Это у Вани в крови

Ваня с самого детства привык к, как минимум, двум вещам. Первая — все внимание окружающих должно быть сосредоточено на нем любимом. Вторая — все желаемое он получает по первому требованию. Для достижения этих целей в ход шли совершенно любые средства и он никогда не испытывал мук совести относительно их использования. Ладно, муки совести вообще были не про Ваню, избалованного с самого детства. Он бил мамины горшки, портил отцовские документы, разливал посреди гостиной вишневый сок и, пару раз, даже «совершенно случайно» падал с лестницы. Было больно, но оно того стоило. А все для того, чтобы взрослые отвлеклись от своих занятий и вернулись к нему, Ванечке. Это став старше он понял, что такое личное пространство, дал немного отдыха родителям и начал закрывать двери в комнату. До этого же все внимание, весь интерес и вся забота должны были круглосуточно вертеться вокруг него. В психологию этого явления Ваня никогда не влезал, но и сейчас частенько прибегал к старым методам, если что-то шло не так, как ему хотелось. С появлением в их доме второй партии Ивановых, все, буквально все начало идти не так, как ему хотелось. Его биологические родители оказались очень даже ничего, как на вкус Вани. Сколько бы там батя не корчил рож, с ними было хотя бы нескучно и всегда было над чем поржать. Конечно, бухал папа Леша зря, но, с другой стороны, Ваня и тут, кажется, пошел в него со своей страстью стащить чего-нибудь из отцовского бара и притащить на очередную пати. В одиночестве он, конечно, не пил. Ну, а пиво не считается, если уж на то пошло. Новая мама была тоже ничего такая дама. Немного замкнутая и говорить с ней было сложнее, чем с мамой первой или как там их теперь делить, но, в целом, Ваню устраивал дополнительный комплект родителей и дополнительная порция внимания. Вернее устраивала бы, если бы не новый… брат? Ну уж нет, в голове Вани этот парень братом никак не являлся. Да и с какой бы радости, интересно? Родители — тема одна. Вырастили, воспитали, все дела. Но этот совершенно левый парень, с которым он теперь обязан был не только делить комнату, но еще и родителей?! Левый парень, который, если уж на то пошло, всячески тащил одеяло на себя, сам того не ведая. Вот Данечка пятерку принес из школы. Вот Данечка помог настроить роутер. Вот Данечка папе галстук завязал. Вот Данечка взломал сайт Пентагона и спас всех нас, а также Северную Корею и Доминикану впридачу, потому что маме Полине очень уж понравилось там отдыхать. Данечка хороший, добрый мальчик. И с ребятами он не дерется. В девять уже дома, как и до девяти, впрочем. И пиво не пьет и даже не пробовал! Сигареты? Боже упаси, Данечка не будет гробить свое здоровье, Данечка бережет генофонд великого дома Ивановых, к которым Ваня, по всей видимости, больше не относился. И даже если еще месяц назад он стебал мещанский вычурный герб на стене, теперь все чаще тоскливо поглядывал на него. Этот сраный Данечка отберет у него все подчистую. И внимание, которым Ваня так дорожил, и возможности, что маячили благодаря отцовскому баблу, и были такими радужными. И если поначалу Ваня делал все, чтобы буквально сжить Данилу со свету, то спустя несколько недель все изменилось. Он как раз лежал на животе на своей кровати, пытаясь пройти очередной уровень в мобильной игре, когда в комнату вошел Даня. Где-то боковым зрением, третьим своим глазом, не увлеченным происходящим на экране новенького айфона, Ваня уловил, что этот маленький гаденыш скользнул взглядом по лежащему на кровати «братцу» и быстро этот самый взгляд отвел, то ли смутившись, то ли даже испугавшись, потому что он в следующий миг чуть не выронил стопку книг, которую тащил из отцовской библиотеки в свою нору, которую создал в углу его, Вани, комнаты. И кто вообще в семнадцатом году использовал сраные книги? Нет, ну Ваня не был совсем уж тупым и книжки он тоже читал. Особенно в детстве. Но серьезно, тут был лучший в городе вай-фай и безлимитный доступ ко всем ресурсам, а этот ботан все рылся между страницами. Да там же даже поиск по книге нельзя было включить! Как вообще там нужную информацию находили в прошлом веке? Но взгляд Ваня видел. И разрази его гром, если ему показалось. Поставив игру на паузу, он неспешно, медленно так, даже эротично, перевернулся на спину, потянулся, прогибаясь в пояснице, и сначала задрал футболку, проводя пальцами по животу, а затем развел ноги и снова свел их, всем видом выражая, что ему просто скучно. Сработало! Данечка, образцово-показательный член общества, весь из себя духовно-скрепный, снова стрельнул в его сторону глазами и уткнулся, в буквальном смысле засунул нос в книгу, прячась за нею от взгляда Вани. — Восхитительно, — промурлыкал Ваня, чувствуя себя так, словно сорвал Джекпот. — Что? — буркнул Даня, все еще не высовывая носа из-за толстенной книги и ерзая на стуле. — Я прошел уровень, — ложь, — который давно не мог пройти. Хотел даже у тебя попросить помощи, ты же наверняка в игры круто рубишься. Но решил не отвлекать тебя, ты же такой занятой, братуха. Ваня, вспоминая давно забытые занятия танцами, изящно соскользнул с кровати, не поправляя задравшиеся шорты, и направился к Дане, словно между делом касаясь его плеча, чтобы немного отодвинуть того вместе с компьютерным стулом и занять свое место рядом. Сработало! Даня чуточку напрягся от прикосновения и повернул голову в сторону Вани. Если бы не тусклый свет от монитора, Ваня наверняка заметил бы легкий румянец на щеках своего нового брата. — Обращайся, если что. Постараюсь помочь. Я не часто играю, но там обязательно есть алгоритм и если его понять, то без труда можно пройти даже самый сложный уровень. Я как-то изучал этот вопрос… Даня продолжил умничать, чем безмерно раздражал Ваню все эти недели, но только не сейчас. Сейчас Ваня смотрел на него с теплой, немного смущенной (о, и школа актерского мастерства тоже не прошла даром) улыбкой, наклонив голову и кивая время от времени, чтобы Даня думал, что его слушают. В голове Вани зрел восхитительный, гениальный план, которому мировая история не знала равных! Пункт первый: в то время как Данечка получает внимание всех вокруг, Ваня завладеет его вниманием. Целиком и полностью. Сделает так, чтобы этот заносчивый нудный ботаник слюни пускал каждый раз, когда Ваня будет входить в комнату. Чтобы сбивался с дыхания. Чтобы забывал предыдущую фразу. Чтобы мямлил, заикался и резво забывал о том, что он тут самый умный и в любой ситуации и с любым человеком находит, как выпендриться своими скучными, никому не нужными знаниями в астрономии… Астрономия же это не гороскопы, верно? Хотя этот придурок и гороскопы поди наизусть запоминает, чтобы потом умничать. Или в основах ядерной физики. Или в том, какая глупая монетка в какой стране вышла в каком году. Или что известная (всем, конечно, кроме Вани) картина, на самом деле была написана не Петровым Петром, а Козловым Козлом. Ой. Пункт второй: заполучить Данечку в свое безраздельное пользование, выжать из него по максимуму себе пятерки за семестр, любовь родственников и их внимание, а еще признание от него самого. Любовь-любовь, она творит с людьми невообразимое! И еще, безусловно, похоть. А судя по этим бегающим глазкам, в голове Данилы при взгляде на Ваню если и складывались какие формулы, то точно не из книг по физике, а скорее из древних писаний с картинками. И когда этот высокомерный занудный девственник падет ниц, приговаривая, что лучше Вани свет еще никого не рожал, тот сообщит ему, что, вообще-то, натурал, и понятия не имеет, с какой это радости Даня себе что-то накрутил. Тот будет разбит и морально уничтожен, утрет мордочку лапкой и соберет свои убогие унылые шмотки, заняв почетное место Вани в Суворовском училище. Там, знаете ли, армия, горячие точки… Или холодные, где-нибудь в Сибири. А там и лавина, месяц траура, и все. Все внимание, весь дом, слуги, машины и светлое будущее снова будет принадлежать ему одному. — Блестяще, — выдохнул Ваня, довольный собой, как никогда. Глаза Дани от такой похвалы только загорелись, он даже отложил книгу и полностью уже повернулся к Ване, распуская свои очень-очень скудные перья молодого занудного павлина. — Правда? Удивительно, что тебе это интересно, но тогда я могу рассказать еще о том, что…