Дневник жертвы

      Тэхён сидел около двери с горящей вывеской "Идет операция!" и, закинув голову к белоснежному потолку, потягивал едкий дым мятных сигарет. Здесь вроде нельзя, но ему насрать. Когда он затушил окурок о ближайший горшок с цветком, то вывеска перестала мигать, и из неё вышел врач, растирая руки и пытаясь подобрать слова. Тэхён усмехнулся. - С вашей омегой все хорошо,но...нам не удалось спасти ребен... Не успел он договорить как альфа перебил его: - Это сдохло?- напрямую лениво поинтересовался Ким. - Р-ребенок? - заикнувшись, переспросил бета. - Ага, - лениво отозвался Тэхён. - Да, ребенок умер, так как травмы были несовместимы с жизнью. Вы берегите своего омегу...у него же, если я не ошибаюсь, это уже третий выкидыш на большом сроке? Так и сойти с ума можно. Бета поклонился и, не надеясь на ответную реакцию, зашагал прочь.

***

В тихой квартире раздался хлопок двери и звук падающего тела на холодный паркет. Альфа, смотря голодным взглядом на омегу, что пятился назад, начал подходить все ближе. - Раздевайся, - приказным тоном сказал Тэ. - Тэхён, ты же знаешь, что пока нельзя... - подрагивающим от страха голосом произнес испуганный омега. Парень схватил его за волосы и приблизил его лицо к своему. - Чонгук-и,- обманно-ласковым голосом говорил он. - Ты же знаешь, что провинился еще тогда, когда залетел в третий раз. Я не трогал тебя ближе к сроку целых четыре месяца. Где благодарность, малыш? Чонгук поморщился, когда старший болезненно сжал его волосы. - Давай подумаем...хм, а почему же ты залетел? Может потому, что ты не пил те противозачаточные, которые я тебе покупал? А, Чонгук-и? Отвечай! - вынуждая омегу чуть ли не ломать шею, чтобы смотреть ему глаза, вторил Ким. - Я...Я пил те таблетки. Я сам не хотел ребёнка от такого изверга, как ты! - вскрикнул Чон. - Изверг... - Повторил Ким. - Изверг. Он резко откинул младшего в ближайшую стену, из-за чего тот сильно ударился головой о кафельную плиту и сполз по ней, оставляя на ней кровавый развод. - Ой-ой-ой, Чонгук-и! Как же грязно ты сделал! Какой неряшливый! И зачем я на тебе женился? Тебя надо перевоспитать! - почти прорычав последние слова, альфа встал на ноги и, занеся ногу для удара, ударил скрючившегося Чона под ребра, которые тот старательно защищал. После нескольких ударов он остановился и, кинув беглый взгляд на несопротивляющегося младшего, уже хотел воспользоваться его телом, но вдруг раздался рингтон его мобильного, и на дисплее высветилось "Отец". Нажав на кнопку "принять", Тэхён вздохнул и произнёс вялое: "Да?" - Тэхён, я слышал о том, что Чонгук опять потерял ребенка. Когда ты уже прекратишь его избивать? - раздался голос Мин Юнги, его отца. - Ну, это как получится. Он меня выбесил, и я чуть-чуть разукрасил его личико. - Твое чуть-чуть всегда выглядит, как выкидыш? Наши компаньоны уже с явным нежеланием сотрудничают с нами! Акции на рынке падают! Нам грозит банкротство! - кричал в трубку альфа. - Сегодня приходишь с Чоном на званный ужин акционеров и остальных шишек. Надеюсь, ты еще ничего не успел сделать с ним? Тэхён сделал снимок младшего, что сейчас прибывал в отключке, и отправил своему отцу. Юнги раскричался еще сильнее и, кинув злое: "Что хочешь делай, но приведи его в божеский вид!", отключился. Тэхён выдохнул и, повернувшись к младшему, пнул его в колено. - Поднимайся. Чего разлегся? Вали в душ, а я пока кому-нибудь из стаффа позвоню. Чонгук с титаническими усилиями заставил себя подняться и, опираясь на стену, дошел до ванной комнаты. Закрыв за собой дверь, он скатился по ней, давая волю слезам и попутно включая кран с водой, что будет заглушать его рыдания. Через час отмочки он наконец вышел и увидел незнакомых омег с различной косметикой, а также смог увидеть костюм, лежащий на кровати. Одна девушка подбежала к нему. -Ты Чон Чонгук? - спросила она, на что получила утвердительный кивок. Она потянула к столу и, усадив на пуфик, начала замазывать лицо и шею парня, чтобы не было видно всех ссадин и синяков. Две девушки, стоявшие чуть позади, весело перемывали ему кости, но одна фраза добила его окончательно: - Замужем за сыном магната, а еще родить нормально не может и ходит весь побитый, как собака! Живет же припеваючи! Он развернулся к ним корпусом и, встав с пуфика, развязал пояс своего халата, показывая им россыпь синих и чёрных синяков размером с кулак, множество швов и порезов. Все разом ахнули. - Я бы все отдал, чтобы избавиться от этого тирана, - он завязал халат и сел обратно. Больше никто не обмолвился ни словом, и теперь все смотрели на него...с сочувствием? Закончив с макияжем и одев его, они собрали все свои вещи и ушли, но зато в комнату вошёл готовый к выходу Тэхён и, осмотрев младшего с ног до головы, усмехнулся каким-то своим мыслям. Схватив Чонгука, он поволок его прочь из комнаты, а после и из квартиры.

***

Чонгук говорил, что не любит большие сборища богатеньких людей? Нет? Тогда теперь он говорит это сейчас. Он ненавидит эту толпу, из которой то и дело разносятся щелчки и вспышки камер, от которых очень болят глаза, но он же замужем за сыном магната, который сам миллиардер, так что надо держаться достойно. Наконец они прошли шумную толпу и зашли в здание, где, сдав вещи дворецкому, прошагали в направлении зала, в котором играла живая музыка. Тэхен взял с подноса проходящего мимо официанта два бокала с шампанским, которое являлось своего рода украшением руки каждого находившегося здесь гостя, и, вручив один младшему, грубо взял его под руку, повёл вглубь толпы, чтобы отыскать там своего отца. - Здравствуй, отец, приветствую господин Ли, - наигранно-сладко поздоровался Ким и сделал поклон. Чону пришлось последовать действиям старшего. Ему пришлось натянуто улыбаться, а, как только все разговоры перешли на тему бизнеса, то, попросив откланяться, забился в самый неприметный угол зала и достал свой дневник. 19:44. Все веселятся, пьют и танцуют. Только мне не радостно? Скорее всего, это так, а ведь я так люблю танцевать. Но если бы я и захотел, то не смог бы. Тэхён на славу постарался. Даже домой не хочется. Опять бить начнет из-за какой-нибудь мелочи. А может, даже изнасилует. Чёрт его знает. Теперь даже умереть не страшно. А зачем мне жизнь? Для того, чтобы получать от Тэ снова и снова? Или чтобы я до конца своих дней мучился за смерть своих малышей? Как же мир жесток... Дописав, он закрыл свой дневник и спрятал за пазуху. К нему подошел какой-то подвыпивший омега с бокалом шампанского. - Животное, выпей со мной, - он поднял бокал над его головой и выплеснул содержимое. Весь зал замер, так как это был муж господина Ли и господина Кима. - Джохо, ну что же ты делаешь?! Я же говорил тебе не напиваться! - подбежал к омегам Ли. - Я тут не при чем! Это животное не захотело со мной пить!, - воскликнул тот самый Джохо. Тэхён подошел к Чонгуку, что сейчас осел на пол, держась за глаза, которые нещадно жгло. Он присел рядом и отшвырнул руки Гука от его лица. На него смотрели отекшие и раздраженные от пролитого алкоголя глаза. - Вставай, - сказал Ким, протягивая младшему руку. Тот оперся на неё . - Извиняюсь сердечно, господин Ким. Джохо не нарочно. Надеюсь, наш договор все еще в силе?, - устало проговорил Оён Ли. - Да, конечно, - кинул Тэ, прежде чем скрылся вместе с младшим в уборной. Чонгук, подойдя к раковине, включил теплую воду и сполоснул лицо. Он старался полностью вымыть весь алкоголь, который попал в глаза, тем самым смывая макияж со всего лица. Тэхён стоял неподвижно. Чон оторвал небольшой кусок бумажного полотенца и, вытерев лицо с руками, оглядел себя в зеркало: от макияжа ничего не осталось, поэтому он мог видеть, как раздувается и темнеет его скула, где, скорее всего, будет очень большой синяк. Он провел пальцами по контуру лица и почувствовал всю грубость когда-то детской кожи. - Я уезжаю завтра в командировку с Ли на три месяца. В Лос-Анджелес, - начал Тэ. - И? Раньше ты никогда не отчитывался своими действиями передо мной. Поезжай. Моё мнение здесь ничего не стоит, - откуда-то твердым голосом произнёс Чонгук. - Хорошенько повеселись со здешними шлюхами, а то ты слишком много жалуешься на то, что я бревно в постели. Надеюсь, там не будет брёвен. Тэхён замахнулся для удара, но...этот взгляд, пустой взгляд, остановил его. Он был как у сломанной куклы. И это пугало. Ким вдруг вспомнил, как впервые ударил Гука. Тогда он только только начал работать в компании отца, и никто не воспринимал его всерьёз. Именно тогда он сорвался на надоедливого младшего, что с горящими глазами рассказывал, что у него получилось приготовить блюдо, которое у него очень долго не получалось. И именно тогда это вошло в привычку - бить Чонгука. Бить, сгоняя всю свою злость и усталость, насиловать до потери сознания. А Чонгук всё терпел и продолжал так же вкусно готовить, ничего не говоря. Совсем. Но больше он не улыбался и глаза не горели тем светом, в который влюбился Ким. Тэхён опустил руку и воспоминания с новой силой атаковали его. Вот он и Чонгук весело проводят последний год жизни в универе. Погода была очень хорошей, и они гуляли, нежно держась за руки и глупо улыбаясь всем прохожим. Чонгук побежал на лужайку и, упав на нее, начал кататься и резвиться, а Тэхёну только и оставалось, что ловить свою любимую непоседу. Наконец поймав любимого, он схватил его и повалил на спину, придавливая его своим телом, из-за чего Гук моментально покраснел, а Тэ потянулся к желанным губам. Они всё на той же лужайке, и солнце припекает макушки. Чонгук лежит на коленях Тэхена, а тот, в свою очередь, перебирает шелковистые волосы.

***

По приезде Тэхён быстро собрал свои вещи и покинул квартиру, так как самолет был в полночь. Чонгук, стянув пропахшую алкоголем одежду, залез в ванну и замер. Три месяца. У него есть три месяца без Тэхёна. Помывшись и переодевшись в более удобную одежду, Чон поменял постельное белье и уснул, вдыхая запах порошка. Сегодня Тэхён впервые за долгое время не бил меня - появилась запись в его дневнике.

3 месяца спустя.

Тэхён тихо закрывает за собой дверь квартиры и ставит свой небольшой чемодан в прихожей. В квартире было на удивление тихо. Он прошёл на кухню, в спальню и только из гостиной послышался тихий голос диктора, что оповещал о том, что в Сеуле сейчас пол-четвёртого утра. Перед телевизором тихо дремал Чонгук. Тэхён выключил надоевшую технику и присел на корточки возле спящего малыша. Все синяки, оставленные Тэхеном, исчезли, а краска для волос, в которую его заставил перекраситься старший, смылась, и на голове красовался натуральный цвет вновь мягких волос. Чонгук мило поморщился на то, что Тэ убрал за ушко выбитую прядь, и начал бормотать. Альфа ничего не мог разобрать кроме тихого "ТэТэ..." из его уст. Вдруг омега резко вскочил и сел. Тэхён сидел у его разведенных ног. - Тэ...т-ты же завтра должен был вернуться. Я перекрас-ситься не успел...ой!, - прикрывая ладошкой рот, молвил Гук охрипшим после сна голосом. Тэхён осторожно провел рукой по мягким волосам и выдал: - Не надо больше краситься. Тебе, оказывается, очень идёт натуральный цвет. Чонгук опасался такой нежности, но осторожно поддался, будто пытаясь понять, будет ли кнут после пряника. Тэ придвинулся вплотную и коснулся сладких и манящих губ. Поцелуй получился нежным и чувственным. Альфа продолжал покусывать и посасывать губы младшего, осторожно наваливаясь сверху. Вдруг по всей комнате разлетелся запах течного омеги. Тэхён, оторвавшись от губ, непонимающе уставился на Чона, что пытался свести колени. - У тебя течка же только через неделю, - охрипшим от возбуждения голосом произнес Ким. - Это из-за трёх месяцев воздержания, теперь можно. - мямлил Гук, мило краснея. И это "можно" сорвало все тормоза в голове Тэхёна. Он, одурманенный запахом истинного, начал срывать вещи с обоих тел. Чонгук тоже не отставал, хотя и пытался запихать поглубже факт того, что скучал. Он безумно соскучился по Тэхёну. Когда они были раздеты полностью, то Тэхён перешел на манящую шею и ключицы, обводя языком свою же метку. Всё тело Гука было словно оголенный нерв, и на любое прикосновение он реагировал стонами. Поднося пальцы к сжимающейся дырочке с вытекающей смазкой и погружая половой орган парня в свой рот, Тэхён услышал ласкающие уши стоны. Он вставлял по одному пальцу, и вот когда все четыре пальца были в Чоне, то альфа вынул их и, подставив свой половой орган, начал входить. Чонгук глубоко внутри сжал его, а после того, как расслабился, старший смог делать легкие толчки, что попадали прямо по простате. - Тэ...быстрее, глубже...- молил омега, почти задыхаясь, и альфа сорвался на бешеный темп, вскоре кончив глубоко внутрь, а Чон излился от чувства заполненности себе на живот. Они провалились в сон, совсем позабыв о сцепке. Чонгук проснулся в любимых объятиях ближе к шести утра. Он много думал о том, что, возможно, Тэ больше не будет его бить, ну или, скорее всего, им предстоит серьёзный разговор. Встав с дивана, на котором они уснули, он осмотрел "поле битвы" и прямо голышом отправился в душ. Пока капли воды стекали вниз по его телу, Гук вспомнил, что вроде бы у него началась течка,но сейчас ее почему-то нет. Переодевшись в спортивный костюм и вставив наушники в уши, он отправился на ежедневную пробежку. На улице почти никого не было. Чонгук пробегал через дорогу и откуда-то из-за угла появилась тонированная машина без номеров. Удар. Тело взлетело вверх и тряпичной куклой упало на холодный асфальт. Машина умчалась прочь.

Месяц спустя.

Тэхён мирно посапывал на руке любимого и ему снилась их счастливая жизнь с маленькими карапузами. Но. Пока что этому не суждено сбыться, так как Чонгук сейчас находится в глубокой коме. Тех, кто сделал это, так и не нашли, но поиски продолжаются. Недавно врачи узнали что их пациент беремен и ждет не одного, не двух, а целых трех малышей. Почему-то Тэ был очень счастлив, что их детки все-таки смогут родиться. Альфа проснулся от копошения рядом и, подскочив, понял, что его любимый малыш Чонгук очнулся. Он выбежал с криками из палаты, а после вернулся туда с врачом и медсестрой. Врач начал что-то крутить в приборах и показывать что-то Гуку, а тот лишь кивал. Мистер Кан снял с него кислородную маску, и тот начал дышать свободно. - Слава богу! - стерев пот со лба, воскликнул врач. - Доктор, с ним все хорошо? - взволнованно спросил Ким. - И даже лучше. Мы думали, что он не сможет самостоятельно дышать, но этот паренек в рубашке родился. У вас пять минут. После, ему нужно отдыхать. Они удалились. Тэхён осторожно присел рядом с омегой и провел по его волосам ладонью. - Ты такой молодец. Умничка. Я так тебя люблю, - шептал Ким, роняя слезы. -Тэ...я тоже..тоже люблю тебя, - проговорил Гук. - Знаешь, а для нас есть хорошая новость. Ты беремен тройней, - улыбнулся Ким. - Я больше никогда не причиню тебе боли. Я прочел твои записи в дневнике. Прости меня. Я действительно был извергом. Прости... - Я уже простил. Я люблю тебя и наших будущих малышей тоже люблю. Пожалуйста, сделай так, чтобы в этом дневнике не появилось больше ни одной плохой записи о тебе... Они поняли друг друга и теперь они счастливы. Было множество моментов, когда Чон был в положении: как он гонял Тэхёна в четыре часа утра за разной едой, как укладывал его руки на свой огромный живот, ибо "Тэ, он тяжёлый". Тэхён все мужественно вытерпел и награда ему - любовь близких, а именно Чонгука, Тэгука, Юнмина и Намджина. И в дневнике больше не появилось ни одной ужасной записи об их совместной жизни с Кимом.