Загадочный друг

      Приятный ветерок дул мне в лицо, развивая волосы. Патриаршие пруды — моё любимое место, ведь здесь мы впервые повстречались. Тогда я рисовала пейзажи. Пленэр был моим любимым занятием летом, когда ни до чего другого руки не доходили. Я люблю лето. Пока природа живёт в полную силу, у меня появляется вдохновение и я, закрываясь ото всех, начинаю творить. Ты стал исключением. Подойдя ко мне на Патриарших, ничего не сказав, ты начал смотреть влюблённым взглядом на пейзаж, который я рисовала. Тогда я ещё не понимала, что предмет твоих самых нежных чувств — это жизнь, та самая, которую многие не замечают, и она проходит быстро и бесследно для людей, что вечно куда-то спешат. Ты не такой. Ты медлителен, так как хочешь насладиться каждым моментом своей жизни. Твоя размеренность словно этот ветерок, оставляющий нежный поцелуй и приятное воздушное послевкусие на моей щеке. Лёжа на траве, ты не доставлял мне неудобств, а наоборот приносил в процесс моего творения некоторую уверенность в том, что именно этим я и должна заниматься. Именно размеренным и спокойным рисованием, доставляющим мне невероятное удовольствие. Ни в школе, ни с друзьями я не могла ухватиться за тонкие нити вдохновения, так и норовящие выскочить у меня из рук. Ты давал мне инструменты для поимки этих нитей. Каждый день ты приходил на Патриаршие, садился недалеко от меня и смотрел на всю красоту жизни: мирную водную гладь, темно-зеленую траву, трепещущую под силой ветра, размеренную жизнь уточек, живших здесь. Иногда твой взгляд падал на прохожих, которые также наслаждались этим видом, но через некоторое время уходили, чтобы окунуться в рутину, но уже посвежевшие и счастливые — так живётся и работается гораздо легче. Когда поблизости не было других людей, твой взгляд устремлялся на меня. Тогда я чувствовала неловкость и нервозность, ведь сама частенько в тайне посматривала на тебя. Когда наши взгляды встречались, я, стараясь казаться достаточно естественной, переводила взгляд на то, что находилось позади тебя, потом чуть левее, а потом снова опускала свой взгляд на бумагу, краснела от подобной случайности и не могла сосредоточиться долгое время. А ты каждый раз улыбался и опять смотрел вдаль взглядом, полным безусловной любви ко всему, что существует в твоём чудесном мире.       Так прошло все лето. Мы, не обменявшись и парой слов, стали будто лучшими друзьями, которым для понимания друг друга не надо напрягать связки. Каждый раз, когда я, закончив свою работу, начинала собираться, ты сидел ещё некоторое время, а потом, как только я выходила из парка, уходил в известном только тебе направлении. Как-то раз, когда в очередной раз я намеревалась уйти, из-за своей неуклюжести, я уронила кисточку на землю и она покатилась к воде. Она бы так и сгинула на дне пруда, если бы ты не успел схватить её вовремя. Я сказала тебе спасибо, неловко опуская взгляд, потому что было немного стыдно за свою рассеянность, а ты загадочно улыбнулся и пошёл прочь. Тогда-то я и поняла, что меня заставляет каждый раз приходить на Патриаршие, снова и снова рисовать один и тот же пейзаж каждый день. Тогда я поняла, что все, что меня окружало на протяжении всего лета, это было чувство, которое сложно описать. Каждый художник и каждый писатель пытался объяснить его в своём творчестве, но они показывали только часть того, что я чувствовала тогда. Я знала, что то же чувство ты испытываешь ко всему миру, но я испытывала его настолько сильно только к тебе. Ты подарил мне тепло, зажег огонь моей души. Даже зная то, что осенью мы вряд ли будем проводить столько времени поблизости, я все равно не печалилась, а даже радовалась тому, что наконец ощутила то, о чем все так часто говорят.       Ощущая дуновения этого ветра на Патриарших, я снова испытываю все те эмоции, которые я испытывала при наших регулярных встречах. Сейчас осень и я больше не видела тебя с её наступления. Где ты? Что с тобой? Надеюсь, я когда-нибудь это узнаю.