Просто проект, а такой значимый

«Мы там, где мы есть, а там, где мы есть, прекрасно...» — Максим Аверин.

Утро. Спальня Татьяны Денисовой. Мигель спросонья не понимает, где он, моментально начиная накидывать в голову уже лишние мысли, но, увидев перед собой Денисову, которая так по-хозяйски расположилась на его плече, хореограф успокаивается и за тонкую талию прижимает девушку ещё ближе к своему торсу. Спустя пол-часа. Мигель с трудом выпутывается из цепких объятий брюнетки, всячески стараясь её при этом не разбудить, и встаёт с мягкой кровати. Бесшумно надев свои чёрные джинсы, Шестепёров выходит на балкон, закуривая долгожданную сигарету. Ощутив на себе Московский прохладный ветер, Мигель более менее расслабился, впуская в легкие всё больше табачного дыма. — Доброе утро, — послышалось где-то за спиной мужчины. Такой добрый и уже до боли родной голос... — Доброе, — с улыбкой на лице говорит Мигель, нежно обнимая девушку. — Я приготовила кофе, — лучезарно улыбаясь, прошептала Таня, заглядывая в карие омуты своего собеседника. Сказала с такой добротой, с такой лаской, с какой общалась только с сыном. — Когда ты успела？ — Когда ты только вышел. — Тань, так это же было минут десять назад, — с улыбкой на лице и слегка шокированным голосом произнёс Мигель. — У меня всё ещё есть свои личные секреты. — Какой ужас, а ну, рассказывай. — Что рассказывать？ — Как что? Секреты свои. — Ну, нет, извини, родной. Эти секреты знают только мои подруги и я. — Так не честно, — наигранно надув губы, Мигель развернулся ровно на девяносто градусов от Тани, ожидая ее реакции. — Ой, да по тебе театральное плачет. — А ты? — с этими словами Шестепёров потащил брюнетку в комнату, начиная по дороге её безжалостно щекотать, а та в свою очередь залилась звонким смехом. Бедные соседи...

Ты так хотела встречать с ним рассвет. Комната. Вы вдвоём. Приглушённый свет...

Спустя две минуты. — Танюша, очень вкусный кофе. — Скажи спасибо кофемашине. Я лишь закинула в неё капсулы. — Спасибо, кофемашинка. А теперь скажи спасибо Тане за то, что она тебя купила и кормит тебя этими капсулами. — Ну, хватит. Что сегодня делать будем? Предлагаю погулять. — Хорошее предложение. — Тогда я собираться. — Давай, — невесомо чмокнув Мигеля в щёку, Таня спешно встала из-за стола и отправилась к себе в комнату. Десять минут спустя. Резкий звук разбитого стекла донесся из спальни, заставив Мигеля оставить свой навороченный гаджет и с огромной скоростью понестись в сторону комнаты. Оказавшись на пороге спальни, хореограф увидел плачущую Таню на полу среди битых осколков её духов. Её любимых духов. Духов, которые подарил ей сын... — Танюша, да не плачь ты. Я тебе новые подарю. Сколько скажешь, столько и подарю. — Дело не в этом, — дрожащим голосом и со слезами на глазах, прошептала Денисова. — А в чём？ — Мне их сын на день рождения подарил, — ещё сильнее плача, продолжила девушка, собирая осколки с холодного кафельного пола. — Таня, хорошая моя, послушай меня... Всё будет хорошо. Это не конец света. Я понимаю, как эти духи были тебе дороги, но ведь жизнь-то продолжается, тебя за это не расстреляют, — присаживаясь на колени рядом с Таней, прошептал Мигель, изо всех сил пытаясь её утешить и легонько стирая слезы с её молочной кожи на щеках. Вот и встретились два дурных характера...