Пубертатный период

Том Марволо Реддл был очень зол на себя. Змееуст буквально хотел вскрыть себе вены. Довольно недавно он нашёл кое-какие записи в одной из прочитанных книг. Там рассказывалось о великом и ужасном Василиске. Огромном и беспощадном змее, подчинившимся только Салазару Слизерину. Это был бы самый изощренный способ наказать себя и Тот-кого-нельзя-называть решил так поступить. Он широкими и быстрыми шагами направился в сторону заброшенного женского туалета. Там был вход. Миртл Уоррен сидела в закрытой кабинке и беззвучно плакала. Как? Как они могли ТАК поссориться? Они… Они же любили друг друга… Послышался звук приближающихся шагов. Элизабет притаилась, нежелая, своего раскрытия. Где-то возле раковины послышался смешной шёпот и девушкой овладело любопытство… Скрипучая дверца одной из кабинок приоткрылась и оттуда высунулась знакомая макушка, но… Было уже слишком поздно… Том произнёс слова на парселтанге призывающие змея и тот уже высунул свою огромную голову из потайного тоннеля и направился в сторону мисс Уоррен.  — Нет! — Прокричал Змееуст, но было уже поздно… — Холодное тело упало на холодную плитку. — Нет! — Марволо кричал во все свои легкие, их бы все равно никто не услышал, он наложил чары. — Убей, — просил он на змеином Василиска, — Убей меня! — Но великий змей не собирался исполнять этого приказа. Том Реддл. Бедный мальчик… Он потерял свою единственную и самую сильную любовь и все светлое в этом мире перестало для него существовать… Любовь одна — веселье жизни хладной, Любовь одна — мучение сердец: Она дарит один лишь миг отрадный, А горестям не виден и конец. Стократ блажен, кто в юности прелестной Сей быстрый миг поймает на лету; Кто к радостям и неге неизвестной Стыдливую преклонит красоту!  — А.С. Пушкин.