Человек на птице

— Дейдара. Тсукури Дейдара, — бормотал я, держа в руках черную ткань с красными облаками, что оставил у меня ее обладатель. Как только я остался один — уже не был уверен в том, что за свои прожитые годы ощутил на себе все прелести жизни молодого человека (не считая собственной семьи, которую до сих пор не планировал заводить). За несколько часов мной овладевали совершенно разные чувства: удивление, шок, страх, особенно нескончаемое желание продолжать чувствовать это. Продолжать… Встреча с парнишкой заставляет до сих пор испытывать очень странное, но сильное влечение. Влечение увидеть, рассматривать, слушать Дейдару еще очень долго. Мне безумно хотелось получить это. Я будто наркоман, у которого отняли что-то новое, настолько прекрасное, что дышать без этого трудно. Руки дрожали и я почти выронил плащ, пошатываясь на месте. В мыслях возникал последний кадр отдаляющейся от меня птицы, и это сводило с ума. Не помню, в какой момент собрался и выскочил из квартиры, быстро перебирая ногами по ступенькам. Естественно, рядом стоял лифт, но я, кажется, добрался до первого этажа гораздо быстрее. Как только Дейдара покинул меня, я почувствовал тяжесть внутри. Такого не возникало никогда, поэтому не знаю, с чем сравнить. Я побежал куда-то в сторону парка. Это было в противоположной стороне от той, куда полетел светловолосый мальчик, но я продолжал бежать уже без какой-либо мысли в голове. Никогда бы не подумал, что смогу бежать без остановки уже довольно долго, но совершенно не почувствовать ни капли усталости. И пот, что мог освежать мою голову прохладой, даже в малой степени не проявился на лбу. Это ненормально. Это не менее странно, чем то волшебство, что происходило прямо на моих глазах. Я готов был поверить в это, но все же… Уже четвертый парк, что встречается на пути. Я почему-то знал, что именно здесь находился Тсукури. Останавливая бег постепенно, я не чувствовал в себе, что должен глубоко дышать, жадно хватая воздух. Я был полностью в нормальной форме, будто прошелся до этого места не спеша. Погода испортилась и теперь солнце было закрыто темными тучами, грозно надвигающимися на город. Я шел, внимательно смотря по сторонам в поисках блондина. Вокруг ни души, но… все-таки чувствовалось присутствие. Мания, что завела меня на дорожку, вдоль которой расположены высокие темные деревья, будто становилась сильнее. И я знал, что с каждым шагом приближаюсь к нему. Но почему, все-таки, так происходит? Будто я тоже обладаю неземными способностями. Уже совсем близко. Я вижу очертания некой фигуры, что тихонько сидела, прислонив спину к одному из деревьев. Дейдара… он правда здесь. Мысленно улыбнувшись и даже представив, что подпрыгнул от радости, я прикрыл глаза всего на миг, но когда открыл… Я вижу светло-голубые нити, что охватывали все тело человека напротив, что увидел меня и вытянулся в полный рост. Они были настолько тонкими, словно горящие синим пламенем белые струны, без остановки интенсивно двигающиеся внутри Дейдары. Будто вены… настолько живые и нереально сильные. Я чувствовал это, будто сам испытывал. На секунду я отвлекся, взглянув на свои запястья. Нити пламени окружали и меня самого. Резко вдыхая, я будто вышел из транса, вновь взглянув на руки: нити пропали, но ощущение это, что доводит до дрожи — осталось. — Эта… та самая чакра, о которой ты рассказывал? — спросил я, все еще молясь, чтобы не свалиться с ног. Длинноволосый человек безмолвно подошел ко мне, пристально вглядываясь в глаза. И я не смог сопротивляться его взгляду, посмотрев в ответ. — Ты почувствовал ее, когда нашел меня? — вспоминая слова, что были высказаны мне крайней ночью. Я хорошо запомнил об этом. — И вы, — сказал второй. — тоже нашли, полагаясь на это чувство. Значит ли это, что мир, в который попал я, действительно растил все это время Сасори-саму? Настоящего Сасори?.. — спрашивая себя самого, уже не глядя мне в глаза. И я легонько дотронулся до края своей синей футболки, что теперь надета на хрупкие плечи подростка. — Я и не предполагал, что способен на это, — выдал я, убирая руку. — Только когда ты улетел на той… черт возьми, не могу принять, что это не фокус. Я видел, как ты улетаешь на этой птице и с той же секунды внутри меня что-то разожглось, — честно признался я, следя за тем, как голубые глаза медленно увеличиваются, изображая искреннее удивление. — Я знал, куда идти. — Верю, — тихо ответил Дейдара, немного растягивая улыбку. — верю, Данна… Дорогу до дома мы преодолевали неспеша. Блондин рассказал о том, что чувствовал, когда сбежал от меня. Тогда ему стало невероятно грустно от осознания, что тот прекрасный миг, когда, наконец, встретился со мной в этом мире, оказался иллюзией. Но это не так. Теперь мы оба в этом убеждены. Хоть я и не на все сто процентов ощущаю, что не сошел с ума, но свято верю в то, что глинянная птица — не мое воображение. Она приходит в тот момент, когда Дейдара этого хочет. Я с интересом слушал все, что говорил мне мой «напарник», когда мы уже приблизились к нужной многоэтажке. Прогремел гром и начался дождь. Что ж, мы вовремя. — Довольно странно, — уже не в первый раз проговаривает младший, входя в подъезд. И мне совсем неудивительно. Я понимаю его чувства, ведь моя, как сказал Дейдара — «огромная железная деревня» — одно из самых удивительных вещей, что он когда-либо видел. — Хочешь, я завтра покажу тебе мою деревню? — А-ага, — немного растерялся у входа в лифт. — я еще ничего не знаю об этом месте, однако пока искал вас, Данна, успел полюбоваться улицами. Они так ярко сверкают, особенно когда темно. Как называется это место? — Токио. — Деревня Токио… необычненько. Я еле сдержал смешок, радуясь, что снова вижу этого необычного человека рядом. Внутри царило спокойствие. Я стоял к нему так близко, что воспоминания совершенно неожиданно выдали фрагмент, из-за чего, собственно, Дейдара вынужден был уйти. Я и правда захотел поцеловать этого мальчика? Но он ведь, наверное… сколько ему вообще? — Дейдара. — М? — Прости меня. Блондин замялся, взглянув на меня с широко распахнутыми глазами. — Что вы, Данна! Разве что-то такое произошло, что вы… — Я хотел поцеловать тебя, — перебивая. Взгляд напротив будто застыл на какое-то время, затем начал стремительно краснеть. — Н-нет… это всего-лишь мимолетное желание, что я мог случайно возродить в вас своими нелепыми прикосновениями. Это мне безумно хотелось обнять вас, ведь… я же совсем недавно понял, что вы погибли… Я мог никогда так и не встретить вас. — Ты так юн, — сказал я, вспоминая все, что только успел рассказать мне о «другом» мире мой неожиданный гость. — и столько всего пережил. Неужели, тебе не страшно было жить в мире, где… такая жестокость. Вы бьетесь на смерть. Как только с тобой ничего не случилось в этом возрасте? — В м-моем возрасте?.. — сглатывая слюну. — Сасори-сама, я — не вы. Я не был сильнейшим в своей родной деревне с малых лет. Вы, будучи ребенком, избавлялись от целых деревень. В одиночку. А я… всего лишь подрывник — бывший ученик главного в Скрытом Камне. Признаюсь, почти ничего из себя не представлял, пока не попал в Акацуки в девятнадцать лет. — Так тебе девятнадцать? — проговорил я заинтересованно, будто все то, что было сказано из уст Дейдары — было мной не услышано. Я все прекрасно понял, однако именно последнее привлекло меня больше остального. — Да, почти двадцать, — кивнул Дейдара, заходя в мою квартиру. Мда, не подросток — с неким облегчением подумал я, теперь стараясь не вспоминать о том, что было на кухне. — Сасори-сама, — обратился младший. — можно мне лечь обратно на диван? Я очень устал. — Угу. Аккуратно постелив ту же постельку, я смотрел на то, как светловолосое создание опускается на мягкую поверхность. — Наверное, вы и раньше никогда не знали, — со смешком проговорил Тсукури. — но в логове Акацуки я всегда спал в своей любимой пижаме, на которой было нарисовано полно белых бабочек. — Много бабочек на темно-зеленой шелковой ткани, — пробормотал я, представляя длинноволосого блондина, что ложился в свою кровать, попутно распуская длинный хвост. — Что? — дернулся собеседник. Я потупился, взглянув ему в глаза. — Это… ну… вы не могли знать этого. Я с ужасом осознал, что, представляя парня напротив в его пижаме, я не пользовался фантазией… я вспомнил о этом. Я вспомнил, что когда-то видел его таким.