Ты нашла меня, моя любовь.

Тёмные, практически чёрные клубы дыма полностью загородили собой лик луны в ту ночь, и огонь, что так яростно и жадно разрушал чей-то любимый дом, казалось доставал самих небес, будто стремясь докричаться до них и поведать им о творящейся на земле несправедливости. Но, увы, небеса были молчаливы. Может от того, что оно просто не слышало голос стихии из-за криков бегающих вокруг обречённого дома людей, которые пытались потушить дикое пламя, а может от того, что посчитало свершившееся деяние людей верным и справедливым? Наверное, только само небо знало ответ на этот вопрос… А где-то рядом, не так далеко от горящего дома, спрятавшись среди лесных деревьев, стоял мужчина с бесчувственной девушкой на руках. Его белые волосы отливали серебром в редких проблесках лунного света, что с трудом, но таки пробивался сквозь плотные клубы дыма, бледная кожа сияла матовым оттенком, а сиреневые глаза дикого зверя смотрели на бегающих вокруг дома людей с такой ненавистью, что казалось, если бы не тело несчастной в его руках, он бы давно уже дал волю своей всепоглощающей ярости и накинулся на них, разрывая и уничтожая любого, кто встанет у него на пути. Однако он не мог этого сделать. Он не мог оставить умирающую девушку и тратить драгоценное время на тех, чьи жизни рано или поздно, но окажутся в его руках. Зло скрипнув зубами от досады, мужчина бросил полный злобы взгляд на дом в последний раз и углубился в лес. Он шёл совсем недолго - минут десять или пятнадцать, прежде чем выйти к реке. И именно в этот момент, когда он ступил на маленькую полянку рядом с кромкой воды, девушка в его руках чуть зашевелилась и глухо застонала. - Потерпи ещё немного, Айно… сейчас я вылечу тебя… – сказал он, аккуратно укладывая девушку на мягкую, зелёную траву. Айно слабо улыбнулась, с трудом, но приоткрыв глаза. - Лжец… - практически прохрипела она, слабым и безжизненным голосом, - Ты не лекарь, Томоэ…ты лис… Демон усмехнулся, присаживаясь рядом с девушкой и вытирая предварительно намоченном в реке платком следы сажи и запёкшейся крови с её лица. - Да, я не лекарь. Но что мешает мне найти такового? Айно покачала головой, но тут же тело её стало сотрясаться от тяжёлого кашля, и она отвернулась от лиса, который с хмурым выражением лица наблюдал за тем, как вместе с воздухом из лёгких девушки выходила кровь, окропляя с каждым кашлем всё сильнее зелёные ростки весенней травы. - Ничего не выйдет, - прошептала Айно, снова поворачиваясь к лису, - Моя рана слишком глубока, и ты это знаешь. Я не дотяну и до рассвета, не то, что до лекаря… - Айно… - Нет, Томоэ – Твёрдо прервала его девушка, закрыв глаза и откидывая голову назад. – Хватит…хватит… Томоэ плотно сжал челюсти и, прежде чем отвернуться, бросил беглый взгляд на огромное кровавое пятно на правом боку девушки. Хотя лис успел на скорую руку обработать и перевязать ей рану, кровотечение так и не остановилось. Повязка, что всего каких-то пару минут назад была бела как снег, стала багряно-красного цвета от свежей и запёкшейся крови. Томоэ тяжело вздохнул, поднимая глаза к небу. Айно была права… она не сможет выжить, рана слишком глубока... мерзкие людишки, чтоб их… - О чём ты думаешь? Томоэ вздрогнул от неожиданного вопроса и повернулся к девушке, которая смотрела сейчас на него немного затуманенным взглядом своих тёмных, карих глаз. - Я думаю о том, какие же вы всё-таки, люди, слабые существа, - фыркнул лис, однако в голосе его не было и капли раздражения или злобы. Скорее некое ехидство и, может, толика нежности, но это всё, что он мог себе позволить. Айно улыбнулась ему и подняла глаза к небу. - Ты прав, мы не наделены огромной силой и живучестью, какая дарована духам или демонам. Но, наверное, в этом и наша сила. - Что ты имеешь в виду? – непонимающе сдвинул брови лис, чуть ближе придвигаясь к девушке. Айно снова улыбнулась, но на этот раз её улыбка была мечтательной и чуть грустной одновременно. - Я говорю о том, что если бы не наша слабость, вас бы так не тянуло защищать нас… Томоэ удивлённо уставился на девушку, и, чуть склонив голову набок, ехидно спросил: - Ты ничего не путаешь, Айно? Мы как раз поэтому вас и убиваем… - Разве? – её глаза вдруг вспыхнули в темноте подобно звёздам, и она добавила чуть тише, - Но ведь ты спас меня когда-то от своих же, Томоэ. Почему? Лис замер и отвёл в сторону глаза. Он не знал, что ответить, поскольку и сам не понимал, что толкнуло его тогда прийти на помощь практически обречённой в лапах демонов девушке. - Признайся, тебе ведь хотелось хоть раз почувствовать, какого это, защищать кого-то, любить и оберегать? Томоэ усмехнулся и снова взглянул на неё. - Возможно, – единственное, что сказал он ей в ответ, но и этого слова было достаточно, чтобы Айно просияла от радости и улыбнулась ему чуть шире. - Я знала… - обронила она тихо, и, протянув руку, положила её поверх пальцев демона. Томоэ тут же на автомате накрыл их своей рукой и чуть сжал в некой немой мольбе. - Не уходи, Айно… - прошептал он еле слышно, опустив голову, прежде чем через какое-то время снова взглянуть на неё, такую родную, такую желанную, такую любимую, - не покидай меня… На глаза девушки навернулись слёзы. Она закусила от волнения нижнюю губу и отвернулась, чтобы Томоэ не мог видеть её слёз. Она знала, что он не любит проявление слабости. А особенно женские слёзы, но Айно ничего не могла с собой поделать. Ей было больно. Больно, словно клинок вонзили ей не только в живот, но и в грудь, пронзив тем самым сердце, которое сейчас нещадно ныло в сто крат сильнее, чем рана от меча её же отца. Она так хотела сейчас сказать в своей обычной шутливой манере, что глупенький, я никуда от тебя не денусь…потому что люблю…люблю больше жизни! Но она не могла. - Я люблю тебя… Девушка резко повернула голову в сторону лиса и тут же встретилась с ним взглядом. Его глаза…глаза хищника, глаза дикого зверя сейчас смотрели на неё с нежностью и решительностью. Он говорил всерьёз… но он никогда бы не сказал этого, потому что он Томоэ. Демон лис, чьё имя вызывает ужас и страх, трепет и волнение, отвращение и в тоже время уважение. Он не тот, кто открыто показывает свои чувства и эмоции. Не тот, кто просто признаёт их наличие. Однако сейчас эти заветные для Айно слова произнёс именно он и никто другой. Девушка покачала головой и, собрав остатки своих сил, высвободила руку из его вдруг ставших такими холодными пальцев и, подняв её, дотронулась его щеки. - Я рада, что ты смог сказать мне это... – улыбнулась она ему в ответ, наблюдая за тем, как на его лице удивление сменяется волнением и неверием, - Я тоже тебя люблю… Томоэ глухо застонал и, склонившись над девушкой, аккуратно взял её на руки и привлёк себе, опуская её голову себе на плечо и крепко прижимая её холодеющее тело к своей груди. - Если бы я только пришёл чуть пораньше…- прошептал он ей с горечью, уткнувшись носом в её спутанные каштановые волосы, которые даже сейчас, не смотря на явный запах крови и дыма, пахли яблоками и весенними цветами, - если бы я только сразу забрал тебя с собой, а не позволил проститься с родными…Господи, я же знал, что этим всё и закончится! Айно… Я не хочу тебя терять …прошу тебя… Айно слабо вздохнула. Она чувствовала, как силы медленно покидают её, делая её тело холодным и неподвижным. Веки с каждой секундой всё тяжелели и тяжелели, а глаза окончательно перестали видеть то, что творится вокруг. Всё, что ей, в конце концов, осталось, это её голос, уши и тепло сидящего рядом с ней демона. - Мы встретимся с тобой вновь, Томоэ… - произнесла она на последнем издыхании, медленно закрывая глаза и отдаваясь на милость тьме, - я обещаю тебе…я найду тебя…я не оставлю тебя одного… Томоэ с замиранием сердца слушал, как с её губ сорвался последний вздох, и как сердце в её груди отбило последний удар и замерло навеки. - Айно… - он позвал её не смело, чуть встряхнув за плечи, - Айно...Айно…АЙНО! На её губах застыла нежная улыбка, а глаза были плотно закрыты. Казалось, что она просто спит, но Томоэ больше не слышал ни её дыхания, ни звука её живого сердца. Она была мертва. С того дня прошло бесконечное число недель, месяцев, лет и веков. Томоэ, после того, как похоронил тело своей возлюбленной, свершил то, к чему призывало его раненое сердце. Сердце дикого зверя. Он пришёл в дом родителей Айно, которые убили своё собственное дитя лишь за то, что она общалась с демоном. Ярости Томоэ не было придела. Их дом горел в два раза ярче и сильнее, чем дом его любимой. Он не пощадил никого. Все, кто был виновен в поджоге, все, кто причинили боль девушке, были жестоко наказаны лисьем пламенем. И когда месть была окончена, он вернулся в мир духов, где и познакомился с Кирихито, с которым они потом вместе вершили страшные дела, но лису было на это наплевать. В его сердце была пустота, которую постепенно заполнял холод. Он по-прежнему ненавидел людей, и Кирихито всегда пользовался этой его слабостью, мало, в прочем, интересуясь причиной такой неописуемой ярости на род слабых и беспомощных. Так продолжалось до тех пор, пока лис не встретил Юкиджи – девушку, что он спас от демона в хижине, которая потом спасла его от людей, когда он был по глупости ранен. Она заботилась о нём и лечила его раны, пока лис окончательно не пришёл в себя. А когда он увидел её, его будто поразила молния. Она так была похожа на его Айно. Томоэ просто не знал, что и думать. Увидев её впервые в хижине, он не смог как следует разглядеть её, отчего и не заметил схожести, но теперь… Однако и тогда счастье Томоэ длилось не долго. Юкиджи погибла, и это стало последней каплей для гордого белого лиса. Бездомный, проклятый, без прошлого и без будущего, он шёл, куда глаза глядят, уничтожая по инерции всё, что пыталось причинить ему вред, пока каким-то невообразимым ветром его не занесло на порог храма Микаге – Бога Земли. «Может, зайдёшь ко мне в храм?» - спросил он его тогда, и Томоэ, кивнув, покорно последовал за ним. Ему нечего было терять, некуда идти, и потому он поведал Богу свою историю, зная, что жить ему всё равно осталось недолго. Однако судьба решила распорядиться им иначе. Микаге сделал его своим хранителем, запечатав при этом все его воспоминания о былой любви, всю его боль и отчаянье. Всё, что осталось у него в итоге – это имя, которое по-прежнему внушало ужас, и репутация самого опасного ёкая, которого только знал мир духов. Так он жил, прислуживая Микаге, пока тот вдруг не исчез. А затем в храм пришла новая богиня. Маленькая, несмышлёная девочка, в которой Томоэ почувствовал что-то до боли знакомое и родное. Однако хранитель храма жестоко гнал от себя эти странные чувства, но отделаться от них было не так-то просто. Особенно когда девушка постоянно крутилась вокруг него и буквально прогоняло тьму и холод внутри него своим теплом. Она была как лучик света, как долгожданное солнце, после дождя, но лис всё никак не мог понять – почему в нём вдруг проснулись эти странные и давно забытые чувства, пока однажды, будучи запертым Микаге в зеркало из-за вновь проснувшегося проклятья, после бесчисленных часов ожидания он не услышал такой родной и такой любимый голос, которые сказал ему: «я обещаю тебе…я найду тебя…я не оставлю тебя одного…». Воспоминания накрыли Томоэ, подобно внезапной морской волне. Он вспомнил то, что так желал забыть, вспомнил Айно, Юкиджи…всё. Он тихо завыл от боли, хватаясь за грудь, там, где билось, как ему казалось, холодное и пустое сердце, как вдруг его окутало тепло и чьи-то нежные, заботливые руки обняли его за плечи и прижали к себе. - Вернись ко мне, Томоэ…я прошу тебя, вернись! Я люблю тебя… Томоэ медленно и с жадностью вздохнул аромат яблок и весенних цветов. Его руки обвили девушку за талию, притягивая её ещё ближе к нему, и, уткнувшись носом в её извечно растрёпанные каштановые волосы, он прошептал с улыбкой. - Дурочка…конечно я вернусь к тебе, Нанами. Ведь я тоже тебя люблю. Люблю больше, чем ты можешь себе это представить… Он ясно почувствовал, как она радостно улыбнулась, хоть и не мог видеть её лица, и вдруг Нанами произнесла слова, которые вызвали на его лице ещё большую улыбку. - Я, наконец, нашла тебя, Томоэ…я, наконец, нашла тебя... Их окутала яркая вспышка света, которая позже перенесла их в храм, где их уже ждали Микаге, Мидзуки и все остальные. Но прежде, чем они ступили на татами, на последних секундах перед перемещением, Томоэ отстранился от девушки и, нежно проведя рукой по её щеке, сказал, глядя ей прямо в глаза: - Да, Нанами. Ты нашла меня… спустя столько лет… - он улыбнулся и, медленно склонившись к ней, поцеловал её полураскрытые губы. Да, Айно, спустя столько лет мы, наконец, обретём с тобой счастье…