Год назад
15 декабря 2017 г., 00:04
Стоя под тёплой струёй воды, Татьяна Денисова усердно пыталась разобраться в себе, в своих мыслях, в чем-то ещё... Её тревожили много мыслей и недомолвок. Ей было интересно, а как там Мигель? Спит ли он? Бодрствует? А, может быть, со Светлаковым всю ночь разговаривал? Или с ним же в карты играл? Думал ли он о ней? Вспоминал ли о её существовании? Думал ли о том, что она всё-таки не кукла, не игрушка, от которой можно просто отказаться, а потом, через какое-то время, снова взять поиграться.
На одну ночь...
Солёные дорожки невольно заскользили по щекам, смешиваясь с каплями воды. Воспоминания так и жаждут вырваться наружу, доставая с собой заодно и всю боль.
Дура!
Она сама не могла понять, как так получилось, что их «дружеские» взаимоотношения с Мигелем перевернулись во что-то большее. Да, они никогда не были друзьями, но... Хоть как-то же они общались. Денисова никогда не подпускала Мигеля слишком близко, но...
Подпускала же.
Москва.
— Таня, здравствуй, ты же сейчас в Москве? Меня попросили передать тебе кое-какие бумаги. Куда я могу их подвести？
— Да, добрый день, Мигель. Я в Москве. Бумаги можешь подвести ко мне на квартиру. Адрес я тебе вышлю SMS-кой.
— Хорошо, понял. В какое время я могу приехать？
— В какое тебе удобно.
— Если я полпервого подъеду, тебе будет удобно？
— Да, в самый раз.
— Хорошо, тогда до встречи.
Квартира Тани.
Таня устало подходит к входной двери и, открыв её, приглашает Мигеля пройти. На улице всё-таки дождь, а Шестеперов нехило промок.
— Спасибо за приглашение, но я поеду.
— Куда? Ты же насквозь промок.
— Да ничего страшного, в машине высохну.
— А пока дойдёшь, тебя продует.
— Смысла тебе перечить, видимо, нет. Да и к тому же, не люблю спорить с женщинами, — сказал Мигель, хотя, если честно, он просто хотел казаться вежливым.
— Чай, кофе？
— Чай, если можно.
— Чёрный, зелёный, с чабрецом или травяной？
— Зелёный.
— Сахар или фруктоза？
— Без сахара и без фруктозы.
— Хм, я тоже так пью.
— Хоть в чем-то похожи. Ну, как там «Танцуют все»?
— Да, как обычно. Постановки, удачи и провалы.
— Ясно. А сын как?
— У Лёвы вроде тоже хорошо всё. В этом году уже в третий класс идёт.
— Ого, взрослый уже такой！
— Да... — с грустью и легкой тоской прошептала Таня.
— Я что-то не то сказал?
— Да нет, просто я с мамой недавно разговаривала... Она меня... В общем, тонко намекает на то, что я плохая мать.
— Почему?
— Я очень много работаю и из-за этого редко вижу Лёву. Он по мне скучает, а я сделать ничего не могу. Я ведь для него же и стараюсь. Хочу, чтобы у него все было.
Таня резко развернулась, поставила две чашки чая на стол, доставая из шкафчика небольшую плитку белого шоколада, и присела за стол.
— Тань, ты извини. Мне, наверное, не стоило поднимать эту тему.
— Да ну, нормально всё. Ты вообще как?
— Я как всегда. Репетиции с утра до вечера. Дома бываю только для того, чтобы в душ сходить и Бария покормить.
— Барий?
— Собака моя.
— Какой породы?
— Дворняжка. Я его на улице под подъездом нашёл. Он мой второй друг в этом мире.
— А кто первый?
— Я лучше промолчу, иначе ты меня за шизофреника примешь.
— Если я скажу, кто мой единственный друг, то ты со стула тут упадёшь и не встанешь.
— Ладно. У меня кактус Жора.
— Совпадение? Не думаю. У меня кактус Ира.
Таня и Мигель ещё долго смеялись над этой историей, не понимая, как вообще додумались завести этот разговор.
— Слушай, Тань, а давай дружить?
— Почему бы и да?
— Может, пойдём в гостиную, друг?
Согласившись, Таня поспешила встать, случайно задевая Мигеля локтем.
— Мамочки! У тебя ж толстовка полностью мокрая！
— Какая есть, все остальные дома лежат.
— Слушай, я, надеюсь, ты у нас не принципиальный, одежду после меня носить сможешь. У меня есть одна мужская толстовка вроде.
— Я не Бузова, не брезгаю, так что давай свою толстовку.
Таня уже через минуту вытащила из шкафа чёрную большую толстовку с надписью «Ты не один» и протянула ее Мигелю. Оставшийся день эти двое провели вместе. Они общались, смотрели фильмы, смеялись, чуть не сожгли кухню... В общем, довольно весело проводили время.
— Серёжа, а ты не хочешь прийти завтра? — робко спросила Денисова, когда ее новый «друг» уже стоял на пороге.
— Может быть, прогуляемся по Москве?
— Звучит заманчиво.
— Еще бы. До завтра, тогда.
Обнявшись на прощание, Денисова проводила Мигеля печальным взглядом до самой лестницы и только после этого закрыла дверь.
Дура!
Резко выключив воду, Денисова посмотрела на себя в зеркало и наконец осознала, что действительно устала от этого...
