Мой младший братик

Дома тихо. Отец не смотрит телевизор, а мама не готовит на кухне. В квартире почти гробовая тишина, которую разрушают хриплые мужские стоны. Бэкхён стоит раком и прижимается грудью к подушке, его руки завязаны за спиной жёсткой верёвкой, царапающей его кожу. Прикосновения Чанёля заставляют его дрожать и ждать удара, которого не было уже долгое время. Лишь прикосновения, дразнящие его. Чан ухмыляется, смотря на дрожащее тело Бэка. — Успокойся, я не могу трахать трясущихся парней, — сладким голосом сказал Пак. — Как не бояться?! Ты в этом образе слишком страшный! — капризничал Бэкхён, за что получил сильный шлепок по попе. — В этом вся прелесть… — промурлыкал Чанёль и резко вошёл в парня. В квартире раздался громкий вскрик, переходящий в рваные стоны. Чанёль заставлял Бэкхёна буквально скулить от удовольствия. Власть, которую показывал Чан дико его возбуждала. Но Бён чувствовал, как парень нежно сжимает ягодицы и всегда доказывает, что не сделает ему больно. Парни кончают почти одновременно. Бэкхён ложится на бок и устало смотрит на Чанёля. Второй развязывает запястья Бэка и снимает со своего члена использованный презерватив. Жалко, что придётся стирать грязные простыни. Бэкхён находится в себе силы подняться и обнять Пака. Чанёль целует того в ответ. Бён невольно смеётся и поднимает с пола вещи. — Обожаю секс с братиком, — сказал Бэк. — Ты меня обидеть так хочешь? — спросил Чан, накинув на себя халат. — Почему обидеть? Ты же мой брат. — Этот статус у меня уже в печёнках. Либо я твой парень, либо никто. Братом можешь звать только в обществе других. Бэкхён разочарованно надул щёки, а потом прыгнул своему брату на спину. Парень смеётся, радостно улыбаясь. Чанёль хватает его за ноги, чтобы он не упал и начинает катать по комнате. Чан специально делает много резких поворотов, чтобы Бэк сильнее прижался к нему, пытаясь не упасть. Но старший всё равно опрокидывает брата на кровать, умиляясь с его звонкого смеха. — Так, не время расслабляться. Нам ещё нужно убрать плоды нашего преступления. Я стираю простыни, а ты убираешь все секс-игрушки, что мы разбросали. Бэкхён становится серьёзным лишь на мгновение, приняв задание старшего брата, а потом снова ведёт себя, как ребёнок. Ну не прелесть же? Так думал и Чанёль. Парень не считал, что это была любовь с первого взгляда. Скорее всего, симпатия. В шесть лет он был ещё тем проказником, но с доброй душой. Чанёль не был его родным братом. Его родители развелись, он остался с отцом, а потом снова женился на женщине с сыном. Так парни стали сводными братьями. Бэк считал, что это судьба. Ведь родственные души обычно находятся далеко-далеко друг от друга, а тут такая удача. Парни не считают это проблемой, но им кажется, что их любовь запретная, и от этого она становится ещё крепче.

***

Школа была тем местом, в котором Чанёль и Бэкхён скучали друг по другу больше всего. У них была разница в два года. Пак заканчивал старшую школу, а Бён только поступил. Видеться они могли, но очень редко. Надежда оставалась только на большую перемену. Но у парней не всегда получалось вырваться, так как друзья могли не отпустить или начать ныть, что они мало проводят с ними время. Хорошо, что так было не всегда. Каждую большую перемену, если получалось, парни приходили в «волшебную комнату». Сюда обычно приходили, чтобы полежать на мягких подушечках и посмотреть на звёздное небо на потолке. В комнате была очень интимная атмосфера, но парни не позволяли себе заниматься чем-то непристойным в школе. Снова придя туда, Бэк объяснил правила игры, в которую он хотел сыграть. Чан напрягся, ведь не очень их любил. -Мы играем в камень-ножницы-бумага. Если выигрываю я, то я даю тебе пощёчину, а если ты, то ты меня целуешь. -Я никогда не слышал ничего несправедливее этого, — простонал Чан и приготовил кулак в серьёзной игре. Бэкхён тоже приготовился. Но его боевой настрой уменьшился, когда он проиграл. Чанёль притянул к себе брата и легонько чмокнул в губы. В следующий раз Чан получает по щеке лёгкий удар, почти безболезненный. И так по несколько раз. Сложно сказать, что парням это сильно нравилось. Просто это было весело, особенно когда Бэк стеснялся после проигрыша. Он закрывал лицо руками, не давая брату его поцеловать, но потом нежно касался губами пальцев и постепенно открывал путь до сладких губ. Чанёль уже начинал любить эту игру, особенно обожал в ней жульничать. Когда парень проигрывал, он быстро целовал Бэка, не давая тому его ударить. Оба парня с этого смеялись. Перемена подходила в концу, что сильно расстраивало. Ведь Бэк и Чан были не только возлюбленными, но ещё и братьями. Им хочется побольше подурачиться, поиграться, а не сидеть на скучных уроках. Хоть парни и не родные, но оба любили повеселиться и провести время с улыбкой. Чанёль, понимая, что им уже пора, сказал: — Так, давай последний раз. Бэкхён кивнул, немного ухмыльнувшись. В последнем раунде Чанёль проиграл, поэтому приготовил лицо для удара, но вместо этого получил поцелуй. Бэк пытался повалить брата, но тот не позволял, чем разозлил щеночка. Но когда Бэкхён уже хотел отстраниться, Чан сдался, укладываясь на подушку. Поцелуи были неглубокие, скорее лёгкие и сладкие, словно вата. Чанёль был таким мягким только с братом. Только ему он показывал свою добрую сторону. Бэкхён встал с Чана и спросил: — Когда придём домой, поиграем в приставку? А то давно не соревновались. — На что играем? — На раздевание! — засмеялся Бэкхён. — Боже, в кого ты такой извращенец? — спросил Чанёль, потрепав брата по голове.