Бодроперцовый Зельевар

      12 октября 1994 года Северус подошел к трупам Сириуса и Ремуса, и удовлетворенно сплюнул. – Жаль, конечно, что не я прибил Джеймса, - сообщил он им, - но зато я жив, а он мертв! Однажды я буду трахать Лили, а он вертеться в могиле! Испытанный прием — ударить в спины тем, кто тебе доверяет — не подвел и в этот раз. – Возможно, вам станет легче, - продолжил общение с трупами Снейп, - что скоро вся ваша компания будет в могилах, после того, как я прибью Петтигрю. Карта ваша у меня и слушается, сын Джеймса мне доверяет, одну твою кузину, Сириус, я уже поимел, и поимею еще одну, и еще твою племянницу! Надо было еще что-то сообщить Ремусу, но Северус так и не придумал, что. Просто еще раз сплюнул и приступил к трансфигурации трупов. Теперь предстояло самое веселое — обратиться в Сириуса и отправиться к особняку Риддлов. – Жалкая крыса! - орал Северус на все кладбище. – Пощади! - не менее громко орал Питер в ответ. Самым смешным было то, что оба орали, чтобы привлечь внимание Волдеморта. Петтигрю рассчитывал на спасение, Северусу же нужен был свидетель, причем именно в лице младенца-Лорда. Еще в шоу не хватало Нагини, но крики сделали свое дело. – Фиендфайр! - ударил Северус-Сириус, крутнувшись на месте. Якобы заметил змею в последний момент, но на самом деле он готовился именно к этому моменту. Змея-крестраж горела и корчилась в Адском Пламени, а Северус уже наносил удар по Питеру. Оглушил и аппарировал прочь, чтобы добить вне поля зрения младенца-Лорда. Ну и еще потому, что Оборотка должна была спасть с секунды на секунду. – Повелитель! - кричал Северус, уже в родном облике, быстро бегая по особняку Риддлов. Не прошло и минуты, как он нанес удар по Нагини, и за окнами особняка все еще полыхало пламя. – Я успел! - закричал он, увидев младенца. - Хвала вам! – Ты опоздал! - заорал младенец. – Я же успел... спасти вас..., - растерянно ответил Северус. - Я подслушал разговор в Ордене, эти два остолопа, Сириус и Ремус, как-то прознали о Петтигрю и собирались отомстить. Я поспешил к вам сразу же и успел спасти вас! Попутно он вбросил неявный намек на предательство Барти-Грюма, ну кто бы еще знал, где сейчас Лорд? Разумеется, сейчас Волдеморт этого не осознал, а потом... потом будет уже поздно. Второй частью действа, уже в Хогвартсе, Северус закроет все проблемы и вопросы. – Здесь был Сириус, - взгляд младенца буравил Северуса. Легилименция, о да, ну что тут можно было сказать? Волдеморт и в лучшие свои года был слабоват против Дамблдора, а уж младенцем так вообще. – Петтигрю забрали, а Нагини сожгли! - в голосе младенца появились сердито-истеричные нотки. – Повелитель, я как чувствовал, - тут же склонился в поклоне Северус. – Что? – Я подготовил вам надежное убежище! Там, где вас никто не будет искать, и где вы будете окружены верными и преданными слугами! – И где же это? – В Хогвартсе! - горделиво воскликнул Снейп. Разумеется, ему пришлось все объяснить, и, разумеется, Северус с этим справился. Сместил акценты, вывернул, подправил, и попутно обвинил Амбридж (считай Министерство) в сговоре с Дамблдором. Разумеется, Барти-Грюм докладывал младенцу-Лорду о делах в Хогвартсе, но вряд ли ежедневно, так что Северус выкрутился и тут. Пообещал, что обязательно все расскажет Барти и предъявит ему Лорда, когда они прибудут в Хогвартс, ибо здесь оставаться опасно — мало ли что там мог рассказать Питер? Этот аргумент оказался решающим — личные свойства Петтигрю Волдеморт представлял отлично. – По...По... Повелитель! - закричала Белла восторженно. Северус стоял чуть в сторонке, ощущая, как закрываются уставшие глаза, и с легкой улыбкой наблюдал за сценой встречи. Сломать фанатичную преданность Беллы было нелегко, Азкабан тому примером, и поэтому Северус не стал мочиться против ветра. Чуть сместить акценты, температурный режим, немного иначе подготовить ингредиенты, и зелье внезапно резко улучшится! Так и Снейп решил просто перевести эту любовь в материнскую, разбудить инстинкт, который сыграет при виде младенца-Лорда. Для этого он штудировал учебники колдомедицины, менял состав лечебных зелий, обрабатывал Беллу — чтобы она не просто восстановила силы и излечилась, а расцвела, как женщина. Своих детей у нее еще не было, так что младенец должен был сработать вдвое эффективнее. Свою роль, конечно же, сыграли и заклинания, и зелья, грудь Беллы, тугая и налитая, была наполнена молоком, пускай Лестрейндж об этом и не подозревала. Но инстинкты — это инстинкты, и сейчас младенец хотел жрать, а Нагини с ее молочком рядом уже не было. Эту уловку Северусу подсказало опять же знание будущего, и желание заполучить Беллатрису — не как женщину, разумеется, а как опытного мага-боевика, сведущего в темных искусствах. Все сходилось просто идеально, и доказательство было тут же предъявлено Северусу. Тяжелое, увесистое доказательство, с оттопыренным соском, из которого уже подтекало молоко. Можно было прямо сказать, что Белла взмокла при виде Лорда, только теперь это намокание было иного свойства. – Я готова кормить вас, мой Лорд, хоть сутки напролет, - просюсюкала Белла. Она посмотрела на Северуса счастливо, ничуть не стыдясь сцены кормления, и Снейп улыбнулся ободряюще в ответ. Похоже, сработало, подумал он, теперь надо было реализовать вторую часть — что он, зря вливал в Беллу Лилиборотку? - и закрепить привязку. Впрочем, это терпело и могло подождать, никуда они не денутся из Тайной Комнаты, дальше в ход пойдет Дамблдор, который, конечно же, не замедлит вернуться в Хогвартс, после событий сегодняшней ночи. – Дора! Дора! - отчаянно и громко шептал Северус. Нелюбовь к своему имени — Нимфадора — Тонкс обозначила еще во время той вылазки за Ноттом, и тогда это помнится порадовало Снейпа. Любовь к отверженным, противопоставление обществу, постоянные упоминания о своей неуклюжести, застенчивость — это подало ему новую идею. Не просто убрать Барти-Грюма со сцены, а с тройной пользой. – Что? - выглянула сонная, полуодетая Тонкс, и сердце Снейпа забилось так, словно он пробежал десяток километров. Усилием воли отогнав непрошенные мысли, он наклонился и зашептал. – Ты нужна мне! Быстрее! Только ты сможешь помочь! – Да в чем дело-то? - встревожилась Нимфадора. – Грюм не тот, за кого себя выдает! - трагическим тоном прошептал Северус. Дальше он пустил в ход заготовку, якобы он делал обход школы и совершенно случайно заметил Грюма, когда тот лез в кладовку с ингредиентами для зелий. И выбрал ингредиенты для Оборотного, плюс Снейп, дескать, исхитрился после этого столкнуться, якобы случайно, в коридоре с Грюмом, пожаловался на жажду, и, в общем, учуял, что от фляжки несет Оборотным. Фляжку эту Аластор всегда носил с собой, пил только из нее, что, в общем-то, никого не удивляло — паранойя и бдительность Грюма были общеизвестны. – Не может быть! - воскликнула Нимфадора. - Это какая-то ошибка! – А если нет? Ты — его ученица, тебя он подпустит ближе! – И что? – Оглушишь его, а потом подождем! Если Оборотка не спадет, значит, это настоящий Грюм, и он уж точно одобрит нашу бдительность! – Нет, нет, - замотала головой Тонкс, - я не смогу! Я неуклюжая! – Тогда, давай я, - сделал вид, что задумался, предложил Северус. Вроде как оказывает услугу Доре, непонятно было, сработает это в будущем или нет, но не помешает, точно. – Ты, главное, отвлеки его на секунду, а я ударю. Оглушу и посмотрим! Грюма не было у себя, и это было неудивительно, так как до этого Северус связался с ним и попросил проследовать в район теплиц, для «срочного разговора» вне школы. Нимфадора, тем не менее, сильно встревожилась и теперь кидала на Северуса взгляды. – Возможно, я был неосторожен, - признал Снейп, - и насторожил его чем-то. – Настоящий Грюм не стал бы сбегать, - нахмурилась Тонкс. Разумеется, едва Барти-Грюм ушел, как Северус ворвался к нему в кабинет, подкинул парочку фальшивых улик и изъял настоящую — то есть настоящего Грюма. Перекидываться в него он не собирался, но и оставлять в живых тоже, хватит, насмотрелся уже в будущем на этого параноика. – Возможно, он просто ушел куда-то? Еще раз проверить систему охраны? – Тогда пойдем искать, - предложил Северус. Тонкс еще предложила разбудить других профессоров, и Северус, разумеется, согласился, ибо это отвечало его планам. Расчетное время должно было вот-вот наступить, и Снейп еще раз уверился, что его план правильный, ибо с Грюмом они столкнулись у входа в Большой Зал, причем за секунду до того, как с него слетела Оборотка. – Ступефай! – Петрификус Тоталус! Барти-Грюм еще успел отбить заклинания Нимфадора и Минервы, но против Снейпа оплошал. – Силенцио! - сразу заткнул ему рот Снейп, пояснив остальным. - Мало ли какое заклинание применит? – Это же Крауч-младший! - ахнула Минерва. - Он же мертв! Барти корчился молча, бросая злобные взгляды в сторону Северуса, который, разумеется, не собирался снимать заклинание тишины. Требовалось подождать совсем чуть-чуть... из губ Барти полезла пена, его забило в корчах, и пару секунд спустя он был мертв. Очень вредно доверять снабжение себя зельями зельевару, который втайне использует тебя же для своих планов. Ослабленная Оборотка, с отсроченным ядом, все сработало идеально, как и положено у хорошего зельевара. – Фанатики, - пробормотал Северус, словно про себя, подкидывая версию случившегося. Сейчас они проверят, куда ходил Грюм, и найдут разгромленные теплицы, мертвого Флитвика, со следами пыток, и следы гоблинов. Чуть позже, уже, когда начнутся занятия, обнаружат Сивиллу, со следами аналогичных пыток. Трахать ее напоследок Северус не стал, просто убил без гнева и сожалений. Пророк сделал свое дело, пророк лучше послужит делу мертвым. – Но как же это? - тихо пробормотала Нимфадора. - Как мы все не заметили? – Вряд ли все, - тихо заметил Северус, - Дамблдор знает всё, что происходит в Хогвартсе. Глаза Нимфадоры расширились. Теперь оставалось только подпитать подозрение парочкой историй, например, про Мародеров в Ордене и их друга, Петтигрю-Пожирателя, и тем закрепить нужную мысль, что Дамблдор — гад, Орден сотрудничает с Пожирателями, и так далее. В общем, все шло по плану.