The song of a fallen angel

REOL — Monster (в фанфике присутствует перевод этой песни на русский) Соприкасаясь с ветром, тьма вибрирует, И тембр рождаемого при этом звука танцует сквозь тишину. Когда я смотрю на всплывающую луну, какого цвета мои глаза?       Она тихо напевала мелодию себе под нос, пока вокруг неё взрывался целый город. Босые ноги грациозно пританцовывали на холодном асфальте, позволяя осколкам и другому мусору ранить стопы. Она оставляла за собой алые следы, но, кажется, это её волновало в последнюю очередь.       Она развела руки в стороны, давая власть ветру играться с её белым воздушным платьем до колен, которое было прекрасно раскрашено свежими каплями чужой крови. Мои дрожащие руки желают обладать Всеми возможными вещами — разве это не смешно?       Её мелодичный смех был впереди неё. Она как будто не замечала всей той кровавой бойни, что происходила вокруг. Взрывы не касались её разгорячённой кожи. Люди, пытающиеся спастись, оббегали её стороной, а те, кто хотел её задеть, тут же падали мёртвым грузом прямо ей в ноги. В таких случаях она просто приподнимала подол своего платья пальчиками и с мягкой улыбкой на губах переступала холодеющий труп.       Она пела песни о любви, страданиях и горе, пока отросшие до лопаток каштаново-рыжие волосы развивались за спиной. И, конечно же, глаза цвета кофе с молоком излучали детский восторг.       Она кружилась по улицам подобно бабочке, которая перелетает с цветка на цветок.       Она выглядела как ангел из сказок и легенд, только вот кровь на её белоснежном платье говорила об обратном. Она стала Падшим ангелом, что предвещает смерть любому, кто её увидел. Верно, мы, продолжающие корчиться монстры, Желаем всего, что только можем видеть, Потому что у нас нет времени на сомнения! И под раскалывающим небо лунным светом Мы пытаемся летать, хотя у нас даже нет крыльев, Готовые пожертвовать ради этого чем угодно!       Стоит ли говорить, что те, кто приставал к ней, желая заполучить её тело, умирали первыми? Они умирали медленно и мучительно, продолжая тянуть к ней свои грязные руки. Они сгорали подобно собранным осеним листьям, а она звонко смеялась, прикрывая рот тыльной стороной ладони.       Она — Падший ангел, что принадлежит самому могущественному демону современности, самому Сатане, Люциферу в человеческом обличье. И она знает это, упиваясь своей неприкосновенностью, из раза в раз заставляя мужчин сходить из-за неё с ума от желания обладать ею. Твои руки мягко отпустили меня, Но даже сейчас я убеждаю себя, Что их тепло остаётся где-то со мной, своим испуганным голосом.       Даже если Его нет рядом с ней, она чувствует Его невидимое присутствие, а в такие моменты ей кажется, что она может услышать запах Его кожи, наполненной привкусом металла, кофе, пламени и пороха. Ей даже кажется, что Он обнимает её, и она может коснуться Его своими руками.       От этих чувств она ещё заливистее смеётся, запрокидывая голову к небу. Он — Падшее Небо, которое позволило и ей свободно упасть, наслаждаясь вкусом полёта…       Жаль, что это её «маленькое развлечение» скоро закончится, и ей придётся вернуться в школу, чтобы, как и всё её новое окружение, надеть маску полнейшей идиотки.       На секунду Падший ангел печалится, с грустью выдыхая, после чего хмыкает и натягивает на алые губы улыбку, полную молчаливого обещания. Выплеснувшиеся из моего тела тени, переведя дух, На некоторое время окрасились красным.       Впереди неё появляется Его фигура. Он, как и всегда, в такие моменты просто неотразим: чёрный выглаженный брючный костюм со стрелками. Оранжевая рубашка с чёрным галстуком и чёрный плащ со стоящим воротником, который достался Ему от основателя Его семьи. Его каштановые волосы, топорщащиеся в разные стороны, мерно развеваются под ветром и взрывными волнами.       Он… улыбается, такой же улыбкой, что и она, протягивая ей свою руку, облачённую в чёрную перчатку. Верно, мы, продолжающие корчиться монстры, Уничтожаем всё, чего касаемся, Потому что у нас нет времени оглядываться назад! И под бледно горящим восточным небом Мы упиваемся воображаемыми иллюзиями, Скрывая ложь глубоко в своём сердце!       Она с радостью за несколько летящих шагов оказывается рядом с ним, хватаясь за предложенную конечность, после чего оказывается в его режущих своей силой собственнических объятьях. Она улыбается ещё шире, ещё счастливее, поднимая свою голову, чтобы встретиться с Его глазами.       В Его глазах отражается сама Бездна, которая каждый раз засасывает её умершую душу в себя. А она и не против, если это позволит им стать одним целым.       Она бы хотела влезть ему под кожу, подобно маленьким иглам. Она бы хотела причинить Ему такую же сладкую томящую боль, что и Он причиняет ей своими прикосновениями.       — Наигралась? — уточнил Его манящий звучный баритон. С недавних пор Его голос стал ломаться, и за этим было довольно забавно наблюдать, а волосы на её загривке в предвкушении топорщились от понимания, что скоро у Него будет такой голос, который будет просто сводить её с ума. Хотя казалось, куда уж больше — Он сам её личный психиатр и причина, по которой она падает ещё ниже, чем раньше.       Ей очень хочется верить, что и она на Него так же влияет. И каждый раз, когда в её умершей душе возникают сомнения, она смотрит в Его завораживающие полыхающие смертельным огнём карие-янтарные глаза с алыми всполохами на дне, где отражаются все Его чувства по отношению к Ней. Мои ноги изъедены беспокойством, Но даже так они не могут перестать двигаться вперёд, Даже когда солнце и луна роняет на меня свою общую тень.       Он хочет обладать Ею как никто другой, и он единственный, кому Она позволяет это делать. Он хочет Её сводящей с ума своим безумием любви, Её обманчиво ласковых прикосновений, Её убивающих его поцелуев. Он хочет касаться Её идеального, хрупкого, отравляющего словно яд тела, которое будто создали специально для него. И он без промедления убьёт любого, кто покусится даже просто подумать о его собственности. О его Падшем ангеле, ведь это он помог Ей раскрыться всему миру, пусть и втайне от их обычной жизни. Он выпустил всю Её суть на волю, где Она как маленький ребёнок может играться с любыми опасными игрушками. Он убережёт Её от полного безрассудства.       Ему плевать, сколько людей вокруг них умирает. Сколько женщин, стариков и детей не увидят больше света. Они виновны в том, что в их городе водились похабные животные, которые хотели развлечься с Ней. Они виновны в том, что увидели его маленькую мёртвую розу.       Он бы с радостью уничтожил и поджёг этот город повторно, а тех пьяных мужиков более вдумчиво расчленил с особым удовольствием, отправляя отрезанные куски кормить рыб. Жаль, что люди умирают лишь один раз… Верно, мы, жаждущие вечности монстры, Стремимся к ней, даже не понимая зачем, Потому что не знаем никакого способа сопротивляться этому! И под раскалывающим небо лунным светом Мы мечтаем, что когда-нибудь сможем взмахнуть своими крыльями И полететь к обжигающему всё вокруг рассвету, — Мы не находим в себе ни капли сомнений!       Алые губы, которые Она накрасила чужой кровью, мягко коснулись его уст. Это не на шутку заводило его даже несмотря на не очень приятный запах смерти и палёной плоти, что витал повсюду.       Она — это полное безумие в чистейшем виде, и Она просто сносит его и так неустойчивую крышу, обвивая его шею испачканными в крови руками.       Он, будущий Король для всего мафиозного мира, так играючи легко попался в Её сети… Ему должно было бы стать стыдно, однако ему на это плевать. Он нашёл ту, что примет его любым. Он нашёл своего маленького ангелочка, который с радостью и присущей только ей безумной страстью согласился пасть вместе с ним.       Он создаст для Неё личный Ад, наполненный доверху всеми Её исполненными желаниями. Он создаст золотую неприкосновенную клетку и оставит маленькую дверку, через которую Она сможет свободно выпорхнуть, чтобы в который раз напомнить миру, кому Она принадлежит.       Даже если Ей всё надоест и Она сбежит от него, он Её найдёт. Перевернёт весь мир, будет пытать до смерти любого, кто хоть мало-мальски с Ней знаком, чтобы знать, где Она прячется.       Хотя он не удивится, если Она устроит ему такую игру, и он не против будет поиграть с Ней. Правда позже он накажет Её, но наказание Ей абсолютно точно понравится… (Твой острый взгляд пристально смотрит из тьмы, Потому что ты унюхал запах проливающейся крови. Твой голос проникает эхом в самую глубину сердец. Завладей всем, давай, завладей всем!)       — Сегодняшняя игра была немного скучной, — немного обиженно ответила она, приникая щекой к Его груди. — Почему они так быстро умирают?       — Потому что у нас пока что мало времени для таких игр, — ответил Он, прижимая её плотнее к себе, чтобы закрыть её от очередного взрыва своим плащом.       Те, кто приближался к ним хотя бы на расстояние пары-тройки метров, падали навзничь с пулевым отверстием в голове. Из-за чего вокруг них образовалась своеобразная неприкасаемая зона, где ровными рядами друг на друге лежали мёртвые люди.       — Ну, когда уже мы сможем нормально поиграть? — в её ласкающем голосе прорезались капризные нотки.       — Скоро, — усмехнулся Он, одаривая её лоб мимолётным поцелуем, — нам пора возвращаться.       Она улыбнулась лучезарной улыбкой и утвердительно кивнула, позволяя увести себя за руку обратно. Туда, где многие наивно считают, что Намимори — это их дом, не понимая, что их дом только рядом друг с другом.       Возле них возникает коридор из живых людей в одинаковых костюмах и в чёрных солнцезащитных очках, которые с почтением склоняют перед ними голову, а чуть впереди возле севшего вертолёта их ожидают Его Хранители.       Она идёт и довольно улыбается, обнимая Его руку. Сегодняшняя их игра ей всё же немного понравилась… Твой голос проникает эхом в самую глубину сердец. Завладей всем, давай, завладей всем!