BadRomance

      Я не знаю, что это будет за фильм. Он может оказаться как полным говном, что вполне ожидаемо от нашего кинематографа, так и неплохой картиной. В любом случае, я буду делать обзор…       С экрана на нее смотрело задумчивое лицо. Крупный нос, широкие славянские скулы, четко очерченный подбородок. Определенно, то было самое красивое лицо в ее жизни. Он нравился ей до потери самой себя, до дрожи в кончиках пальцев, до замирающего дыхания…       Он посмотрел куда-то за камеру, зачитывая вопрос одного из зрителей, но она не слушала. Ее внимание было приковано к движущимся губам, чуть прищуренным глазам и слегка обозначившейся вертикальной линии между бровей. «Такие вопросы меня раздражают, на самом деле. Я не считаю правильным выставлять на показ свою личную жизнь. То есть, знаете, есть вещи, которыми я готов поделиться, а есть та часть моей жизни, которая касается только меня и моих близких. Поэтому, нахуй. Нахуй такие вопросы» — парень на экране на удивление дружелюбно рассмеялся, пряча раздражение за улыбкой, которая выглядела немного растерянной. Поймать такую улыбку — дело чести.       Настя минуту рассматривала выражение лица блогера, прежде чем встать и отойти от компьютера. Мир вокруг, как всегда не ждал. От его движения не спрячешься ни за темными шторами, ни в мечтах. Весна, как всегда принесла ей странную оживленность, больше похожую на суматоху. Жаль? Быстрый взгляд на часы — некогда думать о глупостях. Он должно быть уже вышел из дома. Пора торопиться. ***       Ей нравилось это задумчивое и немного растерянное выражение его лица, когда он останавливался возле полок с продуктами. Словно он оторван от реальности и погружен глубоко в себя. Тогда можно было стоять поодаль, наблюдая за ним, и гадать, что за мысли проносятся в его голове. Конечно, они пересекались — она следовала за ним как тень. Иногда ей удавалось почувствовать на себе безразличный взгляд, каким одаривают случайных прохожих, но и только. Под светом люминесцентных ламп Женя казался немного бледным. Настя стояла в добром десятке метров, изображая интерес к пивным бокалам. Из динамиков назойливо жужжала популярная мелодия. В такие моменты все происходящее казалось ей до идиотизма нелепым. Слежка, ночевка у подъезда, изучение расписания… Она чувствовала, что теряет нечто важное во всем этом. Возможно, здравый смысл? Ее размышления прервал телефонный звонок. «Да, конечно» — она всегда невольно вздрагивала от звука его голоса в реальной жизни. Почти такой же как на записи, но неуловимо другой. Сейчас он звучит радостно и взволнованно, — «сегодня в шесть, я помню». пауза, короткий смех. «люблю тебя». Чувство отчужденности. Как будто кто-то из твоих друзей обсуждает подробности радостных событий, которые ты пропустил. Конечно, она знала о его отношениях, хотя бы потому, что устроилась работать официанткой в кафе, где он чаще всего бывал, но… слышать короткое «люблю» в чужой адрес каждый раз оказывалось болезненно. — Девушка, у вас кровь, — она вынырнула из потока мыслей и чувствовала себя рыбой, выброшенной на берег. Дешевый бокал в ее руке лопнул, порезав ей ладонь. Должно быть, она слишком сильно сжала руку. И из всех посетителей это замечает именно он. Блогер стоял напротив нее, а девушка тупо смотрела в его глаза, — вам нужна помощь? -Да… нет-нет, все в порядке. Я просто, — она перехватила остов бокала здоровой рукой. Это оказалось больнее, можно было ожидать, — немного неуклюжая сегодня, да. -Подождите здесь, я позову продавца и схожу в аптеку, — Настя давно заметила в нем участливость, но только сейчас эта его черта не вызвала у девушки недоумения, — просто подождите здесь. Пришлось оплатить разбитый бокал. В порезе остались мелкие крошки стекла, но участливые продавцы вежливо выпроводили ее из магазина и наспех вытирали красные капли с кафеля. Как будто стирали не только неприятное происшествие, но и сам факт ее существования. Откуда-то заскребла холодными когтями жалость к себе — приходилось держать поврежденную руку на весу, словно прося милостыню, продавцы из магазина что-то обсуждали, периодически многозначительно кивая в ее сторону, прохожие с брезгливостью отводили глаза. Словно с ней что-то не так. -Пойдем, — Женя мягко взял ее за локоть, — пока тебе не начали подаяние давать. Не то, чтобы его тон не подразумевал возможности отказаться, но противоречить смысла не было. Они присели на ближайшую скамью, где она начала обильно поливать рану перекисью. Непокорные осколки продолжали цепляться за края раны. Глубокий порез пересекал ладонь от основания большого пальца, до бугра под мизинцем. Края расходились непрерывной, слегка изогнутой линией с ровными краями. Стряхнув стеклянную крошку ватой, она схватилась было за бинт, но в этом ее опередил парень. Он молча распечатал упаковку и начал перетягивать ладонь. -Вы, должно быть спешите, — придать лицу виноватое выражение не сложно, сложно оказывается владеть голосом в его присутствии, — простите за это. -На самом деле нет. Все в порядке, — на секунду он поднимает глаза и улыбается ей, — не особо тороплюсь. -В любом случае спасибо вам, Евгений. Она тут же внутренне напрягается, ожидая его реакции. Он сосредоточен, руки продолжают описывать круги вокруг ее ладони. Разве что брови сведены чуть сильнее, чем раньше. -Мы знакомы? — Нет, но я люблю… — она поджала губы, упрекая себя за очередную глупость, — мне нравятся твои видео. -Спасибо, — воцарилось молчание. Настя наблюдала за тем, как двигаются его широкие ладони с крепкими, немного удлиненными пальцами. На среднем пальце правой руки уже едва заметно выпирающая шишка — напоминание о годах учебы… -Есть нож? Свободной рукой она нашарила во внутреннем кармане пальто отцовскую «финку». Тусклое лезвие блеснуло в руках, напоминая о том, что оно никогда не использовалось в целях обороны. Мрачная ирония — после смерти владельца нож достался ей и все, к чему он служил, теперь не имело ничего общего с прежними делами. Вот как сейчас. Женя без усилия перерезал бинт. Точить ножи Настя тоже училась у отца, поэтому всегда держала их в должном виде. -Вот и все, — в голосе парня уловимо облегчение, — Пациент спасен. -Спасибо, мне все еще неловко, — соврала девушка, — так глупо вышло с этим стаканом, прости, что пришлось вот так… -На моем месте любой поступил бы также, — за секундной паузой последовал смех, — прям, чувствую себя суперменом. — Кто-то должен стоять сзади и трясти полы плаща, — Настя наконец-то закончила собирать аптечные принадлежности, — сколько я тебе должна за все это? -Нисколько. Считай это широким жестом человеколюбия. -Ну, спасибо, — она махнула парню здоровой рукой и пошла куда-то в сторону от него. Улыбка исчезла с ее лица почти мгновенно. Каждый последующий шаг Быстрее предыдущего. Плохо, очень плохо. Теперь он может узнать ее в лицо. Придется оставить слежку на какое-то время. Она стала осторожнее. Взяла больничный в кафе - чему посодействовала не в меру сердобольная врач - перестала сопровождать Женю в передвижениях по городу. Из прежних радостей жизни остались только ночные дежурства под его окнами. В то же время, она все чаще ловила себя на мысли о том, что это все не просто так. Должно же было быть что-то, что тянуло ее к нему? Некая нить, которая связала ее с ним, как в книгах и кино. Надо только понять, что это за нить и как сблизиться с ним. Каждый день она просыпалась, обходя небольшой дом, в котором жила. Все, что в нем когда-то было, принадлежало ее отцу. Поэтому сейчас дом стоял практически пустым. Исключением стала кухня и спальня с компьютером. Остальные вещи она сожгла сразу после похорон. Загрузила старую девятку его барахлом под завязку, выехала на старый брошенный аэродром, разнесла машину старой кувалдой и облила все бензином. Ее психолог назвала бы это катарсисом, только вот... Настя не почувствовала тогда совершенно ничего. Она просто вынесла старый мусор. Лишние вещи. То, что должно было очистить ее душу от накопленной за годы жизни с отцом боли, вызвало у нее столько же эмоций, сколько очередная уборка. Кружка горячего кофе дымилась рядом с компьютером. Ее глаза изучали строчки на мониторе. Одну за другой, все быстрее и быстрее. Он планировал стенд-ап тур по городам страны грядущей осенью. Список городов не слишком длинный, но это даже хорошо. Девушка набрала номер и поднесла телефон к уху. -Здравствуйте, мне нужно забронировать несколько билетов по России и СНГ.