MadMix

Пальцы Дерека ловко скользили по струнам, раз за разом меняя аккорды так же ловко, как и слова в своей новой песне. Притопывая в такт музыке, парнишка то и дело вскидывал голову, «играя» со своей прилично отросшей челкой. Девочка за барабанами громко подпевала припев в микрофон, мимолетом с обожанием наблюдая за увлеченным песней братом. И все было бы на высшем уровне, если бы у Дерека и Коры на то время хотя бы все молочные зубы выпали. — Дерек, зайка моя, ты хорошо поешь, — бабуля Хейл погладила внука по голове. — Но давай уже Стайлз расскажет свой стишок?  — Но я написал тебе на день рождения эту песню, — обижено рыкнул слишком юный для отказов оборотень и цокнул зубами.  — Иди ко мне, я дам тебе печенечк…  — Нет! — обиженная творческая душа бросила свою гитару в стену. — Больше никогда не буду петь. И ты в этом виноват, Стайлз! Шестилетка с измятым листочком в руках стоял у стены и уже не знал, куда ему и деваться после таких слов Дерека. Стайлз сглотнул и посмотрел на виновницу семейного торжества. Та лишь растеряно смотрела в ответ. Дерек был вспыльчивым ребенком. А еще прилично избалованным своим дядей. — Дерек, не обижай моего крестника! — Талия с опозданием среагировала на конфликт, вернувшись в гостиную с горячим, только-только из духовки печеночным пирогом. — А ты только за него и вступаешься. Твой ребенок ушел один на улицу. А уже темно, — Питер снял с колен салфетку и ушел за Дереком, прихватив со стола апельсин, чтобы задобрить капризного творца.  — У вас крайне интересная история, мистер Хейл, — журналистка перебросила ногу на ногу и шаблонно улыбнулась мужчине. Дерек же уверенно сидел в кожаном кресле, устроив руки на подлокотниках. — Что в ней такого особенного? — Хейл категорично покачал головой из стороны в сторону. — Если вы сейчас спросите снова о том, действительно ли истинного поэта судьба выращивает на постоянной душевной боли… Я скажу, что, возможно, да. Но не в моем случае.  — Смело, учитывая вашу биогр… — Мы не говорим о моей семье. Это не для эфира, — Хейл так же ловко повторил движение собеседницы, закинув ногу на ногу, и мельком глянул на режиссера. Стайлз коротко кивнул Дереку, после сделав отметки в своем блокноте.  — Но, Дерек, ваш супруг курирует большинство крупных проектов на нашем телеканале. Неужели и для нас не будет эксклюзива? Что заставило такого талантливого актера, как вы, запеть?  — Скажем там, я переосмыслил роль одного человека в своей жизни. И эта падла наконец-то извинилась. Да, детка? — Хейл вновь повернулся к режиссерскому стулу. — Это не для эфира! — Стайлз фыркнул и покачал головой, вновь делая пометки в своем журнале. Черт бы побрал тот костер из старых воспоминаний, который они недавно устроили.