Забегая вперёд

***

Это происходит десятого июля, в солнечный день, спустя три месяца после развода. Шерлок, у которого закатаны рукава рубашки, наконец-то выпрямился и отошёл на несколько шагов от лежащего на берегу Темзы зловонного раздутого трупа. Добираться сюда в кэбе пришлось довольно долго, и всю дорогу Шерлок бормотал себе под нос что-то саркастическое, но Джон не обращал на это внимания, потому что − судя по свету в глазах и лёгкости походки до того, как они сели в кэб − можно было с уверенностью сказать, что тот определённо был рад этому делу. Джон, в свою очередь, тоже был в хорошем настроении: подобное дело у них случилось целую вечность тому назад (ограбления, кражи, подделки и неверные супруги не считаются, поэтому Шерлок настоял, чтобы Джон взял в клинике выходной, и Джон не мог ему отказать), к тому же погода выдалась самой подходящей для поездки к реке. Несмотря на ужасное место преступления. Джон стоит рядом с Лестрейдом, позволяя Шерлоку делать своё дело и ожидая тот неизбежный момент, когда его позовут, чтобы помочь, или просто поразиться одному из победительно точных выводов Шерлока. А пока длится ожидание, они оба, Джон и Лестрейд, поворачивают лица к солнцу, чтобы насладиться солнечным теплом. Они оба игнорируют зловоние. Это нетрудно, они и не с таким сталкивались. Когда Джон открывает глаза, и они привыкают к свету − он обнаруживает, что Шерлок смотрит на него с улыбкой. − Итак, − спрашивает Джон, − каков твой вердикт? − Прыгун, − рокочет Шерлок, и Лестрейд тоже открывает глаза и смотрит на Шерлока. − Обратите внимание на то, что лежит в его кармане, в полиэтиленовом пакете. Самоубийство. Шерлок не говорит ничего из того, что он обычно говорит, когда убийство оказывается скучным самоубийством; он не говорит «Трудно сильнее опозориться», или «И зачем вы меня звали?», или «Лестрейд, даже самый обычный тупой полицейский исключил бы убийство». Вместо этого Шерлок желает Лестрейду хорошего дня, подходит к Джону и берёт его за локоть для того, чтобы увести. Джон мог бы подумать, что Шерлок сегодня особенно странен, или что-то происходит не так, как обычно, но день слишком прекрасен, а Шерлок улыбается и так хорошо пахнет. Честно говоря, Джону всё равно, даже если что-то происходит «не так, как обычно». Он идёт за Шерлоком, который направляется к тротуару. Ни один из них ничего не говорит, но они слаженно шагают в ногу как два человека, которые находятся рядом друг с другом очень долго. Полтора шага Джона к одному шагу Шерлока, и десятью минутами позже они выходят к главной дороге, где будет легче вызвать кэб. Джон бросает взгляд на Шерлока, который оглядывается, а затем смотрит на проезжающие мимо машины. Джон хочет сказать Шерлоку, что под солнцем в его волосах видны прядки тёмно-рыжего цвета. Но всё, что он говорит: − Это было быстро. А Шерлок лениво отвечает: − Да. Какое-то время они стоят и греются в лучах солнца. − Мы могли бы прогуляться до Трафальгарской площади, а потом зайти в тот индийский ресторанчик, который ты любишь, − предлагает Джон. До ресторана − две с половиной мили, но он − в удобной обуви, а Шерлок в своих Ferragamos может ходить очень-очень долго. − Хорошо, − соглашается Шерлок. Его голос удивительно спокоен и беззаботен. Только тогда, когда они переходят по пешеходному переходу на другую сторону улицы, Джон решается высказаться по этому поводу. Спрятав руки в карманах − хотя в этом нет надобности, руки совсем не мерзнут − Джон замедляет шаг: − Ты сегодня другой. − Я? − спрашивает Шерлок, пиная гальку. − Ага, − подтверждает Джон, а затем проводит рукой по спине Шерлока. Тот тоже замедляет шаг. − Понимаешь, я вижу, что ты сейчас не здесь. Улыбнувшись уголком рта, Шерлок смотрит на реку. Его взгляд будто бы говорит «Я знаю то, что ты не знаешь». Когда он поворачивает голову, его глаза так мерцают, будто, забрав всё сияние воды, преломили его в десять раз. − Я хотел подождать. − Чего подождать? Зачем? − Джон ничего не понимает. − Три месяца достаточно долго, да? − интересуется Шерлок, прикусив нижнюю губу; если бы Джон не смотрел в этот момент на его губы, он не был бы уверен, что ему не показалось, а Шерлок действительно произнёс эти странные слова. Продолжая смотреть на рот Шерлока, Джон спрашивает: − Для чего? − Я тебя люблю, − заговорщицки шепчет Шерлок, а потом, улыбнувшись, качается с носка на пятку. Он так сияет, что на него больно смотреть. − Я ждал.... о, понимаешь, все веб-сайты говорят, что нужно выждать какое-то время, после того, как ты... но я люблю тебя. Вот. − Нахмурившись, Шерлок поджимает губы. − Три месяца слишком мало, конечно, но... вот такие дела... − Прости, кто так говорит? Шерлок, уже рванувшийся сделать шаг назад, останавливается: − Что? − Кто говорит, что это слишком рано? − Джон ощущает, как начинают гореть щёки от взгляда Шерлока. − О, − Шерлок думает мгновение, а потом морщит лоб. − Всё... все сайты знакомств... ну, на тему развода. О новых отношениях... − он вздыхает. − И форумы тоже. Джон смотрит на солнечное небо до тех пор, пока глаза не начинает щипать. У него уходит некоторое время на осознание. Шерлок уже говорил это на его свадьбе голосом столь искренним и душераздирающим, что от этого закололо в сердце. Но все же тогда сказано было о другом. А сейчас Шерлок имеет в виду нечто иное, нечто большее. Возможно, тогда он имел в виду то же самое. − Но... Как ты можешь этого хотеть? − выдыхает Джон, опуская подбородок и встречая пристальный взгляд Шерлока. − Как? − Прости? − Шерлок в замешательстве второй раз за несколько минут. Это восхитительно, видеть подобное; Джон лелеет это украденное мгновение. − Я просто не понимаю... после всего, что произошло за последнее время. − Джон делает вдох и выдох, чувствуя, как боль, восторг и страх сражаются друг с другом в его груди. − К тому же как ты можешь хотеть меня? − Пожалуйста, не говори о себе так насмешливо. − Джон поражён искренностью в голосе Шерлока. Неожиданно для самого себя Джон смеётся: − Нет... Нет... всё хорошо. Дело в том, что ты... просто... Ты. Посмотри на себя. Ты − Шерлок Холмс. Столько лет, и ты... Шерлок снова качается с носка на пятку от смущения и переполняющей его энергии. − А ты − Джон Ватсон, − говорит он хриплым от волнения и желания голосом, стараясь донести до Джона то, что тот так упрямо просто не понимает. Джон прислоняется к перилам. Под ним − Темза, над головой − небо, а напротив − давка и суматоха Лондона. − Шерлок? − Ммм. − Внимание Шерлока внезапно привлекает кэб, который проезжает на красный свет. Проследив за ним взглядом, он поворачивает лицо к Джону: − Да? − Почему, чёрт возьми, ты так долго с этим тянул? − Он улыбается на тысячу, на миллион ватт. Потом внезапно мрачнеет. − Но... Нет... Я не имею на это никакого права, − говорит Джон спустя какое-то время. Голос Шерлока низкий и печальный: − Нет? Джон понимает, что сказал совсем не то, что хотел. − Шерлок, − пробует он ещё раз. − Да? − Ты собираешься меня поцеловать? − Джон произносит это легко и даже игриво, но он как никогда серьёзен. Он не уверен, что понял всё правильно. Он хочет подтверждения, настолько явного, что его нельзя истолковать как-нибудь иначе. Шерлок кусает нижнюю губу, и Джон при виде этого ощущает радость. − Я не хочу сделать что-то не так, Джон. То есть я не совсем уверен, что знаю, что делать. Около них сигналит автомобиль, и они оба дёргаются от громкого звука. Джон озадачен. − Но ты всегда знал, что делать. Всегда. − Я могу сделать что-то неправильно. − Засмотревшись на мерцание солнца на завитках волос Шерлока, Джон, тем не менее, замечает, как дрогнул его голос. Шерлок поднимает руку, и Джон с наслаждением смакует то, как Шерлок большим пальцем поглаживает его правую щеку. − Шерлок, − взяв себя в руки, Джон кивает и со всей серьёзностью просит, − поцелуй меня. Опустив голову, Шерлок делает это перед лицом Бога, в которого ни один из них не верит, и на виду всего Лондона. Они сталкиваются зубами; это не романтично, не поэтично и вообще не очень правильно, но это потому, что они оба улыбаются как идиоты. Снова сигналит автомобиль; они не могут быть уверены, кому адресован этот сигнал: им или другому водителю. Шерлок отстраняется, и Джон благоговейно проводит по его нежной нижней губе кончиками пальцев: − Давай попробуем это сделать, не улыбаясь как полные придурки? Выпрямившись, Шерлок расправляет плечи и смахивает воображаемые пылинки с рубашки, что, видимо, является попыткой взять контроль над собой, и деловито произносит: − Давай. И наклоняется снова.