Укрощение строптивых

Часть 1. ... За окном пушистыми хлопьями идёт снег, тихо ложась на землю. Тускло светят фонари, выхватывая из темноты по небольшому кругу света. Я устало плюхнулась на кровать, решив, что переодеваться сейчас было бы глупой тратой времени. Вряд ли мне ещё понадобится строгий офисный костюм. Не хотелось абсолютно ничего: ни дышать, ни спать, ни есть. Словно бы опровергая мои мысли, в моём желудке требовательно заурчало, и я улыбнувшись, размазала по лицу ещё не успевшие впитаться в подушку слёзы, пошлёпала на кухню. Щелкнул выключатель, холодильник широко распахнул свои объятия, будто утешая: "К чёрту их всех, девочка, иди ко мне! У меня есть пицца, а ещё кусочек шоколада и орехи, только не грусти!". Быстро собрав провиант, я, в предвкушении очередного вечера в одиночестве, вернулась обратно в гостиную. На теплом местечке удобно устроилась моя, теперь уже единственная, лучшая подруга - Алиса. На небрежное "брысь" она, конечно, и ухом не повела, нагло пристроившись рядом, и уже собираясь потихоньку умурлыкивать мою еду. Хотя, сегодня, пожалуй, я не буду особенно против такой приятной пушистой компании. Замигал голубоватый свет экрана, привычное громкое жужжание ноутбука, перебиваемое лишь Алисиным мурлыканьем. Ярко-голубым пятнышком высветилось одно новое сообщение: " Обещают сильные холода. Одевайся теплее, калиночка моя)." от мамы. Я широко улыбнулась и глотнула чаю. " Я поговорила с папой и, возможно, на следующей неделе, в честь твоего диплома мы поедем на море. Что скажешь?". Глоток чая комом застрял у меня в горле, заставляя задыхаться в припадочном кашле. Алиса, теперь уже мокрая и пахнущая ванилью, злобно зашипела и убежала в сторону кухни. - Вот чёрт... ВОТ ЧЁРТ! "Даже чаёвник из меня никудышный" - пронеслось в голове, - "какой уж тогда из меня экономист?!". На глаза снова начали наворачиваться слёзы. Я не хотела плакать, но это как-то само собой получалось, при воспоминаниях о сегодняшнем экзамене. "Вы никогда не станете дипломированным специалистом! НИКОГДА, СЛЫШИТЕ?!". Боже, ну за что же мне это? Чтобы снова не разразиться рыданиями, я попыталась скорее переодеться во что-то сухое и оценить нанесенный ущерб. Экран ноутбука слегка помигивал после падения, но я решила, что ничего страшного в этом нет. А вот Алиса до последнего отказывалась показываться мне на глаза, как бы упорно я её не звала. Видимо, решила, с такой неуклюжей хозяйкой ей ничего, кроме подобных бодрящих ванн не светит. И была бы совершенно права. Всё же, чувствуя себя виноватой, я оставила ей полную миску угощений, как древние майя оставляли подношения богам. Наверное все мы, в той или иной степени, всего лишь майя, поклоняющиеся и приносящие жертвы... Надеюсь, гнев Алисы коснется меня ещё не скоро. Снова за компьютер. Нужно было срочно как-то успокоить расшалившиеся нервы перед тем, как сообщить родителям не самую приятную новость. Как такое вообще можно было им сообщить?! " Привет, мам. Я тут угробила пять лет упорной учёбы и все силы, что вы с папой в меня вложили. Но не переживайте, я тут... пожалуй умру где-нибудь в сторонке от стыда, ладно?". Раскрасневшийся нос зашмыгал, угрожая обрушиться новым потоком сопливых слез. Ещё чего не хватало. В ленте новостей выскочила парочка заметок о "лучшем учителе года", "счастливых каникулах" и "Онлайн-пособию о том, как найти своё призвание". Конечно, всё это об одном человеке. Моей бывшей лучшей подруге, которая, как раз это призвание, не так давно, обнаружила. Причем совершенно неожиданно для себя и окружающих. Только ей для этого "счастливого будущего" пришлось привнести на жертвенный алтарь всё свободное время, покровительство собственного отца и нашу с ней дружбу. И она без колебания это сделала, что, по началу не могло меня не раздражать. Но, глядя на её горящие азартом глаза, мне хотелось только выброситься из окна. Выскочили пару рекламок шутеров и проходилок. Среди них мелькнула и моя любимая игра про Средиземье, в которую раньше я могла играть сутками напролёт. Не просто играть, а жить в ней. И раз уж меня начали накрывать приятные воспоминания из беззаботного детства, я решила, что хуже уже не будет, и быстро набрала строку поиска: "Фильм Хоббит Нежданное путешествие". Кажется, было уже пол-третьего ночи, когда я очнулась от кино-транса, и как оказалось, успела посмотреть целых две части. Глаза слипались сами собой. Последним, что мелькнуло на экране, было весёлое лицо Гэндальфа Серого. В какой-то момент, мне даже почудилось, что он посмотрел прямо на меня, улыбнулся и что-то шепнул. Ноутбук вдруг с щелчком выключился сам по себе... Или же это я его выключила, не обратив внимания. Да, конечно, так оно и было. Тихонько хмыкнув, я не в силах больше держаться, заснула сладким сном, в глубине души отчаянно желая, больше не просыпаться.... .... И всё таки я проснулась. От почти невыносимой боли в боку, и необычного холода, которым обдавала влажная кровать. Решив, что всё же, это гораздо лучше, чем то, что ожидает меня сегодня, и попыталась снова заснуть, перевернувшись на другой бок. Но нет, теперь что-то, будто на зло, отчаянно светило в глаза. Наверное, не будь я столь уставшей, проигнорировала бы и это, но тут, почувствовала такое, что надолго отбило у меня охоту поспать. По мне кто-то проворно шарился и явно не собирался останавливаться. Открыв в испуге глаза, я вскочила, собираясь закричать, и тут же упала, ударившись головой обо что-то твёрдое. Сконфуженная, я постаралась снова открыть глаза, в которые по-прежнему ярко светило, а чуть позже перед ними поплыли и круги. Время шло, и через пару минут я полностью пришла в себя, осознав, что меня ослепило солнце. Голубое небо в облаках, теплое, словно летнее, солнце, а подо мной, судя по ощущениям, зеленый газон. Я привстала и оглянулась. В шаге от меня стоит широко раскинувший ветви дуб, а под ним небольшой валун. Вокруг не было ни души, лишь птицы пели где-то среди деревьев. Присев на камень, я озадаченно потерла ушибленную макушку. Боль ощущалась вполне реально. Чтобы развеять все сомнения окончательно, я резко ущипнула себя за запястье, и шикая, схватилась за неё другой рукой. Бледный участок кожи запульсировал болью, выделяя на общем фоне ярко-розовое пятнышко. Будет отменный синяк. — Дыши глубже, — пыталась я успокоиться, — всё будет хорошо. Подумаешь, попала неведомо куда... С кем не бывает! Дерево, трава, валун… Возможно, это городской парк? Допустим, но в моём районе нет никаких парков, да и сейчас только конец декабря... Мои размышления прервало громкое шуршание и возня на дереве. С усилием приподнявшись, я таки обнаружила источник шума: белку на ближней ветке, с усердием грызшую что-то очень твердое, судя по звуку. Почему-то вид пушистого и явно безобидного зверька меня успокоил и ненадолго я забыла о своих проблемах, залюбовавшись ею. А белка продолжала трудолюбиво грызть что-то, отливающее в лучах солнца металлическим блеском. Спустя некоторое время, мне это надоело. Я успела в тишине и покое, под раскидистой тенью дуба, обдумать все варианты выхода из своего положения, рассматривая порой и даже самые абсурдные теории, которые предлагал разум. В ход даже пошла теория о том, что сейчас действительно лето, скорее всего конец мая, и я только-только приехала домой к родителям. Всё осталось позади и я решила просто взять несколько месяцев перерыва, а потом перепоступить в другой университет. Да, так оно и есть. А не помню ничего потому что меня знатно опалило солнце и сейчас я очнулась где-то посреди леса около дачи родителей. Такая версия успокаивала нервы, и более всего походила на истину. Но были, конечно и некоторые несостыковки. Например, я знала лес у дачи вдоль и поперек, да и не было там никогда таких больших дубов. Но, я сразу отогнала эту мысль, чтобы не впадать в ещё большую депрессию. - Я должна найти наш дом, или хотя бы попытаться выйти к посёлку у реки. Значит, ищем реку. - Как можно бодрее произнесла я вслух, и перед тем, как собираться уйти, хотела в последний раз полюбоваться белочкой, как тут заметила что-то неладное. Машинально поднесла руки к шее, чтобы проверить её на предмет наличия своего кулона. Которого там, разумеется, уже не было.   - Ах ты рыжая чертовка! - неожиданно для себя самой взвигнула я. Белочка, от удивления перестав грызть серебряную побрякушку, выразительно на меня уставилась. Казалось, зверёк вот-вот покрутит пальцем у виска и с тем же невинным видом удалится. Но мохнатая воровка продолжала на меня таращиться, теребя в лапках украшение. - Отдай кулон! Кто тебе вообще разрешил шариться в моих вещах, неразумный ты грызун? - погрозила я ей кулаком. Результата не было, и я решила поменять тактику. - Слушай, извини. - Я стала медленно подходить ближе к животному, стараясь не делать резких движений. - Понимаешь, я сама не своя сейчас и понятия не имею, куда попала. Может, ты мне поможешь? Белка даже не шелохнулась, лишь настороженно рассматривая меня и перебирая длинную цепочку. - Этот кулон, он мне очень дорог, понимаешь, да? А у двуногих не принято воровать вещи других без разрешения. Плохо. Незаконно. Поэтому отдай мне вещицу по-хорошему. Грызун, кажется, даже перестал дышать. - Отдавай кулон, мерзавка! - вскрикнула я, не выдержав. Затрещали сучья, и белка-ювелир с моим украшением переместилась на несколько веток выше, при этом стараясь не терять меня из виду. - Ах так?! Ну я тебе... Я, в ярости, наклонилась и хотела снять один ботинок, но тут же обнаружила, что соверешенно босая, что сначала привело меня в небольшой ступор, но желания мщения, однако, не уменьшило. Порывшись в кустах, я нашла подходящего размера камушек и прицелившись, кинула в слишком сильно выделявшуюся на фоне листвы белку. Цель была настигнута и с негромким писком рухнула наземь. Пока я подбегала к ней, зверёк уже пришёл в себя и решил, от греха подальше, убраться, оставив среди травы и листвы на земле сверкать лишь серебряного оленя, с глазами из голубых камней. Один дюйм от силы, эта серебряная нелепость, по словам окружающих, была мне дороже сотни тысяч других украшений и даже всех алмазов и изумрудов мира. Не долго думая, водрузив оленя на его законное место, я пошла на, как мне казалось, юго-запад, ориентируясь в основном на запахи и порывы ветра. "В конце-концов,"- подумала я, раздвигая слишком низкие ветки, - "если слишком долго идти, то куда-нибудь да придёшь. Так говорил сам Чеширский кот. Почему бы и мне не попробовать?". Часть 2. Блуждая по довольно редкому лесу, я осознала пару важных вещей. Во-первых, я здесь точно никогда не была. Скорее всего, это даже не Россия и не её окрестности. По крайней мере потому, что на протяжении всего моего небыстрого пути мне не встретилось ни одной берёзы и ели, зато тополей, дубов и осин было предостаточно. А во-вторых, я всё ещё в том виде, в котором, как я думала, заснула вчера вечером. То есть потертые рваные джинсы, поношенный свитер, с вкраплениями шерсти Алисы, раскуроченные волосы и даже небольшой ожог на коленях от вчерашнего чая. Значит, всё это мне не приснилось. - Хотя, почему это не приснилось? - рассуждала я вслух, время от времени продираясь через кусты со странными ягодами, которые я не решилась попробовать и стараясь не наступать на торчавшие корни, чтобы лишний раз не травмировать уже и так безумно болевшие ступни. - Вероятно, я просто взяла джинсы и свитер с собой, на дачу. А возможно, и Алису привезла, погулять на свежем воздухе, половить жирных полевых крыс. А сейчас я просто заблудилась, потому что забрела.... ай!.. забрела слишком далеко от дома? Разумеется, так оно и есть. Всё нормально... И в целом, всё, вроде бы логично, но покоя не давали вдруг исчезнувшие кеды и следы от ожогов. Когда я успела посеять обувь? Когда обожглась, причём точно также, как накануне? Оптимистичный настрой, с которым я намеревалась преодолеть небольшой полесок, медленно начал таять. Полесок в итоге оказался огромным лесом, чащей, которой не было ни конца, ни края. А пару часиков, в течении которых я рассчитывала найти выход плавно перетекали в четыре, пять, шесть часов. Становилось всё темнее, холоднее, а в желудке всё голоднее, хотя ноги уже начали понемногу привыкать к боли, и я перестала шикать и вскрикивать на каждом шагу. Правда, походка пьяного пингвина ещё никуда не делась. Что ж, если до конца дня это не кончится, то просто лягу на землю и больше сдвинусь с места. Очень сильно надеялась, что мои ступни не кровоточат, хотя посмотреть я бы всё равно не решилась. Вида своих окровавленных ног я уж точно не вынесла бы… - Хватит! С меня хватит! - резко остановилась я, и присела у ближайшего дерева. В голове всё путалось и не могло сложиться в цельную картину. Одни кусочки летают вокруг, кусочки сотни разных пазлов, из которых нужно собрать одну правильную картинку. Но как знать, что собирать, когда одной половины пазлов не хватает, а другая противоречит самой себе? В животе снова заурчало, и я сильнее сжала голову обеими руками. Когда уже кончится этот проклятый лес?! Неужели я прожила всю свою жизнь для того, чтобы вот так умереть от голода, в одиночестве, в месте, о котором даже ничего не знаю? Ну и чем я такое заслужила? Посидев так ещё около половины часа, я решила, что будь что будет. Я наемся этих грёбаных ягод до отвала, и даже если... Мне уже всё равно. В поиске самих ягод судьбы, я провела ещё какое-то время. Найти их оказалось не так легко, когда они вдруг стали действительно нужны, в отличии от предыдущих часов, когда кусты, обвешанные красными шариками, как новогодняя елка, попадались буквально на каждом шагу. Возвращаться обратно за ними не хотелось, наверное скорее потому, что я всё ещё не переставала надеяться - вот-вот за очередным поворотом я увижу поселок, людей или хотя бы речку. Но если честно, эта надежда иссякала с каждым шагом вглубь хитросплетения деревьев и кустарников. И вот, наконец Он. Долгожданный, столь желанный куст с ярко-алыми, как свежая кровь из моих исцарапанных ног, крупными ягодами. Прямо как из сказки. Я в полузабытье подбежала к кусту, и принялась срывать одну ягоду на другой, аккуратно собирая всё богатство в подол свитера. И только я села на землю, запыхавшаяся, дабы вкусить в прямом смысле смертельный плод, как я нечаянно раздавила, видимо, слишком перезрелую ягоду. Липкий, невероятно сильно пахнущий чем-то едким сок брызнул мне на лицо. Аппетит как рукой сняло. Вывалив на землю злосчастный ужин, я принялась оттирать лицо полами одежды. - Да чтоб их всех! Я резко вскочила, и в бешенстве, принялась топтать ягоды ногами, которые лопались как воздушные шарики, разбрызгивая меня вонючим соком с ног до головы. Десять, сорок, пятьдесят. Я не смогла успокоиться, пока все ягоды не были окончательно раздавлены, а из соком как следует измазана земля. Это привело меня в чувство. Голод и опустошение внутри ушли, оставив только чистый разум. - Что мне делать?... Я снова осела на землю. Влажная от ягодного сока одежда не защищала от пускай и летнего, но прохладного ветра. Я поёжилась, закрыла глаза и начала прислушиваться. Глубоко в лесу по-прежнему пели птицы, кричали разные животные, стучал дятел. Где-то уже в летающие кучки начинала собираться мошкара, а значит, скоро мне пришлось бы очень несладко, отбиваясь от насекомых среди кучи налипшей листвы. Ветер, несмотря на свой холод, приятно обдувал тело, позволяя дышать полной грудью свежим воздухом, приносимым им откуда-то издалека, а не мерзкой вонью ягод. Пахло листвой, кажется покошенной травой, полями и чем-то очень сладким и приятным. Сначала я решила, что это очередные цветы или плоды, но это было чем-то гораздо более знакомым. Выпечка! Точно, это был запах выпечки! Устало поднявшись на ноги, я как могла, быстрее пошла на запах еды, казавшийся мне тогда, самым вкусным из всего, что вообще может пахнуть. Примерно через час быстрого шага, запах стал острее. А к нему примешивались и другие запахи человеческой жизнедеятельности: запах пойманной рыбы, сена, лошадиного навоза и жаренного мяса. И вскоре, деревья отступили передо мной, кусты стали реже, и я увидела небольшую деревеньку на холме невдалеке. Оттуда слышались человеческие голоса, смех, звуки животных и журчание воды. Я нашла гребаный поселок! Радуясь, как никогда, я бежала, невзирая на боль. Карабкалась на этот холм, буквально ногтями вырывая из земли клочки с травой и цветами. Лезла изо всех сил, чтобы наконец увидеть... - Хоббиты?... Хоббиты... ХОББИТЫ! Маленькие человечки, спешившие до этого каждый по своим делам, разом уставились на меня. На одних миниатюрных лицах читалось удивление, на других осуждение,а что было написано на третьих было трудно разобрать, в силу тройного, или даже четверного подбородка, полностью отвлекающего внимание. - Шир... Я в Шире?! Жар, несмотря на вечер, всё ещё палящего солнца, доканал меня окончательно. Я устало опустилась на землю, даже не особо всматриваясь в то, на что села. Мне было плевать. - Шир... Я в Шире... Ахахаха!... В Шире! Надо же... На мой истеричный смех и бормотания откликнулись только несколько самых отважных хоббитов, в то время как остальные молча и с явной опаской, медленно разошлись по делам. Пару отважных маленьких джентльменов предложили мне руки, чтобы оперлась на них и встала, но я не понимала совершенно ничего. Просто откровенно пялилась на них, не произнеся не звука. - Who are you? What happened to you?* (англ. Кто ты такая? Что с тобой произошло?)- склонились миловидные дамочки надо мной, обмахивая меня каждая своим фартучком. А некоторых, кто хотел ко мне прикоснуться, мужья одергивали и призывали сохранять дистанцию. Наконец, кто-то предложил мне флягу с водой. Я сразу поняла, что в ней и принялась жадно пить, вылизав всё до последней капли. - А есть ещё? - не сразу сообразив, попросила я на родном русском. Хоббиты вопросительно переглянулись, но просьбу мою выполнили, тихо дожидаясь, пока я напьюсь вдоволь. - Спаси... Thank you! - протянула я, впервые за много часов улыбнувшись. Наконец, я смогла подняться на ноги. В голове гудело, и живот необычно раздулся от количества выпитой воды, но меня это мало волновало. Ведь я, в мать его, Шире! В всамделишном, самом реальном из всех реальных, Толкиновом Шире! Видимо, заметив, что мне стало лучше, и так небольшая горстка хоббитов возле меня уменьшилась до двух. Я благодарно кивнула им, и отсалютировав, что видимо, выглядело весьма странно при моём внешнем виде, виляющей походочкой, неспешно прошла вглубь поселения хоббитов. И тут действительно было на что посмотреть. Бормоча непонятные абсолютно всем жителям Хоббитании слова величайшего восторга и что-то про то, что описаться можно, я ходила, вращая головой в разные стороны. Несмотря на своё состояние, я не хотела упускать ни малейшей детали этого сказочного места. Вот перекресток, точно как в первой части фильма, а вот полурослик, разодетый точно как на картинке из моей детской книжки. Бьюсь об заклад, эта книга до сих пор валялась на чердаке, на той самой даче, где мы с родителями жили много лет назад. Сама же Хоббитания была не особо рада меня видеть. Да, в ней по-прежнему текла и бурлила жизнь. Вот упрямый козёл стал посреди дороги, упорно отказываясь идти за своим хозяином. Тот поругал его всеми словами, которые знал, и о значении которых легко можно было догадаться по более чем заинтересованным выражениям лиц детей, которые начинали только сильнее вслушиваться, когда им затыкали уши взрослые. Мельница весело вращаясь, с мерным гулом, рассылала на метры вокруг брызги свежей воды, которая бодрила не хуже взрыва ягоды с вонючим соком. Но для самой деревни это была такая же жизнь, какой она была сотни лет назад и до меня. Ничего во мне её не трогало, и она просто наблюдала за мной, как за очередным гостем, который, не привнеся с собой ничего нового, уйдёт восвояси. Улицы были мощены камнем, по нему было легко и приятно идти, после лесной глуши. Телеги с грохотом прокатывались мимо, обдавая запахом свежего сена и характерным ароматом пони. Но меня это ничуть не расстраивало, ещё больше раззадоривая, и я всё дальше, бежала вглубь деревни. Навстречу приключениям. Блуждая по этому совершенно удивительному месту я сделала для себя несколько выводов. Во-первых: это всё взаправду. А это значит, что я не сумасшедшая, как о себе думала весь сегодняшний день, и хоббиты настоящие. Получается, я каким-то чудесным образом попала в мир, о котором всегда мечтала — Средиземье! Во-вторых, профессор Толкиен слегка преувеличил или, если точнее, приуменьшил, назвав хоббитов "коротышками". Большинство из них доставали макушкой мне до плеча, те что покороче — по грудь, но никак не меньше.Если задуматься, то и в нашем современном мире тоже полным-полно таких «коротышек». И в-третьих, я понятия не имею, куда идти. И вообще, какой сейчас год? Сейчас происходят события «Хоббита» или уже «Властелина колец»? Спрятав руки в карманы джинс, а перекрестила пальцы. "Пожалуйста! Пожалуйста, великие Валар, Будда, да хоть сам Саурон! Прошу вас, пусть это будет "Хоббит"!". А пока я усредно возносила молитвы, прогуливаясь вдоль очередной из улиц, из окон домов которой повылезали хоббитята и смеясь, указывали на меня маленькими пухлыми пальчиками, мне в голову пришла неплохая мысль. - Бэггинсы! Ну конечно! Вот кто мне поможет! Бэг-энд! Конечно, я не могла рассчитывать на их помощь, ведь ни один из них не знает обо мне столько, сколько я знаю о них. Более того, я даже знала о том, что непременно произойдет с каждым из них и могла чертовски пригодиться. А ещё я знала, что они, по натуре, как и все хоббиты, добры и щедры к тем, кто был обделён судьбой, так что минимальные шансы у меня всё-таки были. И всё таки мне было страшно. Страх окончательно накрыл меня волной, как раз тогда, когда я остановилась у знакомой с детства, калитки Бэггинсов. Ах, Бэг-энд! Его величественный силуэт практически ничем не отличался от того, что было показано в фильме, а значит, несомненно, я всё таки как-то умудрилась попасть в фильм. По кожи прошлись крупные мурашки. - Что же я ему скажу? Конечно, я уже заранее знала, что ему скажу. Как бы сильно я не боялась сцены, сейчас мне придётся отбросить этот глупый страх. Я ведь выжила в лесу, чуть не погибла там, но нашла выход, а значит, смогу перебороть и себя, верно? Верно?! Нутро не отзывалось. Актрисой я была более чем посредственной. Об этом я знала ещё с детства, и убеждалась сильнее каждый раз, когда маме удавалось угадывать мои шалости, упрямо прятавшиеся за напускной маской. И всё таки, попробовать стоило. И спектакль начался! Переминаясь с ноги на ногу, я решилась открыть калитку и ступить на территорию Бэггинсов. Всё те же цветы, скамейка, почтовый ящик и... круглая дверь. Я пригнулась и провела рукой по светло-зеленой, теплой поверхности нагретого солнцем дерева и не почувствовала ничего. Значит Гэндальф ещё не показывался... Я постучала. Через пару минут дверь открылась и показался сам мистер Бэггинс. Да, это несомненно был он сам, собственной персоной, которого ни с кем не спутаешь. Копна каштановых светлых кудрей, лучистые морщинки у карих глаз и любимая жилетка с золотыми пуговицами. Его лицо было молодо и ясно, в точности как и тогда, когда ему было пятьдесят, и в дверь постучал седовласый волшебник.  — Добрый вечер! Чем могу быть вам полезен, сударыня? — вежливо поздоровался он. Я глубоко вдохнула, собираясь с мыслями. Да, я учила английский, и даже сдавала в качестве экзамена когда-то давно, но сейчас, мне было очень трудно выдать что-нибудь действительно стоящее.  — Добрый вечер! — Начала я хриплым голосом. — Прошу прощения за то, что вас побеспокоила, но мне просто.... некуда идти!  На последней фразе мой голос дрогнул, приобретая плаксивые нотки, а глаза заслезились. Оказалось, что изображать несчастную гораздо легче, когда это правда. Мой внешний вид оставлял желать лучшего: грязная, мокрая, в рваной одежде и вонючем соке, волосами в листьях и птичьем дерьме, а на лице грязь совершенно неизвестного происхождения. Хоббит перевёл взгляд на ноги: изуродованные, они были до самых колен покрыты царапинами и грязью, глубоко забившейся в них, а стопы, кажется, даже чуть кровоточили. В этот момент, изнемогая от жалости к самой себе, я пустила пару слезинок, для эффекта натуральности.  — О, милая! Что же с вами случилось? Прошу вас, проходите! Мистер Бэггинс заботливо приобнял меня за плечи, придерживая, чтобы я не упала, и провёл в широкую удобную кухню. Эта кухня, наверное, была самым настоящим воплощением уюта. Здесь был камин, небольшой деревянный обеденный стол у окна, накрытый белой скатертью, сервант с фарфоровыми чашками и тарелками, доставшимися ему от его матери Белладонны Тук. Всё, ну или относительное большинство из этого, я знала наизусть, зачитываясь книгами профессора каждые каникулы, а кассеты с фильмами Джексона засматривая буквально до дыр. И вот я теперь здесь!... Пока я всё больше и больше погружалась в полный восторг, хозяин дома успел позаботиться обо мне не хуже опытной сиделки: мои ноги были тщательно вытерты полотенцем с чистой водой, голова очищена от птичьих экскрементов, одежда так или иначе вычищена, а я сама усажена у теплого камина и завернута в мягкое одеяло. "Ну разве не сказка?" - подумалось мне, уже начавшей под действием всего уюта и приятности дома клониться в сон.  - Вы хорошо себя чувствуете, милейшая? - наконец, осведомился он.   - Не совсем... — Ответила я, стараясь не дать себе заснуть и доиграть спектакль до конца. Если очень повезёт, то я, вероятно, смогу переночевать в этом чудесном месте, а может даже и отужинать, что было бы весьма кстати. Я поглубже зарылась в плед, с самым несчастным лицом, на которое была способна, а сама принялась торопливо репетировать правдивую историю у себя в голове, о девушке в беде. - Извините, вам уже чуть лучше? Решив не тратить силы, я тихо угукнула.   - Позвольте узнать, что же всё-таки с вами произошло?   - Ах, если бы я сама знала, что со мной произошло… — начала я тихо. — Видите ли, я торговец из Гондора. Торгую сувенирами, игрушками, книгами и украшениями. Прибыль была неплохой, и я жила прекрасно, пока не решила поехать в другой город на ярмарку… — тут я всхлипнула, намекая, что вот-вот расплачусь, на что заботливый хоббит тут же подал носовой платок. - И вот я ехала с телегой, взяла с собой все свои товары и уже почти добралась до цели, оставалось лишь преодолеть небольшой участок леса, как вдруг… Здесь я громко высморкалась и всхлипнула. «Подожди-подожди, небольшая драматическая пауза…» -… на меня напали! — Выпалила я одним духом и, решив не сдерживаться, разрыдалась ручьём.  - Какой ужас! — Гостеприимный хозяин и впрямь проникся жалостью к бедной гостье и изо всех сил искренне ей сопереживал.  – Это был настоящий кошмар. — согласилась я. - Лесные разбойники внезапно появились посреди дороги! Они украли у меня всё! Всё! И лошадь, и товары, и деньги, даже мою обувь забрали, чтоб их... После, когда всё закончилось, я оказалась в одиночестве, посреди огромного леса. Одна: без товара, денег и без обуви… -  Эти разбойники совсем распоясались, раз начали нападать и на безоружных дам. Вот бы я им… — Угрожающе помахал кулаком в воздухе Бэггинс. Сдерживаясь, я спрятала улыбку в складках тёплого одеяла. Хоббит заметно смутился, напоровшись на мой взгляд, и как можно ласковее произнёс: — Ну хорошо, коли всё обошлось и беда уже позади. Не сразу разобрав особенностей акцента Бильбо, в и без того сложном языке, я кивнула, не до конца поняв, что он сказал.  — Если хотите, можете остаться у меня. — Предложил он, но заметив, что я пытаюсь отказаться, замахал руками: — Нет-нет, решено, вы остаетесь. Отпустить вас в таком состоянии было бы просто бессердечно! Я благодарно кивнула и изобразила что-то наподобие мученической улыбки.  — Хорошо, с этим решили. Можно задать вопрос, сударыня? Как ваше имя или как я могу к вам обращаться? Не будь дурочкой, эту часть спектакля я тоже заранее продумала у ворот Бэг-Энда. Перебрала множество имён, какие только могла вспомнить при нынешних обстоятельствах, в итоге, остановив выбор на:  — Ариэль… — немного подумав ответила я — Ариэль Каллен.  — Бильбо Бэггинс. Очень приятно. — Протянул он мне руку. Я неуверенно пожала его теплую широкую ладонь. Как и ожидалось, мистер хоббит не преминул откормить свою многострадальную гостью до отвала. Пожалуй, я и не вспомню, чем именно он меня потчевал, но одно знала точно: ничего вкуснее, чем его стряпня, никогда в жизни я не пробовала. Часть 3. Ночевка у мистера Бэггинса затянулась немного дольше, чем я планировала, или рискнула бы предположить. В общей сложности, я пребываю в гостях у добродушного хоббита уже целую неделю. Кажется, если не больше. Сам по себе Бильбо - очень приятный малый. Он меня сразу отогрел, поверил мне на слово и решил помочь просто так, от души. После моего небольшого спектакля хозяин Бэг-Энда выделил мне одну из лучших гостевых комнат и разрешил остаться на ночлег. На следующее утро для него, как впрочем и для меня, стало новым открытием, что его новая гостья — круглая сирота. И жить ей, в сущности, негде, а деньги на покупку нового жилья были благополучно украдены разбойниками из леса. Конечно, Бильбо, как добропорядочный хоббит, не мог бедняжку без денег и жилья бросить на произвол судьбы, и торжественно объявил мне за обедом, что решил приютить меня у себя на неопределённый срок… За быстро пролетевшие пару недель, мы с хоббитом, успели довольно крепко привязаться друг к другу. Не знаю, можно ли это назвать дружбой, но я была бы абсолютно счастлива называть его своим другом, на что он ответил тем же самым. Ростом он мне был, как и остальные хоббиты, по плечо, но вот сердце у него было определённо больше и куда щедрее чем у большинства. Мистер Бэггинс даже не поскупился на новую одежду для меня, которую были вынуждены шить на заказ, учитывая мой нехарактерный для Хоббитании рост. Приглашённая швея долгое время настаивала на платье, и даже пыталась меня впечатлить своими эскизами, которые, к слову, были просто прекрасны. Один из них мне и вправду понравился. Красивое голубое платье с передником, в точности как у сказочной Красавицы. Но я настояла на варианте куда практичнее: льняных брюках свободного покроя, как у самого Бэггинса, простой рубашке, жилетке и пиджаке. Возмущению швеи не было предела. И когда, наконец, мой заказ был выполнен, даже она расплылась в одобрительной улыбке. Что сказать, мне никогда особенно не нравились, да и не шли девчачьи одежды. Гордо вышагивая рядом с Бэггинсом на улицах Хоббитании, и ловя на себе заинтересованные взгляды абсолютно всех жителей, независимо от пола, я, преисполненная радостью, широко улыбалась во все зубы. Думаю, что Бильбо списал это на радость сиротки от вновь обретенного дома и хорошей компании, что отчасти, было правдой. Приходя домой после прогулки, мы, обычно, просто хорошо проводили время. Сидели в саду и говорили о жизни. К моему счастью, хоббит не спешил распрашивать меня о моём прошлом, вероятно, считая это высшей степенью бестактности и решив, не бередить мои пока не зажившие раны. Что ж, это было мне на руку. Единственным, что мне не нравилось в Бэггинсе в приницпе, это была его ужасная манера произношения. В школе Саратова меня учили говорить по канонам классического английского, а уж я сама в университете, изучала и вовсе американский английский, отчего слышать столь необычный стиль говорения для меня было в ново. Сама я изо всех сил старалась не показывать своего акцента, но Бэггинс почти сразу меня разоблачил, отметив, что я говорю очень странно. Впрочем, он не имел ничего против, как и я, и даже считал это милым. Иногда мы вместе готовили. Точнее готовил он, а я сидела рядом с ним и выпытывала все подробности его биографии, личной жизни его соседей и просто болтала на неопределенные темы. И казалось, что ему это безумно нравилось. Я не солгу, если скажу, что была там абсолютно счастлива. Наверное, первый раз за последние несколько лет вообще. И, хоть я и знала, что однажды придёт старый колдун и всё разрушит, мне хотелось оттянуть этот момент как можно дальше, лишь бы наша уютная жизнь в Хоббитоне не кончалась. Но как и ожидалось, всё закончилось так же неожиданно, как и началось. С корзинки и списка продуктов. В один прекрасный день Бильбо послал меня за едой на ярмарку... Не имея ни малейшего понятия, какого качества и в каком количестве нужно брать продукты, а в особенности рыбу, несмотря на указания Бильбо, которые я позабыла напрочь, сразу после того, как шагнула за порог. Лишь чудом я, наконец-то, выбралась с рыночной площади только глубоким вечером, зато с полной корзинкой продуктов, пустыми карманами и желудком. За всё то время, что я была в Хоббитоне, я успела побывать в пяти разных кабаках и подружиться с такой кучей хоббитов, что их хватило бы на целый огромный пирог. Как оказалось, добротная куча золотых открывает любую дверь, причём и душевную, не только в мире людей. Вечерние увеселения уже сказывались на моей походке, задавая ей более виляющее направление. А голова приятно гудела от выпитого эля и странных, но от этого не менее смешных разговоров. Кажется, дружелюбные любители эля даже научили меня паре диковинных хоббитских песен. Однако, сейчас я уже не могла припомнить ни строчки. "Мы идём по Блошиному бульвару? Переулку?" - Напряженно думала я, пытаясь всё таки вспомнить слова чудесной песни, чтобы скоротать себе путь домой, точно также как и время сегодня в кабаке. - Блошиный Бульвар... Весёлый переулок... - Стала я тихо напевать знакомую мелодию, и вроде бы в сознании начали воскресать и слова, и ритм, и отдельные куплеты, как в меня, на скорости быстрого шага, врезалось что-то твердое и увесистое. Даже не успев понять, что произошло, я отлетела на шаг назад, плюхнувшись на зад, а корзинка и её содержимое просто распластались по дорожной пыли. Потирая ушибленный лоб, я бормотала про себя проклятия и тут услышала тихое: — Иш-ка-кхе-аи-доль-гнур… Отказываясь верить в услышанное, я подняла голову и первым, что мне бросилось в глаза, была до боли знакомая кольчуга с причудливой пряжкой ремня, украшенной странными узорами. Подняв взгляд чуть выше, я увидела длинные чёрные волосы с проседью, шубу с плеча Джона Сноу, и бородатое, крайне недовольное выражение лица. - Вы?! - Непроизвольно вырвалось у меня. Столкновение с Дубощитом выбило у меня из головы не только строчки чудесной песни, но и, как я позже поняла, всякое чувство такта и знание английской речи. В голове не укладывалось, что сам Торин, тот, на кого я смотрела в юности с экрана телевизора и ноутбука, стоит сейчас передо мной и корчит злую рожицу.  - Прошу прощения… — Пробурчал он, нехотя, и наклонился подобрать, видимо, выпавшую из рук, карту. - И вы... меня простите? - Удивленно шепнула я, поднимаясь с земли. Как и ожидалось, большинство продуктов, выбранных с такой любовью и трудом сейчас были в грязи и совершенно негодны к приготовлению. - Вы... Всё испортили! Ох, бедная рыбка, сколько же я за тебя выложила, знал бы он это! Бормоча ругательства, я принялась подбирать то, что хотя бы частично уцелело. Увы, яйца было уже не спасти, зато овощи и фрукты могли ещё на что-то сгодиться. Меня начала накрывать злоба и усталость одновременно. Весь мой труд пошёл к чертям! - Что же я скажу Бильбо? - В отчаянии воскликнула я, вслед уже уходящему Дубощиту. Вдруг тот развернулся, и быстрыми шагами вернулся к месту ДТП. - Знаете Бэггинса? - Прищурился он, рассматривая меня с ног до головы. - Предположим. А вы знаете, что такое уважение к чужим продуктам? - Передразнивая, прищурилась я в ответ. Конечно, я крикнула имя Бэггинса нарочно. Но быстрого ответа он от меня не получит после случившегося.  - Искреннее сожалею, леди. Я очень спешу к мистеру Бэггинсу и буду рад, если вы покажете дорогу. - Вздохнул гном, демонстрируя всю степень своей усталости, видимо, рассчитывая на моё участие. И он не прогадал: уставшей также до чёртиков, мне не терпелось попасть домой, а сил на препирательства просто не нашлось.  - Сомневаюсь, что разделю вашу радость, но я провожу вас к нему. В любом случае, нам всё равно по пути.  - Жена? — Усмехнулся он, бросив взгляд на содержимое корзинки. - Друг. Так вы идёте? - Шагнула я в сторону тропинки, ведущей к Бэг-Энду, даже не оборачиваясь. Вскоре он, почти одним шагом, догнал меня и молча шёл рядом, всё ещё сосредоточенно изучая карту. По дороге нам мало кто попадался на встречу, исключая пару юнцов, видимо, как и я, шедших домой из вечернего залёта в кабак. - А вы, собственно, с какой целью хотите встретиться с Бильбо? — Решила поинтересоваться я, прерывая раздражающую тишину. – Вам лучше спросить у него самого. - Уклончиво ответил он, не отрывая взгляда от карты. За всё время пока мы пересекали вдоль три улицы, он лишь несколько раз оторвался от карты, изучая местность, будто сверяясь, и снова, хмурясь, погружаясь в неё с головой. - Видимо, карта не столь точна, как вас заверил торговец? Тот что-то пробормотал, из-за бумажной полосы, чего я не успела разобрать. - Дай-те ка сюда! Не удивлюсь, если вы и вовсе держите её вверх ногами! - Потянулась я к карте. Как ни странно, он без споров мне её отдал, внимательно наблюдая за моей реакцией. - Хм... Карта, действительно, была довольно странной. В верхнем правом углу большими красивыми буквами выведено: "Шир". На самой так называемой карте изображены ровные гряды холмов, равнины, два или три похожих посёлка, и где-то размером с небольшое яблоко, была изображена сама деревенька. Дома здесь показаны как самые маленькие букашки, а улицы - толщиной с тростинку. Я сильно удивилась, как он с самого начала по ней ориентировался, пока не наткнулась взглядом на пару крестиков, зачеркнутых и перечеркнутых, на месте некоторых из домов. "Вероятно он так отметил возможные дома Бильбо" - догадалась я, и хихикнула про себя, представляя как в дом к несчастной семейной паре, посреди ночи, вваливается это бородатое недоразумение. Заметив моё веселье, гном отобрал у меня карту, задавая немой вопрос. - Да, там есть то, что вам нужно. Бэг-Энд, видите? - Ткнула я почти перед самым его носом на холм размером с ноготок. - А вот это - указала я на пару других крестиков, - местные кабаки. Причём только самого лучшего, королевского я бы сказала, качества. Тот удивленно зарылся в карту, и вынырнул с выражением полнейшего неудовлетворения. Конечно, куда девчонке поучать его величество! - Это я уже понял... - Тогда почему же вам было просто не спросить дорогу у кого-нибудь из хоббитов, мистер гном? - Неприкрыто хохотнула я, но наткнулась только на свирепый холодный взгляд. " Мы точно поладим". На моё счастье, впереди показался Бэг-Энд. Я почти подбежала к калитке, а затем и к заколдованной двери, и была просто вне себя от восторга. Магический знак был ещё здесь и отчаянно засветился при виде нас. Торин, несмотря на кажущуюся неповоротливость, не отставал на шаг. Вдоволь налюбовавшись знаком, я привычно постучала в дверь, однако оказалась неуслышанной. Начиная подозревать, что что-то могло пойти не по плану, я постучала настойчивее, но тщетно. Тут мистер Дубощит потерял всякое терпение, оттолкнул меня от двери и постучал сам. Стук вышел, что надо, и его, как и водится, услышали. За дверью послышалась возня, и дверь широко распахнулась, демонстрируя у порога Бильбо, с перепуганным лицом, Гэндальфа Серого, Ори, Кили, Нори и всех остальных гномов. Они все здесь! Проскользнув вслед за гномом в прихожую, я стояла в немом восторге, не произнося ни звука. Вот он - тот самый легендарный момент из фильма Джексона. Самого Питера, мать его, Джексона. И я действительно участвую в этом шедевре. Что там восторг, эта была высшая степень счастья и морального удовлетворения. - .. я бы никогда не нашёл этот дом, не наткнись я случайно на мисс... - Каллен. - Поспешил представить опешивший хоббит. И только теперь он обратил на меня внимание. Уже в который раз, я стою у него на пороге, вся в дорожной пыли, виновато смотрю на него, и привношу в его жизнь приключения. Видимо, сам он тоже это только что осознал, в глубине души проклиная тот день, когда пустил меня на порог.  - Бильбо, позволь тебе представить предводителя нашего отряда - Торина Дубощита. - Протянул Гэндальф, обращая моё внимание на себя. Всё такой же старый, повидавший мир иксмен-волшебник. Заметив мой пристальный взгляд, тот приветливо улыбнулся в ответ, и я кивнула в ответ с лучезарной улыбкой. Когда гномы, наконец, прошли на кухню, а я уже и забыла, что участвую во всём этом действе, ко мне подкрался Бильбо и обеспокоенно взял за руки. — Ты цела? — Всё хорошо. Но, Бильбо... Боюсь спросить, кто все эти мужчины? Этот господин уверял, что у него к тебе важное дело. - Решила я не выходить из роли ведомого.  - Знал бы я, кто это такие, ни за что не открыл бы дверь. - Простонал он, хватаясь руками за голову. Похоже, гномы знатно потрепали не только его сервиз, но и нервы. Я почувствовала укол совести за то, что, пускай и по незнанию, но оставила его одного разгребать весь кавардак, учиненный гномами. Если бы я только знала точно, в какой из дней это произойдёт! - Я тут накупила кое-чего... - Протянула я, подбадривающе улыбаясь, корзину с покупками. - Искренне надеюсь, что этого хватит, ибо уходить, они, похоже, не собираются. - Озадаченно улыбнулся он в ответ, забирая у меня многострадальную вещицу. -Мистер Бэггинс! — Послышался чей-то требовательный голос. Тот нервно дернулся, и двинулся было к гостям, но вдруг обернулся, чтобы уверить меня переждать этот ураган гномов у себя в комнате, на что получил решительный отказ. Так, мы вместе прошли в гостиную, переполненную больше, чем когда-либо, и подоспели как раз к самому концу речи Гэндальфа Серого. Огромный стол, состоящий из нескольких маленьких, был, вероятно, перетащен сюда из подвала. Угощений на столе было уже не так много, да и основная её часть оказалась теперь перед Торином, которого то и дело спрашивали о чём-то, не позволяя утолить хоть немного голода. Я, заметив это, усмехнулась. Так вот почему он ходит таким злым.  — Бильбо и Ариэль… — Вдруг уловила я и своё имя в речи Серого.  — Прошу прощения… - Хотел вставить своё слово Бильбо, но его заглушила целая лавина чужих мнений. — Гэндальф, я согласен, с тем, что нам нужен взломщик. Но к чему нам его подружка? — Недоумевал Бофур. — Вот именно! — Недовольно проворчал Двалин. — Зачем нам девчонка? Убьется в первые же сутки, а если и нет, то за неё это сделают орки! Да и её муженёк не вызывает доверия.   - Я бы попросил!... — Начал снова Бильбо, но тут начался такой шум и гам, что его просто не услышали. Наблюдая за всем этим, я заметила, что из всех присутствующих, моё появление заметил лишь Гэндальф. Почему-то сначала показавшийся мне довольно милым, его взгляд, заглядывающий в самую душу, теперь пугал и я невольно отвернулась. Но не успела я и предположить, что же он задумал как, Митрандир привстал, а его голос стал громоподобным, заглушая всех и каждого. От удивления и страха я схватилась за ближайшую стену. — Мистер Бэггинс пойдёт с нами, потому что я так сказал! Он первоклассный взломщик, и он нам нужен. В нём спрятаны великие таланты, хотя он и сам не догадывается о них. — Хорошо. — Сказал, через некоторое время раздумий, Торин, и обратился к Балину. — Дайте ему контракт. Бедному хоббиту всучили объемный лист бумаги, который разложился в огромный свиток, метр длиной. Решив дать Бильбо время на принятие решения и прочтение контракта, я устало прислонилась к стенке, и стала медленно и уже без особого интереса, разглядывать присутствующих. Впрочем, как и они меня, но уже с более явным любопытством. Принц Кили, в углу стола, смотрел с задорной улыбкой и, возможно, даже подмигнул бы, если б не суровая физиономия его дядюшки напротив. Выражение лица Фили, как и большинства гномов, выражало искреннее сочувствие и доброжелательность. Мне в этом почудилось немое предупреждение: " Мы знаем, что ты понятия не имеешь, во что ввязываешься. Не бойся, мы тебя не обидим". Балин, нахохлившись как старый филин, выражал всем своим видом неодобрение и обеспокоенность. Двалин же, наоборот, крайнюю степень неприятия и почти гнев. Наверное, из всех 15 мужчин в этом доме, позы Торина и волшебника были самыми спокойными, но всё таки по-разному. Торин выражал полную уверенность в себе и своих целях, будто бы и не сомневался, что всё будет так, как он сказал, а если и не будет, то он найдёт способ добиться того, чего хочет. А Гэндальф не был уверен ни в чём, он просто знал. Знал, что именно и каким образом произойдёт, и чувствовал себя абсолютно свободно, обладая этим знанием, будучи единственным в этой комнате, кто, кроме всего, этим знанием может ещё и распоряжаться. И тут послышался глухой звук. Бильбо упал в обморок. Я мигом бросилась к бедняге и прислушалась к дыханию. Он был жив и дышал, но очень неровно и с присвистом, каким иногда неосознанно делалось его дыхание, когда он сильно нервничал. После, некоторые из гномов помогли перенести его в комнату, и оставили там же, со мной и Гэндальфом наедине. - Что с ним? - Спросила я, обмахивая хоббита мокрой тряпкой и приводя в чувство. - Такого раньше никогда не было. -Он придёт в себя уже довольно скоро. Тем паче, с ним рядом столь заботливый друг, он не может не прийти в себя, определённо. - Откуда вы знаете, как меня зовут? - Присела я на стул напротив, припоминая отдельные моменты из его речи. - Бильбо сказал всем, когда ты привела Торина. - Закурил маг трубку. Я нахмурилась, возразив, что он назвал только мою фамилию, а не имя целиком. В голове начали всплывать отрывочные картины того самого вечера. Улыбку Гэндальфа, выключившийся ноутбук... - Это ведь вы перенесли меня в этот мир, не так ли? - Прищурилась я, уже враждебно зыркая на Серого, снизу вверх. Так вот, что он задумал! Хочет впутать меня в свои хитросплетенные планы. - Если ты про то, как я перенёс тебя из твоего мира в один из замечательных лесов Хоббитании и вывел тебя к дому нашего дорого Бильбо, то да. Это был я. - Улыбнулся тот. Я начала закипать. - Вы говорите так, будто оказали мне услугу, верно? Но это и вполовину не было так прекрасно, как вы это описываете. Вы хоть представляете, сколько всего мне пришлось пережить в этом проклятом лесу?! Одной! Без ботинок! Умирая от голода и жажды. Вы считаете, это было увлекательным приключением? И что я должна быть за это благодарна?! -Благодарным быть стоит за всё, на этом свете, что случается с тобой, и с тебе подобными, дитя. -Наступая на горло своей гордости и усталости, я проговорила неискренние слова благодарности. Не нужно было мне ссориться ни с ним, ни с кем бы то ещё, по крайней мере, пока я в их власти и чертовски зависима от их мнения. - У тебя, вероятно, куча вопросов? — Мммм.. - Промычал пришедший в себя Бильбо.  Я всучила ему в руки горячий чай. —  Ты как? Выпей, должно помочь. — Я в порядке... Только дайте мне посидеть. Чуть-чуть.  — В другой раз. — Кинула я магу и вышла из комнаты, чтобы оставить их одних. По сюжету фильма и книги, я прекрасно помнила, что убедить Бильбо пойти на рискованное приключение сможет Гэндальф и только Гэндальф. А уж если и он не справится, то тут и я подсоблю. Во что бы то ни стало, нужно убедить Бильбо пойти с гномами. Вот только мысли о собственной участи не давали мне покоя. Конечно, Серый хотел, чтобы я пошла с ними. И я действительно этого хотела, но это очень рискованно - быть частью плана, который тебе неизвестен. Ингредиентом неизвестного рецепта. А что если, это рецепт атомной бомбы? О таком не хотелось и думать, и я по привычке ушла в гостиную.  — Простите за вторжение. - Услышала я рядом голос Фили.  — Да, мы просим прощения, если напугали вас. — Поддакнул Кили. Я взглянула на них и не смогла сдержать улыбки. Точно такие же озорные, как и в фильме. — Ничего, меня не так-то просто напугать. — В это легко верится. — Хохотнул старший принц.  — Почему же? — Вы не похожи на слабохарактерную особу, да и вообще на местных дам.    — Лучше и не скажешь. — рассмеялась я. — Может, поможете убрать остатки вашего пиршества?  — Конечно. А пока мы убирали, я решила, что и от меня не убудет, если я немного приобщусь к здешнему миру и попробую сойти за свою.  — Не сочтите за малодушие, но как надолго вы здесь?  — О, не беспокойтесь, всего на ночь. Фили взял в охапку уже пустой бочонок и поволок к погребу. Я, стараясь не уронить остатки роскошного ужина, побрела следом. — На ночь? Тогда зачем вам понадобился Бильбо? И что за контракт вы ему отдали, отчего он потерял сознание? - Продолжала я прикидываться незнайкой. — Ну, дело в том, - гном водрузил огромный бочонок на его законное место, - что в нашем деле, нужен хороший взломщик. Вор, проще говоря. И Гэндальф взялся найти его сам, а вчера сообщил, что нашёл, и тот приглашает нас сюда, обсудить условия контракта.  — Вздор! Разве Бильбо похож на вора?  — Нет, я так не считаю. Не обижайтесь, но ваш муж, похоже, зря вызвался на эту работёнку. - Златоволосый наследник, поставив первую, потянулся за другой пустой бочкой и легко, словно пушинку, приподнял её над полом. — Он мне не муж, - уточнила я, — и он не вызывался. Его, можно сказать, вынудили нежданные обстоятельства. -  А кем же вы, в таком случае, приходитесь мистеру Бэггинсу? - Закончив и со второй тарой, Фили повернулся ко мне целиком. Было видно, что в жизни он повидал немало, но ещё и не так много, как к примеру Двалин. - Скорее приживалкой, чем кем-либо ещё. - Я двинулась к двери, доставая увесистый замок, устанавливаемый Бильбо только в случае неожиданного наплыва гостей, и запиралась им всегда только кладовая. - Хотя я была бы очень счастлива называть себя его другом. - Так вы, получается, не замужем? - Замужем. - Серьёзно сказала я, отметив про себя хитросплетение усов принца и его необычный для моего мира, голубой цвет глаз, с карими вкрапинками. - Давно, и за горячо любимой работой. Мы вышли из погреба, и я закрыла дверь. В конце коридора, у входа в гостиную, стояли Торин и Балин. Они что-то яро обсуждали, явно не собираясь уступать друг другу. Фили понял, куда я смотрю и решил проявить азы королевского такта на практике: — Это самые старшие члены нашего отряда. Тот, что пониже и с седой бородой — Балин. Самый умный из нас.  — А тот, кого я имела честь сопроводить? Гном заметил скрытую насмешку в моей фразе и предостерегающе поднял палец: — Предводитель нашего отряда и по совместительству Король-Под-Горой — Торин, сын Траина, внук Трора.  — И все ваши короли плохо читают карты? - Сделала я удивлённое лицо, и подобрав с пола вынесенные мной остатки ужина Дубощита, пошла на кухню, оставляя собеседника одного. — Не то чтобы. - Быстро догнал меня принц. - Когда работаешь столько, сколько это делает король, иногда действительно становится не до каких-то карт и коварных торгашей, их продающих. - Заступился он за дядю. Я согласно хмыкнула, опуская посуду в мыльную воду. — И всё таки, кажется, я его задела. — Хихикнула я, — Передай Его величеству, что я не нарочно. В ответ на его удивленный взгляд, я быстро пересказала ему историю нашего с королём веселого знакомства. - Пхахаха, надо же! - Веселился наследник Дурина, поглаживая при этом усы и закуривая, пока я намыливала оставшиеся тарелки. - И ты не испугалась? - С чего бы это? - Плечом откидывая падающую на лицо прядь, хмыкнула я. - Он не похож на лютого зверя. - Но может им иногда быть, уж поверь. - И тут, осознав, что сказал, гном замахал руками, - Нет-нет, я вовсе не это имел в виду. Ты уж прости, порой мы с братом много болтаем. Но Торин куда лучше, чем кажется. Так можно сказать про каждого гнома. Не всё самородок, что блестит...  — Вот вы где! — На кухню ворвался почти запыхавшийся Кили— Гэндальф просил позвать вас, мисс Каллен. Скоро начнётся совет. — Благодарю, я сейчас буду, мистер… эм… — Кили, — Решил представить брата старший принц. — Мой младший брат. А моё имя Фили.  — Очень приятно. — Всё ещё притворялась дурочкой я. — Вы уже знаете меня, но я всё равно представлюсь. Ариэль. Ариэль Каллен, к вашим услугам. Я отвесила братьям грациозный поклон и поспешила в сторону гостиной. Удивительно, как в столь маленьком помещении уместилось столько народу - целых 15 человек. Точнее: один человек, 13 гномов, хоббит и волшебник. Гэндальф сидел недалеко от камина, а рядом с ним пристроился Бильбо. Похоже, бедняга уже начал потихоньку приходить в себя. Остальные же либо сидели, либо стояли и во всём этом наблюдалась строгая иерархия. Самые авторитетные сидели ближе к камину, менее — подальше. Естественно, ближе всех к очагу стоял, прислонившись, его Величество, далее шли, пришедшие следом за мной, молодые принцы, Балин, Двалин, Гэндальф и так по порядку.  — А вот и мисс Каллен. — Митрандир на минуту перестал покуривать Старого Тоби и указал трубкой на стульчик у очага, куда я с благодарностью присела. Порой, после приёма в дюжину гномов, целого дня в кабаке и увеселительных прогулок, твои ноги просто нуждаются в отдыхе.  — Как мы все знаем, — начал он, — мистер Бэггинс любезно согласился пойти с нами, не скрою, в опасный поход, в качестве взломщика. Но, я считаю, что нам нужен укротитель, на случай, если мистер Бэггинс… — Он помедлил, тщательно подбирая слова. — Не справится со своей задачей. — Кого же мы собираемся укрощать? — Недовольно спросил Двалин.  — Именно об этом я и собирался рассказать, мистер гном. — Гэндальф смерил его взглядом. —Я знаю, что Ариэль, — он перевёл свой взгляд, из под лохматых бровей, на меня, — сыграет в этом далеко не последнюю роль. Она нам нужна. И более того, у мисс Каллен есть опыт… — Тут волшебник замялся -… Общения с драконами и им подобными. Я открыла рот, чтобы возразить, но тут же закрыла. Если речь идёт о моём бывшем, то да, я имела тот ещё опыт общения с драконами и им подобными. Все гномы, как один, уставились на меня, ища доказательств словам мага, но единственное, что они могли там отыскать - это напуганную, потрепанную, но несмотря на это святящуюся от счастья девицу неопределенного возраста.  — Это правда? — Спросил Торин, внимательно вглядываясь в моё лицо, ища малейший намёк на опровержение этого заявления.  — Правда. — Чудом не покраснев соврала я. Среди гномов пошёл гул. Единственным, кто молча смотрел на меня, полными недоумения глазами, был Бильбо. Мне даже показалось, что он не выдержит, и снова упадёт в обморок. Предполагаю, что такого он от бедной сиротки не ожидал. Как впрочем и я, но у меня не было иного выбора. Я должна идти с гномами, а иначе зачем я вообще тут оказалась? Одна мысль о том, чтобы остаться в этой норе, которая без своего хозяина мигом потеряет весь уют, я ужаснулась.  — Именно, — довольно продолжил маг, — поэтому, без неё нам не обойтись.  — А как мы можем проверить, что она говорит правду? — Ты ставишь под сомнение мои слова? — Нахмурился Гэндальф, бросая убийственный взгляд в сторону смельчака. Контраргументы от мага всегда срабатывали очень убедительно.  — Твои нет, но её… — Начал оправдываться гном, оказавшийся в щекотливом положении.  — Разве, она похожа на лгунью? - Вдруг подал голос Фили. - Пристало ли нам обвинять её во лжи, не имея доказательств обратного?  — Я с тобой согласен! - крикнул Кили.  — А я вот нет! — Бросил Двалин. — Я вижу её впервые. Откуда мне знать, что девчонка не простая обманщица? Кто из вас может за неё может поручиться?  — Я могу. И я могу совершенно точно сказать, что это правда. Есть ли среди вас те, кто сомневается в правдивости моих слов? — Грозно вопрошал старый волшебник. Гробовую тишину нарушало лишь потрескивание дров в камине.  — Никого? Вот и прекрасно. Ариэль идёт с нами, нравится вам это или нет.  — Осталось лишь узнать это у неё самой. — Решил использовать последний козырь Торин. Всё выражение его лица ясно давало понять: "Оступи или будет худо". — Я иду с вами. — Кивнула я. Торин отвернулся от меня, напоследок кинув разочарованный взгляд, а по лицу старого мага поползла хитрая улыбка, оповещающая о том, что всё прошло точно по плану. Как и предполагалось за сотни, а может и за тысячи лет до меня, и именно поЭтому он был так спокоен. Он просто знал, что я соглашусь. — Что ж, Ариэль, в таком случае, добро пожаловать в отряд Торина Дубощита. — Протянул мне Балин ещё один контракт. — Спасибо... — Тихо поблагодарила я, сама не зная за что. И кого. Скорее всего свою удачу в лице Гэндальфа Серого. Часть 4. Ранним утром меня растолкал Бильбо. - Что-то случилось? - Сладко потянулась я, предвкушая чудесный день. - Гномы, вот, что случилось. И со словами: « Жду тебя за завтраком» удалился. -Не могу поверить.... - Пробормотала я, а по лицу начала расползаться широкая чеширская улыбка, — Я и впрямь иду в поход к Эребору. Я! К Эребору! О, Валар, спасибо! Радостно вскочив с кровати, я выглянула в окно. Это должен быть один из самых лучших дней в моей жизни - решила я для себя, и не прогадала. День начинался очень хорошо: ярко светило рассветное солнышко, с кухни пахло ароматным завтраком, а впереди был целый день увлекательных приключений. Что могло быть лучше? Быстро приведя себя в порядок, я кинула придирчивый взгляд в зеркало и выскочила в коридор, громко скрипя половицами. Но резко остановилась перед дверью на улицу, и схватила с крючка яркий шейный платок Бильбо, цвета одуванчиков в летний день. К моему удивлению, Бильбо был один. — А где же все? — Как можно непринуждённее, спросила я, стягивая с шеи цветастый галстук. — Они уехали немногим ранее, — Бильбо разложил завтрак.— Оставили записку, мол быть в «Гарцующем пони» к полудню. — Так чего же мы ждём! Скорее! Я быстро села за стол, и, не сбавляя скорости, принялась уминать завтрак.   — Ариэль, — осторожно начал Бэггинс о том, что явно не давало ему покоя со вчерашнего вечера, — а ты и впрямь…?  — Укротитльниса дваконов? — Закончила я за него, с набитым ртом. Он кивнул. Нарочно медля с ответом, я тщательно разжевала тёплый тост и запила молоком. — Да, я на самом деле общалась с драконами, но вовсе не так, как ты себе это представляешь.  — Это как же?  — Ну смотри. — Я отложила нож с вилкой и принялась объяснять на пальцах, — Вот стоит дракон, а здесь я. Как ты думаешь, чтО нужно сделать в первую очередь, как только увидел дракона?  — Убегать и прятаться? — Последовал довольно логичный ответ.  — А вот и нет. Сначала нужно определить вид дракона. Ну знаешь, чешуйчатый, огнедышащий, ночная фУрия и так далее... На протяжении всего завтрака, последовала увлекательная лекция о том, каких видов бывают драконы и как можно найти подход к каждому из них. Конечно же, я понятия не имела, как нужно усмирять, а тем более приручать драконов. Но решив, что отступать уже поздно, а своему образу нужно соответствовать, я в красках пересказала маленькому хоббиту всё, что не так давно, узнала из мультфильма "Как приручить дракона".  - Откуда ты так много знаешь о драконах? — Искренне восхищался взломщик. Теперь в его злато-карих добрых глазах засветился огонёк безмерного уважения, а тревога и скепсис исчезли без следа. К тому моменту, как я заканчивала свой рассказ, тщательно заперев нору, мы с Бильбо уже торопливо вышагивали по тракту, шедшему по кажущимся нескончаемыми полям Шира. Уже стоял ясный летний день. Воздух ещё не успел толком прогреться, но уже чувствовалось, что солнце не собирается скупиться на тепло. Вокруг чащей росли целые ряды кукурузы, пшеницы, гнущейся всё ниже с каждым дуновением прохладного ветра, и подсолнухи. Мимо нас, с громким жужжанием, пролетали пчёлы размером с кулак, что, однако, было не редкостью в этих краях. Ближе к полудню, мы уже выбрались к небольшой деревеньке Бри, чуть дальше услышали характерные звуки весёлой компании, а уже скоро увидели её воочию.  — А, мистер Бэггинс, мисс Каллен! — Поприветствовал нас Гэндальф, в том же сером балахоне, с широкополой шляпой, делающей его ещё выше и худощавее. Похоже, времени старый маг зря не терял: рядом с ним пригарцовывала белая лошадь, обвешанная различными сумками и бурдюками с водой.  — Доброе утро! — Крикнула я, глядя на всё великолепие приготовлений компании, и скромно опустила на землю рядом с собой свой небольшой рюкзачок, набитый кое-какими запасами еды, воды и средств гигиены. Правда, и о самозащите я заранее подумала. На самом дне сумки лежало два серебряных кухонных ножика и вилка. Из гномов на нас почти никто не обратил внимания: все были заняты делом, запрягали своих мини-лошадок.  — Дайте им пони! — Отдал приказ Дубощит, не глядя на нас.  — Что? Нет-нет, я и так от вас не отстану… — Хотел возразить хоббит. Да кто ж его послушает?.. ... Мне досталась прекрасная пегая кобылка. Да, тоже пони. Почему-то в этом мире все упрямо продолжали считали меня маленькой, а ведь я была выше всех в отряде, разве что, за исключением Гэндальфа Серого. Первое время всё шло просто чудесно. С третьей попытки, я даже смогла усидеть на седле, без посторонней помощи, но некоторое время спустя начались проблемы. Первой из них было седло. Жутко неудобное, на нём я не могла отделаться от ощущения, что вот-вот сползу с пони на земь. Второе: пони пахнут. И отнюдь не ромашками и бескрайними полями лаванды. Очень сомнительно, что возможно что-либо ощущать в принципе после такого аромата… Третье: управление. Искренне не понимаю, почему к этим существам нет инструкции?! Пришлось учиться на ходу, безуспешно копируя тех, кто поопытнее. Вскоре я уже наловчилась заставлять упрямого пони поворачивать влево или вправо. Оставалось лишь научиться её останавливать… Через шесть-девять часов (в пути сильно теряется чувство времени), отряд, наконец, решил устроить первый привал. Сказать, что я и лошадь были просто рады друг от друга избавиться, означало не сказать ничего. Иначе, как объяснить то, что мою кобылу на радостях, понесло вперёд на полном ходу, и ловить меня пришлось всей командой. Пока Бофур крепко держал беглянку за узды, я попыталась осторожно слезть, что было очень трудно сделать с дрожащими от страха ногами. - Ну же, не бойся! Я поймаю! - Подбадривал темноволосый принц рядом, и досчитав до пяти, закрыв глаза, я практически прыгнула в объятия гнома. - Я же говорил. - Усмехнулся тот, - Всё хорошо? - Д-д-да, п-просто от-тлично. Пока отряд занимался разбиванием лагеря, я устроилась в сторонке, у ствола старого упавшего тополя, чтобы по словам Бофура, не навлечь на себя новые неприятности. Каждый из гномов занимался своим делом. Бифур и Бофур рубили дрова, старательно собирали сучья - на них было поддержание костра, а также, всего отряда, в сухости и тепле. Балин, Двалин, Гэндальф и Торин устроили небольшой совещательный пункт недалеко от старого пня, а молодые принцы взнуздывали пони и поили их водой. За еду для гномов отвечал Бомбур. Остальные же члены компании просто разбрелись по своим делам или приводили в порядок своё оружие и запасы. От нечего делать, вскоре, я не усидела и пошла на запах манящей еды. В круглом котелке Бомбура, подстать ему самому, что-то бурлило, поднималось паром и разносилось над всем лагерем. Устоял бы, разве что мертвый, что, конечно, тоже вряд ли. - Что вы туда положили, что так восхитительно пахнет? - Принюхалась я, закрывая глаза от блаженства. Бомбур на минуту отвлёкся от интенсивного помешивания, явно удивлённый, что я решила заговорить именно с ним. - Соль, щепотка сахара, родниковой воды, и... - Вероятно, ложку какой-то гномьей магии? - Ласково улыбнулась я, сокращая дистанцию между мной и котлом. - Не может простая каша так божественно пахнуть. Уж я-то знаю, Бильбо тот ещё кулинар. Но вы, вероятно, просто волшебник! - Какое уж там... - Смутился тот, заметно розовея от столь неожиданного внимания. - Думаю, соли всё ещё маловато. На ка, отведай. Тот протянул мне щедрую порцию на пробу, в огромном половнике. - Это изумительно, мистер гном! Вы, действительно, мастер своего дела! - Хахах, мда, возможно... - Пригладил тот деловито усы, добавляя что-то похожее на масло в будущий ужин. - Секрет приготовления походной каши заключается в правильном жаре от костра. Он должен быть не больше... - Мисс Каллен! - Резко окрикнул меня Дубощит с другого конца поляны. - Пойдите, помогите Фили и Кили! Бомбур сочувственно кивнул мне и снова принялся за работу. Почему-то он был совершенно уверен, что я тут же помчусь исполнять приказ, и что сейчас меня здесь уже не должно быть. От подобной наглости я опешила, но решила не спорить, лишь время от времени, снова кидая любопытные взгляды на компанию старейшин, перекочевавших к костру. Ни один из них даже не удостоверился, действительно ли я ушла туда, куда мне велели. Это чертовски раздражало, но деваться было некуда, и я покорно потрусила к ребятам и более дружелюбным, чем весь отряд гномов в принципе, пони. Парни сидели на земле и что-то наигрывали на флейтах. Я плюхнулась рядом с ними. - Ну, как дела? - Тебе сказать правду, или соврать, что всё замечательно? Я вздохнула, подперев подбородок рукой, и отвлечённо разглядывала инструменты братьев. Принцы удивленно переглянулись, придвигаясь чуть ближе. - Дай угадаю: Торин. - Предположил Фили. - Хуже: отряд крайне недружелюбных гномов. - Я взяла в руки предложенную флейту и принялась с любопытством рассматривать. Кили тихо рассмеялся, вставая с пригретого местечка и направился к пони. - Понимаешь, гномы далеко не самые.... приветливые существа в Средиземье. - Начал, посмурнев, старший брат. - Вероятно, ты слышала о нас много плохого, и признаю, половина из этого правда. - Это не значит, что мы со всеми грубые ворчуны, как любят говорить люди. А что говорят эльфы, тебе и вовсе лучше не знать. Кили подошёл к одной из кобыл и принялся развязывать ослабевшую уздечку от вбитой в землю колышка. В один момент, бормоча ещё что-то себе под нос, он жестом подозвал меня к себе. - Смотри, объясню проще. Видишь эту сухую ветвь? Что ты о нёй думаешь? Я подошла ближе и заметила то, на что он указывает. Куском ветви оказалась старая сухая веточка, напрочь лишённая листьев, кроме одного совершенно мертвого сбоку. Скорее всего, долго она бы не смогла прожить и со временем, как и всё дерево, превратилось бы в труху, или его сожгли бы проезжающие мимо путники. Не задумываясь, я озвучила свои мысли. - Теперь посмотри сюда. Он указал на что-то внизу коряги, у самой земли. Я нагнулась и увидела новые, свежие побеги, которые пускало умирающее дерево. На каждой из молодых веточек было не меньше дюжины листьев, и видимо, они даже не собирались переставать расти. - Видишь? Я кивнула в ответ. - Сперва, ты решила, что дерево мертво и ему нельзя помочь. Но тебе была видна лишь одна из его сторон. На самом деле, оно вовсе не собирается сдаваться, наверняка, уже глубоко пустив корни в землю. - Понимаю... - Пробормотала я, поглаживая пятнистую кобылку Кили по мягкой морде. - Не всё самородок, что блестит? - Потерпи немного. - Подошёл ближе к нам Фили, передавая мне и брату по зелёному яблоку. - Скоро они к тебе привыкнут, дай им время. - Спасибо, парни. Тут из чащи, ломая ветви, и отбиваясь от парочки прилипших паутин, вышел мистер Бэггинс. - Что я пропустил?...

Часть 5.

Третий день без инцидентов. Ну, как, без инцидентов? Разумеется, они были, но не столь важные, чтобы о них упоминать. Кажется, я понемногу начинала привыкать к кочевой жизни. Хотя нет, пожалуй, к этому просто невозможно привыкнуть, если знать, что такое ежедневный душ, зубная паста и фен. И это мне ещё повезло, по мнению братьев, что все привалы отряд устраивал невдалеке от лесных речушек, которые не особенно, но кое-как помогали пережить отсутствие квартирных удобств. Как оказалось, самый обычный день в компании Дубощита начинается примерно между 4 и 5 часами утра. И будильником здесь служит бодрое Ториново: "Подъёёём!!!". От столь настойчивого будильника отмахнуться не получится, а пробовать перевести или отключить никто не решался... В целом, на утренние сборы, включая и завтрак, выделялось в лучшем случае, не больше часа. И это при том, что на учёбу в 8 утра я собиралась как минимум два с половиной. Несложно догадаться, что поначалу меня отрывали от миски с утренней кашей и спальника буквально силой. Порой, я просто засыпала на ходу, и гномы кидали в меня чем-нибудь, навроде мокрой тряпки, чтобы взбодрить. Или же это делала моя кобыла, частенько вскидывая меня на пару сантиметров вверх на кочках. В отличие от меня, Бильбо довольно быстро приспособился к походным условиям, и даже некоторое время спустя, начал помогать и мне собираться, за что я была ему от души благодарна. Но на этом мои злоключения не заканчивались. Гномы - вот моя основная проблема, а точнее, их отношение ко мне. Как и предупреждал Кили, большинство меня откровенно не замечало или предпочитало делать вид, что не замечают. За все три дня пребывания в отряде, из всех бородатых человечков удостоили меня своим обществом лишь Фили, Кили (с которыми я и обсуждала свои проблемы), Бофур и Бомбур. Правда, если редкие приказы вроде: «Мисс Каллен, не отставайте!», считаются, то и Торин тоже. Естественно, ничего большего я за жалкие пару дней и не ожидала, но в глубине души всё равно было обидно. Отправляясь в поход, я рассчитывала на опасности, приключения на каждом шагу, в компании великих героев, отважных воинов и весёлых смельчаков. С теми, о ком я читала в книгах и смотрела фильмы. Но оказалось, реальность не столь приятна и беззаботна. К сожалению, в книгах мало рассказывается о том, что большинство героев и храбрецов в реальной жизни жуткие зануды, а между подвигами бывают чрезмерно долгие и скучные, будничные перерывы. Серый маг, похоже, решил не отставать от общей тенденции к упрямому отрицанию самого факта моего существования. На все мои попытки вернуться к тогдашнему разговору о моёй судьбе и предназначении, тот лишь загадочно улыбался, виляя от темы к теме. В конце-концов, разочаровавшись во всех и вся, я подходила долгими вечерами к Пегасу, моей пони, и вероятно, единственной, кто меня понимал, разговаривая с ней о своих невзгодах. Именно в такие моменты, мне больше всего хотелось выкинуть цветастый платок и уехать от всех этих ненормальных куда глаза глядят. Но что-то меня сдерживало, и я снова аккуратно завязывала ярко-желтую ткань у себя на шее, и ободряюще поглаживала Пегаса. "Да, конечно, они все сумасшедшие," - думалось мне, - "просто психи, но чем я лучше них? Это ведь не они, а я оказалась непрошенной гостьей в их мире. Узнай они всё, чего знаю я, именно меня назвали бы слабоумной, и были бы совершенно правы. Здесь действуют другие законы и мне с этим придётся смириться. Но, чёрт возьми, ещё один ранний подъем в четыре, я и лично заткну его Бифуриным топором!" День пятый. Средиземье начало оказывать своё влияние и на меня. Если раньше я могла проснуться от малейшего шороха, то теперь меня не мог разбудить и мощнейший храп Бомбура. Мне стало чуть больше плевать на свой внешний вид. Теперь я не особенно заботилась о том, чтобы каждая прядь ложилась идеально, а каждая складочка была непременно разглажена горячим камнем. Кажется, я начинаю превращаться в гнома, но как ни странно, эта мысль меня ничуть не пугала, а даже наоборот. Делясь этим мнением с братьями-принцами и обсуждая эскиз моей, которая по их прогнозам появится в самое ближайшее время, бороды, и как именно стоит её укладывать, я потянулась к сумке на боку у пони. Достала небольшой букет ромашек. Правда, уже успевшие растерять свой аромат, цветки выглядели очень мило, и я, медленно начала вплетать их в косу из гривы Пегаса. Принцы живо поинтересовались, откуда у меня столь "роскошный" букет, и я, как обычно, неспеша ехавшая позади всего отряда в окружении братьев и задумчивого Глоина, поведала им занимательный утренний случай, произошедший со мной сегодня. Уже почти полностью готовая к дальнейшему пути, я, тихонько напевая под нос взнуздывала свою лошадь, как меня тактично тронули за плечо. Это был Ори. Тот молча смотрел на меня примерно минуту, протянул ромашки, и также безмолвно удалился, оставив меня в полной растерянности.  — Ты не обращай на него внимания. — Улыбнулся Фили. — Ори у нас застенчивый и оттого, не очень-то разговорчивый.   — Или же дело в том, что единственное с чем женского пола имел дело Ори, это ромашки — Предположил Кили. Я звонко рассмеялась. — Хочешь сказать, что я его смущаю?  — Видимо да. — Посерьезнел кареглазый гном.— Если уж на то пошло, ты всех нас смущаешь.  — Что? Фили кинул на брата осуждающий взгляд, и мягко объяснил:  — Кили не хотел тебя обидеть. Но с какой-то стороны, это действительно так. Только подумай - ты единственная девушка в нашем отряде, да ещё молодая и красивая, а большинство из нас давнишние холостяки… Тут он запнулся, подбирая слова.  — Мы лишь хотим сказать, что это нормальная реакция мужчин на симпатичную девушку.  — Смущение? — С улыбкой уточнила я.   — Именно, смущение… Тут вся колонна почему-то остановилась. — Что случилось? — Кажется, будем делать привал. Уже поздно, пора бы и отдохнуть. — Слез с лошади принц.  — Наконец-то! — Без особой осторожности я сползла с седла, и уже вполне удачно. Разумеется, мне было ещё далеко, до изящества других, более опытных всадников, но даже такие маленькие успехи не могли не радовать.  — К такому сложно привыкнуть. — Понимающие кивнул Кили, беря под узды мою кобылу -  Помню, как сам сначала сильно уставал.  — Да ну? А мне помнится, как ты бегал вокруг лагеря по вечерам, и ничуть не выглядел уставшим. — Поддел брата Фили.  — Мне было десять! — Рассмеялся тот, и братья, хохоча, направились к остальным лошадям. А я, в свою очередь, подошла к руинам какого-то домика, где гномы и решили сделать привал. Глазами я быстро нашла в толпе Бэггинса.  — Как дела? Заметила, ты проводишь много времени в компании Гэндальфа. - Привыкаю понемногу. - Кивнул тот, уступая мне место рядом с собой на валуне. Я с удовольствием вытянула ноги, весь день скрючивавшиеся в стременах. - Гэндальф рассказывает много интересного, истории кое-кого из отряда... Если хочешь, Ариэль, едь рядом с нами. Я буду лишь рад. - Боюсь, он не разделит твою радость. - Буркнула я. В это время мимо пронёсся Гэндальф Серый собственной персоной и, почти бегом, направился к своей лошади.  — Куда вы? — Удивился Бильбо. — Составить компанию единственному, кто сохранил остатки разума! — Бросил маг. — Это кому же? – Самому себе, мистер Бэггинс! Митрандир ловко взобрался на лошадь и поскакал прочь от лагеря. Я обернулась туда, откуда он шёл и увидела предводителя нашего отряда, глядящего вслед волшебнику. Всё это мне чертовски что-то напомнило, будто всколыхнуло волны памяти. Но, что именно, вспомнить я не смогла, и благополучно забыла об этом до самого вечера... Уже спускались сумерки. Ужин был почти готов, заставляя захлёбываться слюнями от разносившегося над всем лагерем аппетитного аромата. Гэндальфа всё не было. Меня тем временем, выворачивало наружу и обратно при мысли о голодных троллях, поджидавших нас в лесу. Да, всё таки, спустя какое-то время усердной мозговой деятельности, я вспомнила о них, и предстоящем походе в Ривенделл. - Где Фили и Кили? — Вдруг раздался у меня за спиной голос Торина. И без того сидевшую на нервах, меня немного подбросило вверх от испуга. - Кажется, всё ещё возятся с пони. - Бросил Бофур, разливая ребятам сытный бульон. - Не так давно, я отправил за ними и Бильбо, но парней всё не видно. - Возьми Балина и Бифура, мы пойдём проверим, что у них произошло. И... Бомбур! Убедись всё ли в порядке с укротителем. - Да. Ариэль? - Позвал, подоспевший ко мне добротный рыжий гном, с мисочкой супа в руках. - Хочешь, немного поесть? При виде жирного наплыва на поверхности бульона, меня чуть не вырвало. - Стойте! Я иду с вами. Дубощит, подбирая с земли меч в ножнах, коротко кивнул Бомбуру (заметно расстроившемуся отложенному ужину), с сомнением на меня глядя. "Выглядит болезненно. Выдержит ли оставшийся путь? Лишь это бы не было заразно... " - читалось в нём. В лесу, на месте, где должны были пастись привязанные пони, не было совершенно ничего, кроме выкорчеванных огромных деревьев и пустых уздечек, примятых высокой травой. В горле неожиданно возник большой ком и стало трудно дышать. Я сильнее сжала серебряный ножик в руках. Один из разведчиков заприметил вдали огонёк.  — Туда! Скорей! — Скомандовал Торин. Мы ринулись в ту сторону. И как раз вовремя: на поляне, показавшейся перед отрядом, Кили, распластался по земле вместе с Бильбо, а вокруг выстроились три невероятно огромных тролля. В ужасе я подбежала к ребятам, помогая встать. Они были не ранены, но Бильбо был вымазан в чём-то липком и отвратительном на вид. Не успела я оглянуться, как они присоединились к отряду, а рядом со мной стоял уже Фили. И тут такое началось нечто. Каждый лупил троллей как мог: давали отпор мечами, дубинами, кидали камнями и даже запускали шишки из рогатки. Я в немом ужасе и восторге от столь слаженной работы отряда, стояла и смотрела, пока не осознала, что у меня тоже есть оружие. Рванув вперёд, я всадила нож в пятку ближайшему троллю, пока тот не закричал так, что уши заложило. Раненное существо скуля, схватилось за ногу, и принялось дуть на неё, чтобы облегчить боль, пытаясь попутно достать нож. Я, осмелев, достала из-за пояса заготовленную вилку, уже собираясь пустить её в ход, как над всей поляной раздалось жуткое:  — Стооооойте! Всё ещё прижимая руки к ушам, я ошарашенно взглянула наверх. Испуганного Бильбо схватил один из них и собирался разорвать вдоль.  — Сложите оружие! Все с ожиданием посмотрели на Торина, а тот, чуть погодя, (мне казалось, что в этот момент у меня разорвётся сердце, и я, без сил, уронила вилку на землю), не без сожаления, с силой вонзил свой меч в землю. Все последовали его примеру и были в ту же секунду схвачены. Мои худшие опасения подтвердились. Тролли действительно распихали половину гномов, меня и хоббита по мешкам, остальных привязав на вертел над большим кострищем. То есть, они конечно, хотели зажарить всех, но на импровизированную плиту, поместилась лишь половина, если не меньше. Сами мешки безумно воняли. Чем именно, я даже знать не хотела, и если бы тупоголовые людоеды не додумались оставить головы пленников снаружи (а я уверена, что они сделали это почти что случайно, а не из благих намерений) , все мы так и задохнулись бы в этих холщовых гробах. Я попыталась высвободить хотя бы руки, но получилось не шибко: тролли умели связывать как надо. К тому же, свой второй нож, как на зло, я оставила в лагере, на случай, если всё обойдётся. Дикий, первобытный страх перед опасностью начал потихоньку отступать, уступая место твердой логике и неоспоримым фактам. "Что ж," - раскидывала я, потирая спутанные руки друг о друга, чтобы хоть как-то уменьшить боль от тугих верёвок, - " я перечитывала этот момент много раз, и прекрасно знаю, что всё обойдётся. Конечно же, всё обойдётся, и будет хорошо. Придёт Гэндальф, всех нас спасёт. Так и будет." Но время всё шло, а мага нигде не было видно. Так сильно нужная уверенность, начала потихоньку иссякать. Что же будет? Тролли в этот момент начали спорить о том, как именно нас приготовить: освежевать, сесть, или просто съесть сырыми, отчего у меня на лбу выступил холодный пот. - Ничего, всё получится, вот увидишь! - Уже чуть громче, не замечая того, что говорю и на каком языке, в панике, начала я успокаивать себя. - Чего ты там болтаешь? Проклясть нас решила, да? - Вдруг обратился ко мне один из троллей. Сначала, я даже не разобрала, к кому он обращается, продолжая бормотать ободряющие речи, и осознала окончательно, когда было уже слишком поздно. - Ты думаешь, это ведьма? - С сомнением спросил другой, указывая на меня половником, с которого капала слизь, покрытая пленкой жира, болотно-зеленоватого цвета. - Я слышал, как она шептала какие-то заклятия. Точно ведьма! - Прокляни их так, чтоб яйца поотваливались! - Крикнул мне кто-то с вертела, пока я хлопая глазами, переводила взгляд с одного тролля на другого. Во дела! - Я... эм... Как вы догадались, о том, кто я такая? - Ну... - Вероятно, вы очень умны, раз сами додумались до этого. - Как можно ласковей начала я, решив зайти издалека. Время само себя не потянет. - Мало кто, мог распознать мою ведьминскую сущность, под человеческой личиной. Чтобы лучше видеть, я приподнялась на локтях и встала, лицом к гостеприимным хозяевам. - Даже моим мучителям это не было дано. - Кивнула я в сторону гномов. - Как вас зовут? - Грогх, не слушай её! - Предупреждающе глянул тот на туповатого брата, но было уже поздно. Они попались в мою ловушку. - Грогх, послушай меня. Сразу видно, что ты умный, интеллигентный тролль. - Да, наверное... - Тот, улыбаясь, присел возле меня на корточки, но всё ещё побаиваясь и сохраняя дистанцию. - Очень хорошо, значит, ты выслушаешь всё, что я тебе скажу. Эти гномы... Они выкрали меня из родного дома и хотели отвести к своему злобному королю, чтобы я творила для него магию. Пока я на ходу сочиняла детали сюжета моей драмы, гномы заметно притихли и, настороженно, наблюдали за мной и околдованным троллем. - Но вы, благородные тролли, наконец, смогли спасти меня от рабства и их варварских распорядков. Вы даже представить себе не можете, - всхлипнула я, используя проверенный метод, - какого это, когда тебя заставляют смотреть на предрассветное солнце в 4 часа утра! А ведь я такое же создание из камня, как и вы! - А я всегда говорил: нет более жестоких существ, чем гномы. Они противны, алчны и горьки на вкус. - Сочувственно поддакнул, по всей видимости, главный тролль. - Вы совершенно правы, милейший... - А моё имя тебе знать не обязательно. - Прищурился тот, добавив тихо: - Наведёшь ещё какую порчу, вовек не отмоешься. - Его звать Мокх. - Язвительно улыбнулся Грокх старшему. - Значит, говоришь, они тебя мучали? - Но вы спасли меня от страданий! Освободите меня и просите чего хотите! Едва слышимый шепот среди гномов неожиданно стих так, что в ночном лесу стал слышен свист ветра и скрежет верхушек дубов. - Чего угодно? - Жадно зыркнул третий, смачно хрюкнув, и свалившись всей тушей на землю возле костра. - Врёт она всё. Убежит, и ничего нам не отдаст. - А если мы её съедим, то вообще ничего не получим. - Возразил второй. И пока между ними шли препирательства, я максимально вывернула руки, и всё таки освободила одну из них. Отлично! Осталось только выбраться из чёртова мешка, и тогда... Вдруг среди деревьев мелькнула тень. - А может, освободите меня, и уже потом решим, кому и что достанется? - Миролюбиво улыбнулась я, отвлекая внимание не слишком одаренных чудовищ. Лишь бы они не заметили наш единственный шанс на спасение. - Рассвет идёт и смерть вас ждёт! Пуф! И от огромных могучих троллей осталась лишь груда камней. Мне показалось, что это произошло невероятно быстро. -Гэндальф! - Радостно приветствовали все гномы, а я, не веря своему счастью, начала потихоньку ёрзая, выползать из мешка. Пока, поскользнувшись на коряге, не упала на лежавшую поблизости кучку гномов. - Ой!... .... Теперь же, когда все были спасены, развязаны и спущены с вертела, можно было подумать и о других более важных вещах. Например, о трольей пещере, которую обнаружили разведчики. На этот раз, я решила больше в сюжет легендарной саги не вмешиваться. С меня и троллей достаточно, спасибо. Пока половина отряда ушла осматривать пещеру, я осталась снаружи, помогая остальным отвязывать пони, затем отправилась обратно в лагерь, собирать рюкзаки в дорогу. Поспать этой ночью не удалось и яркий солнечный свет резал глаза. По пути, к месту сегодняшней битвы, меня вновь передёрнуло при виде выкорчеванных деревьев, и пары перевёрнутых мисок с супом. Что было бы, если бы волшебник не успел? Трудно было себе и представить. Борясь со сном и собравшись в нелегкий путь до пристанища эльфов, я решила, что было бы неплохо обдумать дальнейший план действий. Привязав Пегаса рядом с остальными пони, я забралась подальше, пристроившись в тени одной из каменных статуй троллей. Как быть, если Бильбо и вправду не справится? Что я могу противопоставить огромному дракону? Что если один из орков попадёт в меня стрелой, или я не переживу приключений в Мглистых пещерах? А как быть, если... - Не слишком рады, что вернулись к своим мучителям? - Вдруг, в который раз за день, застал меня врасплох проходивший мимо Дубощит. Я вздрогнула, не сразу обратив на него внимание. Его длинные спутанные волосы были покрыты слоем паутины и пыли, а внешний вид шубы оставлял желать лучшего. В руках он держал что-то удлинённой формы, что нельзя было рассмотреть, из-за добротного слоя грязи и пыли. - Решила, что лучше ещё какое-то время буду вас выводить из себя, чем задержусь на ужине у троллей. На его непонимающий взгляд я ответила улыбкой: - Где вы ещё найдёте столь очаровательного и находчивого укротителя троллей? Боюсь, вашему дракону придётся очень не сладко, когда он встретится со мной. - Уверен, при виде столь грозного оружия, он впадёт в ужас. - Указал гном в сторону валявшейся на поляне и сверкавшей в лучах солнца, вилки. Я широко улыбнулась, представив это. - Однако, пока контракт в силе, вам придётся ещё понаблюдать рассветное солнце в 4 часа утра. Протянул он мне, одной рукой, длинный пыльный артефакт. Чуть не уронив, я с благоговейным трепетом принялась рассматривать неожиданный подарок. Потянув за что-то, похожее на рукоять я, со звоном, вытащила меч из ножен. - Это... ого... - Далеко не лучшая сталь, но в бою сослужит хорошую службу. - Кивнул он, собираясь уходить, пока я с разинутым от восторга ртом рассматривала пыльный клинок. Моё первое самое настоящее оружие! - Постойте! - Спохватившись, спрыгнула я с камня, на бегу хватая меч и догоняя короля. - Спасибо! Правда, спасибо большое. Меч просто совершенен! В доказательство, я помахала лезвием в воздухе, чуть не задев самого щедрого дарителя. - Осторожнее! Не заставляйте меня жалеть об этом. - Предупредил он, грозно хмурясь, и отводя острие ржавого меча своим новым клинком. Я виновато пожала плечами, заверив, что буду очень осторожна. И хоть Торин всем своим видом выражал недовольство, я была уверена - искренняя благодарность ему приятна. Что читалось в его щурившихся, как у довольного кота, поймавшего мышь, глазах. В этот момент, гномы вокруг начали приходить в полную боевую готовность, но до того, как я вообще обратила на это внимание, Дубощит уже стоял рядом со своим отрядом, направив меч на источник потенциальной опасности. Вовремя опомнившись, я подскочила к ним, выставив вперёд приобретённый клинок. В тишине мы прислушивались к звукам. Через несколько секунд, послышался слабый треск, перераставший в громкий гул Если первое время я была почти уверена, что это ветер, то теперь моя уверенность медленно превращалась в слабую надежду. Только бы не орки! Откуда ни возьмись, на поляну выскочила упряжка саней, запряженных зайцами, размером с собак. Управлял этой безумной стаей чертовски знакомый тип. Я и пара гномов рядом еле успели отскочить. - Радагаст! - Оповестил присутствующих Гэндальф, почти сразу оттащив гостя в сторону поговорить, оставляя остальных в полном недоумении. - Ещё один волшебник? - Недовольно проворчал Двалин, убирая оружие. - Спасу от них не стало: ведьмы, колдуны... Вдруг послышался душераздирающий вой. Такой, каким мог залиться, разве что, безумец, в ночь полнолуния, но никак не волки. Слишком мало в нём было от зова простого животного. - Здесь водятся волки? - С надеждой, спросил Бильбо. Мы переглянулись, и я поняла, что он расслышал в этом вое то же, что и я. Страх начал пульсировать в висках. - Здешние волки размером с ваших телят, мистер хоббит. - Значительно подбодрил Оин, после чего стало трудно сдерживать себя от желания поглубже забиться в тролью пещеру, и не вылезать оттуда, надеясь на лучшее. - Я уведу их от вас. — Предложил Радагаст, в словах которого не было ни капли страха: он прекрасно знал, о чём говорит. Мне было сложно представить, сколько мужества было в этом старом, горбатом человеке, одетом в поношенные шкуры. Разве что догадываться.  — Нет, они тебя догонят.- Отмахнулся Гэндальф. — Это гундабадские варги.  — А это росгобельские кролики. Посмотрим кто-кого!... .... После долгого и отчаянного марш-броска по пересеченной местности, отряд вскоре зажали у огромного валуна. Спереди - орки верхом на варгах, значительно выше меня, с каждым зубом размером с мой кулак. Сзади - твердый камень, который был одновременно и защитой от нападения, в то же время не давая нам самим шансов на отступление. В то время, как моё сердце бешено колотилось, ноги дрожали, а кровь со скоростью гоночного болида бежала по венам, руки крепко сжимали пыльный клинок. И, возможно, со стороны, я действительно чем-то походила на более-менее умелого воина, и орки не особенно хотели ко мне приближаться. Первое время. Но их зверей было трудно провести: они чуяли страх. Несколько огромных варгов двинулись прямиком ко мне. У меня перехватило дыхание, как бы сильно я не старалась сохранять хладнокровие. В одного, с облезлой шкурой, и самого ближайшего ко мне полетела стрела. Волк взвизгнул, а я словно очнулась от этого крика, и теперь, во мне начало кипеть возмущение. Да кем они себя возомнили? Угрожающе выставив лезвие вперёд, я подскочила к одному из зазевавшихся наездников и с силой полоснула того по руке, практически лишив конечности. Орк упал на землю. При виде бурно растекающейся крови меня начало мутить, но делать было нечего, и пока я замахивалась, борясь с самой собой, наёмник, будто из ниоткуда, выхватил свой кривой клинок и отбил им мой. В ужасе я лягнула его ногой по голове, и орк, на какое-то время, перестал подавать признаки жизни. В нескольких метрах от меня послышался собачий визг. Недобитый стрелой варг полз по земле в мою сторону, жадно щелкая зубами, но не имея возможности встать: стерла Кили пробила ему холку, видимо, задев какие-то из частей спинного мозга. Из открытой пасти начала капать кровь. А орков на поляне начало становится всё больше и больше - нас начали теснить к камню. Я представляла себе, что такие монстры как орки, делали с недобитыми и слабыми, и решила, что будет правильно, если это сделаю я сама. Куда гуманнее и милосерднее. - Прости, пёсик. - Прошептала я и замахнулась мечом. Секундный припадок. Животное завалилось замертво, со всё ещё высунутым изо рта языком в черной слизи. Меч застрял в теле зверя, не хотел выходить, видимо, застряв в какой-то кости. - Ну давай же! Вылезай! - Бормотала я, пытаясь достать упрямый клинок, упираясь ногами в шкуру не так давно, хотевшего мной отобедать, лютоволка. Расстояние между гномами и скалой сократилось до каких-то метров. - Сюда, глупцы! - Раздался сзади голос Гэндальфа. - Ещё совсем чуть-чуть! - Уговаривала я клинок. - Ариэль! - Прикрикнул на меня Фили, поторапливая, но я не могла уйти без меча. Ну уж нет, эти мерзкие твари не получат моё первое в жизни настоящее оружие. Ни за что. Матерясь всё громче и громче, с каждым рывком меча, я смогла вытащить его большую часть наружу. Осталось совсем немного. В мою сторону неожиданно рванул ещё один варг, с орком державшим меч наизготовку. Я точно лишилась бы головы, если бы вовремя инстинктивно не пригнулась, спрятавшись за тушей мертвой собачонки. Из расковырянной раны с хлюпаньем, наконец, вылез меч и я выпрыгнула из-за шерстяной брони. Передо мной с сияющим синеватым светом мечом, вполуоборот ко мне, стоял Торин, а перед ним в предсмертной агонии дергалось очередное чудовище. - В укрытие, живо! - Скомандовал он. Не теряя времени, я рванула к камню, но в последний момент остановилась посмотреть назад. Орки всё наступали. - Прыгай! Прыгай! Подоспевший Кили схватил меня под руку и потащил за собой вниз, в кромешную, после яркого солнечного света, дыру в камне. Он же помог мне подняться. Попривыкнув к темноте, я стала рассматривать окружающих меня, в и без того, тесном пространстве. Рабочая рука отдавала каким-то странным жаром и пульсировала. Я поплотнее завернула её в рукав пиджачка. Наверное, подвернула, когда съезжала вниз, решила я про себя. Почти в ту же секунду наверху раздался жуткий вопль орка, и вниз кто-то спустился. Это был Дубощит. - Все целы? - Спросил тот, поднимаясь, пока все дружно угукали вместе со мной. Гном облегченно выдохнул, глазами перебирая весь отряд, пока не остановился на мне. Я виновато убрала руку с мечом за спину, и опустила голову. Даже в темноте пещеры было трудно не заметить, что у него не вызывает огромного восторга перспектива рисковать собой ради неумехи каждый раз, как покажутся орки. - Я просто... - Начала я, пытаясь рассказать, что варг сам на меня напал, и я не лезла на рожон, но меня перебил громкий звук рога. Кто-то на лошадях галопом проскакал по полю недавней битвы. Я сконфузилась. Бильбо, стоявший рядом, утешая, взял меня за свободную руку. "Не слушай его" - будто говорил он, но легче от этого не стало. "Зато мой меч всё ещё со мной." - подумалось мне, в пути по узкому ущелью к далёкому проблеску света. Увы, не в моей истории. Даже красота Ривенделла, или последнего прибежища для таких же неудачников, как наш отряд, не могла заглушить моё чувство вины, которое лишь усиливалось весь последующий день. Ещё ни разу, за всё своё пребывание в Средиземье, я не ощущала себя настолько лишней, словно пятая ножка у стула. Да, наверное, в этом есть какой-то свой смысл, но большинство стульев прекрасно обходятся и без дополнительной ноги, да и внешне, она сильно уродует вид мебели. С такими нелегкими мыслями, стараясь не встречаться взглядами с гномами, я, в компании хоббита прошла во владения лорда Элронда. Очарование их обладало особенной магией: всё вокруг казалось лишь миражом, который, подрагивая, через секунду исчезнет. Уют был почти осязаемым, сам воздух невероятно теплым и мягким, а ветер не трепал, вырывая, волосы и одежду, как несколько миль назад, а ласково обдувал лицо и туловище. Создавалось ощущение, что это самое прекрасное место во всей Вселенной. Тем не менее, на лице Линдира, изящно скользившего к нам вниз по лестнице, особой радости или умиротворения не наблюдалось. Он был почти в ужасе, но попытался это скрыть. - Лорда Элронда сейчас нет. - С явной надеждой на наш скорейший уход, проговорил он. Эльф, как и присуще всем остроухим, обладал удивительной красотой и грацией, заставляющей невольно им любоваться. Даже, непроизвольно, прислушиваться к каждому дуновению ветра, идущему с его стороны. Помощник лорда пах свежей травой, летней грозой, и немного чем-то, похожим на лаванду. Заметив мой полный любопытства взгляд, эльф слегка кивнул, как всякий, хорошо воспитанный джентльмен. Я невольно повторила его движение, роняя на лицо пыльные локоны волос, и почти сразу, смутившись собственной неуклюжести, зачесала их пальцами обратно. Кажется, это его немного развеселило, и Линдир, скрывая улыбку, отвернулся. Тишину пристанища резко, будто хлыстом, разрезал знакомый звук рога. На нас полным ходом шла конница, с не меньше чем тремя дюжинами всадников. Тут гномы, ни с того ни с сего, встали в плотный круг, в центр которого меня и Бильбо за шкирку втащили Бифур с Двалином. И, хотя, я догадывалась, что опасность нам от этих воинов не грозит, на всякий случай, вынула меч из ножен, стараясь не спускать глаз с новоприбывших. Вопреки моим ожиданиям, добрые, на первый взгляд наездники, выставили копья, и взяли нас в плотное кольцо. Гномы оказались в ловушке, а заодно и я, странно спокойная, с ними. - НАрси нОйер! - Вполне миролюбиво произнёс эльфийский владыка, но гномы восприняли его слова на свой лад. - Вероятно, он не имеет в виду ничего плохого? - Вполголоса попробовала я наладить ситуацию, вопросительно глядя на Линдира, на другой стороне павильона, на что тот наклонил голову, подтверждая мои слова. - Эльфам нельзя верить. - Коротко проинструктировал меня Двалин. Эту присказку, я запомнила на всю жизнь. — Он что, оскорбляет нас?! –Владыка Элронд лишь приветствует вас в своём доме и приглашает отужинать.  — Ну коли так, — сказал Глоин, — то мы согласны. Гусиными рядками нас провели вглубь прекрасного не только снаружи, но и изнутри, дворца эльфийского лорда. Всё окружающее было выполнено с такой прелестной простотой, и в то же время, каждая деталь несла в себе столько смысла, что от одной мысли о терпеливости и уровне мастерства эльфов невольно шла кругом голова. Хотелось посмотреть всё и сразу: заглянуть в самые дальние углы дворца и обследовать все близлежащие леса, но усталость давала о себе знать. Когда нас разделили и предложили отдельные покои, чтобы привести себя в порядок перед ужином, я свалилась без сил, на большую удобную кровать и просто не смогла сдвинуться с места. В это время, пока я наслаждалась необычайной мягкостью перин, о которой все эти ночи могла лишь мечтать, эльфийка-помощница перебирала шкаф, выбирая мне платье по размеру. Было видно, что это даётся ей с большим трудом, ведь для эльфов, я была очень невелика ростом и не так худа, как все они. Её лицо выглядело озадаченным. - О, не волнуйтесь! - Опомнившись, с мычанием от боли во всём теле, приполнялась я на локтях. - Я вполне могу пойти и в этом. - Боюсь, в таком виде никто не пустит вас в обеденную, миледи. - Тонким, как переливы колокольчика, голосом возразила та, и выудила из глубин шкафа что-то длинное и коричневое. - И кажется, я нашла то, что вам нужно... ... - Какая нелепость! - Ворчала я, крутясь перед зеркалом, уже собираясь уходить. Платье, которое выбрала эльфийка было мало того, что велико на пару размеров, из-за чего рукава пришлось подвязать шнурками, так ещё и тугой корсет, на котором и держалось всё платье, цвета насыщенного дерева, не давал полноценно вздохнуть. Форменное издевательство над женщинами! Более того, перевязанная рука, которую я, как оказалось сильно ушибла при битве, мешала даже элементарно садится и вставать, не говоря уже о других, более свободных телодвижениях. Осуждающе глянув на отражение, я схватила с кровати шейный платок и перевязала им волосы. Так куда более привычно. " Но ведь ты на приёме у лорда!" - напомнила я самой себе, нехотя, стянула импровизированное украшение и глубоко вдохнув, двинулась навстречу неизбежному... ... Как и ожидалось, в обеденной уже собрался весь отряд и Бильбо. Правда, Гэндальфа и Торина я нашла не сразу, позже приметив их за столом в углу, рядом с самим владыкой. Услужливая эльфийка усадила меня рядом с остальными, более простыми по рангу, нежели золотая тройка, столом.  — Выглядишь прекрасно. — Наклонившись, шепнул Кили, быстро меняясь местами с ближайшими ко мне Бофуром и Бомбуром. Позже, его примеру последовал и Фили. - Спасибо. А вас не пригласили за стол к более важным персонам? - Мы парни простые. - Подмигнул второй, кривляясь и пародируя чопорные манеры лорда Элронда. Мы с Кили давились смехом, чтобы не захохотать во весь зал, пока я не задела руку о край стола и с шиканьем не прижала её к груди. Гномы искренне посочувствовали моей небольшой травме. - Ничего. - Натянуто улыбнулась я. - Сама виновата. Не надо было лезть, куда не просили. Те, заметив, что я посмурнела, принялись наперебой доказывать мне обратное, говоря о том, какая я красивая, замечательная и храбрая. Краем глаза я заметила, как Двалин, не так далеко от нас сидевший, томно закатил глаза. - Хотя, на самом деле, признаю, здешние девушки тоже очень хороши. - Откидываясь назад, Кили проводил глазами прошедшего мимо эльфа. - Грациозные, как лебеди в весной. Тут Двалин не выдержал, и в перерыве между ворчаниями о том, почему в его порцию не доложили мяса, наклонился в нашу сторону и негромко доверительно шепнул: - Это тебе не девушка. Прекрасная эльфийка повернулась к нам передом. В её нежном, как лебединое перышко, лице явно преобладали мужские черты, а грудь под тонкой одеждой равнялась чуть меньше, чем нулю. Тут мы с гномами не выдержали и прыснули со смеху, громко хохоча на весь зал. Я бросила мимолётный взгляд на стол "старейшин", откуда на нас с тоской по юным годам смотрел Гэндальф, а Линдир, за спиной лорда, явно помирал со скуки. Я снова улыбнулась тому, делая приглашающий жест, но тот лишь обиженно отвернулся. Ну и ладно. - А теперь песня! - Вскочил на стол посреди зала Бофур, напевая что-то народное, что у гномов вызывало неописуемый восторг. Попутно распихивая за щёки свежие салаты (которые к слову, не были и вполовину так плохи, как их выругал брат Балина) и старательно подпевая, совершенно не зная ни единого слова песни, я веселилась как могла. Веселья хватало на всех, а тех, кто не хотел веселиться, заставляли практически силой, за шиворот распихивая большими порциями радость. А мне и так было хорошо: избежать смертельной опасности, быть в чистой одежде, с друзьями рядом, наесться от пуза и спать на мягкой перине. Ну разве могло быть лучше? Оказалось, что могло, когда под конец песенки в Бофура, по какой-то очень древней и чертовски важной традиции, гномы начали кидаться едой. Правда, затем, это переросло в простую битву кусочками салата, мисок и всего, что было на столе. Не удержавшись, я тоже начала швырять остатками своего ужина направо и налево, зачастую намеренно целясь в сторону стола для многоуважаемых старейшин, надеясь хоть кусочком задеть главных виновников того, что мы оказались здесь. Мне это удалось, но не так как хотелось. Эльфийка, решившая очень не вовремя подлить питья в бокал Митрандира, в которую я попала полусырым яйцом, отскочила от испуга аж на два шага, пролив всё содержимое кувшина на многострадальные одежды волшебника, попутно, щедро облив и его самого. Взрыв смеха со стороны нашего стола, привёл неудачливую официантку и Линдира в шок. В то время как Элронд сидел с крайне невозмутимым, почти каменным лицом, а Торин, похоже, даже не заметил моего удачного броска, пребывая в собственном нуарном фильме. Под конец дня, пьяная в стельку, я, попрощавшись с братьями-принцами и крайне задумчивым Бильбо, котрого здесь всё, как и меня приводило в восторг, и договорившись завтра осмотреть всё в этом дворце с ним на пару, доковыляла до кровати. Вино всё ещё приятно горчило во рту и придавало сил и лёгкости. Спать не хотелось совсем, несмотря на более чем трудный день. И я решила: "Почему бы не полюбоваться закатом, пока могу это себе позволить?". Ничего не подозревая, я вышла на огромный балкон, выходивший в сад. Горизонт просматривался на много миль, и почти везде был усеян мощными деревьями и пиками сторожевых башен Ривенделла. Казалось, на самом краю земли, слева, возвышались мрачные, в свете золотого закатного солнца горы. И мне даже мерещилось, что я знаю, как они называются, но как бы я не ломала голову, вспомнить ничего не получалось. Плюнув, я продолжила любоваться воистину одним из самых красивых закатов в моей жизни. Через какое-то время, снизу послышались знакомые голоса, время от времени переходящие на крики, но я старалась не обращать на это внимания. "Наверное гномы опять хулиганят". Но когда голоса стали всё отчетливее кричать, чтобы кто-то был осторожен и берёг свою голову, моё любопытсво не дало мне сдержаться. Свесившись с перил, я взглянула вниз. Далеко, почти у самого края внутреннего двора, в огромном фонтане что-то мелькало и плескалось. Сначала не разглядев, что именно это было, я стала сильнее щуриться, пока не поняла, что это голые задницы гномов. - Твою дивизию! - Невольно вырвалось у меня во весь голос, и отряд, обрадовавшийся столь нежданному зрителю, подняв головы, стал звать меня к себе. - О! Ариэль! Давай к нам, девочка! - Послышался весёлый громкий голос, в то время как я, красная от стыда, закрыла лицо руками и спряталась за перила балкона. Послышался громкий вплеск и вскрик, будто кого-то столкнули в воду. Причитая на ходу все молитвы, которые знала, чтобы мне это не приснилось, я быстро юркнула под одеяло, и попыталась заснуть. Завтрашний день должен был стать весёлым и насыщенным, а сегодняшний хотелось только скорее выкинуть из головы. Мучимая кошмарами о волках-людоедах и их грозных наездниках-убийцах, я вскочила с кровати в привычные четыре утра, а дальше заснуть не получалось. Все мысли были об орках и о том, как мне скорее вернуться домой. Как там мои бедные родители? Сходят с ума или вовсе не помнят о моём существовании? Возможно, теперь, они живут счастливо, зная, что у них больше нет обременительной обязанности краснеть, каждый раз, за своё бестолковое дитя. А как же там моя Алиса? От таких мыслей хотелось рыдать навзрыд, но я смогла взять себя в руки. Теперь, я не просто студентка, вылетевшая с экономфака. Теперь я воин, член отряда великого Торина Дубощита, укротитель дракона и, возможно, войду в историю, если буду поменьше себя жалеть. Мне казалось, что знания и опыт из моего мира могут здесь сильно пригодиться. Например, я могла на деньги, от своей доли Эреборских сокровищ открыть свою пекарню. Нанять сообразительных девиц и готовить самую вкусную выпечку во всём Средиземье, потому что это и впрямь у меня отлично получалось. Или, на подобный манер, вести подробную летопись происходящих в мире событий. Начать в конце-концов выпускать небольшие газеты о последних событиях в Средиземье. Это поможет простым жителям узнавать всё самое интересное, не выходя из дома, и возможно, спасёт пару жизней. А как насёт психолога? Многие даже из нашего небольшого отряда нуждаются в психологической помощи и поддержке, вместо этого копя в себе негатив годами. И что в итоге? Озлобленные на весь мир, бородатые шрамированные лица, пытающиеся забыться в битвах с орками. Думая в таком ключе до самого рассвета, мне стало гораздо легче дышать и слёзы совершенно просохли. Я вполне могла бы начать здесь новую жизнь, возможно даже обрести своё счастье, главное не опускать руки. И почему-то мне в это верилось. Всё у меня будет хорошо, лучше некуда. Достав из под ночной рубашки прохладный металлический кулон, я легонько его поцеловала. - Я тебе обещаю, у меня всё будет хорошо... ... Вообще, обо всех днях, проведенных в Ривенделе можно было сказать, как о самых беззаботных и счастливых, кроме, разве что, Бэг-Энда. Я до сих пор не могла решить, где мне нравится больше. Однако в Шир больше уже возвращаться не хотелось, после настолько впечатлившей меня роскоши Ривендела. С утра, мы с Бильбо, как и планировалось, наметили основные маршруты для ежеденевных прогулок. Хоббит много шутил и рассказывал кучу всего интересного про это место, о чём даже я, со всеми своими фанатскими знаниями, не догадывалась. Особенно меня впечатила легенда о короле людей - Исильдуре, которого прокляли боги за его жадность. Как ни странно, эту историю я слушала затаив дыхание, будто впервые, лишь потом, у себя в покоях осознав, что и так прекрасно знаю её наизусть. Отряд гномов, после нагоняя от Гэндальфа за вечерние купания в фонтане, больше не рвался принимать водные процедуры, почти полностью переключив своё внимание на съестное. Меня не переставало поражать, как много могли съесть эти маленькие человечки, в особенности Бомбур, и как много вина и эля, при желании, могло поместиться в них. Наверное, единственным, кто ел чуть меньше, чем другие, был Торин, да и тот предпочитал обедать на самом краю длинного стола. Куда мне, по этикету, негласно сущестовавшему внутри отряда, следовало садиться только за противопложный край. Тоесть, у чёрта на рогах. И выяснить, сколько именно за один присест способен съедать король мохнатых обжор, мне не довелось. Хотя, по его мрачной физиономии, время от времени, просветляющейся и начинающей отличаться от серых камней в саду Бильбо, было видно, что калорий ему явно не хватает. Меня же Торин Драмащит, предпочитал не замечать, как можно чаще игнорируя сам факт моего присутствия в одном помещении с ним, не говоря уже о разговорах, о которых было страшно даже мечтать. Можно было решить, что из всей компашки бородатых и знаменитых, меня приняли только двое, а остальные поступали по примеру своего вождя, но это оказалось не так. В первый же день, к нашей милой беседе с Бильбо присоединился Ори, также немало знающий о преданиях эльфов. А потом я, случайно, наткнулась на братьев Бофура, Бомбура и Балина, спорящих о том где бы им достать свежего мяса. Я предложила попросить у самих остроухих, на что, после долгих уговоров не идти в лес на охоту с секирой, гномы любезно согласились. Наверное, я никогда не смогу забыть, как сильно вытянулось лицо Линдира, когда я, подосланная товарищами, наблюдавшими из-за ближайшего угла, начала с совершенно невозмутимым видом требовать у него продуктов из длинного списка, составленного гномами. Определённо охреневший от подобной наглости эльф, яро уверял меня в том, что требования господинов гномов будут выполенны, при условии, что те перестанут жечь костры из стульев и столов, принадлежащих лорду Элронду. Я объяснила, что иначе пойманных птиц нельзя было бы приготовить, а без мяса гномы долго не протянут, и перейдут на эльфов, если отнять у них и это развлечение. Бедный парень, побледнев, схватился за ближайшую стену, и промямлил, что всё будет выполнено в точности со списком. - А как остроухого подкосило, когда ты сказала, что мы перейдём на них! - Рассказывал веселящейся компании перед догорающим последним в зале стулом, Бофур. На импровизированном костре с шипением жарились сосиски. Принцы катались со смеху, а скромный Бильбо время от времени издавал тихие смешки или фыркал, обжигаясь горячей вкуснятиной. - Так что благодарите нашего укротителя, за то, что можем теперь хоть отужинать, как подобает истинному гному. - Бросил Балин, кидая сосиски с пылу, с жару, Бифуру и Нори на другом конце комнаты. - Не стоит, я ведь старалась для всех. - Довольная собой, прислонившись к стене и греясь у огня, под полукотрытым павильном, я любовалась звездами. -Балин... - В комнату вошёл Дубощит, ища глазами своего друга. Все разговоры и смех немедленно стихли, некоторые гномы инстинктивно приподнялись и выпрямились. Одна я, как сидела вразвалочку у стенки, так и не нашла в себе ни сил, ни желания сдвинуться с места, боясь за поврежденную руку, которая едва начала заживать. Утренние процедуры, когда приходила эльфийка-целитель и меняла повязку на раненной руке, я бы не хотела продлевать ни на секунду, а тем более из-за самовлюблённых гномьих королей. - Мне нужно с тобой посоветоваться. - Позвал тот, на что Балин без вопросов, начал подниматься, пока я разглядывала их обоих и думала, что в гномьих королевствах обычно делают с теми, кто ослушается приказа? Бьют розгами или просто игнорируют на протяжении пары дней? Когда они ушли, я задала этот вопрос вслух оставшимся. - В случае с Торином, пока никто не рисковал его ослушиваться, Ариэль. - Хохотнул Бофур, переворачивая своё блюдо на жару костра. - Разве только, ты будешь первой. Я нахмуриалсь. - Неужели вы, - повернулась я лицом к Кили, - никогда за своё детство, ни разу не нарушали его приказов? Ну хотя бы разочек? - Кучу раз. - Улыбнулся Фили, отвечая за брата, проникновенно смотря куда-то вглубь костра. Мне был хорошо знаком этот взгляд, выражающий тоску по былым временам. - Когда мы были детьми, матушка часто пугала нас тем, что не стоит злить дядю, иначе нам крупно не поздоровиться. Но время шло, и единственный раз, когда нам и вправду сильно досталось, был, когда мы, гуляя в лесу, у людского поселения, чуть не попались в руки разбойникам. До сих пор помню ту взбучку. - А мне всегда казалось, что мы ещё легко отделались, а? - Присоединился другой, хотя взгляд его не выражал того же теплого чувства, что и у брата. В нём была примесь чего-то ещё. - Зачем вы понадобились разбойникам? - Подал голос Бильбо. - Зачем могут понадобиться тупоголовые принцы с кучей богатых родственников людским нищим? - Вдруг громовым раскатом прошёлся по комнате голос, появившегося из ниоткуда, Двалина. Его лысина загадочно поблескивала в полутьме, оставляя смешанные впечатления о том, вправду он лыс, или просто его волосы были слишком прозрачны и седы. - И много раз вас так... - Не могла я подобрать правильной фразы, но Кили всё понял. - Да целую кучу, но из почти удачных попыток была только эта. И ещё одна, когда похитителями оказались три милые девушки из соседнего селения. Эх, а та рыженькая была так хороша! Двалин громко фыркнул, выражая своё мнение насчёт вкуса юного принца на женщин, и подсел ближе к догорающему костру. - Мало вам, балбесам, доставалось от леди Дис. - Пробурчал тот тихо, словно самому себе. - Ещё совсем мальчуки, не понимаете собственной ценности. В комнату, заглушая шагами тяжёлых сапог, треск сучьев в кострище, вошёл Балин и устало опустился возле брата. - Что случилось? - Сразу насторожился Фили, и Балин, нехотя, сказал что-то на языке, столь варварски и раскатисто звучавшем, что даже если бы я его знала наизусть, мне было бы нелегко приучить себя не пугаться издаваемых при этом звуков. Разумеется, это был кхуздул*. Наследник рода Дурина был удручён ответом и, нахмурившись, опустил голову, думая о чем-то не слишком для него приятном. -Я поговорю с ним! - Кипящий от негодования Кили вскочил на ноги и бросился к двери, и никто, кроме Балина даже не пытался его остановить. - Куда это он? Я недоумённо вращала головой, переводя взгляд с одного члена отряда на другого. Они были чем-то удивлены, кроме Двалина, который, как ни в чём не бывало, жарил оставшиеся сосиски. Бофур, что-то загадочно пробормотав про надежду, достал из-за пазухи флейту. С минуту он на неё смотрел, будто решая, играть или нет, и убрал обратно. Затем, встал и ушёл, пожелав всем спокойной ночи. Я прождала в зале около получаса, после того как Кили ушёл в неизвестном направлении. Не в силах больше ждать, отягощаемая сном и отличным ужином, попрощавшись, направилась к себе в покои. Двери балкона были, как всегда, нараспашку открыты. Свежий ночной воздух проникал в комнату, разливаясь летней трелью соловья где-то в роще, отчего я долго не могла уснуть, слушая прекрасную мелодию природы. Вдруг в дверь яростно постучали. В испуге, я подлетела к порогу. - Кили? - Прости, Ариэль! Я ничего не смог сделать. - Его взгляд выражал явное сожаление. Теперь, у меня не осталось сомнений в том, что случилось что-то нехорошее. - Я тебя прощаю, только объясни, что случилось? - Торин... - Выдохнул он. Только сейчас я заметила, как сильно тот запыхался и пригласила пройти внутрь. Гном сразу устало сел на край кровати. - И что на этот раз? Не нашёл свои покои по карте? - Он... решил, тебя выгнать. - Прости, что? Удивленная не меньше, чем если бы сейчас в комнату влетел огромный птеродактиль, я опустилась рядом с принцем. - В каком смысле - выгнал? За что? - Решил, что ты слишком неопытна и... В общем, не хочет отвечать за вас с Бильбо перед волшебником. Похоже, они опять с ним чего-то не поладили... Ариэль? Пока он рассказывал, я вскочила, как ужаленнная. Мигом выбежала в коридор, через шаг путаясь в длинных полах платья, и подвязывая расстёгивающиеся шнурки рукавов на бегу, я полная решимости направлялась в комнаты Дубощита. Ну он сейчас у меня узнает, перед кем и как нужно держать ответ... ... Дойдя до нужной двери и прежде обежав половину дворца эльфов, я решила немного остудить пыл. Например, досчитать до десяти. Моего терпения не хватило и до шести. Я принялась изо всех колотить в дверь, пока та широко не распахнулась, а я буквально не влетела внутрь по инерции. У порога, со скрещенными на груди руками, стоял сам коронованный гном. Вид у него был хоть и слегка потрёпанный, но вполне приличный, чего, наверняка, нельзя было сказать обо мне. Половину шнурков я растеряла на ходу, из-за чего один рукав чуть ли не касался пола, а подол платья был сильно помят из-за частого наступания на него. Чтобы понять, что я в бешенстве, не нужно было быть тысячелетним мудрецом, но монарх вёл себя так, будто бы это вполне нормальная практика: принимать у себя злобных укротителей драконов. - Зачем пришли? - Вы... Вы уволили меня?! - Без церемоний, выкатила я на сцену основную проблему, ожидая хоть малейшего признака раскаяния. Тот был неопоколебим как скала. - И что с того? - И что с того?! Разве в таком случае, я не должна узнавать об этом первой? И более того... Я требую, чтобы вы объяснили мне причину своего поступка! Голова начала кружиться от быстрого бега и скорости происходящих событий. Пошатнувшись пару раз, я опустилась на край широкой, совсем как у меня, кровати. - Не нужно быть гением, чтобы догадаться, что вы никакой не укротитель. И даже меч ни разу в руках не держали. - Тот сел на низкий стул, напротив. - Лжецов рядом с собой не держу. - Да как вы... - От подобной неприкрытой наглости, у меня не сразу получалось подбирать приличные слова. - Почему вы обвиняете меня, без доказательств? - Это вы докажите свою правоту. Докажите, что я неправ, и я с радостью приму вас обратно. Более того, готов принести извинения. - Допустим, - начала я, стараясь думать здраво, дышать глубже и не так часто, - что я и вправду никогда не держала меч в руках. Но кто вам сказал, что непременно все укротители должны это уметь? Кто вам вообще сказал, что я укротитель? Да, я имела дело с парой драконов, но не больше. Мне эти аргументы показались разумными, и я, начиная убеждаться в собственной правоте выпрямилась, и вопросительно выгнула бровь: - К тому же, вы сами меня наняли. Я бы никогда не попросилась к вам сама. Да и вообще, в здравом уме, мало кто согласился бы на это по своей воле. - Вас никто не держит. - Повторил он, указывая на дверь. - Меня держит контракт и ничего более. - Контракт расторгнут, так что можете идти. Мне не нужны те, кто не может постоять за себя. - Интересно, как вы собираетесь справляться с огромным драконом? - Не ваша забота. - То есть Бильбо вы увольнять не собираетесь, несмотря на то, что он, также как и я, абсолютно беззащитен, верно? Скажите честно: я вам просто не нравлюсь, и не нравилась с самого начала. По его виду я поняла, что попала в точку. - Не хочу слушать... - Ну уж нет! - Резко перебила я, начиная понимать в чём дело. - Вы меня выслушаете, ведь мне, уже нечего терять. Я вам не нравлюсь? Отлично, потому что вы мне тоже. Но дело совершенно в другом: вы не хотите отвечать за жизни других, потому что считаете, что подвергаете всех рядом с собой большой опасности. И даже, наверняка, жалеете о том, что затеяли весь этот поход. Разве я не права? - Каллен... - А ещё, вас раздражает тот факт, что вы с самого начала были против меня, но к вам никто не прислушался. Всё в итоге решил Гэндальф. Из-за нежелания подчиняться ему, вы меня и выгоняете подобным образом. Ну же, скажите мне, что я не права? - Вон. Торин ждал, молча глядя на меня, всё ещё сохраняя ангельское спокойствие, в то время как я уже успела пройти все стадии гнева, вплоть до принятия. Не хочет меня видеть? Ну и ладно, пускай дракон зажарит его противную мрачную задницу до хрустящей корочки. Мне ни капли не будет жаль ни его, ни... При мысли о расставании с Фили и Кили, мне стало горько. Пришлось делать над собой усилие, чтобы не менять принятого решения. Хотя, я прекрасно знала, что буду по ним сильно скучать. - Что ж... - Хмыкнув, я поднялась, и поковыляла к двери. - Я и не ждала от вас сочувствия. Куда вам, гномам, знать, что такое тоска по родным... Громко скрипнула дверь в тёмный коридор. Где-то в самом конце тьма слабо освещалась настенными свечами. - Несмотря на это, я желаю вам удачи. Задайте им всем жару! Из тёмного помещения в комнату проникал запах свежего ветра и озона: собирался, или уже шёл, дождь, подстать моему настроению: оно было паршивее некуда. - Что стало с родными? - Вдруг спросил гном, поднимаясь. Я опешила, остановилась, наполовину высунувшись за дверь, тихо ответила: - Бильбо вам не рассказывал? Я их... потеряла. И должна, во что бы то ни стало, найти. Если, вообще уже есть кого находить, и они меня не забыли... Повернувшись, я снова осмотрела комнату: на столе стояли, приносимые эльфийками каждое утро цветы, что очень забавно смотрелось, если знать, каким был обитатель комнаты. Я слабо улыбнулась этой мысли, вспомнив, что мама терпеть не могла полевые цветы и жутко расчихивалась каждый раз при виде них. Отчасти поэтому, мы и переехали. - И я обязательно их найду, потому что дала себе слово. - Пробормотала я скорее себе, чем кому-либо ещё. - Правда, без денег, в этом мире, это будет не так просто... Но... Я хотела добавить ещё что-то, но, просто, развернувшись, со скрипом закрыла дверь и, неспеша, двинулась по тёмному коридору. Не нужно было ему это видеть. - Стой! Я снова удивлённо обернулась, и увидела в дверях Дубощита, в свете комнаты, падавшего во мрак, казавшегося безликой тенью. - Контракт остаётся тем же. Фили и Кили научат вас простым правилам защиты, и... Больше не лезьте, куда не просят. Я поняла, что речь была не только об опасных боях, и кивнула, коротко благодаря, но ничуть не чувствуя себя обязанной. Просто отныне стоит быть более осмотрительной и не рваться напролом. Дверь тихо закрылась, и меня полностью накрыло темнотой. - Не всё самородок?.. - Удивлённо прошептала я, поражаясь точности этого высказывания.        Часть 7. Ранним утром, в мою дверь постучались. Я, еле разлепив веки, открыла дверь. На пороге стоял Бильбо, одетый по походному, а за спиной у него был его рюкзак.  — Торин приказал нам всем собираться. Ждём тебя внизу, у входа. Прошу тебя, быстрее! — Торопливо произнёс он и быстрым шагом, бесшумно ушёл прочь. Кажется, никогда в жизни я так быстро не собиралась. Наверняка, не прошло и десяти минут, как я уже в полной боевой готовности бежала вниз по лестнице к назначенному месту. Весь отряд уже был здесь.  — Что случилось? — Не вытерпела я.  — Гэндальф велел уходить, как только рассветет. — Пояснил подошедший Фили.  — Но почему? Фили пожал плечами. Начало только-только светать, а мы уже были за пределами Ривенделла. «Неужели Саруман Белый действительно остановил бы нас, не сбеги мы раньше, чем он успел опомниться?» — думала я, шагая по узкой горной тропинке. Отсюда открывался прекрасный вид на гостеприимное поселение эльфов. Фили шедший рядом, потрепал меня за плечи: — Всё будет хорошо. Мы ещё вернёмся сюда, на обратном пути. Я улыбнулась, и мы быстро догнали отряд, вышагивая прочь, в сторону Мглистых гор. Я чувствовала внутри горечь и какую-то грусть. Мне не хотелось покидать этого уютного места, потому что я прекрасно знала, что ждёт нас впереди. И мне не хотелось, чтобы это случилось так скоро…       Часть 6. Я вместе с отрядом уже больше месяца. Время в этой весёлой компании проходило незаметно. Подружилась я почти со всеми, и меня с радостью приняли с свою семью. Особенно милыми моему сердцу были вечерние посиделки у костра. Мы собирались и говорили каждый о своём. Кто травил анекдоты, кто рассказывал интересные истории. Остальные смеялись и слушали. А потом, мы все начинали петь. Причём, у гномов это получалось так душевно, что пару раз я пускала скупую слезинку. Особенно мне запала в душу их песня о Мглистых горах, о пещере с золотом и пламени, погубившем их род. После этой песни я действительно рыдала, а гномы успокаивали меня, как могли. Кто старался рассмешить, кто отвлечь. Выходило это у них немного неуклюже, но работало. А далее был марафон, кто знает больше всего анекдотов и смешных историй. И тут была моя минута славы. Я рассказывала всё, что помнила из своего мира. В том числе старые «баяны» из социальных сетей. В Средиземье, похоже, эти заслушанные до дыр мини-истории полюбились бы. Над ними хохотали до упаду. Даже суровый Двалин улыбался сквозь зубы. И в те минуты я хоть и ненадолго, видела улыбку на, обычно, серьезном лице Торина. Одним из важных условий при этом, было вовремя отвести от него взгляд, хотя, если честно, делать мне этого совсем не хотелось. Ему очень шла искренняя счастливая улыбка... ...А потом, после сытного ужина, приготовленного с лёгкой руки Бомбура, вся молодежь (Бильбо, Фили, Кили и я) выстраивались полукругом рядом с Балином и слушали предания о гномьем роде, о драконах, и легенды со всего Средиземья. Я сидела между двумя принцами, обняв обоих по-родственному за шеи, и накрывшись чем-то похожим на одеяло. С Фили и Кили у меня сложились особые отношения. Если в начале оба при виде меня смущались и воспринимали чисто как миловидную девушку, то теперь, мы стали лучшими друзьями. Хотя, наверное, в своём мире я бы долго держала их обоих на дистанции. Здесь же, в походных условиях все процессы знакомства и дружбы развиваются куда быстрее. Да и как же не проникнуться к тому, кто почти каждый день спасает тебе жизнь? Сегодня отряд, наконец, добрался до, как её называл Балин, «Долины Гигантов». При виде величественных темных скал, мне стало понятно, почему им дали именно такое название. Мне с трудом удалось сдержать вскрик, когда, на доли секунды, мне померещилось, будто с одной из скал на меня смотрело каменное лицо. Ближе к ночи, после изнуряющего перехода, мы попали в шторм. Резкие очереди грома разрезали темный густой воздух, а перед усталыми глазами, то и дело, вспыхивали искры. За считанные секунды я промокла до нитки, а дальше, почти ничем не отличалась от мокрых камней под моими ногами. - Держитесь крепче! - Глухо дал указание кто-то. Впереди виднелась лишь вереница цветных капюшонов, покачивающихся в быстром шаге. Вода ручьями стекала с их тканей, восполняя быстро растущие лужицы под ногами. С самого начала нелегкого пути единственным, что сопровождало нас, вместо песен и легенд, был стук сапог о камень, хлюпанье по лужам и гром. Я тоскливо подняла взгляд на верхушки скал, в темноте почти слившихся с небом в тучах, но тут же опустила обратно, набрав за шиворот ушат воды. Даже принцы впереди притихли, и капюшоны их были опущены лицом к мокрой скользкой дорожке под ними. Вдруг, мне показалось, что противоположная гора зашевелилась. Я поднесла мокрые руки к глазам, пытаясь хотя бы что-то разглядеть. И как раз вовремя:  — Каменный Великан! Берегиииись! — Крикнула я, так громко, как только смогла. Тут же над нашими головами просвистело что-то громадное, и врезавшись в скалу, посыпалось вниз мелкими камнями, каждый из которых был размером с мою голову. Я прижалась к скале за моей спиной, изо всех стараясь не упасть. Кто-то рядом со мной последовал моему примеру, вжимаясь в камень мокрым дрожащим телом. Это был Ори. - Все целы? - Вроде бы! - Крикнул Бофур, замыкающий отряд. Его слова перекрывал оглушительный треск, трения камня о камень. Тропинка перед маленьким отрядом раскалывалась на части. - Бегооом! Стараясь не навернуться в бездонную расщелину, с затопленной узкой горной тропинки, при этом уклоняясь от летящих над головой валунов, я перешла на лёгкий бег. Сердце колотилось о ребра, как зверёк, пойманный в клетку. Ноги то и дело грозились запутаться в длинных полах плаща, и отворотах сапог. Трещина с каждым треском становилась все больше. - Ариэль, быстрее! - Фили! Я не могу! Вид огромной расщелины в камне, с каждой секундой становящейся все больше, вызывал пульсирующее где-то в груди чувство страха. Животного страха, который парализовывал, и не дал бы мне прыгнуть, даже если бы на кону было что-то большее, чем моя собственная жизнь.  — Прыгай! — Крикнул мне Фили.  — Нееет! Не могу! — Мой голос терялся в гуле ветра и громе. - Дай мне руку! Насчет три я решила, будь что будет, и подалась всеми силами вперёд, зажмурив глаза. Последним, что я успела увидеть, была синяя бездна подо мной, которая становилась неотвратимо ближе, чтобы поглотить меня. Когда я открыла глаза, эта тьма ещё долго туманила взор. Я не видела ничего, кроме гнетущей тьмы, серого неба, не имеющего очертаний, и такого же мира вокруг, в том же сером, темном цвете, где нет ничего кроме меня и звенящей боли в моей голове. Неподалеку, или мне так показалось, раздался крик, похожий на человеческий. Чуть погодя, я узнала голос, и даже, показалось, будто я знаю и это размытое лицо, настойчиво чего-то от меня требующее. - Ты в порядке?! Ариэль! Поднимайся! Я оглянулась вокруг. - Надо уходить! Сейчас же! - Ма... Мама... - Единственное, что я смогла из себя выдавить. Тьма была уже близко, и ее холодные объятия манили, не хотели отпускать. Каждая мышца моего тела расслабилась, погружаясь в нее, а перед глазами встала картина давнего детства... … С трудом, я разлепила веки. Единственное, что было видно — расплывчатое красное пятно. Я закрыла пульсирующие болью глаза, и чуть погодя, открыла обратно. Что-то мешало мне сделать это быстро. Каждая мышца, будто отказывалась работать. Красное пятно постепенно начало приобретать четкие очертания, превратившись в маленький костер.   - Она очнулась! — Услышала я справа, совсем близко. Чуть покопавшись, каждый член отряда, счёл должным удостоверится, что со мной все в порядке. Медленно, борясь с нарастающим гулом в голове, я провела взглядом по каждому. Измождённые, они, в ещё не просохших одеждах, напоминали похоронную процессию. Глубокие тени легли на их бородатые лица, а тьма царящая в пещере усиливала этот эффект. От этой мысли я вздрогнула, что не осталось незамеченным. Стоящий совсем близко Кили чуть подался вперед, внимательно меня разглядывая, будто боялся, что я снова могу отключиться.  — Все целы? — Поинтересовалась я.  — Кроме тебя, Ариэль. - Оин склонил голову, присев передо мной, и начал разматывать чистые тряпки на моей голове, которые заменяли бинты. Казалось, с каждым слоем, он будто сдирал мою собственную кожу. Бильбо все ещё был заметно встревожен, но от его измученной улыбки мне стало как будто легче. В тишине было четко слышно, как трещали мокрые дрова, когда-то бывшие изящными резными ножками стульев Ривенделла. Я постаралась растянуть губы в подобии ответной улыбки. Хоббит почему-то отвёл тяжёлый взгляд.  — Так что, Оин? Все в порядке? - В слабом свете маленького костерка, фигуру Фили было плохо видно. - Порадуй чем-нибудь! - Радовать... нечем, юный принц. - Осматривая рану, гном пыхтел и тяжело дышал, прикладывая холодный инструмент к горящей коже, не обращая внимания на мои болезненные вскрики. - Рана небольшая, но глубокая. Заживать будет быстро. Но не смогу сказать, чем это грозит в будущем. - Идти сможет? - Голос Торина эхом отразился от пляшущих на стенах теней остальных гномов. - Сможет. Важно голову беречь. Ударилась бы чуть ниже, и... Кили громко кашлянул, прервав врачевателя, на что тот только криво улыбнулся, и легко похлопал меня по плечу. - Не шевелись. Утром сниму мазь и боль пройдет. Несмотря на то, что сказал это гном как мог ласковее, получилось не слишком правдоподобно и позитивно. Похоже, это поняли и другие, молча отводя глаза. Я обвела взглядом ребят, полукругом окруживших меня, лежащую возле стен пещеры. Лишь сейчас я обратила внимание на то, что снаружи все ещё бушует гроза, и гремит гром. - Мы с братом будем сторожить ее по очереди. - Вызвался Кили, вступив в маленький круг света от огня. В отличие от брата, тот вел себя легко и непринужденно, стараясь смотреть на меня лишь с обнадеживающей улыбкой. Фили стоял позади, и почти половину его лица скрывала темнота пещеры. Одним сверкающим глазом тот серьезно смотрел на Торина, и в нем не было той уверенности хорошем исходе, с которой смотрел Кили. Торин с сомнением коротко осмотрел меня с ног до головы, и также молча кивнул старшему принцу. - Кили! Заступаешь первым ты. Глаз с неё не спускай. - Еще раз глянул на меня с каким-то сожалением и жалостью. - Ещё что-нибудь себе сломает, и даже волшебнику уже ее не собрать. Темноволосый принц непринужденно хохотнул, давая мне понять, что это шутка, попутно аккуратно опускаясь рядом, у костра. Улыбки эта шутка у меня не вызвала.       Часть 7. Я не помнила, что именно мне снилось. Громовые раскаты, варги и их клацающие перед лицом пасти, темная пропасть: все смешалось в кучу, не давая отдохнуть даже во сне. Проснувшись, и пролежав без сна некоторое время, я начала прислушиваться. Гром стих, и теперь лишь дождь мелко покрапывал на мокрый камень. Кап-кап-кап-кап. Кто-то еле слышно начал шуршать одеждой в пещере. - Мистер Взломщик? Куда-то собрался? Не выдавая себя, я подавила удивленный вздох. В пещере по прежнему было тихо. По голосу я, с трудом, но всё же могла узнать Бофура. Вероятно, решила я, Кили задремал, и на службу заступил Бофур. - Я? Нет, что ты. Хотя, признаться, хотел бы этого больше всего на свете. - А что останавливает? - С улыбкой, угадывающейся в голосе, спросил гном. Я могла поклясться, что тот сейчас ехидно улыбался, из-за чего заплетенные усы чуть вздымались, придавая сходство с пивоваром, который был выгравирован на бочонках с пивом в кабаках Хоббитона. Хоббит молчал, и судя по тихому шелесту одежды, присел на камень, скорее всего рядом с часовым. Взломщик тяжело вздохнул, и его похлопали по плечу. - Понимаю. Но ты ни в чем не виноват. Никто, вообще, в случившемся не виноват. - И всё таки, это моя вина. Я не смог за ней уследить! Хотя дал Гэндальфу слово, что буду приглядывать за ней, до самого пути домой. Но, не смог сдержать обещание. Снова тяжелый вздох. - Да привяжи ты ее даже к своему рюкзаку и носи с собой в кармане, она бы нашла себе приключения, уж поверь мне. - Запыхавшись дымом, еле чувствовавшемся в сыром воздухе пещеры, Бофур тихо хохотнул. - Наши принцы были такими же в юности. Молодые они такие - оглянуться не успеешь, как залезут куда не надо, и натворят делов. - Принцев было кому защищать. - Возразил тот. - А у Ариэль никого нет кроме меня, да и я ничего не смог сделать, во время опасности. Она ведь такая хрупкая… Из моих глаз покатились слезинки. Я прилагала титанические усилия, чтобы не всхлипнуть.  — Уж, а не влюбился ли ты, мистер взломщик? — рассмеялся Бофур. А Бильбо почти наверняка покраснел.  — Что ты! Она же мой друг. Хотя, признаюсь, мне думается, что до неё у меня давно не было никого ближе. Тут послышался тихий звук, будто откуда-то посыпался песок. По земле начала расползаться трещина.  — Подъём! — Крикнул было Торин, да не успел. Мы все с криком полетели в расщелину… … Летели мы недолго, но от этого было не менее страшно, а вот приземление было жёстким. Я же, в свою очередь, удачно плюхнулась на что-то мягкое, возможно на Бомбура. Не успели мы оклематься, на гномов налетели странные существа с удивительно длинными конечностями. И мечи уже тут не смогли помочь своим хозяевам. Меня схватили одной из первых, грубо потащив в сторону моста, который, как я успела разглядеть во тьме, держался на тонких веревочках. Я отбивалась как могла: брыкалась, кусалась, даже пиналась и размахивала кулаками. В ответ меня лишь ударили, а затем обессиленную и раненную, продолжили волочь в сторону. Когда я пришла в себя, нас уже вели к какому-то не то алтарю, не то тронному залу. Мысленно я успела лишь помолиться, чтобы это не было первым. Через пару минут отряд уже стоял перед самодельным троном из костей, и восседавшим на нём отвратительного вида существом. Под самым троном я заметила деревянный ящик, наполненным чем-то похожим на экскременты. "Трон-унитаз...".  — Король Гоблинов… — Узнала я нашего мучителя.  — Кто вы такие? И откуда? — Начал допрос с пристрастием местный монарх. Видимо, поспешно рассказанная история Балина о безобидном путешествии к родне, не произвела на Гоблина должного впечатления. С чего я это взяла? Он взвыл как… как… такого воя я нигде не слышала, поэтому даже не знала, с чем это сравнить. А пока я думала, на что всё-таки может быть похож этот рёв, Король, как и всякий гостеприимный хозяин, начал угрожать нам костедробилками, дамбами, и ещё чем-то название которого звучит слишком отвратительно, чтобы приводить.  — А на ней... — Указал он своим пальцем на меня. Хотя, этот палец был настолько жирным, что это мог быть любой гном, в радиусе шага от меня. — ...я женюсь. Теперь, меня стали одолевать два чувства: приступ дикого хохота и тошноты одновременно.  — И напложу себе маленьких гоблинов-принцев, которые продолжат моё дело! — Размечтался Гоблин с большой буквы.  — А не пошёл бы ты на иш-как-кхе-аи-дуль-гнур?! — Предложила я, смеясь, другой вариант развития событий. Во мне зародилось ещё одно чувство — гнев, и оно, отпинав остальные два, требовало выхода наружу.  — Чтооо?! — Видимо, жених был рассержен таким грубым отказом. — На дыбу мерзавку! Меня схватили два ближайших монстра и начали волочь к трону. Но не тут-то было! На этот раз дралась я основательно. Одному даже зазвездила между ног. Тот взвыл, точно также как и его Король, но в голосе слышалось куда больше отчаяния.  — Не тронь её! — Торин вышел вперёд. На миг, залюбовавшись им, на фоне дымящихся факелов и скалящихся чудовищ, я забыла где нахожусь. "Господи, как же он… Стоп, мы в смертельной опасности, не забываем об этом!". — Я знаю того, кто хорошо заплатит за твою голову. — Оскалился Гоблин на Торина. — Но только за голову, ничего лишнего… — Зловеще произнёс он. На Короля-Под-Горой накинулось несколько гоблинов одновременно. Я рванула в его сторону. Все гномы сделали тоже самое, но их крепко держали, в отличие от меня. Видимо, меня сочли недостойной должной охраны. За эту ошибку ручные гоблины тут же поплатились. Сорвав с шеи свой кулон, я, острой частью (ногами оленя) всадила его в плечо державшему меня гаду. Освободившись от охраны, я нагнулась за своим мечом, каким-то чудом лежавшем невдалеке от меня. Только я сделала замах на держащую Дубощита тварь, как яркая вспышка осветила пещеру, отбросив гоблинов в разные стороны.  — Вставайте! Сражайтесь! — Услышала я громогласный зов Гэндальфа. «Да не вопрос!» С криком "Ааааа!" я понеслась на ближайшего гоблина. К счастью, его за меня прикончил Бомбур.  — Бежим! — Приказал освободившийся Торин. Не помня себя от страха и боли в голове, я помчалась за всеми, по пути отбиваясь от гоблинов. Вот что значит, адреналин! Наверное, я никогда не смогу забыть, что испытывала каждый раз, когда мы попадали в такие передряги. Смятение, безумное желание жить, надавать по задницам неприятелям и страх за каждого члена отряда. Эта дикая смесь чувств полностью овладела мной, отодвигая всё остальное на второй план. Поначалу мозг просто отказывался воспринимать происходящее, но теперь работал на пределе своих возможностей. Как можно обойти эту стену гоблинов? Куда лучше всего ударить? Как ориентироваться в пространстве, которого просто не знаешь? На все эти вопросы мой ум моментально находил ответ, а также успевал, попутно, заставлять меня не отставать от шустрого отряда. Совершенно удивительное явление. Вот ещё один гоблин понеся прямо на меня. Ранен. Вот другой. Убит. Так, мы уже почти добежали до конца моста, как тут, из-под него неожиданно выскочил сам Король Гоблинов.  — Вы никуда отсюда не уйдёте! И обратился к Гэндальфу:  — Что ты теперь предпримешь, маг? Гэндальф перерезал ему горло. Для меня так и осталось загадкой, как он это сделал, сквозь Гоблинову «мошонку» на подбородке.  — Тоже вариант… Тушка короля и мы вместе с ней свалились в глубину гоблинских пещер… … Посадка была относительно мягкой. Чудом, снова не ударившись головой, и довольно быстро оклемавшись, я побежала за высокой фигурой Гэндальфа впереди. Каждый новый вдох обжигал лёгкие, но трясущиеся ноги продолжали нести меня вперёд, пока сзади выла целая орда гоблинов. "Быстрее наружу, к свету!" - Пульсировала в раненной голове одна навязчивая мысль. Вскоре, и вправду, показался свет в конце туннеля. Выбежав наружу, я была ослеплена солнечными лучами, поэтому бежала уже вслепую, но не сбавляя скорости. В тот момент, когда я поняла, что дальше не смогу сделать и шага, отряд остановился. - Кажется, оторвались. Все встали на месте, переводя дыхание. Когда Гэндальф начал всех пересчитывать, я оказалась последней.  — Четырнадцать… А где Бильбо?! — Вопрошал старый маг. Я испуганно озиралась по сторонам в поисках хоббита.  — Мы должны вернуться! — Решил Гэндальф.  — Взломщик воспользовался шансом. Он давно покинул нас. — сказал Торин.  — Не думаю, что Бильбо бросил бы Ариэль одну. — Попытался вступиться за Бэггинса Бофур. Не сразу, но до меня, наконец, дошло, что Бильбо нашёл кольцо в глубинах Голлумовых пещер, и сейчас прячется здесь, за деревьями. С опаской, я аккуратно убрала мешавшую, почти размотавшуюся, повязку с головы. На светлой ткани при свете солнца блестели алые капли: - Он бы не оставил нас на смерть. Я доверяю Бильбо. Я почувствовала на себе множество взглядов. Ясные глаза Дубощита тоже смотрели на меня, будто бы он хотел выразить через них все сочувствие, на которое был способен. Гном открыл было рот, чтобы что-то мне сказать, но из-за деревьев послышался звонкий голос хоббита: — Я здесь! Все напряженно выдохнули, а я бросилась обнять моего вновь нашедшегося друга.  — Ты меня напугал! — Не без укора, слабо улыбнулась я, освобождая Бильбо из своей цепкой хватки. Несмотря на всю свою храбрость, хоббит заметно смутился. Придерживая под руку, он помог мне опуститься чуть ниже по склону холма, на котором мы стояли. Лишь присев на камень, я смогла, наконец, вдохнуть с облегчением. — На самом деле, я и сам думал, что умру от страха.  — Как ты прошёл мимо гоблинов? — Прервал нашу милую сцену встречи Торин.  — Действительно, как? — Поддакнул Двалин.  — Это неважно. — Попытался замять Гэндальф. Старый хитрец уже заметил, что Бильбо будучи неженат, обзавелся золотым колечком.  — Важно. Я хочу знать. — Не унимался сын Траина.  — А Гэндальфу этот вопрос никто задать не хочет? — Решила я прикрыть хоббита. — Я ведь точно видела, что когда нас схватили, тебя и близко не было. — Да, и вправду, — Подхватил темноволосый принц, — как ты умудрился? Часть 8. После полуторачасовой лекции о заклинаниях и их практическом применении от Гэндальфа, я поняла, что ничего не поняла. В молчании, после осмотра от Оина, и его заключении, что рана больше не представляет опасность для жизни, я шла позади всех. Дрожь в теле прошла, как и боль, но вновь готовой к подвигам, я себя ещё не ощущала. В голову вдруг пришла мысль: а что если Гэндальф что-то типо духа-хранителя этого мира и ему здесь подвластно если не все, то мелочи, вроде портала и подавно. Что если, взамен на мою помощь в походе, мага получиться уговорить вернуть меня обратно?  — О чем задумалась? — Полюбопытствовал шедший рядом Фили.  — Если бы ты был волшебником, и мог сделать всё, что тебе вздумается, что бы ты сделал в первую очередь?  — Хм… — Призадумался обладатель «няшных» усов. — Наверное, освободил бы Эребор от огнедышащего демона. Вполне логичное желание.  — А ты? Тут я заметила, что Гэндальф с интересом прислушивается к нашему разговору.  — Наколдовала бы нам еды, а то орка готова слопать. — Пошутила я. — А ещё, сделала бы себя на голову меньше ростом. - Сказала я, внимательно наблюдая за реакцией мага.  — Зачем это? — Искренне удивился молодой принц.  — Скакать на пони, с моим ростом - не самая приятная вещь. Не обижайся, но в мире, где ты или низок или высок, быть серединой довольно непросто. - Я притворно охнула, надеясь, что мои намеки максимально прозрачны. - Ах, порой, мне кажется, что я из другого мира, где таким как я рады. Хотелось бы мне туда вернуться.  — Понимаю тебя. — Хохотнул Фили. Гэндальф лишь молча усмехнулся.  — А ты, Кили? — Спросила я, шедшего чуть впереди гнома.  — А я бы… — Начал Кили, но тут воздух прорезал громкий отдающийся эхом в горах, вой.  — Орки! — Ахнула я.  — Бежим! — Скомандовал Торин… Солнце почти скрылось за горизонтом, и начинали спускаться сумерки. С каждым поворотом, лес становился всё более зловещим. Спускались ночные тени. Среди стремительно проносящихся перед моим взором деревьев, мне то и дело мерещились светящиеся пары глаз, притаившихся ночных хищников. За нами по пятам шли желающие нас убить. Из темноты позади показались оскалы первых ездовых волков. Один из них набросился на Бэггинса.  — Бильбо! — Хотела я броситься к нему, но, схвативший меня под руку Нори не дал мне этого сделать. Обернувшись на бегу через плечо, я увидела, что хоббит прекрасно справлялся и сам.  — На деревья, живо! Я в отчаянии прыгала, пытаясь достать до нижней ветки ближайшей вроде-бы-сосны. Не получалось. Варги были уже на подходе. В отчаянии, я прыгнула снова, зацепившись рукой за нижнюю часть ветки. Слава Эру, Кили вовремя подал мне руку, и помог забраться почти на самую верхушку дерева. На земле, под деревьями собрались орки. Их волки прыгали на деревья, ломали нижние ветви и вгрызались корни. Деревья посыпались словно домино. Чувствуя, что вскоре переломаю все кости, я перепрыгивала с одного дерева на другое, раздирая локти в кровь. А гномам, казалось, хоть бы хны. Отсиживаясь на последней сосне, на самом краю обрыва, я недовольно зыркнула на напуганных друзей. "Складывается ощущение, будто их специально тренировали на случай экстренного падения сосен, в окружении голодных орков". Если бы меня попросили описать вид с вершины того дерева, я назвала бы его просто сказочным: спереди — чудовища жаждущие твоей крови, сзади — полукилометровый обрыв. Вот и выбирай, как именно ты хочешь умереть. Но находчивый маг, похоже, не растерялся. Не успела я заметить как и откуда, Серый доставал и передавал гномам горящие шишки, затем летевшие прямиком во вражью стаю. Волшебник попал в одного волка, заметно подпалив магическим огнем его шкуру. Как бы животное не каталось по земле, пламя и не думало угасать. - Так его! Балин сунул мне одну горящую шишку. Обжигаясь и дуя на руки, я, основательно прицелившись запустила снаряд в особенно не приглянувшемуся мне орка. - Гори в аду! - Смеясь крикнула я, уже протянув руки за второй шишкой. Наше дерево резко покачнулось, и из вертикального положения с треском сучьев, перешло в горизонтальное. С трудом, я сохраняла равновесие, кое-как удерживаясь на ветке. Висевший рядом Кили прокричал мне на ухо:  — Знаешь, что бы я всё-таки загадал, если бы был волшебником?  — Что? — Также прокричала я в ответ.  — Чтобы я пережил сегодняшнюю ночь!  — Мы её переживёеем! — Бодро крикнула я, обхватывая ветку ногами, чтобы принять хоть какое-то устойчивое положение. Снизу послышались крики. Извернувшись втрое, почти лежа на бревне, я обернулась посмотреть на поляну. Вся земля возле дерева полыхала огнем, а орки выстроились полукругом за стеной пламени. "Мы сами загнали себя в ловушку!". Во главе их стоял Азог. Верхом на белом варге, он казался вдвое выше и сильнее каждого своего воина. В зубах его псина держала небольшой кусок тряпки, который Бледный орк, наклонившись, взял в руки и с жуткой улыбкой поднес к изуродованному лицу в шрамах. С ужасом, растекающимся по венам, я узнала в тряпке свою повязку с пятнами своей крови, которую оставила после короткой передышки. - Он нашел нас по моему запаху! - В шоке выдавила я, что-то похожее на писк. Балин, цеплявшийся на соседней ветке, перекинулся со мной отчаянными взглядами. Вальяжно рассевшись на варге, Азог прокричал что-то на своем поганом черном языке. По реакции Торина, я догадалась, что это было что-то личное. Меня так и подмывало крикнуть: "А вот про мать было лишнее!". Лучше бы бледный, как мертвец, орк впрямь был покойником. Ну, если он продолжит в том же духе оскорблять сына Траина, я ему это устрою. Попытавшись привстать, я крепче схватилась за ветку.  — Торин, неееет! Я обернулась на этот крик, и увидела оскорбленного короля, эпично шагающего с мечом в руке, угрожающе надвигавшегося к Азогу Осквернителю.  — Стой! — Невольно вскрикнула я. Гном и ухом не повел, уходя от меня всё дальше . – Вот хоть кто-нибудь в этом чертовом мире когда-нибудь послушает меня? - Ворчала я, готовясь к прыжку, чтобы подняться - Конечно, нет! Тут же никто не нуждается в моих советах! Как бы ни были страшны мои проклятия вслед королю, душа разрывалась на части. Я хотела во чтобы то ни стало спасти Торина, и готова была отдубощитить любого, кто к нему прикоснется. Вот только меня и гнома разделяли несколько метров горящей земли и, грозящее унести отряд за собой в бездну, дерево.  — Гэээээндальф! — Ори и Дори упали с дерева, но маг пока держал их на своём посыхе. Я рванула было туда, но затем, мою светлую головушку осенила ясная мысль: «Орлы! И почему я не вспомнила о них раньше?". Аккуратно встав на ноги, и балансируя, я сделала шаг, и с криком чуть было не упала в вслед за своей ветвью. Я зацепилась рукой за другой сучок и теперь мы с Кили болтались на сосне, как на бельевой веревке. Глазами я наблюдала за Торином. Отбросив мою повязку в сторону, Азог поднял руку-меч вверх, как бы приглашая врага вступить в бой. На брошенную тряпку мигом накинулись другие варги, порвав ее вклочья. Вонючая псина орка укусила гномьего короля и швырнула в сторону. А внутри меня снова начал клокотать гнев: "Только пальцем (или правильно сказать, когтем?) до него дотронься! Из под земли достану, убью, воскрешу и еще раз убью, урукхай немытый!". Из последних сил, я взобралась на ветку, подтянула принца, выхватила меч и понеслась спасать королевича. Орк-на-побегушках у Азога, уже приготовился исполнять приказ — приставил к горлу Торина меч. А мне до него оставалось ещё почти три сотни метров. "О, черт-чёрт! Торин, не умирай!". Бильбо, не понимаю как, оказавшийся около него, пырнул своим мечом-ножом несостоявшегося палача и, похоже, убил его. Азог, недовольный потерей ценного кадра, кровожадно ухмыляясь двинулся на хоббита. Но с бледнолицым у меня были свои счёты. Я и Кили налетели на оседлавшего собаку орка. В какой-то момент, даже показалось, что вот-вот я смогу вознить свой меч в Осквернителя, но, по закону подлости, из ниоткуда взявшийся порыв жуткого ветра отбросил меня в сторону.  — Орлы… Торина схватила одна из этих летающих махин. Похоже, он потерял сознание, ударившись головой. По себе знаю, чувство не из самых приятных. Услышав нарастающий гул, я повернула голову чуть левее и увидела две огромные куриные лапы. В следующую секунду, я уже висела в воздухе, удерживаемая этими самыми лапами. Вдруг птичьи когти разжались и я полетела вниз. По классике жанра, в такие моменты у меня перед глазами должна была бы пронестись вся жизнь и так далее. Но, на самом деле, ничего подобного со мной не было. Я ощущала лишь полёт, гул ветра в ушах, и отвратительное чувство в животе, предвещающее скорую гибель. – Мааамааа! С криком, я приземлилась на спину другого орла. Тут же, я вцепилась мёртвой хваткой в перья чудо-птицы и не разжимала до конца полёта. Видимо, орлу от этого было немного неуютно, но, как бы я не была благодарна за спасение, мой инстинкт самосохранения делал своё дело. За горизонтом, показались первые лучи рассвета. Под нами проносилось Средиземье, однако рассмотреть всю его прелесть мешали застилавшие глаза слёзы. Но, отнюдь не от восторга. Летящие чуть впереди орлы несли членов отряда. В когтях одного из них, на вид, совсем бездыханный, покоился Торин Дубощит. Другие гномы, особенно Фили и Кили, пытались его окликнуть, разбудить, но тот только мерно покачивался в потоке воздухе на высоте в полторы тысячи метров над землёй. Быстро пробежав по другим воинам взглядом, я смогла хоть чуть-чуть заставить дышать себя глубже. Кажется, все целы. Рассвет достиг пика: показалось утреннее солнце, освещая, ночью, казавшийся смертельным, лес. Горы впереди, деревья и реки снизу, ущелья, полные живности - всё это меня не интересовало. Только Торин. "Дыши, спокойно. - Говорила я самой себе, когда после получаса полета, смогла чуть соображать. - В книге и фильме, с ним ничего не случилось. Подумаешь, пара царапин! Ты сама и не такое пережила!". Полевой самоанализ на орле, не помогал. Хоть умом я и понимала, что всё в порядке, но сердце, чёрт возьми… … Орлы высадили отряд на одном из каменных утёсов. Ещё во время полёта, я решила, что не буду подходить к пострадавшему близко, потому как, могла и не выдержать. Я ведь совершенно ничем не могла ему помочь. Я не врач, и не Гэндальф Серый, поэтому предпочла остаётся в стороне. Немного пошаманив над последним из потомков Дурина, Митрандир, или как его ещё называли гномы, Таркун, привёл в его чувство. Когда Торин открыл свои ясные глаза, цвета талого льда, у меня словно камень с души свалился. Сложно было бы описать всё, что почувствовала тогда, на утёсе. У эльфов было выражение: "Чтобы понять, как сильно я его люблю, произнеси его имя над моей могилой. И смотри, как я восстаю." Тогда ещё, я об этом не знала, но всё мое существо уже знало и принимало это... … "И за что я его полюбила?" — рассуждала я про себя, бродяжничая вместе с отрядом по степи. Охотники за сокровищами, уже давно спустились с утёса и направлялись к Одинокой Горе. — Неужели можно полюбить просто так? Ни за что? Выходит можно. И всерьёз. Наверняка, это даже нельзя предотвратить, или остановить. А что, если попробовать его возненавидеть? Может тогда приступы внезапной любви пройдут? Я посмотрела на идущего далеко впереди Торина. Попыталась посмотреть гневным взглядом. А теперь уничтожающим. А теперь представить, что на него прямо сейчас упадёт огромный бетонный блок и его придавит как муху. Похоже, Его Величество почувствовал прожигающий взгляд в спину, и обернулся, чуть не натолкнувшись на мой взгляд. Я быстро опустила глаза и слегка покраснела. "Нет, нельзя… — сделала я вывод. — Значит придётся как-то с этим жить. Любя всем сердцем, и зная что не любят в ответ. Ну, вообще-то почти весь мир так живёт, пора бы и мне привыкать к суровой взрослой жизни. — Проснулся внутри меня философ. — Не всё же детские сказочки про фей и принцесс. Здесь не все живут долго и счастливо. Хорошо будет, если хотя бы одно из этих условий выполнится… Пора жить реальной жизнью. Нужно становится взрослой, и научиться нормально воспринимать то, что этот мир — не фабрика по исполнению желаний…" "Но чудо-то ведь уже случилось! — Возразила ему, другая половина меня, всё ещё обожающая сладкую вату. — Я сейчас и есть в сказке, и этот факт не оспорим! Значит, я очень нужна здесь, иначе Митрандир, не перенёс бы меня". - Хотя, зная все безумства, на какие способен Гэндальф... - Я подняла взгляд из под бровей, на задорно вышагивающего впереди мага. - Мне определенно, крышка. … Мне вдруг вспомнились юные годы, когда мне было 16 лет, или как его принято называть «сложный подростковый период». По моему мнению, он ничерта не сложный, если ничего не усложнять. Родители не понимают своих детей, а в большинстве случаев, просто не хотят понимать. И потом, называют своих же чад странными, бессовестно сваливая все проблемы на половое созревание. Всегда было интересно: а им самим не смешно? Я была очень мечтательным подростком. Частенько витала в облаках, в основном, по теме Средиземья. В школе за это нередко прилетали замечания, но мне было, честно говоря, до кольца всевластия на их мнение. Тогда же моей жизни и появился первый парень. С виду он очень напоминал эльфа: высокий, худощавый, с длинными прямыми волосами, и слегка заострёнными ушками. Да, мечтой каждой встречной он, определенно не был, но я, в детстве искавшая в лесу гномов, была просто в восторге. Довольно быстро, (теперь понимаю, что это уже тогда должно было насторожить) мы стали официально встречаться. Папа называл его "Чиполлино" за то, что это была единственная книга, которую тот прочел за все свои 19 лет. А ещё, по его словам, от него все время несло луком. В ответ, я лишь смеялась, не обращая внимания на предостережения. Наши беседы ограничивались его бесконечными: «Ага», «Класс», «Просто космос», унылым тоном, на мои попытки заинтересовать его миром Толкиена. Однажды поздним вечером, кажется весной, я возвращалась из музыкального кружка. Сильно проголодавшись, я решила срезать дорогу через гаражи, как это обычно делала. Вдруг, я услышала как сзади кто-то идёт. Подумала что показалось, но ускорила шаг. Звуки шагов стали ближе. Я обернулась и увидела темную фигуру, идущую за мной следом. Перешла на бег. Фигура сзади тоже. С сердцем готовым выпрыгнуть из груди от страха, я забежала в первый попавшийся переулок. Тупик. Я взяла с земли увесистый камень и приготовилась защищаться. Тут, сзади услышала шиканье. В страхе, я обернулась и увидела человека с белой бородой в белом балахоне, держащего посох и в смешной шляпе.  — Г-г-гэндальф? — Выдавила я из себя.  — Сюда, Алина. — Позвал он меня за собой в один из гаражей. Не имея другого выхода, я пошла за странным стариком. Когда мы вошли, маг включил свет.  — Ты и вправду Гэндальф? Гэндальф Серый? — Писклявым от пережитого ужаса промямлила.  — А ты сомневаешься? — Улыбнулся Митрандир, повернувшись ко мне лицом. Его лицо отдаленно напоминало оригинал, в общих чертах. Но в остальном — это был совершенно другой человек. Да и шляпа у него больше походила на сомбреро, но тогда я, всё ещё в ужасе от погони, не обратила на это внимания. Я счастливо улыбнулась. Наконец-то моя мечта сбылась! — Хочешь покажу тебе кое-что? — Спросил тот.   Он подозвал меня к себе и показал на другую, пустую часть гаража. Там было темно. Но стоило магу взмахнуть посохом, как там в ту же минуту загорелись разноцветные огоньки и принялись плясать, составляя невероятные узоры. Заиграла красивая музыка. Я была рада и напугана одновременно, всё ещё нервно посмеиваясь. Всё было так чудесно, пока вдруг огоньки не сложились в одно слово: «ЛОХ». Я удивлённо посмотрела на волшебника, а тот с ухмылкой толкнул меня на пол.  — Будешь знать, долбанная истеричка, как доставать меня всякой хуйней. Из тёмного угла, того, где плясали огоньки, вышел мой бывший и пара его дружков. Гэндальф сбросил с себя балахон и накладную бороду. Им оказался лучший друг моего парня. – Чего вытаращилась, коза?! — Картавя издевался он. А потом, не получив ответа, пнул меня по животу. Я вскрикнула. Было мучительно больно. Душили слёзы и обида. Нет! Нет! Этого не могло быть! Мой сказочный эльф не мог так со мной поступить! Но парни лишь смеялись надо мной и улюлюкали, глядя в моё заплаканное лицо.   На прощание парень, которого я так искренно любила, с грохотом захлопнул металлическую дверь. Лязгнул замок. Я билась в дверь несколько часов подряд, искала другие выходы, перерыла весь гараж верх дном, но не нашла ничего, что вывело бы меня наружу. Обессиленная, я осела у стены, и дала волю слезам. Я рыдала навзрыд, понимая какая же я всё-таки идиотка. Так, в слезах, свернувшись калачиком на холодном полу, я заснула, пообещав себе больше никому и никогда не верить… … Отряд остановился на склоне холма. Сделали привал. В тот вечер, я почти ни с кем не разговаривала, а тихонько сидела в стороне и думала о своём. "Не мудрено, что я в него влюбилась, ещё с самого выхода первого фильма. — Пришла я к выводу — После того случая, мне хотелось, чтобы рядом был кто-нибудь похожий на Торина. Сильный, независимый, верный. Который всегда поддержит меня, поможет, и никогда не предаст…". Что-то внутри меня толкнулось, давая понять, что я не права. Но сегодня, я была слишком обессилена для нового потока мыслей. На небе сверкали мириады звёзд. Млечный путь. Полная луна проплывает над нами, жалким людишками, с короткой памятью, озаряя своей улыбкой весь свет. Вспомнив всё, что произошло со мной той весной, когда точно также светила луна, я заплакала. Не рыдала, как тогда, а тихонько лила слёзы, стараясь не всхлипывать и не шуметь. Я сидела недалеко от отряда. От лагеря меня отделяла лишь пара огромных валунов, за которыми я и спряталась ото всех.  — Говорят, в осеннюю полночь, сон обходит стороной лишь поэта и влюбленного. Вздрогнув, я проговорила, не задумываясь: – Кто говорит? Волшебник, закуривая трубку, присел рядом. – Я. Пытаясь незаметно смахнуть слёзы, я хмыкнула. – Вряд ли меня можно отнести к одному из этих типов.  – Этого мы ещё не знаем. - Неожиданно серьёзно и ласково сказал он. Молча, он выпустил несколько клубочков дыма, один из которых, приняв облик бабочки, облетел меня кругом и растворился в темноте. Делая вид, что любуюсь звёздами, я ждала пока соленые дорожки окончательно просохнут. – Не знала, что Олорин тоже стал поэтом. Тебе ведь тоже почему-то не спится. – С годами, мне открылось, что среди всех бессонных, есть ещё и третьи - несчастные. Я обхватила голову руками. – Вдали от дома, где на каждом углу, всякому не терпится пустить тебя на фарш... Трудно, чувствовать себя счастливой. Снова в ответ лишь тучка табачного дымка. В этот раз, он был в виде рыбы: она ныряла среди потоков ветра, затем, уплыв к горизонту. Прежде чем скрыться, её хвост, дразняще, щёлкнул меня по носу. – Знаешь, что отличает несчастных от поэтов и влюбленных? На этот раз, я решила благоразумно промолчать. Нежданный урок нравоучений, очевидно, кончится лишь тогда и только тогда, когда этого захочет сам волшебник. – Первые сами тянут себя на дно, не желая сбрасывать груз воспоминаний. На такую глубину, сны не ныряют. - Маг улыбнулся, поворачиваясь ко мне. Его добродушный взгляд серых глаз, утопающих в морщинках, заставил меня вдруг сморгнуть. – Трудно, продолжать нырять, когда достиг самого глубокого дна, а страх, что тебя достанут и там, не иссяк. – Я не рыба и вовсе не на дне. - Возразила я. – А не сплю потому, что... – Не имеет смысла злиться на себя, за свои же ошибки. Тот, кто заслуживает прощения более всех, порой, мы сами. Для этого не нужно утопать в фантазии. Не нужно убегать от своих страхов. С каждым его словом, сказанным с такой теплотой, мне становилось труднее сдерживать слёзы. – Только поняв, что даже воплотившаяся мечта, не сделает тебя счастливее, пока ты не избавишься от страхов, сможешь всплыть наверх. Тут я уже не смогла больше держать себя в руках. Мои руки обесиленно упали на мягкую землю, и на них звучно упали первые капли крупных слёз. – Мне страшно, Г-гэндальф. - Прижавшись к плечу мага, я задыхалась собственными словами, ставшими комом в горле, пока исстари по-отечески поглаживал меня по спине. - Всю жизнь я мечтала только о Средиземье и стать гордостью родителей. А теперь? Что мне делать теперь? – Быть собой. - Спокойной ответил он. - Бороться за то, что даёт тебе силы жить. Маленькие страхи, долго зарываемые, выходят на свет уже жуткими чудовищами. Но это лишь иллюзия. Без пищи именуемой виной, они не смогут никому навредить. Просидев так около часа, а может и двух, старый колдун засобирался уходить. В последний раз, потрепав меня по волосам, волшебник одарил меня улыбкой надежды, поднимаясь, чтобы уйти. – Гэндальф! - Вдруг вспомнила я, нечто важное. - Мне кажется, я начинаю забывать свой родной мир. – Потому что это действительно так. - В его голосе слышалось сочувствие. - Каждый из миров всегда отвергает чужое, чтобы выжить самому. – Как скоро я забуду всё? - Внутренне я сжалась при этой мысли. - Неужели концу похода, я не вспомню совсем ничего? –Боюсь, что так оно и будет. Вмиг вскипевшая злость на мага тут же угасла, не успев добраться до моего рта. А может, это были странные чары колдуна? – Неужели нет способа этого избежать? Дай мне зелье, Гэндальф, или какой-нибудь волшебный камень! Хоть что-нибудь! Митрандир, неспеша надел шляпу, которую достал из-за пазухи, и явно не собирался торопиться с ответом. Только когда я уже устала ждать и хотела снова спросить, он выдал: – Если бы каждый человек знал, как прочно привязать к себе прошлое... То не было бы будущего, в которое мы стремимся. Загадочно улыбнувшись, не проронив больше ни слова, старый волшебник скрылся за валуном. ... Я заснула там же, на камнях. Мне нужно было подумать над тем, что сказал маг, но на деле, я быстро заснула. Весь день на ногах и душевные переживания сильно меня измотали. Единственное, что я помнила, как кто-то прикрыл меня чем-то тёплым.  — Мама… — Пробормотала я. И зарывшись поглубже в это что-то тёплое, заснула. Всю ночь меня тревожили кошмары. Я видела себя посреди жуткого побоища. Множество эльфов, гномов, орков и троллей. Повсюду горы трупов и реки крови. Смерть была повсюду, даже воздух был пропитан ею. Недалеко от меня, на баранах, проскакал Торин, с мечом в руках. Я позвала его по имени, но тот не услышал. Он несся куда-то на всех парах, попутно убивая нечисть, а за ним, на таких же баранах, ехали Фили и Кили. – Ребята! Торин!! — Пыталась я привлечь к себе внимание. Но они проехали совсем близко, даже не заметив меня.  — Ну что, усвоила урок? — Услышала я сзади голос. Обернувшись, я почувствовала кинжал у себя в животе. Передо мной стоял мой бывший-эльф…       Часть 9. — Нееет! — Закричала я и резко села. Было ещё совсем раннее утро. Темнота. Небо также усыпано звёздами, и лишь в одном его уголке только-только алело. Воздух пах утренней свежестью и прохладой. Я притянула ноги к себе и зарылась поглубже в свой спальник.  — Странно, кажется, засыпала без него… Я уже успокоилась, моё дыхание выровнялось.  — Она кричала там! — Послышалось совсем рядом. В ту же минуту из-за валунов выскочили Фили и Кили, а затем весь остальной отряд. В руках у них было оружие. Хотя, большинство ещё даже не успели проснуться и были в своеобразных «пижамках», что выглядело очень забавно.  — Что случилось? — Спросил Торин, когда все уже поняли, что никакой опасности нет.  — Ничего. — С невинным видом заявила я, сладко протягиваясь.  — Ты точно в порядке? — Уточнил Фили.  — Простите, мальчики, ложная тревога. Мне просто приснился кошмар. Гномы, ворча и фыркая, отправились обратно, досыпать оставшиеся несколько часов. Один Фили решил остался.  — А ты не пойдёшь со всеми? – Неа. — Протянул он, присев рядом. — Буду охранять тебя от дурных снов. Он вытащил кинжал и шутливо изобразил схватку с моими кошмарами. Я рассмеялась. Принц сел ближе, и обнял меня за плечи, прикрыв тёплым спальником. Я положила голову ему на плечо, но, подумав, отодвинулась:  — Фили, ты, конечно, очень хороший малый, но не подумай, что это вроде как… — Я запнулась, не зная как бы это сформулировать.  — Не тревожься, красавица — Улыбнулся наследник. — Ты мой хороший друг и только. И подмигнув, добавил:  — Да и мне больше нравятся гномьи блондинки. Я шутливо пихнула его в плечо.  — А чем тебе людские брюнетки не нравятся? Мы жгучие и страстные, чего же вам ещё надо?  — Ну не знаю. Гномки они более мягкие, что-ли… Более домашние.  — Значит любишь неженок? — Также шутя, спросила я.  — А то! Женщина, на мой взгляд, и должна быть такой: ласковой и, как ты сказала, нежной.  — И что, все гномы такого же мнения о женщинах? - Я постаралась скрыть всю важность этого вопроса для меня, прикрыв румянец волосами. Фили ничего не заметил.  — Да, большинство женятся именно на таких. Не столько из-за красоты, скорее у нас так принято: старший гном выбирает младшим жен. И обычно, выбор падает на таких, с которыми меньше всего проблем.  — А ты никогда не думал, что это скучно? — Задумчиво произнесла я. — Точно знать, на какой именно девушке ты женишься, каких именно детей она родит и сколько. Допустим, все это свершилось. И что дальше? Наткнувшись на не понимающий взгляд Фили, я пояснила:  — Я имею в виду, что нужно уметь давать волю чувствам. Веселиться, ошибаться, влюбляться! Не всё же однотипные традиции.  — Я понял куда ты клонишь, — Улыбнулся принц. — Хочешь сказать, что мы, гномы, совершенно не умеем веселиться?  — Именно. - Поддакнула я - Мрачные бороды и неизбежность будущего. Какая же тоска!  — Подожди, я тебе покажу, что гномы лучше всех умеют развлекаться, и получше, чем люди и эльфы, разбираются в веселье.  — Ну-ну, постарайтесь меня не разочаровать. — Подмигнула я.  — А я впредь, стану присматриваться и к жгучим людским брюнеткам. Мы дружно рассмеялись. «Всё таки хорошо иметь парочку лучших друзей, с кем можно, посмеяться над всякой фигней» — подумала я. … Впереди денёк ждал не из лёгких. Карабкаться по холмам, спускаться с них, опять карабкаться и весь путь в таком духе. Чуть не выплевывая собственные лёгкие, я тяжело дышала ближе к концу строя. Бомбур, издыхавшийся рядом, пробурчал: - Очень нелегко, знаете ли. " Ну вот не могли нас орлы оставить где-нибудь на равнине, или вообще довезти до Горы? Ну вот пару часиков же совсем лететь оставалось! У них что, топливо кончилось?!" - сетуя на орлов, я шла под палящим солнцем. Но, наконец, и этот день кончился! Точнее, почти кончился. Гномы сделали короткий привал недалеко от каких-то скал, рядом с небольшим лесом, который нам предстояло преодолеть. Остановились мы не просто так. За нами шли по пятам орки, и почти нагоняли. Хоббита, нанятого в качестве бесшумного взломщика и вора, отправили исполнять обязанности разведчика. Я хотела напроситься с ним, но меня не пустили. Похоже, они ещё не забыли утренний случай с ложной тревогой. Спустя какое-то время, я уже начала волноваться за Бэггинса. Его давно не было видно. Но тут уже, он бежал обратно.  — Они тебя заметили? — Насторожился Гэндальф.  — Меня? Нет, но...  — Молодчина! Я же вам говорил, он первоклассный взломщик!— Прервал хоббита маг.  — Да, но там был ещё кто-то! — Сообщил разведчик. Все разом переглянулись. В глазах каждого читалось нарастающее волнение.  — И в каком оно было обличии? — Каким-то странным тоном спросил то, что никто не решался, Гэндальф.  — Это был медведь! Огромный медведь! «Беорн! — Догадалась я. — Ой-ой, если это и впрямь он, наши дела плохи». — А у нас есть выбор? — Подытожил Торин. Я уже начинала всерьёз волноваться, как бы нам не попасть в качестве позднего ужина к оборотню.  — Нет… ... Я бегу. Бегу и чуть не спотыкаюсь о торчащий корень дерева. Вовремя удерживаю равновесие. И несусь дальше, вместе с отрядом Торина Дубощита. Сзади послышался пренепонковзрывательный рёв огромного медведя. Выругавшись, я ускорилась, и теперь бежала ближе к началу отряда. Позади всех пыхтел Бомбур. Мы пулей выскочили из леса. За нами ломая кусты, выбежал медведь-оборотень. – Твою гномью праматерь! Бомбур, быстрей! — Крикнула я на бегу.  — Не могу!  — Тогда тебя съедят первым. Закон физики! — Сообщила я, перекрикивая рёв жуткого хищника. Пару секунд, и Обеликс от мира гномов, обогнал даже меня. – О! Смотри, как хорошо побежал! Работают ведь законы физики, работают! Мы забежали во двор дома впереди. Прямо тут стройными рядами стояли самодельные ульи. Даже на бегу, я обратила внимание на деревянные головы животных, вырезанные на водостоке крыши. Было трудно не заметить, что хозяин дома хорошо владеет ножом и рубанком. Гномы захлопнули ворота. Но надолго они медведя точно не удержат.  — В дом! — Крикнул Гэндальф. Отряд стал толпиться у двери, но она не думала поддаваться. Очень вовремя, Торин, прорвавшись вперёд, сумел открыть застрявший засов. Мы ввалились в дом, дверью прищемив морду страшного зверя. Я выхватила меч, остриём наставив на Винни-Пуха переростка. Когда рёв и звуки скрежущих о дерево когтей прекратились, я убрала меч в ножны. Спиной я почувствовала одобрительный взгляд мага.  — Ч-что это б-было? — Заикаясь от страха спросил Ори. Бедняга был сильно напуган, как и мы все. Однако, на этот раз, с удивлением, я отметила, что руки у меня не дрожали. Хотя меч я всё ещё держала неправильно, далеко не так, как обученные гномы.  — Это Беорн. И он оборотень. Как позже пояснил нам волшебник, Беорн какое-то время суток проводит в облике огромного люто-медведя, а другую — в облике не менее огромного, лютого человека. И нам следует переночевать в его доме, потому как, вести переговоры с человеком проще, чем с медведем. "Интересно, а наш Капитан-Очевидность подумал, что он злится как раз потому, что мы захватили его дом, и вынудили ночевать на улице?".  — Ложитесь-ка вы все спать. Гэндальф снял шляпу, и повесил на один из столбов, поддерживающих потолки. "Легко сказать! Ложитесь спать!". – Уснешь тут! - Проворчала я, огибая резной стол посреди гостиной. Дом был интересно сооружён: животные в хлеву и территория людей находились под одной крышей. Так, что обедая за столом можно было наблюдать за всеми козами, овцами и свинками. Те, же в свою очередь, с любопытством нас рассматривали. Когда Ори подошёл к загону с овцами, одна из них ласково потерлась о его руку. Недалеко от огромного камина, я обнаружила такие же огромные кресла, стол, а на нем гигантского вида шахматы. Долгие минуты, я с любопытством их разглядывала: ладьи с головами медведей, коней, лис и зайцев из дерева. Я решила последовать совету мудрого мага, и отыскав себе уютное местечко, свернувшись калачиком на соломе, заснула… … Нос что-то щекотало. Сильно щекотало.  — Аапчхи! Оказалось, это была всего лишь бабочка, залетевшая в дом. - С добрым утром тебя, Ариэль. - Говорила я себе под нос, поднимаясь, чтобы выглянуть во двор. - И тебе доброе, моё, давно не возникавшие, чувство голода. Потягиваясь, я встала с насиженного места. "А тут довольно мило". В окно, с разбитыми стёклами, входил луч солнца, образовывая на полу яркое пятнышко. Этот луч выхватывал из воздуха все пылинки, и делал их видными взору обычного человека, словно рентген. На улице пели птички. Вкусно пахло свежей соломой. Красота! Откуда-то слышались голоса. Я пошла на звуки гомона. Это были наши. Гэндальф что-то объяснял собравшимся около него гномам, и заметив меня, улыбнулся:  — А вот и наша соня. С добрым утром!  — Что вы хотите этим сказать? — Рассмеялась я.  — То, что твой завтрак давно остыл и был поглощен Бомбуром. — Хохотнул Кили, стоявший рядом. Там же стоял и Торин. Я кивнула в знак приветствия, и в ответ получила такой же кивок с лёгкой полуулыбкой.  — Не забывайте: только после сигнала выходите по двое. — Напоследок предупредил Гэндальф, и вместе с Бильбо собрался выходить. Тут, мудрый Исстари повернулся и обратился к нашему Обеликсу во плоти, жующему морковку:  — Хотя, знаешь что, Бомбур? Ты сойдешь за двоих. Бедняжка даже морковь грызть перестал от, вероятно, обиды, разочарования и осознания несправедливости этого мира. Однако виду не подал. И уже через секунду после ухода мага, как ни в чём не бывало, продолжил поглощать свой здоровый диетический завтрак. Третий по счёту. Пока Серый политическим путём старался спасти наши жизни, я решила поискать себе что-нибудь позавтракать. "Нет ну, а что? Не на голодный же желудок быть разорванной на части?" - подкрепила я свое решение. Я тихонько проскользнула в помещение, напоминающее кухню. И всё вроде бы ничего, здесь имелось даже некое подобие холодильника. Но была одна проблема — вся еда была спрятана на самых высоких полках. А с моим, как выяснилось, низким, даже для Средиземья, ростом, о еде на этих полках можно было и не мечтать. Но где наша не пропадала? На что же нам дан наш пытливый ум? Для чего же тогда, воспевал великий Пушкин смекалку русского человека? Я подкатила ближайшее бревно. Положила на него сверху мешок наполненный, кажется, овсом, потом ещё один, а сверху ещё один. Вот и вся смекалка. Я взобралась на эту крайне неустойчивую конструкцию, и беспрепятственно начала рыться на верхних полках с едой, в гостях у оборотня. Даже смешно. Рассказать — не поверят! Отыскав глазами хлебушек, я поняла, что еле сдерживаю, вот-вот собирающиеся накапать слюни. – Иди ко мне, мой хороший... — Бормотала я под нос, пытаясь дотянуться до дара ниспосланного мне выше, чтобы мой желудок прекратил, урчать, угрожая выдать наше местоположение медведю. – Почти, почти! Ещё немного! Есть!  — Ариэль! — Услышала я знакомый, требовательный голос снизу. Который, однако, на этот раз, прозвучал скорее удивлённо, чем требовательно. От неожиданности, я оступилась, и со всей конструкцией полетела вниз вместе с хлебцем. Я открыла глаза. Похоже, на ком-то сидела. Только опустив чуть гудящую голову я увидела сконфуженную мордочку Короля-Под-Горой. "Упс...".  — К-как вы? — Решила я проявить вежливость.  — Чем вы здесь занимаетесь, Ариэль? — Он потер ушибленную голову. Осознав, что как-то неловко использовать коронованную персону вместо табуретки, я вскочила, как ошпаренная.  — Ой… Прошу прощения... Я не хотела приземляться на Вас… — Только я подала ему руку, чтобы помочь встать, как он её оттолкнул, и поднялся на ноги самостоятельно. Моментально, я спрятала кусок хлебца за спину и улыбнулась как нашкодившее дитя. Торин осмотрел меня с ног до головы, и, отряхиваясь, усмехнулся:  — Что за спиной?  — Ах, это… — Я, нехотя, вытащила кусок хлеба из-за которого пошла на рискованное дельце.  — Неужели вы настолько голодны? — Округлил глаза король гномов. Кусочек был весьма внушительных размеров — как одна буханка, по нашему.  — Хотите? — Протянула я ему ломоть. Как ни странно, он не оттолкнул, а с удовольствием замял предложенное яство. Я тоже откусила от своей доли солидный кусок. " Мммм… Беорн готовит самый вкусный хлеб на свете… Очень похож на тот, который готовила моя мама.. " А дальше всё, пустота. Я даже не смогла вспомнить, каким был на вкус мамин хлеб. Все как и говорил Гэндальф. Я забываю свой дом… Видимо, эта смесь чувств странным образом отразилась на моём лице. Вследствие чего, произошло просто удивительное: Торин рассмеялся и похлопал меня по плечу. Это было просто волшебно!  — Пойдёмте, нас, наверняка, уже обыскались... … — Не вижу причин, чтобы не убивать вас… - Не докончил фразу оборотень. Тут вышла я с Торином, жующая хлебушек и ещё с целой буханкой за спиной, с волосами в соломе и мятой одежке. На месте Беорна, я бы не подпускала такую компашку даже на милю к своему дому, а этот чудаковатый оборотень мало того, что решил нас угостить при виде нашего предводителя, так ещё и согласился дать пони в аренду. И даже, передумал нас убивать. А я то думала, что чары Короля-Под-Горой действуют только на меня. После сытного, как сказали бы Пиппин с Мери, второго завтрака, я вышла на двор гостеприимного чело-медведя, прогуляться. На лугу, неподалёку, паслись его пони. Мне действительно было непонятно, за каким балрогом, огромному оборотню разводить пони? Вроде молока они не дают. Хотя, проверять я не бралась. Торин решил, что передохнуть отряду бы не повредило, поэтому мы решили задержаться на ночь. А пока, день был в самом разгаре. Во всю светило солнце, пели птицы, ветер разносил сладковатый пьянящий запах уходящего лета. Вообще, лето на мой взгляд пахнет свежестью. Лесом, травой, полевыми цветами. Воздухом после дождя, мхом, соснами. Мокрым деревом, сочными яблоками. Жгущим ноздри раскаленным воздухом… Этот запах опьяняет. И похоже, я действительно быстро опьянела от этого аромата, пусть и временной, но свободы. Я сидела на траве, смотрела как поняшки резвились на воле. Как надо мной пролетали птицы, рассекая воздух и отбрасывая на землю тень. «Вот бы и мне стать птицей» — подумала я, нежась на травке. «Лететь там, высоко-высоко. Над всеми страхами, обманом, и предательствами. Быть выше всего этого. Чувствовать, как ветер дует навстречу, обволакивая всю меня и мои сильные крылья». Так, я просидела на лугу целый день. Даже пыталась оседлать пони, гонялась за ними, а потом они за мной. Устав, к вечеру, я сидела обнявшись с одной кобылкой, особо мне приглянувшейся, и пела песни, любуясь на великолепный алый закат. И тут, в моей неожиданно полегчавшей голове мелькнула одна идея. Очень даже стоящая мыслишка. Казалось, в моих глазах вновь заблестел озорной огонёк. Я вскочила с земли.  — Никуда не уходи! — Наказав кобылке, я со всех ног помчалась в дом.   Запыхавшаяся, я ввалилась на «кухню». Отряд как раз ужинал. "Ну да, чем же им ещё заниматься? Спали весь день, а теперь едят. Никакой фантазии!", - подумала я недовольно. Ужинали они молоком, наверное, всё таки поняшьим.  — Что опять такое? Комарика испугалась? — С сарказмом поинтересовался Двалин, заметив моё красное от бега лицо. Отдышавшись, я вальяжно прошла к нему, и плюхнулась рядом на скамью. Под очумелый взгляд, слегка прихреневшего гнома, ведь обычно, я обходила его за милю, я взяла со стола его огромную кружку, и немного отпила. Кружка была весом с арбуз, и держать её одной рукой было тяжело, но я не подала виду. Затем с громким стуком поставила её на стол. Но этого мне показалось мало: я звучно вытерла губы рукавом. Гномы удивлённо на меня таращились. Теперь внимание мне было обеспечено.  — А спорим, ты меня не перепоёшь? — Спросила я, с самодовольной улыбкой, у Двалина. Торин, пивший напротив что-то из своей кружки, поперхнулся. Моя улыбка стала ещё шире. Я была очень довольна произведенным эффектом.  — Я? Тебя?! Девочка, ты похоже на солнышке перегрелась… — Решил отмахнуться от надоедливой девчушки, гном. Он поднес ко рту свой напиток, но я нагло отобрала его, и снова сделала пару глотков, только чуть больше. Я снова смачно вытерла губы об рукав, и со стуком поставила кружку перед собой.  — Струсил? — Усмехнулась я. — Ну кто бы сомневался. Вы же гномы, все такие… — Я не докончила фразу, снова собираясь глотнуть.  — Какие такие?! — Неожиданно громко спросил Двалин. Я чуть не выронила кружку. – Чтобы какая-то малолетка оскорбляла гномий род! — Он стукнул кулаком по столу, но на этот раз я даже бровью не повела. Снова отпив, я уже нормально поставила бедную круженцию.  — А ты что, думаешь, что не могу?! — С большой долей иронии ответила я, нагло смотря в глаза оскорбленному. — Раз даже ты, Двалин, боишься проиграть малолетке, да ещё и девчонке, так что же говорить об остальных? Я снова потянулась к напитку. Гномы были, откровенно говоря в шоке, но в то же время, с азартом в глазах, наблюдали за необычной сценой. Из-под опущенных ресниц, я бросила мимолетный взгляд на лицо здоровяка. Как он был зол!  — Двалин… — Спокойно произнёс Торин, тоже с интересом наблюдавший за нами, пытаясь предотвратить дальнейшие тяжелые последствия.  — Ну нет, Торин! Я этого так не оставлю!  Он встал. Глядя мне прямо в глаза, обладатель блестящей лысины и множества татуировок, зловеще произнес: — Я тебя не только перепою, но и перетанцую, самодовольная девчонка. И если я это сделаю, а так оно и будет, не сомневайся, ты покидаешь наш отряд. И больше близко не подходишь ни ко мне, ни к остальным. — Он обвел рукой стол, вот мол, и свидетели.  — А если ты проиграешь, — также спокойно ответила я, повернувшись корпусом к спорщику, — то с сегодняшнего дня ты обращаться ко мне лишь по имени, и обучишь драться на мечах, как когда-то учил Кили. Гном призадумался. Я обвела взглядом публику. Балин предостерегающе смотрел на меня; Бофур смотрел с уважением, не каждый ведь сможет бросить вызов Двалину; молодые принцы - с сожалением. Похоже, они не хотели, чтобы я покидала отряд, но их улыбки ясно говорили, что такое зрелище они пропускать не согласны. Торин с задумчивым видом меня разглядывал. Неужели думал, есть ли у меня шансы, и на кого лучше сделать ставку? Остальные же внимательно следили за быстро меняющимся выражением лица моего оппонента. Я с ухмылкой взглянула на Двалина, и вопросительно выгнула бровь. Это сработало. Его лицо стало решительным, и он, улыбаясь, кивнул:  — Чтоб мне лишиться бороды, если солгу. Танцевальный и песенный батл решили устроить на поляне. Уже спускались сумерки, поэтому развели костёр, рядом с ним же и устроили импровизированную сцену. Я находилась в доме и готовилась к своему триумфу. Оставалось лишь неясным, кто будет судьёй. Н Конечно, было понятно, что в основу лягут зрительские симпатии, но должен же кто-то сказать последнее слово? Кили предложил своего дядю, и поначалу, я тоже хотела назначить его третейским судьей, но позже, была вынуждена отказаться от этой идеи. Всё таки, они с Двалином друзья, а ко мне он похоже особых симпатий не питает. Нет, я ни в коем случае не сомневаюсь в честности гномьего короля. Но нам нужен был кто-то, незаинтересованный в победе ни того, ни другого участника. Как раз подоспевший Гэндальф, после краткого изложения мной проблемы, рассмеявшись, согласился.  — Ты не перестаешь меня удивлять, Ариэль. — Растянул он бороду в улыбке, с какой отец смотрит на шалости малолетней дочери.  — Ты ведь сам просил меня отпустить прошлое и быть собой, помнишь? — Бросила я, уходя. Беорн же отказался быть зрителем танцевального поединка века, сказав что такая детская чепуха его не интересует. Можно подумать, выходя из дома, да и на протяжении всего соревнования, я не видела его любопытной мордочки, высунувшейся из окна. … Что-что, а такого представления Средиземье увидит ещё нескоро. Зрительский совет решил, что первым должен выступать Двалин. Солдатской походочкой, он вышел перед зрителями, устроившимися полукругом. Я тоже сидела там, во втором ряду, рядом с моей всегдашней компашкой (Фили, Кили и Бильбо). Хотя, совсем недавно, к этому ряду присоединился и Бофур. С этим дружелюбным и веселым гномом, мы запросто нашли общий язык. Судья сидел чуть поодаль ото всех, покуривая трубку. Рядом с ним, скрестив руки на груди устроился Торин. Его решили назначить запасным судьёй. Зао приготовился к выступлению. И Двалин запел. Его группа поддержки заиграла на инструментах, и родилась прекрасная военная мелодия. Ритмичная, строевая. Его бас хорошо подходил к этой песне. Исполнял он её довольно красиво, с расстановкой и даже почти не фальшивил. Под конец этой песни, гномы, узнавая знакомые строчки, стали подпевать. Однако, мелодия быстро кончилась. Двалин отвесил в мою сторону шутливый поклон, и недобро ухмыльнулся. Я похлопала в ладоши. И кивнула, мол достойно, мистер, достойно. Двалин только-только собирался сесть, как я вскочила на ноги и громко объявила:  — Прекрасное выступление, мой друг. А теперь следующий раунд — танцы! Двалин злобно зыркнул в мою сторону, а я добродушно улыбнулась и села на место.  — Не рисковала бы ты Ариэль. — Шепнул мне на ухо старший принц, пока артист чесал затылок, думая, что бы такого исполнить.  — Помнишь, ты говорил мне, что гномы знают толк в веселье? — Также шепотом ответила я. — Так вот мы сейчас это и проверим.  — Если ты сможешь его победить, — уже чуть громче сказал блондин, – точно на тебе женюсь! Бильбо, кажется, услышал и даже сделал попытку улыбнуться. Но хоббит, в силу неопытности, ещё не знал толк в притворстве. Как бы он не старался, не смог скрыть смятение в глазах.  — Попридержи пони! — Шутливо погрозила я пальчиком женишку.— Сначала становись в очередь! Тут Двалин, похоже, уже сообразил что станцевать. Он что-то шепнул своему оркестру и снова родилась мелодия. И гном понесся. Сначала, он лишь слегка пригарцовывал, а затем и вовсе пустился в пляс! Такого я точно никогда не видела! Эта, кажущаяся неповоротливой, гора мускулов ловко прыгала с одной ноги на другую, приседала, причём делала так грациозно, что любой артист балета нервно покуривал бы в сторонке. Все время танца Двалина, мне хотелось пуститься вместе с ним в пляс. Настолько заразительной была мелодия и движения. По выражению лиц гномов, я поняла что это что-то народное. Как лезгинка для кавказцев - неотъемлимая часть культуры. "Каков хитрец! — Подумала я, улыбаясь и хлопая. — Решил надавить на патриотические чувства. Ну ничего, у меня тоже есть козырь в рукаве". Выступление кончилось. Последовали громогласные аплодисменты. Я даже засвистела, как меня учили братья. А Торин, с хмурым выражением лица, медленно хлопал в ладоши. С чего бы он так расстроился? "Неужели думает, что я не смогу переплюнуть его дружка? Ха! Так легко он от меня не отделается!". Я поднялась, и уловив краем уха последнее: «Удачи!» - от хоббита, грациозно прошла на сцену. Все смотрели на меня с ожиданием. Двалин же, с видом: "Ну и что эта девчонка может? Я настолько крут, что никому меня не сделать!". Я усмехнулась и, шордо подняв голову, тихо запела:

 — Надо мною тишина,

Небо полное дождя…

Дождь проходит сквозь меня,

Но боли больше неееет!

Под холодный шепот звезд,

Мы сожгли последний мост.

И все в бездну сорвалось!

Свободным стану яяя!

От зла и от добра…

Моя душа была на лезвии ножааааа…

Я запела громче:

 — Я свободеееен! Словно птиииица в небесааах!

Я свободееен! Я забыл, что значит страаааах!

Я свободееен! С диким ветром наравнееее!

Я свободееен! Наяву, а не во снееее!

Получилось очень красиво. Думаю, даже Басков бы мною гордился. Гномы очень внимательно слушали. Это придавало мне уверенности. А я пела, пела и, как могла, старалась вложить душу в песню.  — Я свободееен!— Я раскинула руки, изображая полёт. Словно птиииица в небесааах! – Я свободееен! — Прижала руки к груди. — Я забыл, что значит страаах! Я свободеееееен!!! С диким ветром наравнееее! — Запела ещё громче, ещё печальнее. В моём голосе слышались эмоции человека, реально ощутившего первый глоток свободы. — Я свободеееееен!!! — Снова, я раскинула руки и подняла лицо к небу. — Наявуу, а не во снеееее! — Самая высокая нота, я тянула её как могла. — Я свободееен… — Тихо закончила я. Секунду спустя, послышался одобрительный гул гномов. Кто-то аплодировал, кто-то свистел. Все встали и смотрели на меня с уважением, которое я видела впервые. Кто-то (а именно, сидевшие в первых рядах Нори и Дори) прикасались к глазам платками. Настолько душевной получилась песня. Настолько в ней чувствовался дух свободы. Именно поэтому я выбрала эту песню, а не любую другую. На лице Двалина читалось удивление и вперемешку с чем-то, чем именно я не смогла разобрать. Я изящно поклонилась, мельком взглянув на судейское место. Гэндальф, похоже, тоже был тронут песней, и озорно улыбался. С лица Торина успела сойти привычная хмурость: теперь оно выражало крайнюю степень спокойствия и лёгкую радость. Мне было приятно, что мои таланты оценили по достоинству. "Вот бы привести сюда мою учительницу по вокалу, которая утверждала, что у меня нет слуха. Выкуси, старая карга!" — ликовала я мысленно. Настало время танцев. Я подозвала к себе Бофура и шепнула пару указаний. Он кивнул, садясь рядом с судьями, поближе к сцене. Тут он, как мы и запланировали за час до моего выступления, достал флейту и заиграл восточную мелодию. Да-да, музыку для танца живота! Я решила применить свой главный козырь — женское обаяние. Только заиграла музыка, я начала танцевать. Не зря, в детстве активно ходила на танцы. Танцевала и я, вправду, для средней школы Самары, неплохо. Конечно же, я понимала, что это было против правил, но разве у меня был выбор? Ничего другого танцевать я не умела, да и Двалин сам придумал пунктик про танцы, так что, это его вина. Я плавно водила по воздуху руками. Они извивались, словно две змеи, следуя друг за другом, завораживая зрителя. Бедра также двигались в такт: то быстрее, то медленнее, и так до бесконечности. Я улыбалась, и старалась не оставать от музыки. Зрителям явно понравился танец. В немом восторге, они наблюдали за моими движениями. Танец назывался: "Танец змей". В нём не было ничего такого экстравагантного, как например, в танцах с саблями, но он был по-своему красив. А мной, соответственно, в точности по мутным воспоминаниям, исполненном. Я протанцевала к судьям, собираясь выполнить самый сложный трюк — нагнулась назад, продолжая танцевать. Насколько я помнила, я довольно долго этому училась. Танцовщица почти выполняет, так называемый, "мостик", при всем этом продолжая двигать бедрами и танцевать руками. И, кажется, можно было выдохнуть - всё получилось. Я прошла обратно, на середину "сцены", сделав последнее па и резко застыла. Сложность заключалась в том, чтобы остаться неподвижной, как статуя. С этим я тоже справилась. Музыка кончилась, а я всё продолжала стоять. Тишина. Наконец, решив дать понять, что танец окончен, я поклонилась зрителям. Их реакция меня ошарашила. На лицах взрослых бородатых мужчин застыл почти детский восторг. Отряд был поражен в самое сердце. Не ожидая такого, я молча проследовала на своё место. Все гномы, включая Бильбо, продолжали на меня таращиться. "Может быть, я сделала что-то не то?".  — Что-то не так? — Шёпотом спросила я у, ближайшего ко мне, Фили.  — Это было просто волшебно! — Вновь обретя способность говорить, сказал он. Я смущённо улыбнулась в ответ:  — Вправду понравилось?  — Не то слово! Понравилось?! Да это же великолепно! Как такое может не понравится? — Восторженно заявил младший принц. Я покраснела.  — Ариэль, ты обязана станцевать это на королевском балу в Эреборе! Даст Махал, мы отвоюем его обратно! Моё внимание привлекло судейские место. Кажется, там горячо шли обсуждения. Затем, Гэндальф встал и громко провозгласил:  — Два члена нашего отряда хотят выяснить, который из них преуспел в искусстве песен и танцев лучше другого. Так, кого же вы хотите назвать победителем? Пускай те, кто за Двалина, сына Фундина, поднимут руки. Я осмотрелась. Чуть меньше половины гномов подняли руки. По спине прошёлся холодок.  — Кто за то, чтобы победительницей была названа достопочтимая Ариэль Каллен? Практически все гномы подняли руки, кроме Двалина и Торина. Второй, был членом судейского состава, и не имел права голосовать. Я дружелюбно улыбнулась расстроившемуся Двалину. В ответ получила лишь презрительный взгляд. Зато, король гномов смотрел на меня с улыбкой. Этого мне было достаточно, чтобы забыть про всё остальное. …После концерта, гномы решили устроить ужин там же, на лугу. Отряд, с удовольствием, устроился вокруг костра. Гномы разделились на несколько компаний. Первая — старейшины. Она включала в себя мага, Торина, Двалина и Балина. Вторая — молодёжь. Это я, принцы, Бильбо и Бофур. Пускай Бофур и был намного старше каждого из нас, он любил хорошо повеселиться, что сильно его молодило. Остальные, состоящие из двух-трех гномов — были группами по интересам. Кто-то ел, кто-то обсуждал сегодняшние события, а кто-то (ну ладно, не кто-то, а Ори), задумчиво смотрел на огонь. Наша компания была самой шумной и самой многочисленной. Не удивительно, что позже к нам начали подтягиваться и другие. Ко сну мы, соответственно, отошли поздно. После вечернего представления, спать совсем не хотелось. Но мы не унывали, и придумывали различные игры. Кто отгадает больше загадок, угадай гнома по описанию из трёх слов, и многое другое. Засыпала я почти счастливой. Почти — потому что всё никак не могла выкинуть из головы злобный взгляд Двалина. Перед тем как провалиться к Морфею, я дала себе слово, что в скором времени найду способ помириться с ним. Проснулась я, как обычно, рано. Но на этот раз меня растолкал не кто-нибудь, а сам Двалин, сын Фундина и по совместительству, мой новый учитель по… Фехтованию? "Интересно, если назвать борьбу на мечах фехтованием при Двалине, он сразу оторвет мне голову?". – Запомни, девочка, тут тебе не ваша Хоббитания. — Двалин уперто продолжал считать меня родом из Шира. — Это война, и на ней каждый будет пытаться тебя убить. Мы тренировались на вчерашней поляне для танцев, сегодня ставшей полем боя. Было темно, возможно, ещё только начало светать. Естественно, что я не выспавшаяся толком после вчерашнего, не сразу реагировала на его слова.  — Ариэль! Меня зовут Ариэль! — Вяло поправила я гнома.  — Да хоть сам Дурин! Я поклялся тебя тренировать и буду это делать, нравиться тебе или нет. — Он кинул мне увесистую длинную палку. Похоже, ему и впрямь плевать, хочу я этого или нет. Чуть не попав палкой себе по голове, всё-таки я поймала снаряд.  — И что теперь? — Я тупо уставилась на палку.  — Теперь — дерись!  — Что… Не успела я опомниться, как уже была сбита с ног. Я распласталась на, ещё мокрой от утренней росы, земле. Это немного привело меня с чувство. Я поднялась на ноги. Гном кружил вокруг меня, словно хищник, который собирается напасть.  — Правило первое: никогда не позволяй застать тебя врасплох! Чтобы объяснить это на наглядном примере, он неожиданно ударил палкой меня по ногам. Я плюхнулась на зад.  — Ай! Больно же! — Взвизгнула я, потирая место удара. Будет знатный синяк. Двалин не обращал на мои жалобы никакого внимания. Я встала на ноги и приготовила палку к обороне.  — Правило второе, — пояснял он, продолжая кружить, — не поворачивайся к врагу спиной! Тут со спины последовал удар по икрам, и я опять на земле. "Он же мне так все кости переломает!" — подумала я, начиная злиться, и резво вскочила на ноги. Желание подремать часок-другой отбило начисто. Двалин сделал выпад в мою сторону, я ударила палкой, но он увернулся, и как результат — моя мордашка вновь прижата к земле.  — Правило третье, — сказал гном, наблюдая за моими безуспешными попытками подняться, — никогда не недооценивай своего противника… Так будет каждое утро, пока я не сделаю из этого, — он показал палкой на меня, сидящую на траве, — настоящего воина.  — Долго же тебе придётся мучиться! — Съязвила я, вслед уходящему брату Балина.  — А я вообще не уверен, что мои мучения когда-либо кончатся. — Бросил он через плечо. … Стоило сразу отметить, что педагог из Двалина, как из Бомбура балерина. Тоесть, хреновый. Только за первое занятие насчитала у себя 6 синяков, 2 кровоточащие ранки и неисчислимое количество ссадин. Ясно было, что абсолютно все в отряде заметили, что я прихрамываю на левую ногу. Однако ж, они смолчали, делая вид, что не слышали моих криков. "Тоже мне друзья!". Даже Бэггинс, лишь поглядывал на меня с сочувствием, но предпочитал сопереживать молча. К шести часам утра, мы уже были на оседланных пони, со съестными припасами и скакали в сторону Лихолесья, как нас учил Беорн. По пути к лесу, мы решили сделать всего один привал. И на том, в общем-то, стоило благодарить Валар. Всё тело болело, вследствие чего ехать верхом было весьма затруднительно. Но я помалкивала, чтобы не дать Двалину нового повода для самоутверждения. По личному приказу Торина, я с Фили отправилась в лес, на поиски хвороста. На протяжении всего пути, начиная с самого утра, я ни с кем не говорила и ехала в гробовой тишине.  — Ариэль! — Догнал меня Фили. Задумавшись, я ушла далеко вперёд, оставив принца позади.  — Погоди, ты что, умеешь разговаривать? Ребята, все сюда, немому прорезался язык!— Состорила я гримасу.  — Ну прекрати. — Посмеялся наследник, будто я сказала что-то смешное. — Двалин запретил нам тебя жалеть. И даже угрожал.  — То есть, наследник рода Дурина, племянник Торина Дубощита, сына Траина, и будущий Король-Под-Горой испугался какого-то Двалина и поэтому бросил своего друга в одиночестве?! Вот спасибо. Развернувшись на пятках, я пошла в противоположную сторону.  — Подожди! — Блондин снова догнал меня и развернул лицом к себе. — Я прошу меня простить. Настоящие друзья так не поступают. Был не прав. Смерив его взглядом, не скрою, наслаждаясь минутой моего отмщения после уроков фехтования, я слушала его речь о чувстве вины. Которое, по его словам, с самого утра, гложило гномов и маленького хоббита. А Его Ворливость, послал Фили извиниться за всех разом. Тут я не смогла больше играть в обиженную и оттаяла.  — Ну ладно, мир. — Улыбнулась я. Мы вместе подошли к раскидистому дубу, под которым была целая куча веток.  — Сильно болит? — Поинтересовался Фили, заметив, что шикала каждый раз, когда приходилось приседать.  — А сам как думаешь? Я взяла в руки небольшую охапку сухих веток, сколько смогла бы унести. Принц решил проявить сочувствие к страдающей, и взвалил мою кучу на себя. Подмигнув, он пошёл вперёд, а я побрела следом. По пути, я заметила недалеко, под маленьким кустиком, небольшое скопление ромашек. Я захватила парочку цветов, думая вечером заварить себе в качестве чая. Ромашковый чай всегда действовал на меня, как снотворное. По крайней мере это было лучше, чем всю ночь ворочаться от боли во всём теле. Мы вышли к лагерю. Я села к костру, задумчиво вращая в руках букетик.  — Ууу, братец! — С широкой улыбкой, ко мне подсел Кили. — Решил у меня девушку увести? Каков хитрец! Сначала, я даже не поняла смысл его слов, но потом до меня дошло. Но к тому времени, гномы находившиеся рядом с костром, уже глазели на меня и принца, а я лишь беспомощно открывала рот, не найдя, что ответить. Судя по их улыбкам, они всё неправильно поняли! Делать было нечего, пришлось выкручиваться, чтобы не потерять с таким трудом завоеванную славу сорвиголовы.  — А почему нет? Фили мне цветочки целебные дарит, вечером чаек заварю — буду как новенькая. — Я нарочно понюхала цветы и мечтательно улыбнулась.  — Да я… да я тоже может быть, хочу тебе помочь! — Такого хода он явно не ожидал. Где бы я сейчас была, если бы не женская хитрость?  — Неужели? — Я вскинула брови и выразительно посмотрела в его карие, чуть светлее чем мои, глаза. Боковым зрением, я заметила, что за нами тихонько наблюдают и остальные. Среди достопочтенной публики были Ори, Нори, Дори, Бофур, Бомбур, Оин и Балин. Остальные были на разведке или просто отошли по своим делам. Кили быстро выхватил у меня из рук букетик, и стал спешно заваривать. Я наблюдала за ним, еле сдерживая смешок. Обернувшись, я увидела Фили, согнувшегося пополам от смеха, рвущегося наружу. Пока мы держались. Через минуту, темноволосый принц подошёл ко мне, и отвесив самый грациозный поклон, на который только был способен, вложил мне в руки кружку с горячим чаем. Я не выдержала и захохотала в голос. Фили присоединился. Остальные гномы тоже не остались в стороне. Бедный Килечка стоял ошарашенный, смотря на каждого из нас непонимающими глазами.  — Хахпхахаха… Ой, не могу… — У меня от смеха слёзы лились из глаз и до жути болел живот, но я не могла остановится. Кажется, до Кили наконец дошло, что я его разыграла, и он сбросив оцепенение заливисто рассмеялся. На этот групповой взрыв хохота пришли и остальные.  — Что здесь происходит, чёрт возьми? — Вопрошал Двалин. Торин с удивлением смотрел на меня и корчащихся на земле, от смеха, принцев. Я попыталась успокоиться. Кажется, получилось только со второй попытки.  — Да вот ребята невесту поделить не могут. — Кивнул в нашу сторону Бофур, всё ещё широко улыбаясь. Вид Торина стал строже. Под этим ледяным взглядом я вмиг остыла. Братья тоже.  — Простите, мы просто дурачились… — Потупила я взгляд.  — Ничего, веселиться у нас не запрещено. — улыбнулся Балин… … Гномья шайка прискакала к Лихолесью. В голове у меня всё ещё оставались смутные воспоминания об этой части фильма, и большинство из них касались его короля. "Этого самодовольного, напыщенного эльфа было трудно забыть". Гэндальф велел Ори отпустить пони, а сам пошёл первым проведать лес. А мне всё покоя не давали престранные взгляды, которые кидал на меня иногда Король-Под-Горой. Неужели, он поверил, что я хочу охомутать одного из его племянников? Знал бы он, что я уже много лет влюблена в одного единственного. В глазах которого, земля под копытами его пони и я, имеют равнозначную ценность. " Это не может не расстраивать. Но он хотя бы рядом и живой. И изредка косится на меня. Ничего мучительнее, я не испытывала! ". — Оставь мою лошадь! — Велел Гэндальф, на всех парах выбегая из леса.  — Ты что, нас бросаешь? — Удивился Бильбо.  — Да.  — Куда ты направишься? — Спросил Торин. Что ответил маг, я не расслышала: в небе разразился первый раскат грома. Собиралась гроза.  — Гэндальф! — Я подбежала к нему. — Не уходи! Я жалобно посмотрела на него, на манер Фили.  — Ты справишься, я в тебе уверен - Ободряюще сказал он. — Помни мои слова и не отходи от отряда. Я кивнула, стараясь не показать, как сильно я расстроилась. Я не хотела чтобы Исстари оставлял меня здесь одну. Хоть я с ним почти и не общалась, я сильно к нему привязалась. Он сел на лошадь, дав напоследок несколько указаний. Маг пришпорил коня, отъехал на несколько метров, но вдруг вспомнил что-то важное, остановился и крикнул:  — Торин! Береги её! Гном кивнул, и Серый был таков…