Старая газета

Северус Снейп сидел в директорском кабинете и бездумно вертел в руках лист пергамента, на котором каллиграфическим почерком было выведено: «Уважаемый профессор Снейп! Торговый дом «Флориш и Блоттс» счастлив сообщить вам, что в будущую пятницу — восьмого мая две тысячи девятого года — состоится презентация вашего нового, одобренного Министерством магии учебника «Высшие зелья — от теории к практике». Надеемся, вы сможете посетить магазин лично». Северус вздохнул и отложил приглашение. Он потратил на этот учебник почти полтора года, пытаясь отвлечься от мучивших его воспоминаний о похищении и плене единственным знакомым ему способом — тяжелой работой. И вот теперь его труд был закончен, кипа пергаментов, исписанных мелким почерком, отправлена в типографию, и через неделю книгу представят на суд магической общественности. Только почему-то Снейпа это совсем не радовало. Он открыл ящик письменного стола, чтобы положить приглашение в стопку важных бумаг и официальных документов, и взгляд его задержался на сложенном вчетверо газетном листе. Это был тот самый номер «Ежедневного пророка», который Гарри нашел в берлоге обезумевшего Олдриджа. За каким-то Мордредом Северус решил тогда не уничтожать пожелтевший печатный лист, напоминавший ему о событиях двухлетней давности. Просто убрал подальше с глаз долой. Лежавшая в ящике стола старая газета не вызывала в его душе никаких откликов. Он и прежде натыкался на нее, но не чувствовал абсолютно ничего. И лишь сегодня... Даты. Цифры. Десятого мая будет ровно семь лет, как Магия признала их с Поттером брак, а несколькими днями ранее... Он старался вычеркнуть то утро из памяти. Ощущение полной беспомощности. Стянутые веревкой руки и ноги. Холод камня под головой. Жизнь, вытекающая из вен с каждой каплей крови. А потом — плен. Долгие, как ему внушали, годы рабства. И самое ужасное — вся эта ложь о Гарри, который якобы поверил в его смерть и в конце концов нашел утешение в объятиях Астории. Шесть месяцев, проведенных Северусом в заколоченном доме без окон, изменили его сильнее, чем годы работы двойным агентом, когда любой день мог стать последним, или потеря магии и выживание среди магглов. Он по-прежнему железной рукой управлял школой. В Министерстве его уважали и как директора Хогвартса, и как героя Второй магической войны, и как вдохновителя и руководителя восстания против узурпаторского режима Амбридж. Студенты, зная их с Гарри историю, считали его невероятно «крутым», немного побаивались и лезли из кожи вон, чтобы заслужить скупую похвалу. Но в нем самом как будто что-то сломалось, и это порой доводило Снейпа до бешенства, а порой — страшило. И дело было не в густо припорошившей волосы седине или в нескольких незаживших с того времени шрамах от Флагелло — стараниями Темного Лорда и Нагайны шрамов у него и без этого осталось предостаточно. Просто иногда он чувствовал, как на него накатывают тьма, пустота и одиночество. В конце зимы две тысячи восьмого года они с Гарри перебрались из комнат в подземельях по соседству с факультетской гостиной Слизерина в директорские апартаменты. Педагогический состав и особенно профессор МакГонагалл восприняли перемены «на ура». На очередном совещании Минерва, традиционно обносившая всех участников шоколадными тритонами, сдержанно улыбнулась Северусу и произнесла: — Поздравляю, профессор Снейп, директорские апартаменты вас уже заждались! Никто, кроме Гарри, не догадывался о причинах внезапного переезда. Дело в том, что в подземельях, знакомых до мельчайшей выбоинки в полу, в своих собственных комнатах, где он обитал большую часть взрослой жизни, Снейп начал невыносимо мерзнуть, страдать от болей в сердце и задыхаться. Когда с ним впервые случился приступ, похожий на гремучую смесь маггловских инфаркта и астмы, он благополучно справился самостоятельно, даже не показав виду с головой ушедшему в проверку эссе четверокурсников Гарри, насколько ему плохо. Просто прошествовал на негнущихся ногах к маленькому шкафчику в углу гостиной, где хранил зелья почти на все случаи жизни, зубами — так как магия могла элементарно не сработать — вытащил пробку из флакончика с надписью «Умиротворяющий бальзам» и сделал три точно отмеренных глотка. Тугой узел в груди тотчас как будто немного ослаб. Дышать стало гораздо легче, и успокоившийся Северус решил, что это больше не повторится. И ошибся. После Нового года приступы усилились. Каждый раз, переступая порог личных апартаментов, Снейп чувствовал тянущую боль в сердце. К тому же его снова начали мучить кошмары, от которых почему-то не помогало проверенное временем зелье Сна без сновидений. Если скрывать свое состояние от коллег ему удавалось без особых проблем — они еще великолепно помнили того мрачного типа, каким был Снейп до войны — то с Гарри этот номер не прошел. В один из февральских вечеров Поттер вернулся после плановой тренировки гриффиндорской команды по квиддичу, посмотрел на сгорбившегося в кресле Снейпа и, так и не сняв зимней мантии, опустился перед ним на пол. — Сев, что с тобой происходит? Он взял холодные как ледышки руки супруга в ладони и принялся согревать их собственным дыханием. Северус не представлял, что ответить. Он тяжелым взглядом обвел уютную гостиную, в которой, казалось, все находилось на своих местах, и неожиданно его осенило. — Окна! Здесь нет окон, как... — он с трудом сглотнул, борясь с очередным приступом паники, — в ТОМ доме. — А раньше не мог сказать? — с грустной улыбкой укоризненно покачал головой Гарри. — Так бы и страдал молча? Знаешь, из нас двоих львиная доля гриффиндорского упрямства досталась именно тебе. Все! — он поднялся с колен и деятельно потер руки. — Собирайся. Мы переезжаем. Сейчас же. Столько лет директорствуешь, а все прячешься в этом подвале. Несолидно. Снейп намеревался возразить, что на дворе — ночь, завтра рано вставать, и вообще все это может подождать до выходных, но внезапно и сам осознал: не может. Ему вдруг нестерпимо захотелось увидеть, как блестит в лунном свете Черное озеро, взглянуть на раскинувшееся над Хогвартсом звездное небо, вдохнуть полной грудью морозный воздух. Он быстро притянул к себе Гарри, поцеловал в потрескавшиеся от холода губы и порывисто вскочил с кресла. * * * После переезда Северус почувствовал заметное облегчение. Панические атаки практически сошли на нет, и остались только тревожившие его сны, единственным спасением от которых были жаркие объятия Гарри. А уж в данном лекарстве Снейпа никто не ограничивал. Именно в это время он с энтузиазмом вновь принялся за написание учебника. Все прошедшие со дня его восстановления в должности директора годы Северус вел у семикурсников Высшие зелья для подготовки на уровень ЖАБА и постоянно негодовал на дрянное качество учебника по этому сложнейшему предмету. — Ну так и напиши свой. Уверен, у тебя получится просто замечательно. Я вот, например, до сих пор помню ВСЕ рекомендации, которые почерпнул в принадлежащей когда-то тебе книге, — предложил Гарри в ответ на очередной ворчливый выпад в сторону нерадивых и бестолковых авторов. — Ну и фантазер вы, профессор Поттер, — усмехнулся Северус, ероша непослушные волосы Гарри и методично расстегивая на нем мантию. — Тоже мне, нашел писателя! Больше в тот вечер ни о творческих планах директора Снейпа, ни о Высших зельях они не говорили, но уже на следующий день Снейп начал делать пометки в специальном блокноте, который теперь, спустя почти полтора года, и превратился в объемистый том. * * * — Сев, ты просто не представляешь, что творилось в лавке «Флориш и Блоттс»! Натуральное смертоубийство. Несколько зельеваров передрались из-за оставшихся экземпляров твоей книги, и пришлось вызывать авроров, чтобы растащить их! — только что возвратившийся с презентации нового учебника Гарри буквально захлебывался от восторга. — Хозяин магазина страшно расстроился, когда понял, что ты не сможешь «почтить их своим присутствием». Он, видимо, рассчитывал, что ты, прямо как Локхарт, примешься раздавать автографы! Сев, — широкая улыбка померкла на его губах, — ты что, совсем не рад? — Нет, отчего же, — бесцветным голосом произнес Северус, — я вполне доволен. Учебник, кажется, в самом деле получился приемлемым... — Приемлемым?! — Гарри аж подскочил от возмущения. — Да это бестселлер! Я слышал отзывы критиков — а там, знаешь ли, присутствовали не последние зельевары магической Британии, был даже директор секретной лаборатории при Министерстве и представитель Академии авроров. И все единогласно твердили, что это — настоящий прорыв в педагогике, что Высшие зелья до сих пор находились в полном упадке, а теперь эти знания станут доступны для всех талантливых студентов... Ты хорошо себя чувствуешь? — Гарри на полуслове прервал свою восторженную речь и опустился на диван рядом с Северусом, с беспокойством глядя тому в глаза. — Ты мне решительно не нравишься. Может, вызовем Сметвика, просто проконсультироваться... — А может, ты прекратишь дрожать надо мной, как будто я стеклянный?! — неожиданно для самого себя рявкнул Снейп. — Каждый человек имеет право иногда быть не в форме! Прости, Гарри, — он старался не смотреть на вмиг сникшего супруга, — но я действительно устал. — Да, конечно, — растерянно пробормотал Гарри, провожая взглядом удаляющегося в сторону спальни Северуса. * * * Спать Снейпу не хотелось совершенно. Он и сам не понимал из-за чего так завелся и нещадно ругал себя за то, что сорвался на ни в чем не повинном Гарри. Они оба словно снова вернулись на много лет назад, когда Снейп был ненавистным учителем, а Гарри — вечно страдавшим от его третирований учеником. Неужели причиной истерики Северуса послужила та старая газета, так неудачно попавшаяся под руку совсем недавно? Нет, с этим решительно надо было что-то делать! Сколько можно упиваться прошлым? А если просто уничтожить этот злосчастный номер «Пророка»? Глупо, конечно, рассчитывать, что вместе с ним уйдут в небытие и горькие воспоминания о предательстве Гарри. Но в том-то и суть, что Гарри не предавал его, Северуса. Все месяцы плена он без устали разыскивал пропавшего супруга, отказавшись поверить в официальную версию Министерства о смерти Снейпа... И, вообще, раскисать — абсолютно не в его характере. Порасслаблялся и хватит! Вот хоть взял бы пример с Молли Уизли, которая нашла в себе силы перебороть депрессию, несмотря на гибель троих сыновей и сумасшествие мужа. Для Молли утешением стали внуки. А что могло успокоить Северуса? Уж никак не рождение наследника! Северус невольно усмехнулся от столь дикого предположения. Разумеется, сварить зелье мужской беременности не представляло для него большого труда. Однако ходить с огромным животом самому на глазах у всей школы или взваливать эту ношу на плечи Гарри показалось ему слишком... радикальным средством. Даже чтобы избавиться от мучившей его хандры. Гарри, конечно, очень любил детей, но, с тех пор как он был назначен деканом и нес ответственность за здоровье и благополучие вверенных его попечению гриффиндорцев, ему вполне хватало общения с подрастающим поколением. Так где найти тот якорь, который удержит Снейпа на плаву и не позволит погрузиться в пучину отчаяния?! Ответ пришел сам собой. Гарри! Единственный, ради кого Северус выжил в аду плена и безумия. Единственный, ради кого вообще стоило жить! От всех этих мыслей начала болеть голова. Он не отдыхал как следует уже неделю, и его даже подташнивало от усталости. Снейп протянул руку и нашарил на прикроватном столике зелье Сна без сновидений. Может, удастся вздремнуть хоть пару часов. Возможно, сегодня его не будут мучить кошмары. Северус закрыл глаза. Завтра. Все завтра. Он извинится перед Поттером. За долгие годы совместной жизни он научился тому, что прежде не мог себе и представить: признавать вину и просить прощения... Он начнет принимать Умиротворяющий бальзам не от случая к случаю, а на регулярной основе, а если не поможет и это, обратится к маггловской медицине... Это не сделает его слабым. Наоборот, слабость была в том, чтобы изводить себя и партнера в тщетной попытке справиться с ситуацией самостоятельно. Снейп не слышал, как Гарри на цыпочках вошел в спальню и осторожно, чтобы не разбудить супруга, улегся на самый краешек кровати... Снейп спал. * * * Северус проснулся сразу и внезапно. Он находился в постели один, а из гостиной тянуло дымом маггловских сигарет. О том, что Гарри покуривает, Снейпу стало известно в первые дни после освобождения из плена. Поттер пытался скрыть от чувствительного к запахам супруга свою пагубную привычку, но однажды, вскочив посреди ночи от очередного кошмара, Северус обнаружил Гарри на Астрономической башне — тот нервно затягивался прыгающей в пальцах сигаретой. — Не хотел пить зелья, — извиняющимся тоном признался Гарри, не глядя на Снейпа. — Это мешало сосредоточиться на поиске, а успокоить себя хоть чем-нибудь требовалось... Теперь вот никак не получается бросить... Северус собирался разродиться лекцией о несомненном вреде табака — как для магов, так и для магглов — но промолчал. Просто постоял поодаль — запах все же сильно раздражал его — подождал, пока тихое: «Эванеско!» — заставило окурок исчезнуть, приобнял Гарри за плечи и повел в их тогдашнее подземное обиталище. Впрочем, к чести Поттера будь сказано, курил он исключительно редко, только в минуты крайнего волнения. Вероятно, сегодняшний срыв Северуса спровоцировал его снова обратиться к пагубной привычке. В спальне было довольно прохладно. Снейп поежился, накинул на голое тело халат — тот самый, подаренный Эдди еще в далекой маггловской жизни в Фолкерке — и вышел в гостиную. Точнее — сделал по направлению к ней несколько шагов и застыл, не в силах оторвать взгляда от открывшегося его глазам зрелища. Луна заливала комнату своим призрачным светом. В ее сиянии силуэт стоявшего у окна вполоборота Гарри казался почти черным. Одной рукой Поттер опирался о высокий подоконник, в другой — держал сигарету. Крошечный огонек на ее кончике мерцал и вспыхивал. Грудь Гарри вздымалась при каждой затяжке. Если не считать обернутого вокруг бедер полотенца, он был абсолютно обнажен, и Северус уловил легкий запах яблочного мыла, примешивающийся к сигаретному дыму. Снейп почувствовал, как желание жаркой волной поднимается в нем. Он бесшумно приблизился к супругу и дотронулся до все еще влажного после душа плеча. Гарри вздрогнул. — Мерлин, Северус, ты меня напугал! Я иногда забываю, как тихо ты двигаешься... Северус не ответил. Ставшими вдруг неловкими от охватившей его страсти пальцами он развязал пояс халата, потянул за край полотенца, и оно скользнуло на пол. Недокуренная сигарета исчезла. Северус невесомыми массирующими движениями ласкал плечи Гарри, и тот вмиг покрылся мурашками то ли от удовольствия, то ли от свежего предутреннего ветра, доносившего до них запах распускающихся цветов. За почти десять лет совместной жизни Северус досконально изучил все потаенные местечки на теле своего Поттера. Не разворачивая Гарри лицом к себе, он поцеловал нежную кожу у основания шеи, осторожно прихватил зубами мочку уха, отчего Поттер издал глухой стон и вжался в него всем телом. Одной рукой Северус прижал Гарри к своей груди, а другой принялся водить по его члену, чувствуя, что сам возбуждается все сильнее и сильнее. Не дав Гарри кончить, он внезапно поддался какому-то порыву и, прерывисто прошептав: — Расставь ноги пошире... Обопрись на подоконник... — опустился перед Поттером на колени. Бережно сцеловывая с его поясницы капельки влаги, Северус потерся щекой о такую соблазнительную задницу, оставил на ней пару засосов, точно помечая свою территорию, аккуратно развел в стороны полушария и начал вылизывать сжавшееся колечко ануса языком, дразня и проникая внутрь. Гарри сдавленно охнул, ноги его едва не подогнулись, и он вцепился в подоконник до побелевших костяшек пальцев. Он закрыл глаза, всецело отдавшись на волю новых ощущений. Толкавшийся в него язык Северуса посылал по всему телу электрические разряды ни с чем не сравнимого удовольствия, вынуждая тихо поскуливать и просить: — Да, Сев, пожалуйста, еще... Он пропустил момент, когда Северус, поднявшись с колен, крепко ухватил его за бедра и до упора вогнал член в мокрое от слюны отверстие. Гарри показалось, что у него темнеет в глазах. Возбуждение мешало связно мыслить. Он глухо застонал и еще сильнее прогнулся в пояснице, упираясь в подоконник обеими руками. Северус принялся ритмично двигаться, при каждом толчке задевая простату и заставляя Гарри вскрикивать. Несмотря на предрассветную прохладу, их обоих бросило в жар. Гарри чувствовал, как по спине течет пот. Он весь словно плавился от страсти, а Северус вдруг потянул его на себя, вынудив практически выпрямиться, и снова перехватил поперек груди, второй рукой лаская уже ставший болезненным член. Гарри больше не мог сдерживаться. Приникнув дрожавшим точно в ознобе телом к Снейпу, он закричал. По пальцам Северуса потекла теплая сперма, и в то же самое мгновение оргазм накрыл и его... * * * Они стояли в проеме окна, набросив на плечи поднятый с пола халат Северуса. За стеклом, окрашивая небо в немыслимые цвета, разгорался рассвет. Поттер снова закурил. Снейп запоздало вспомнил о своем намерении попросить прощения, но по здравом размышлении решил все же промолчать. Что-то подсказывало ему — он прощен. И в этот раз, и на будущее. — Я... — Гарри закашлялся, затянувшись дымом, — я приготовил тебе подарок, — в его голосе проскальзывала легкая хрипотца, как всегда бывало после бурного секса. — Хотел вручить завтра, на нашу годовщину. Но у меня, как ты знаешь, вечно не хватает терпения подождать... К тому же это очень особенный подарок. Акцио билеты! На подоконник лег небольшой, судя по виду, маггловский буклет. — И что здесь такое? — потеревшись о его плечо щекой, заинтересовался Северус. — Ну... — замялся Гарри, — это... как бы тебе сказать... кулинарный тур по Италии. Маггловский. На три недели. Дата выезда — сразу после начала летних каникул... В программу входят Рим, Тоскана, Неаполь, Венеция, Флоренция, ну и в самом конце — озера: Комо (1), Гарда (2) и Лаго-Марджоре (3). В каждом городе — мастер-класс с известными шеф-поварами, знакомство с местной кухней, ну и немного достопримечательностей. А на озерах — просто отдых... Мы же с тобой заслужили каникулы? Или... — радость на его все еще таком молодом лице сменилась испугом, — тебе не хочется? — Хочется, — Снейп выдернул сигарету из пальцев Поттера и приобнял его за плечи. — Мне, безусловно, очень хочется поехать с тобой в Италию. При одном условии... — он развернул Гарри лицом к себе и нежно поцеловал в уголок рта. — Если ты пообещаешь бросить курить. ________________________________ 1. Ко́мо (итал. Lago di Como), реже Ла́рио (Lario, от лат. Larius lacus, тж. лат. Comacenus lacus, ломб. Lagh de Com) — третье по величине озеро Италии (длина — 47 км, ширина — до 4 км), одно из самых глубоких в Европе (до 410 м). Расположено в 40 км к северу от Милана на высоте 199 м в оправе известняковых и гранитных гор высотой до 600 м с юга и 2400 м с севера. Состоит из трёх рукавов длиной от 26 км. Питается рекой Адда. Берёт название от прибрежного города Комо. https://ru.wikipedia.org/wiki/Комо_(озеро) 2. Га́рда или Лаго-ди-Гарда (итал. Lago di Garda, устар. Бенакское озеро лат. Benacus lacus) — самое большое озеро в Италии, расположенное вблизи южного подножья Альп в котловине ледниково-тектонического происхождения. Площадь поверхности — 370 км², глубина — до 346 м, озеро судоходно. Из озера вытекает река Минчо (левый приток реки По), впадает река Ариль (считается самой короткой рекой в Италии). https://ru.wikipedia.org/wiki/Гарда_(озеро) 3. Ла́го-Маджо́ре (итал. Lago Maggiore [ˈlaːɡo madˈdʒoːre] — «большое озеро») — озеро на границе Швейцарии и Италии. Швейцарская часть озера расположена в кантоне Тичино, итальянская — в Пьемонте и Ломбардии. Урез воды Лаго-Маджоре является самой низкой точкой Швейцарии. https://ru.wikipedia.org/wiki/Лаго-Маджоре