Авантюристы.

Мэлис проснулась в своей комнате как обычно на рассвете, за час от общей побудки. Не спеша убрала волосы в прическу, отгладила ученическую мантию и собрала нужные для сегодняшних уроков книги. Идти на занятия очень не хотелось, но и прогулять было нельзя, иначе наставница всю душу вынет своими лекциями про ответственность. Она в последний раз все проверила и глубоко вздохнув, вышла в общий коридор. Ноги привычно понесли в аудиторию, находившуюся в соседнем здании. Дорожка петляла между цветочных клумб, вверху шумели кронами высокие деревья, и в целом атмосфера была умиротворяющей, только вот с каждым шагом Мэлис начинала беспокоиться все больше. Неприятное давящее чувство разрасталось в груди, мешая нормально дышать. В аудитории все уже собрались, обернувшись, как только Мэлис переступила порог. Молодые солнечные эльфы смотрели на нее кто с жалостью, кто с плохо скрываемым превосходством. И это задевало. — Ну что стоим? — раздался над головой властный женский голос. Наставница подошла вплотную, сверху вниз посмотрев на девушку, и Мэлис почувствовала, как подкашиваются ноги. — Стоять столбом — это единственное что у тебя прекрасно выходит, — сказала эльфийка в шелковой мантии архимага. — Но этот навык из тебя нормального мага не сделает. Из тебя вообще ничего нормального мага не сделает. Мэлис опустила глаза, разглядывая носки собственных сапог. Нужно было просто переждать. Рано или поздно этот кошмар закончится. Но как бы девушка не старалась угодить преподавателю у нее даже самое простое заклинание не выходило. Все эти схемы, алхимические круги никак не хотели помещаться в голову. Каждый раз, когда наставница начинала рассказывать о построении какого-нибудь заклинания, взгляд дроу как магнитом притягивало соседнее здание за окном, где практиковали лекари. На открытой террасе проходили уроки целительского мастерства, тихо, спокойно, без всяких опасных взрывов и уничтожения, призванных из другого мира импов. — Никогда, слышишь? Никогда член нашего дома не станет каким-то занюханным лекарем! — Наставница хлопнула открытой ладонью по столу. — Это позор для нашей семьи! Все в нашем роду были и будут магами высшей категории, один ты бездарность! Мэлис как холодной водой окатило. Зачем она сказала матери о своем желании стать лекарем? Это была глубочайшая ошибка в ее жизни. Уши предательски полыхали пока наставница холодным, как нож голосом отчитывала дроу. И каждое слово плетью оставляло в душе глубокие рубцы. — Полы мыть будешь до конца жизни! С этим-то у тебя проблем нет надеюсь? Тело Мэлис словно цепенело от слов наставницы. К горлу подымался твёрдый ком. Она еле сдерживала дрожь в руках, держась за учебник, и чувствовала, что может сорваться в любую минуту. И тут — опять, словно издёвка с её уст. Девушка сорвалась с места и стрелой выбежала из аудитории, глядя только перед собой и стараясь не думать о вопросительных взглядах мимо проходящих. То ли ноги сами её понесли, то ли она сознательно сорвалась, Мэлис уже не понимала. Отпустило ее только за городской стеной, когда девушка выбилась из сил и запнулась за неудачно подвернувшийся под ноги корень, еще и больно ударившись локтем при падении. Когда дроу подняла голову то увидела молодого темноволосого эльфа в светлой мантии. Он сидел под деревом, обхватив руками коленки и уткнувшись в руки лицом. Мэлис медленно поднялась и подошла ближе. Эльф казался ей смутно знакомым. Она вдруг заметила, что он тоже забил правый локоть. Девушка присела перед ним на колени и осторожно провела рукой по тёмным волосам. — Релон. Беглец вздрогнул, подняв на девушку заплаканные янтарные глаза. — Нет, — он шмыгнул носом, — я Аннатилион из дома Меридиайя. А кто такой Релон? Мэлис проморгалась и отстранилась. Затем глянула на свои руки, худые и бледные. Всё было таким знакомым и чуждым в одно и то же время. — Что ты здесь делаешь, Аннатилион? — А я… убежал, — он тоже моргнул, словно пытался прогнать видение. — Подожди-ка. Эльф поднялся, заново осматриваясь вокруг, потер ладонями лицо. — Это уже не смешно. — Он всмотрелся в лицо нашедшей его девушки. — А тебя как зовут? — Мэлис, — ей как сквозь сон подсказало сознание. — Мэлис? — Уточнил солнечный эльф. — Что ты тут делаешь? Это же мой кошмар. Реальность немного смазалась, вернув девушке ее настоящие руки. Вместе с этим все её эмоции — страх, стыд, страх, неуверенность в себе — всё сменилось лишь на гнев. — Я здесь, чтобы надрать этой барсучке задницу! — она сорвалась с места, направившись обратно к зданию академии. — Стой! — Эльф побежал следом, буквально повиснув на руке иллитири. — Она тебя размажет по стенке, а меня потом вообще в подвале запрут! Она страшная женщина, ты не понимаешь! — Не страшнее моей мамки, — фыркнула иллитири, вырываясь из хватки юноши. Он снова запнулся, растянувшись на дорожке во весь рост. — А я ведь даже помочь тебе ничем не смогу, — парень не спешил подниматься, пряча взгляд за рукавами. — Потому что не умею. У Мэлис в мыслях не было брать этого плаксу с собой, но сейчас почему-то ей показалось это важным. Она заставила его подняться на ноги и встряхнула хорошенько. — Да плевать! — она усмехнулась. — Тебе и не нужно ничего уметь! Скажи, что ты хочешь с ней сделать? — Ничего не хочу, — эльф потер виски, собираясь с мыслями. — Подожди, говорю, не спеши. Я пытаюсь понять, что вообще происходит. Почему мы тут вместе оказались? — Откуда мне знать? Я тут никогда не была. Давай просто пойдём и убьём её! — А помнишь, тебе тоже кошмары снятся, давно это с тобой? — Релон наконец стал собой, таким каким Мэлис его и знала всегда. Дроу заупрямилась. — Это не твоё дело. Что ты опять начал нудить? — А то что если твое присутствие здесь это не совпадение, значит мы в большей опасности, чем казалось сначала, — он пощелкал пальцами проверяя что-то. — И та тварь, что питается твоими кошмарами это не моя наставница, ты же ее не боишься? — Да я вообще ничего не боюсь, — самодовольно заявила иллитири. — Погоди. Что значит — в опасности? — Мы можем отсюда не выбраться, — эльф задумчиво посмотрел в неестественно синее небо. — Тебе что самое страшное снилось? — Я не собираюсь об этом рассказывать, — дружелюбность Мэлис улетучивалась с каждым новым вопросом. — Хорошо, — поднял руки целитель, — тогда можешь пойти и убить, кого пожелаешь. Если что я жду тебя тут, если ты, конечно, сможешь найти обратную дорогу, сны коварны. О возможности заблудиться дроу не подумала. Тем более во сне. Если в реальности она могла бы найти путь назад даже случайно, здесь такая вероятность была крайне мала. Мэлис подбодрила себя и всё же решила вернуться в академию. После нескольких шагов — она не считала, но, может, около десяти — она оказалась у входа в пещеру. Дроу обернулась назад. Лекарь был на том же расстоянии, что и прежде. — Ты что, ходишь за мной? — Ты же никуда не идешь, — усмехнулся Релон. Мэлис рыкнула и побежала. Но как бы она ни старалась свернуть к лесу, к свету, дорожка под её ногами всегда сворачивала к той пещере. Мэлис всё же решилась и ступила во тьму. Следующим шагом она из неё вышла, и оказалась в знакомом роскошном парадном. Очень хорошо знакомом. — О нет. Она повернулась, оттолкнула Релона и распахнула входную дверь, и увидела тот же холл. — Чёрт! — Успокойся, нам твои истерики не помогут, — проговорил целитель, снова пощелкав пальцами. На этот раз у него получилось создать маленький шарик света. — Зато я, кажется, разобрался как тут все работает. — Что ты понял? — раздражённо спросила дроу, сердито глядя на эльфа красными глазищами. — Как магия работает понял, — вздрогнув, ответил лекарь, — по крайней мере моя. — Что бы за кошмар это ни был, мы будем сидеть здесь и… Перебил эльфийку звук быстрых шагов. Она тут же схватила целителя за запястье и спряталась с ним в ближайшую комнату, что оказалась всего в нескольких шагах. Как только звук утих, он появился уже с их стороны, так что эльфам пришлось выйти и перепрятаться. Так несколько перебежек привели их в зал совещаний. Две редкой красоты эльфийки сидели за роскошным столом, о чём-то довольно перешептываясь. — Мэлис! — резкий голос заставил девушку стать ровно, застыть на месте, смыл всякое выражение с её лица. Она выглядела спокойно и уверенно. Матрона, окликнувшая её, подошла на расстояние вытянутой руки и осмотрела её. — Мигом к себе, приведи себя в порядок и возвращайся. Я расскажу о следующем шаге. Не успеешь — будешь в первых рядах, вместе с мужчинами. А теперь исчезла. Девушка развернулась и быстрым шагом направилась в свои покои, словно позабыв о том, что это не сон. Целитель тенью следовал за ней, даже не перебирая ногами, просто скользил над полом как призрак. При переходе в свои покои одежда Мэлис сменилась на лёгкую, прочную броню с множеством паучьих символов, а на поясе висели два роскошных адамантиновых клинка. Она сняла пивафви и верхнюю часть брони, оставшись в одной рубахе, подошла к зеркалу и присмотрелась к лицу. Видимо этот фингал, о котором она почти позабыла, так злил её матушку… Со стороны кровати донёсся подозрительный шорох. Мэлис резко обернулась и прислушалась, но ничего не услышала. — Рикон, не время для игр, — устало вздохнула девушка, тщательно обрабатывая синяк на лице мазью. Целитель теперь смог заметить сидящего на кровати дровского мужчину. Он не был в броне. — Я ждал целые сутки! — Не ври, — беззлобно огрызнулась Мэлис. — Ты не вовремя. Сегодня мы снова идём на Ва’аншинт. — Я сейчас обижусь и всё им расскажу, — улыбнулся дроу. Девушка закатила глаза и подошла к мужчине, позволяя заключить себя в объятия. — Ты был бы ужасным шпионом… — она, наконец, позволила себе улыбнуться. — Зато я отличный любовник, — позитивно заметил иллитири. Мэлис потрепала его волосы — такие же белоснежные, как и её. — Иначе ты бы давно кормил драуков. — Ну ты же не дашь меня в обиду? — усмехнулся мужчина, прячась под одеялами. Мэлис быстро одёрнула первое покрывало. Рикон был там, с огромной улыбкой до ушей и мёртвыми глазами — от чего по спине эльфийки пробежали мурашки. Она быстро укрыла его обратно, но сверху появился другой эльф. Его лицо было настолько изуродовано, что девушке стоило большого труда его узнать. Она укрыла и его. С каждым новым любовником, пострадавшим из-за неё, Мэлис всё больше теряла контроль над собой. Но тут появилось десятое, совсем юное: пареньку было лет пятнадцать. Но его лице застыло удивление и страх. Эльфийка склонилась над кроватью и в заботливом движении провела ладонью по его лбу. — Тебя здесь не должно быть, Эззе, — тихо произнесла она. — Это сон, Мэлис, — Релон осторожно коснулся ее плеча. — Помнишь, зачем мы здесь? Целитель мгновенно был откинут к стенке и к ней же грубо прижат. — Как ты вошёл? — также он обнаружил у своего горла холодную сталь. Мэлис смотрела не мигая. — Как фея, из радуги образовался, — огрызнулся лекарь. — Вспоминай, давай, мы встретились в эльфийском городе, потом тут оказались. Ищем твоего кошмарника. Эльфийка успокоилась и убрала кинжал. — Да, точно… Она вдруг обернулась к кровати, но там уже никого и ничего не было. — Уходим отсюда. Они вышли в узкий, запутанный коридор и стали красться. Мэлис понятия не имела куда они идут, потому что знакомые ей пути сон запутывал, заставив потеряться. Дроу, устав блуждать, устав удерживать в голове информацию о том, что это искусственные кошмары, просто стала открывать каждую дверь и проверять, которая из них — выход. Когда она коснулась очередной ручки, то услышала за дверью болезненный вскрик. Эльфийка вздрогнула. Её рука так и замерла, не повернув ручку. Потом Мэлис пришла в себя и направилась к следующей двери. — Нет, так мы ничего не найдем, — Релон ее остановил, развернув за плечи к себе лицом. — Нужно идти туда, где тебе страшнее всего, понимаешь? И помни что это все пространство, оно не настоящее. И я с тобой. Мэлис враждебно на него посмотрела. — Предпочту остаться здесь навсегда, даже если придётся слушать твоё ворчание. Но туда, — последнее слово она выделила особой интонацией, — мы не войдём. — Посмотрим, — эльф вернулся к той двери и распахнул её, смело шагнув за порог. — Стой! Релон находился в помещении, похожем на зал для тренировок. На дальней стенке висело разнообразное оружие: от простых кинжальчиков до шипастых плетей и мини-арбалетов. Рядом же он увидел две стройные женские фигуры, которые ранее находились в зале совещаний. Их волосы были собраны в сложные прически, а одеяния были роскошны, как у самой матроны. Одна из них замахнулась плетью, на конце которой угрожающе шипели змеиные головы, и звонко ударила по чему-то перед собой. Мэлис услышала свой голос и вздрогнула. Когда целитель обошёл эльфиек, он увидел её, на коленях, со скованными магией руками и в таком же дорогом одеянии, но порванном замаранном кровью. — Ты позволяешь слугам смотреть тебе в глаза — и матушка очень сердится по этому поводу, — произнесла одна из стоящих. — Над нами смеются все вышестоящие, — вздохнула вторая, не столько заботясь о своей роли в побоях, сколько наслаждаясь беседой с сестрой. — Да что там, и нижестоящие Дома тоже об этом знают. Всё знают! Мэлис получила ещё два удара. Змеиные головы успевали впиться в кожу, и некоторые отхватывали кусочки плоти. — И этот мелкий, лопоухий — помнишь его? — обратилась старшая к собеседнице. Та кивнула. — Он совсем борзый стал. И дело даже не в глазах. Она вновь вылила всю свою злость на младшую сестру, которая теперь была не в состоянии и на коленях стоять. Это разозлило женщину ещё больше. Плеть обвернулась вокруг шеи иллитири, заставив обратно подняться и схватиться за неё в попытке высвободиться. Пока Мэлис ловила ртом воздух, вторая сестра лениво, но совестно наносила удары. На спине эльфийки не оставалось живого места. — Это все иллюзия, — Релон встал напротив Мэлис и коснулся кончиками пальцев ее лица. Вторая голова змеи впилась в его запястье и тут же сгорела, не оставив и следа от укуса. — Ты сейчас спишь на корабле, в полной безопасности, — его спокойный голос успокаивал, обладая какой-то особой магией. Мэлис ослабила хватку, но почувствовала ещё большую нехватку кислорода, и её глаза стали закрываться. — У кого-то слишком богатое воображение, — проворчал целитель и коснулся сковавшей шею девушки змеиной головы. Та разлетелась на сотню маленьких светлячков. — Сколько раз мне еще повторять, что это все иллюзия? Дроу уперлась руками о пол и откашлялась. Плети больше её не касались, и Мэлис наконец узнала эльфа перед ней. — Что ты здесь делаешь?.. — Пытаюсь понять, как победить твоего кошмарника! — Всплеснул руками целитель. — У тебя тут, я смотрю, вообще обширная развлекательная программа с ним. Мэлис обернулась, слыша за своей спиной шорох. При виде сестёр она словно окаменела. А прекрасные дроу, видя как целитель влияет на их жертву, зашипели на него. — Я не с вами разговариваю! — строго посмотрел на женщин Релон, за руку оттаскивая подругу и задвигая ее себе за спину. — Вы вообще права на существование не имеете. Мэлис зажмурилась, но ничего не почувствовала. Только услышала, как плети глухо ударились обо что-то над ней. Приоткрыв один глаз, она увидела золотой отсвет магического щита. Эльфийки остервенело махали оружием, пытаясь пробиться, пробовали магию, но проделать даже трещинку в защите целителя им не удавалось. Мэлис наконец перестала сутулиться и выглянула из-за плеча лекаря, наблюдая за напрасными попытками иллитири. — Видишь, даже я могу с ними справиться, — проворчал Релон, радуясь, что во сне у щита нет никакого лимита по времени. — Давай, хватит сопли размазывать. Мэлис бросилась к стенду с оружием, схватила арбалет, зарядила его и выстрелила. Стрелы были учебные, без яда, и девушка прекрасно помнила, что одним этим их не убить. В ход пошли простой кнут и кинжал. Эльфийка на удивление легко справилась с обеими сёстрами, отобрав их оружие и перерезав их глотки. — Прекрасно, а теперь нужно найти кукловода, — целитель посмотрел наверх, озаренный мыслью о кукловодах и не ошибся. Весь потолок состоял из струящейся маслянистой тягучей жидкости, из которой в разных местах показывались паучьи лапки. Кошмарнику такое пристальное внимание не понравилось, и он сполз с потолка на стену, а после и на пол, заняв собой треть зала. — Давно он у тебя? — Не отрывая взгляда от существа, поинтересовался Релон. — Лет с десяти, наверное, не помню, — махнула рукой Мэлис. — Дааа, — протянул эльф, закатывая рукава мантии повыше. — Ты главное помни, что смелость твое главное оружие, они этого очень не любят. Целитель сделал скользящий шаг вперед, заставив тьму вжаться в стену. Даже в иллюзорном пространстве ему пришлось повторять все нужные пассы и отточенные движения, чтобы накладывать чары. Вид странной массы слегка тревожил иллитири, не позволяя избавиться от всё ещё сковывающих её эмоций, но когда Релон вышел вперёд чтобы бороться с этим, дроу увидела его уверенные движения и поняла, что он прекрасно знает что делает и что худшее уже позади. Теперь ей было спокойно. Не смотря на большой объем, кошмарник кончился довольно быстро, разлетевшись в туман с противным визгом. К эльфам подступиться он так и не сумел. Они сами не заметили, как подземелье растаяло вместе с его хозяином, освободив место для обычного и спокойного пространства. Целитель осмотрелся, но ни одного подозрительного клочка не увидел. — О таких вещах можно и сразу говорить, — фыркнул Релон, отряхивая ладони. — Снаружи выводить эту дрянь намного проще. — Я думала это сёстры смагичили своей дрянной магией, — проворчала иллитири, отводя взгляд от целителя. — На любое заклятье есть контрмеры, — наставительно проговорил целитель, надеясь, что первую половину сна дроу забудет, впечатленная своим кошмаром. — Впредь постарайся не скрывать от меня такие вещи. — Ничего не обещаю. Мэлис закрыла глаза, вздыхая, а когда открыла их, увидела перед собой лицо целителя. Видимо, во сне она повернулась к нему, да ещё и за руку умудрилась схватить. Эльф просыпался медленнее, но стоило ему увидеть рядом с собой дроу — сон как рукой сняло. Релон вскочил, не иначе при помощи магии и первым делом проверил на месте ли вся его одежда. — Ты… вот почему твой кошмарник и меня захватил! — Справившись с дыханием, выпалил целитель. — Никогда, никогда, слышишь? Не делай так больше! — Ты слишком много нудил, — иллитири закатила глаза и повернулась на другой бок. — Это ведь не моя прихоть! — Вспылил Релон, нервно приглаживая волосы. — Если я говорю, что мне неприятны такие близкие контакты, что тут непонятного? Ради твоего мимолетного развлечения я не собираюсь поступаться своими принципами. — Хватит истерить, — эльф получил кулачком по скуле. — Я тоже хочу спать на кровати! Скажи спасибо, что не привязала тебя снаружи. — Поразительно просто, что каждый раз все равно я виноват! — Фыркнул Релон, оскорбленно потерев щеку. — Если бы ты был более сговорчивым, всё было бы менее болезненно! — Ты бесчувственная эгоистка, — поставил диагноз эльф. — О чем с тобой вообще разговаривать. Он махнул на девушку рукой и вышел из лекарской. Пусть вон к Маэрону пристает, если ей очень надо, он о морали вообще уже лет пятьсот как забыл. Или к капитану, у нее тоже кровать есть. — Хочешь сказать, ты пробовал разговаривать?! — крикнула иллитири, когда дверь закрылась. За дверями девушку встретил бард, делавший вид, что он тут просто так стоит, а не с какой-то определенной целью. — Не дается? — Светски поинтересовался Маэрон, подкручивая колки на арфе. — Не даётся что? — дроу изогнула бровь в непонимании. — Релон, говорю, не дается в руки, — улыбнулся эльф. — Но на нем же свет клином не сошелся, есть и более доступные варианты. — Я просто хотела поспать на кровати, — вздохнула иллитири, прикладывая ладонь ко лбу. И вдруг хитро зыркнула из-под пальчиков. — Я вся внимание. — Есть у меня один вариант специально для такой очаровательной девушки, — подмигнул бард. — Мне это уже начинает нравиться, — усмехнулась Мэлис, подпирая косяк. — Совершенно случайно у меня тут обнаружилось в сумке прекрасное масло, — он просочился в лекарскую, продемонстрировав девушке пузырек. — И по стечению обстоятельств я не плохой массажист. Дроу оживилась и тут же посмотрела на эльфа намного более дружелюбно — примерно так же, как смотрела на Фиарона, подающего горячий обед. — Проходи, для такого не нужно приглашение. Маэрон аккуратно сложил сумку с арфой на стол и растер масло между ладоней. — Снимай рубашку и ложись на кровать, — проговорил он, разминая руки. Мэлис послушалась и улеглась на живот. Бард присел с краю, с болью в сердце отметив шрамы, пересекающие тонкую девичью спину и начал с плеч. У него, конечно, был план по ее соблазнению, но эльф решил его немного отложить. К тому же Релон так горячо с ней ругался, что наводило на мысли что дроу ему не безразлична. Разогретое масло источало легкий лавандовый аромат, мягко окутывая и успокаивая. Девушка совсем размякла в умелых руках, чувствуя, как каждая мышца расслабляется. Ощущения были настолько сладостными, что она сама не заметила, как начала постанывать в такт движениям эльфа. Мэлис уже забыла, когда последний раз не чувствовала напряжения в мышцах, и совсем разомлела, позабыв и о корабле, и о кошмаре, и обо всем вокруг. Прогулявшийся по палубе Релон как раз возвращался обратно. Немного проветрившись, он пересмотрел ситуацию и решил, что вполне способен пойти на перемирие, если дроу пообещает впредь не вторгаться в его личное пространство. У дверей лекарской целитель остановился, прислушиваясь к подозрительному шуму по ту сторону двери. Когда девушка вскрикнула особенно сладостно, эльф почувствовал что поторопился с решением мириться. Но и уйти просто так тоже не мог, мгновенно разозлившись. — Это что это тут такое? — Релон распахнул дверь, застыв на пороге. — Массаж, — победно улыбнулся бард, накрывая девушку простыней. — Очень советую, прямо чудеса творит. — Уже не болит… — иллитири удивлённо ощупала участок спины, на который ей только что надавили, и завалилась обратно на кровать, не желая участвовать в не слишком приятных беседах. — Нет уж, — холодно ответил Релон, — обойдусь как-нибудь. Маэрон только плечами пожал, проводив недовольного лекаря взглядом. — Потребуется очень много времени, чтобы его растормошить, — вздохнул бард. Мэлис пробормотала что-то невнятное, словно спросонья, и благодарно похлопала эльфа по коленке.