Безумно

Билл сидел и сосредоточенно что-то искал в маленькой фиолетовой шкатулке, когда в комнату влетела Яна. Она умудрилась-таки найти себе школу, чтобы доучиться, и временами крайне раздражала демона разума нытьём на тему математических и естественных наук. "Гуманитарий, что с неё взять..." временами снисходительно думал Сайфер, сохраняя внешние холодность и непробиваемость. Правда потом он якобы милостиво позволял ей писать под его диктовку, но его самодовольное эго ликовало, видя, с какой благодарностью в глазах Киселёва плюхается на стул и щёлкает ручкой, готовясь "делать самостоятельную подготовку"... Вернёмся к настоящему. За секунду до того, как дверь распахнулась и на пороге появилась раскрасневшаяся от морозца и новостей девушка, Вильям спрятал шкатулку и затем поинтересовался - Чего краснеем, томатик? -. - Брр... - сбросила рюкзак с плеч новоприбывшая и шмыгнула носом. - Холодрыга. Знаешь, что будет послезавтра? -. - Двадцать третье декабря. Отмечаете конец триместра и сдачу сессии. - небрежно отозвался желтоглазый, убирая подальше шкатулку. Он знал, как разочарует свою сожительницу, но почему-то хотел увидеть её понурившуюся фигуру. - Это ведь важно... - действительно как-то поникнув, пробормотала она. - Там же будут ма~альчики... -. - И какие же? Ты видела эти вздрюченные мешки с мясом, сосущиеся за школой? Раньше пиздились... - с видом брезгливого философа парировал Билл. - Блин, мне просто... Ну... Парня мне хочется... - всплеснула руками десятиклассница, в глазах которой уже стояли слёзы отчаяния. - Ты не понимаешь! Место, где одни бабы! Это ад! -. - А место, где одни бабы, половина из которых с голубым оттенком тебя устраивает?! - не сдержался Сайфер, придя в праведный гнев, насколько это выражение в принципе применимо для отца семи смертных грехов и демона разума. - Ты про предстоящую дискотеку? - покосилась на него русоволосая, невольно сжавшись от страха. - Меня в корне не устраивает то, что ты там общаешься с натуральными объе... - не успел Вильям договорить, как вспомнил, наконец, о своих культурных принципах и смолк. - А теперь главное... Меня пригласили... - еле слышно, словно надеясь смягчить последующую реакцию желтоглазого, прошептала Яна и закрыла лицо руками. - Он самый натуральный бабник, волочится за каждой юбкой и закончит тем, что сопьётся и подохнет бомжом под забором. - тоном "я-всё-знаю-детка" резюмировал Шифр. Неловкая тишина заставила Киселёву выйти из комнаты и отправиться на кухню, чтобы, наконец-таки, пообедать и подумать о перспективах с таким язвительным всезнайкой под рукой...