только руки – по всему телу такое же уродство! Зачем я тебе нужна такая страшная! Тебе же со мной стыдно будет появляться на людях! Найдешь себе нормальную, красивую девушку – и будешь счастлив… - Белка, глупышка! – Валера взял ее лицо в свои ладони и посмотрел в глаза. – Да мне не важно, что у тебя шрамы! Ты самая лучшая на свете, Лиз! Я люблю тебя такой, какая ты есть! А…ты? – остепенился он. Что, если это только ее отмазки? - А я уже давно… люблю тебя… - сказала она, пряча глаза и краснея от макушки до кончиков ногтей. Внутри у Фила что-то дернулось и он резко подался вперед и накрыл губы девушки своими. Она вздрогнула и почувствовала напряжение во всем теле, а потом резко расслабилась и обмякла в его руках, неумело ответив на поцелуй. Этого она ждала несколько лет – и это сбылось… Белка мечтала об этом, видела это в светлых снах, но и не думала, что когда-нибудь такое произойдет. Внезапно в дверь ввалились Пчела с Космосом и замерли в проеме с раскрытыми ртами. Лиза с Валерой нехотя оторвались друг от друга и устремили взгляды на друзей. Белова смотрела с осуждением, Филатов – с легкой яростью. - Неужели, братва! – завопил радостно Холмогоров. - Мы уж думали, до старости тупить будете! – хмыкнул Витя. - Пчелкин, завали! Если раньше я тебя дихлофосом не траванула, не факт, что сейчас не буду! – уже с улыбкой сказала Белова и, сжав руку Фила, сказала: - Балбесы! - А ты клизма!.. Из палаты еще долго слышался веселый смех и шутливые препирания друзей. Проходящие думали, что в палате сидят люди с психическим расстройством или галлюцинациями. Однако, три парня и девушка были абсолютно здоровы, только очень счастливы. Да и чего можно ожидать от троих чертей и маленького дьявола?..