Первый поцелуй / A First Kiss

      — Мисс Свон…       — Нет. Не Мисс Свонкай, черт побери. Мы прошли через многое для этого.       — Эмма, мы не можем…       — Почему?       — Потому, что Генри…       — Сказал мне, чтобы пойти на это.       — Ваши родители…       — Могут пережить это. Прошло три десятилетия, Реджина.       — Я не хочу…       — Разве нет? Регина колебалась. Это она? Она хотела этого с Эммой? Она была готова отказаться от их дружбы?       — Да. Она кивнула головой лишь на часть дюйма, но это не имело значения. Она вполне могла не кивать, потому что губы Эммы рухнули на нее, как только слова покинули ее рот.       — Я хотела сделать это в течение многих лет. Реджина не ответила. Она хотела ответить, но Эмма снова накинулась на нее с поцелуем. Она целовалась с женщиной, как никогда не целовала никого прежде, и даже Даниэла. С ним были целомудренными поцелуи в перерывах между уроками верховой езды, поцелуи, которые длились всего несколько секунд. С Эммой, это было намного дольше. Поцелуи были нуждающимся, полные желания. Ее язык проник в ее рот нерешительно; она до сих пор не уверена, хочет ли она этого. Она знала, что хочет Эмму — что было ясно в течение длительного времени — но она не была уверена, что все это того стоило. Они даже стали друзьями, лучшими друзьями. Раньше у нее никогда не было этого, как она осмелилась разрушить их дружбу? Но она никогда не чувствовала этого раньше. Никогда еще она не испытывала столько желания к одному человеку, была такая болезненная нужда к кому-то. И Боже, ей нужна была Эмма.       — Эмма, — сказала она, задыхаясь.       — Реджина, — ответила женщина, ее голос был такой же.       — Мне нужно …       — Я знаю. И она это сделала. Хотя их губы никогда не расставались, им удалось подняться наверх в спальню Реджины, хотя оба они были не против, сделать это прямо на кухонном столе. Но это должно было быть правильно. Как только они поднялись по ступенькам, две женщины начали раздевать друг друга, губы только отдалялись на несколько секунд в тот момент, когда им не хватало дыхания. Регина смаковала каждый изгиб тела Эммы, она так долго хотела его увидеть. Она смотрела, как будто больше никогда его не увидит, хотя знала, что это вполне реальная возможность. В любом случае, не сейчас. Она не знала, как Эмма относилась к этому, что это значит для нее. Сейчас не время выяснять. А может и так, но Регине было все равно. Она подтолкнула Спасителя на кровать, и оседлала ее бедра, потому что на вершине она выглядеть изящно, но Эмма покачала головой и перевернула их в одном быстром движении. Сильные руки, которые держали ее, не оставляли ей возможности спорить, и все же она была с ней нежна. У нее никогда не было такого. Она никогда не чувствовала себя так… Безопасно.       — Ты уверена в этом? — Спросила Реджина, ее голос был хриплым. Она нуждалась в этом больше, чем в следующем дыхании, но она не хотела, чтобы они ошиблись. Она не хотела все испортить. Они. Какими бы они ни были.       — Я никогда не был более уверена в моей жизни, — заверила ее Эмма. — Ты уверена в этом?       — Да. Нет.       — Хорошо, — сказала она, и это был конец разговора. Не было больше никаких разговоров. Единственные слова, которые остаются на их устах, слова которые не описать, это было их удовольствие, которое они ощущали. В ту ночь, когда Регина лежала на груди у Эммы, а ее руки были надежно обернутыми вокруг нее, это было самое лучшее чувство в ее груди, этого она не чувствовала с Даниэлем, она была уверена. Это не было ошибкой. Нет, это было лучшее решение, которое она должна была бы когда-нибудь сделать. И она не жалела об этом. Не на один бит.