Изумрудная змейка

Они не встречались почти целую неделю. То случай не выпадал, то старания Мирцеллы возымели свое действие. Пару раз они увидели друг друга издалека, но даже не поздоровались. В основном это случалось, когда она гуляла с Тристаном. Один раз Целла проходила по галерее мимо очередного сада, в котором прямо на земле в шелковом платье сидела Элария и кормила ягодами Оберина, чья голова покоилась на ее коленях. Эта картина так расстроила принцессу, что девушка поспешила удалиться. Пара ее даже не заметила, а Мирцелла уединилась в своих покоях и провела несколько боев с подушкой. К сожалению, это был единственный равный ей соперник в Дорне. Впрочем, в остальные мимолетные встречи было гораздо проще. Прошла неделя, и Целле казалось, что тяга постепенно отступает, наваждение проходит и опасность вот-вот пройдет. Но не тут-то было. На восьмой день после поездки в горы, принц Оберин оказался во дворце в отсутствии своей любовницы и без нужды до тренировки. Их встреча была неминуема, и, когда Мирцелла вновь столкнулась с ним лицом к лицу, вся ее уверенность и хрупкое спокойствие сошли на нет. - Добрый день, принц Оберин, - как могла спокойно произнесла она. - Здравствуй, Мирцелла, - медленно посмотрев на нее сказал Оберин. - Готовитесь к празднику? - Да, - она кивнула и замолчала, ощущая себя очень неловко. Девушка опустила взгляд на свои руки, переминая пальцы. - Я долго думал, - сказал он, подойдя к принцессе ближе, - про тот гребень с изумрудами, который выбрал из горы барахла, что накупили служанки, и понял, что он все-таки далеко неидеален к тому платью. У принца в руках возникли серебряные нити, увешанные крупными голубыми и зеленными камнями, как капли воды. - Вот эта вещица куда более элегантна, - он любовно пропустил пару камушков вокруг пальцев. Это было украшение на голову по типу мягкой диадемы со струящимися по волосам нитями. - М... это прекрасно,- она улыбнулась вполне искренне, все же украшение было крайне красивым,- у вас прекрасный вкус,- Мирцелла отважилась посмотреть в его темные глаза. Сердце предательски пропустило пару ударов и забилось быстрее. - Правильнее сказать, прекрасный вкус был у моей сестры, - принц Оберин жестом попросил девушку повернуться к нему спиной. - Даже любопытно, как оно будет смотреться на светлых волосах. Она повернулась спиной к нему, сглотнув. Дышать ровно было довольно тяжело, особенно в такой близости от принца. Мирцелла попыталась поддержать разговор. - Так это украшение вашей сестры? Уверена, на ней оно смотрелось лучше... – ее голос едва слышно дрожал от волнения. Оберин подошел к девушке и надел диадему на ее волосы, распределяя серебряные нити по золотистым кудрям. - Честно говоря, я плохо помню, - Он перекинул массу ее волос на одно плечо, вплетая украшения в локоны. - Но на твоих волосах оно прекрасно. Оберин наклонился к девушке, куснув ее за загривок. Мирцелла вздрогнула, не смея пошевелиться. Дыхание сбилось, а кровь веселее побежала по жилам. - Благодарю вас, - тихо, почти шепотом произнесла принцесса. - Красоту не следует прятать, дорогая, - улыбнулся Змей, обвив талию девушки руками и переведя покусывание во влажный поцелуй. - М...- она тихо выдохнула, положив ладошки поверх его рук. По коже будто искры пролетели и обожгли, оставляя горящие следы, - нас могут увидеть, прошу... Вся ее решимость рассыпалась как карточный домик. Мужчина умел искушать. Конечно, скольких он уже повидал за свою жизнь... Мирцелла сжала ладошки на его руках от этой мысли и сиюминутной злости. Оберин поднял голову, его губы скользнули вверх по ее шее, после чего утонули в шелковистых волосах. Принц вдохнул лавандовый аромат ее кудрей и отстранился. - Да, ты права. Увидимся на празднике, Мирцелла. Она взяла себя в руки, с большим трудом, и обернулась. Кожа горела от пережитых ощущений, а в глазах сверкали эмоции, которые она явно пыталась обуздать. - До встречи, - произнесла она, так и не решившись сказать нечто иное и более правильное. А после как можно быстрее пошла прочь, пытаясь унять несущееся куда-то сердце. Она какое-то время провела в своих покоях. Целла тщательно готовилась к празднику, задумчиво рассматривая себя в зеркало. Диадема действительно невероятно смотрелась на ее волосах, на солнце сверкая так же ярко, как горели ее глаза. С платьем она сочеталась чудесно. Девушка много думала. Она не знала, чего ждать от этого праздника, но более всего - от Оберина. Эта встреча показала ей, что те слова были сказаны не сгоряча и не в шутку - он действительно счел ее своей. А она даже не могла отрицать, не могла показать, что это не так! Целлу злил такой уклад вещей. Кто она - принцесса или простушка? С горечью понимая, что рядом с принцем ее выдержка сводится к нулю, она решила не отходить от Тристана так долго как это возможно. Вечером девушка вышла из своих покоев и направилась на поиски своего жениха. Тристан встретил ее на лестнице. Он замедлил шаг и на секунду замер. На его юном лице отразился восторг и искреннее восхищение. -Я.. - юноша наконец улыбнулся и заговорил. - Вы невероятно красивы, миледи. Она мило улыбнулась, глядя ему в глаза. - Благодарю, Тристан, - Целла взялась за его руку и сжала ее, - пойдемте? - Идем, - он медленным шагом повел ее по дорожке, и уже через 15 минут пара поднималась по широкой лестнице на крышу. Вечерело, однако, темнота все никак не опускалась на землю, солнце застыло где-то в метре над линией горизонта и больше не опускалось. Когда Мирцелла с Тристаном пришли на крышу, оказалось, что большая часть людей уже собралась, были накрыты роскошные столы, музыканты устанавливали свои инструменты. Мирцелла восхищенно улыбнулась. - Как здесь красиво! - она сжала его руку покрепче, - а кто среди гостей?- поинтересовалась она у жениха. - Знатные семьи Дорна, - пояснил Тристан, проводя Мирцеллу к королевскому столу. "Стало намного понятнее", - не без скептицизма подумала Целла, но развивать эту тему не стала. Она предпочла хорошенько осмотреться. За одним из столов, отдельно от Королевского сидела Элария Сэнд и восемь девушек, средь которых были Тиенна, Нимерия и Обара. Девушки переговаривались и смеялись, Элария очень соблазнительно смаковала клубнику. Оберина рядом с ними не было. Мирцелла не стала долго задерживать на них взгляд. Мрачные мысли могут и подождать, потому принцесса старалась сохранять вид легкого, вполне веселого настроения. Хотя тот факт, что Оберина нет за тем столом, заставил ее выдохнуть с облегчением... Принцесса продолжила изучать взглядом гостей и убранство праздника. Атмосфера довольно сильно отличалась от праздников в Королевской Гавани. Тристан пригласил девушку за стол, и вскоре заиграла музыка, кое-где между столами плясали девушки в легких одеяниях. Когда веселье пошло по возрастающей, к ним присоединилось несколько змеек. Целла молча потягивала вино, почти не обращая внимания на все происходящее. Она изредка смотрела на жениха, мило улыбалась ему, могла поддержать беседу, если он начинал говорить. Но не более. Было проще не видеть Оберина, это да, но вопрос, где он, не давал покоя. Смешанные чувства. Принц долго ждать себя не заставил. Он пришел в парадном желто-красном костюме и высоких сапогах. Он прошел к дальнему столу достаточно незаметно и тут же взял с него бокал вина. Она заметила его значительно позже, но особо заострять внимание не стала, тут же заговорив с Тристаном. Она попросила его рассказать ей побольше о традициях этого праздника. - День солнцестояния знаменует урожай и благодать, - пояснил Тристан. - Здесь всегда много Дорнийского красного и красивых танцовщиц. После первой части будет много других выступлений, тебе очень понравится. О, ну разумеется, не без жертвоприношений, - Тристан весело улыбнулся. - Когда солнце все-таки зайдет, желающие уходят, а более... раскованные люди, остаются. Но, думаю, тебе лучше будет уйти. Я тоже не собираюсь оставаться на эту часть. Музыка тем временем сменилась, и из-за дальнего стола выпорхнула Элария, разогнав прочих танцовщиц и, смотря на Оберина, задвигала бедрами, плечами и грудью, достаточно обворожительно. Но похоже, она уже успела принять достаточно. Принц пил вино, слушая какой-то интересный рассказ Обары и временами смотрел на любовницу, которая демонстрировала свое умение двигаться всем, но лишь для него одного. Мирцелла сглотнула и посмотрела на своего принца. - Да, вы правы. Я воспитана менее... раскрепощенно, - девушка всеми силами отгоняла от себя мысли об Эларии. Быть бы хоть каплю такой! Но она та, кто она есть, принять это было необходимо. "Нужно покончить с этим. Раз и навсегда, впредь нужно быть тверже и не позволять ему мной управлять."- выпив еще вина, Мирцелла почувствовала, что становится гораздо жарче, но легче. Знойная брюнетка , не получив достаточно внимания от принца, в танце подошла к столу и потянула его за руку, отрывая от вина и разговора. Оберин отмахнулся, но Элария была настойчива и поставила на стол свою стройную ножку, обнаженную вырезом платья. Поскольку Красный Змей по-прежнему не отдавался, леди Сэнд зло пнула его бокал, чуть не облив желто-красный камзол. Оберин выразительно посмотрел на свою любовницу и встал из-за стола, надвинувшись на нее. Элария, ведомая хмелем, зло толкнула его в грудь и влепила пощечину за то, что любимый так долго не обращал на нее внимание. в руках Змея сию секунду появилось копье, острие которого уткнулось женщине в шею. Эларии пришлось слегка задрать голову, чтобы не порезаться. Острие скользнуло вниз по ее шейке к межключичной впадине. Проткни ее Оберин, и она немедленно бы захлебнулась кровью, но ни выпитое вино, ни безграничная ярость никогда бы не заставили его ранить женщину. Налюбовавшись ее беззащитным положением, Оберин притянул девушку к себе и впился в ее губы поцелуем, после чего толпа одобрительно захлопала. Похоже, никто особо не волновался из-за этих "пьяных разборок". - Вечно они выкидывают что-то подобное, - наклонился Тристан к ушку Мирцеллы. - В прошлом году она чуть не зарезала его столовым ножом. Удивительно, насколько разными бывают людские предрасположенности. Как же трудно было в этот момент не дать волю своим чувствам! Мирцелла наблюдала за этой сценой и продолжала пить вино. Целла уже не помнила, какой это по счету бокал. Девушка улыбнулась Тристану, отвлекаясь от поцелуя Оберина и Эларии, а после ответила: - Я слышала, они очень любят друг друга, но даже представить не могла, насколько эта любовь многогранна, - она улыбнулась ярче, могло показаться, что она восхищена, но только боги знали, как тяжело ей было не закричать. Вино к тому же подогревало ее и без того сильные эмоции, - а ваш дядя всегда носит на праздники копье? - Это копье Обары, - кивнул Тристан на дочь Мартелла, ту, что была с тяжелой челюстью. - Она никогда не расстается с оружием. Из всех них она самая суровая, всегда готова к бою, никому не доверяет. А насчет любви... вы правда так думаете, моя принцесса? Мне кажется, что когда у тебя такое свободное сердце, невозможно назвать отношение к женщине любовью... и отношение женщины к мужчине... Мой отец не очень-то жалует Эларию Сэнд. В принципе, я его понимаю, она очень... специфичная. Но дяде с ней легко, по-видимому, - юноша рассмеялся. - Она единственная, кто выдержал его характер. Оберин сжал рукой шею женщины сзади и подтолкнул ее обратно к столу, после чего кинул копье своей дочери и медленно направился к королевскому столу. Мирцелла задумчиво пожала плечами. - Мой отец был не менее известным распутником, но всю жизнь любил одну женщину, - девушка посмотрела принцу в глаза, стараясь не замечать приближения Оберина, - взрослые часто думают, что дети не слышат их разговоров, не знают их проблем, но я... Я услышала и узнала достаточно, чтобы понять, что между моими родителями любви не было. Тристан понимающе кивнул. - Должно быть, вашей матери было очень тяжело... - Оберин, - тем временем улыбнулся Доран своему брату. Красный Змей развел руки и слегка поклонился. - У нас закончилось вино, - сказал он, протянув руку к одному из графинов на столе. - Вас тут четверо, а нас - десять. Так что, думаю, мы это заслужили. - Надеюсь, твоя женщина не будет привлекать к себе внимание, после очередной бутылки? - Женщины так милы и забавны, - улыбнулся Оберин и посмотрела на молодых. - Им лишь бы танцевать, да гулять средь цветов. И если в последнем у принцессы недостатка нет, то вот первый пункт нужно восполнить. Надеюсь, ты понял меня, племянничек. Взяв бутылку со стола, Оберин провел пальцем по стеклу, перехватив несколько стекающих капель вино и поднес к своим губам. - О, конечно, - юноша спохватился. - Хотите потанцевать, миледи? Мирцелла стиснула зубы, но умело скрыла это улыбкой. - Конечно, мой принц, - ответила она и встала следом за ним, не удостоив его дядю взглядом. Оберин же сел на освободившееся место, следя за молодыми. - Что происходит? - спросил у него Доран. - Насколько я помню, перед приездом Мирцеллы ты заявил, что даже здороваться не будешь с отпрыском Ланнистеров. Это вино так на тебя влияет? - Девочка не виновата в грехах семьи, - увильнул Оберин и улыбнулся брату. - А ты не потанцуешь? - Прекрати паясничать. Мирцелла же танцевала, держась достаточно раскованно. Вино ли, или присутствие Змея так на нее влияло? В любом случае, она была очень грациозна и невольно притягивала взгляд, не делая танец при этом вызывающим. Оберин наблюдал за Целлой с большим интересом. Она была гораздо более красивой, в его понимании, нежели Серсея… странно, что у такой женщины родилась такая девочка. Причем, достаточно мягкая и послушная. Интересно, а если бы Дорн напал бы на столицу, что бы Мирцелла сделала? Постепенно темнело. По периметру крыши зажигались огни, и воздушные фонарики. Заметив, что солнце скрывается за горизонтом, принцесса обратилась к Тристану. - Нам не пора идти? - она огляделась и, наткнувшись взглядом на Оберина, посмотрела в глаза жениху. - Да, ты права. Идем. - принц повел девушку к лестнице, но тут на их пути выросла Нимерия и толкнула Тристана в плечо. - Куда это вы собрались, голубки? - девушка сегодня была еще более красива, чем при прошлой встрече. Волосы распущены, платье с обнаженными плечами и горящий взгляд. - Еще только начало. - Принцесса Мирцелла очень устала, - пояснил Тристан. - К тому же, она не хочет оставаться на эту часть. - Если принцесса Мирцелла хочет быть достойной Дорна, - покачала головой Нимерия, - то ей придется впустить его в свою душу. И принять его обычаи. Мирцелла улыбнулась Нимерии, а после обратилась к Тристану. - Если это действительно важно, я могу остаться. Не волнуйтесь, мой принц. Рано или поздно мне действительно придется принять эти обычаи. Если в начале праздника оставаться после заката не хотелось, то к следующей части, спустя несколько бокалов вина и расшатанных нервов, Мирцелла была готова ко всему. - Нет, - заупрямился Тристан. - Мирцелла, тебе не понравится эта часть. Это... За их спинами забили барабаны, и на свободное от столов пространство вывели нескольких девушек в белых платьях, с повязанными на запястья лентами. Она посмотрела на Нимерию, а после обратила внимание на девушек. - Кажется, поздно что-либо менять, - произнесла она тихо и сжала руку Тристана, - иногда королевским особам необходимо делать что-то неприятное, если так велит долг. Я стану вашей женой, моя жизнь отныне связана с Дорном. И как бы мне не хотелось, я не могу отвернуться от его обычаев. К девушкам вышло несколько мужчин, таких же загорелых дорнийцев, какими были принцы, только с более простоватыми чертами лица. Тристан недовольно выдохнул и присел на стул, Нимерия отошла от них и подошла к своему отцу: - Ты не пойдешь? - улыбнулась она ему, на что Оберин пожал плечами. - Принц должен дать... одобрение этой жертве. - Ну, я же не единственный принц? Оберин с Нимерией посмотрели на Тристана, потом на Дорана. Те явно не желали что-либо делать, так что Красный Змей с улыбкой выдохнул, и допив бокал, пошел к девушкам. Мирцелла раз сто прокляла свое решение за одну эту секунду. Кажется, привычка матери топить эмоции в алкоголе передалась и ей, потому что принцесса тут же взяла бокал с вином и заставила себя смотреть. Она уже не пыталась улыбаться, просто смотрела на происходящее, заглушая внутренний крик вином. Оберин вальяжно обошел четверых девушек в белом, выбирая между ними, и в итоге остановившись возле веснушчатой брюнетки, положил руку ей на плечо. Толпа уже разгоряченных дорнийцев за бесновалась, Оберин подтолкнул девушку, и та грациозно приземлилась на пол. После принц двинулся прочь со сцены действия, а к девушке подошел дорниец и, сев рядом с ней ласково провел рукой по ее щеке. - Что с ней будет? - тихо спросила Мирцелла у принца, наблюдая за происходящим, обходя взглядом Змея. В этот момент Тристана окликнул его отец. Как раз в тот момент, когда юноша был готов замяться и начать ломано излагать ответ на вопрос Мирцеллы. Кажется, принц Доран не горел желанием оставаться до самой ночи, или же просто почувствовал недомогание, связанное с его болезнью, и поскольку сын находился к нему ближе всего - попросил его помочь. -Я сейчас вернусь, - сказал Тристан Мирцелле и, взяв правителя Дорна под руку, направился с ним в сторону лестницы. - Ничего, кроме самого приятного, - ответил за него принц Оберин остановившись около Мирцеллы и, бросив взгляд в спину Тристана, скрывающегося за лестницей, обернулся на развлекающихся молодых. Дорниец прижал деву в белом к себе, целуя ее и оглаживая ее волосы. Три другие девушки стояли на некотором удалении. Мирцелла промолчала и смотрела на "сцену", чувствуя, как сердцебиение учащается. Еще и Тристан так не вовремя покинул ее! Девушка взяла бокал с вином, пытаясь унять волнение. Обзор ей перегородили несколько дорнийцев, которые, держа в руках бокалы смеялись и о чем-то переговаривались. При чем очевидно было, что тема их достаточно разнообразна и вульгарна, потому что один перекрикивал другого, фыркал в сторону сцены и делал непонятные пасы руками. Оберин что-то выговорил на дорнийском, недовольно посмотрев на мужчин и после перешел на общий язык. - Посторонитесь. - Не обессудьте, принц Оберин, - расплылся в пьяной улыбке один из них. - У вас тут вид... получше, нежели у нас. Мирцелла отвела взгляд на бокал и с того момента увлеченно разглядывала оттенок вина. Она не знала, к кому можно обратиться, на кого переключить внимание. Оберина даже рассматривать не хотелось. - Вы загораживаете обзор, принцессе, - не уступил Оберин и посмотрел на Мирцеллу. Мужчины зацокали. - По-хорошему, так принцессе следует быть на сцене,- на этих словах Мирцелла подняла ошарашенный взгляд на мужчин, стремительно бледнея. «Что?!.» - Действительно, - поддержал второй дорниец. - Ведь принцесса, как бы это сказать... Еще не опыленная? Оберин процедил на дорнийском какое-то ругательство и слегка шагнул в сторону, закрыв Мирцеллу. -Не справедливо, ваше высочество, - запел третий. - Девица такая же, как и все, а правила на нее не распространяются. Даже ваши дочери, будь они... в правильном положении, приняли бы участие в... - Я последний раз повторяю, уйдите с дороги, - зло прошипел Оберин. Девушка посмотрела на дорнийцев с негодованием, держась прямо. Ей так и хотелось осадить мужчин за их дерзость, что возымело бы эффект в Королевской Гавани, где каждый ее приказ исполнялся под страхом гнева королевы. Но не здесь. Здесь ее скорее растерзают только за то, что она Ланнистер. Потому Целла была благодарна Оберину, но невольно сжала кулачок от страха и злости. Что если им действительно не страшно... сделать с ней такое? Кто ее спасет, если вдруг?.. - А что такого? - засмеялись дорнийцы. - Мы же не заколоть ее хотим, только немного приласкать! Тот, что шагнул к Целле первым, сбоку, отхватил сразу. Оберин ударил его локтем в переносицу и хорошенько пнул в живот, оттолкнув ее от Мирцеллы. - Отец! - послышался крик Обары, которая кинула Змею копье, и тот, поймав его, рубанул по горлу того, кто задумал подойти к принцессе, с другой стороны. Тут же брызнула кровь, при чем каким-то неестественным фонтаном, но зато у третьего дебошира хватило ума не подходить, поскольку Оберин поднял копье в ту позицию, из которой мог мгновенно атаковать любого. Шум и веселье на секунду замолкли, и когда Оберин понял, что больше желающих подраться нет, опустил копье и, взяв Мирцеллу под локоть, небрежно кинул: - Мы уходим. Развлекайтесь дальше, господа. И уберите здесь, - принц брезгливо кивнул на остывающего дорнийца и повел Целлу с крыши. При чем хватка у него была такая, что возражать смысла не было. А она и не хотела возражать. Капли крови попали на подол платья, но Мирцелла их не заметила. Она стиснула руку Оберина, едва сдерживая слезы. Шок был слишком велик. И тем не менее... То, как он ее защитил, то, как они шли к ней... все оставило отпечаток. Целла ощутила торжество от их боли и ее это напугало. Она ощутила гордость и еще большую тягу к принцу, что напугало ее еще сильнее. Немного придя в себя и заметив, что они уже не на крыше и вокруг никого нет, принцесса заговорила: - Спасибо. Ты меня спас, и... мне вообще стоило уйти, но...- Мирцелла вздохнула,- черт подери, больше ни капли вина... Оберин завел ее в какую-то пустую комнату. - Ты-то в чем виновата? Это некоторым юношам пить противопоказано, - Оберин взял в руки полотенце и провел им по щекам Мирцеллы. - Испугалась? Она только сейчас поняла, что по щекам текут слезы. Лицо и без них горело от количества вина и эмоций. - Да, - признала она,- очень... Я не думала, что такое вообще может произойти со мной. - Признаться, и я не думал, - он закончил вытирать ее лицо и приподнял его за подбородок, как будто высматривая, не пропустил ли он чего. После он обнял девушку и провел руками по ее волосам. - Ну все, тихо… все закончилось. Целла замерла, прислушиваясь к его сердцебиению и неловко обняла его в ответ. Сейчас было так спокойно. "Если бы так было всегда... я, он, и никого вокруг..."- невольно подумала она, - "Но это лишь глупая мечта. Я выйду замуж, а он навсегда останется моей самой запретной мечтой и любовником многих женщин..." - Все закончилось... - повторил он. - Да? Она подняла глаза и посмотрела ему в лицо. - Да... закончилось. Благодаря тебе. Я в порядке... теперь. Ну, если мое состояние вообще можно назвать нормальным. - она неловко рассмеялась, - все-таки слишком много вина, - добавила Целла после. - Мне кажется, что тебе надо поспать, - сказал Оберин, забивая подальше свои желания. Он ее спасал не для того, чтобы травмировать. Хотя, вообще он не думал, зачем ее спасал. - Да, это верно, хотя я вряд ли усну ближайший час, - она отстранилась от него, так же задвигая свои желания подальше, - я хочу подумать на трезвую голову. И одновременно хочу забыть обо всем. Но вот тут, - она постучала пальчиком по своему виску, - слишком много мыслей и они не дают ни того ни другого. - Ну так поделись ими, - сказал Оберин, ногой отодвинув табурет от стола и устроившись на нем. - Порой, чтобы мысли отпустили, нужно просто сказать о них. - Нет. Не с тобой, - она отвела взгляд, - я буду жалеть об этом...- тихо вздохнула она, садясь напротив, - я уже жалею. Мне жаль, что я пошла на тот чертов рынок, что встретила тебя там и напросилась на ту идиотскую игру. Мне жаль, что я не промолчала, когда ты решил уехать. Мне жаль, что я осталась сегодня на той крыше и в итоге... мы здесь, - она сглотнула, - и мне жаль, что я не могу изменить свою глупую натуру, как ты никогда не изменишь свою. Мне жаль, что своего жениха я уже не полюблю и буду мучиться от того, что причиняю ему боль. - она закрыла лицо руками. Нельзя сказать, чтобы Оберин был огорчен ее словами. Нельзя сказать, чтобы он ей сочувствовал. Обычно, когда женщины клялись ему в любви, они казались ему... забавными. Это было смешно, когда какая-нибудь пастушка или пастушок объяснялись ему в чувствах после того, как он проводил с ними парочку жарких ночей. Мирцелла была еще совсем ребенком, маленькой девочкой, с наивными и большими глазами. И в своих признаниях она была... необычайно мила. Оберин испытал к ней определенную нежность, без отголосков порочной страсти, которую испытывал до этого. - Ты все равно оказалась бы на той крыше, - сказал он. - И не будь я заинтересован, я не стал бы влезать, потому что по большому счету, в каком-то смысле, они говорили здравые вещи. Не будь рядом Тристана, для которого ты невеста, и Дорана, я бы не убил дорнийца за... - Оберин не договорил, лишь слегка скривил губы. Она тихо рассмеялась. - Ты мило утешаешь. Я прекрасно поняла, что ты за человек. Может поверхностно, но все же. Тристан сегодня заметил, что, когда сердце свободно настолько как у тебя, полюбить кого-то это странно и невозможно. Я от тебя ничего не жду, - она посмотрела ему в глаза, - но.. Мне сейчас очень непросто. Очень и очень непросто, Оберин. - Знаешь, - проговорил он, - когда мои дочери достигают возраста, в которым они способны держать оружие, я прихожу за ними, и забираю их для обучения. Когда я пришел за одной из них - ее мать заупрямилась. Кричала, как ненормальная, говорила, что у меня нет сердца, рвала на себе волосы, плакала и держала Обару за руку. Тогда я кинул копье на землю и показал моей змейке, что она может выбрать слезы. А может выбрать оружие. Думаю, ты знаешь, что она выбрала. Ты тоже можешь выбрать Тристана, выбрать слезы, - он выдержал ее взгляд и прямо ответил на него. - А можешь выбрать копье. Она долго смотрела ему в глаза, слушая его очень внимательно. - То есть я могу выбрать его счастье, быть хорошей женой и рыдать по ночам. А могу выбрать свое и наплевать на его чувства? - девушка встала и прошлась к окну, задумчиво кусая губу, -вот только выбрать тебя - еще не значит стать счастливой. Я выросла в том мире, где все врут за глаза, да, все поддаются рано или поздно своим соблазнам, но при этом не считают это честным или правильным. Мой отец постоянно изменял матери. Я помню, как она смотрела на него, как говорила о нем, я знаю, что когда-то она его любила! Но он убил ее любовь, потому что любил другую и не смирился со своей потерей, предпочитал забываться в вине и женщинах. - Мирцелла стиснула зубы, - и я всегда мечтала об ином союзе, о том, что уж меня-то полюбят и что я буду любить в ответ. Детская наивность? Возможно. Но легче от этого не станет. И что мне делать со своим копьем? - она обернулась и посмотрела снова ему в глаза, - как научиться пользоваться им? Как, скажи мне? - Тебя уже полюбили, - Оберин не сводил с Мирцеллы глаз. - Мальчик в тебе души не чает. Огорчать тебя не собирается, первые несколько лет так точно. Ты от этого чувствуешь себя счастливой? Ты считаешь, что жить с нелюбящим мужем хуже, чем с нелюбимым? Роберт Баратеон наведывался в покои твоей матери, так или иначе, и это значит, что маленькая часть мечты о взаимности получила воплощение в жизнь. Нелюбимый муж будет наведываться к тебе постоянно. Вот только это не будет похоже на мечту. Это будет лишь нескончаемый союз с тем, кого ты не желаешь. - Я знаю, - Мирцелла тоже не опускала взор по привычке, - мне очень жаль, что достигнуть золотой середины тут не получится... Что ты предлагаешь? Просто скажи честно и открыто, потому что я уже итак много сказала. Оберин лукаво улыбнулся. - Ты знаешь, что я предлагаю: выбрать меня. А вот что это значит для тебя, тебе нужно решить самой. Целла мелодично и даже почти весело рассмеялась. - М, искушаешь, Змей, - беззлобно поддела она, не отрывая взгляда от его лукавых глаз, - для меня это значит, что я буду любить мужчину, который принадлежит, хм... Той же Эларии Сэнд? И еще множеству дорниек, что мечтают оказаться с тобой в постели? Я боюсь, что сейчас соглашусь, а потом пойму, что все-таки не смогу с этим смириться, - она закусила губу. - Вряд ли ты сможешь отучить женщин мечтать, это в вашей природе, - так же улыбнулся он, ожидая ее слов. Он не велел ей ничего конкретного, не требовал от нее, чтобы она бросала Тристана. Она была вольна выбрать сама. И ему было любопытно. - Их мечты меня не волнуют, твои - другое дело, - Целла усмехнулась, - я хочу... - ее взгляд скользнул по его лицу и телу и быстро вернулся к глазам, а щеки вспыхнули вновь, - хочу знать, что ты готов хотя бы... хотя бы стараться не светить своими свободными нравами у меня на глазах. Хотя бы... Оберин усмехнулся. Глаза его блеснули, отчего Мирцелла невольно сглотнула. - Ты мне ставишь условия, принцесса? - Красный Змей встал с табурета и подошел к ней, обдав ее губы жарким дыханием. - К чему мне твои ультиматумы? Ведь ты итак моя. - принц чуть отстранился и обошел девушку за спиной, кружа вокруг нее, как питон, обвивающий свою жертву смертельным кольцом. - Твоя кожа, твои волосы... - его теплая рука скользнула по ее кудрям и шее под ними. - Твоя независимость не задета лишь потому что я ценю ее, твоя честь нетронута, потому что я позволяю тебе хранить ее. Твои страхи и желания не претворяются в жизнь, потому что я не призываю их. Так скажи мне, Целла... - принц Оберин наклонился к ее ушку. - К чему мне твои условия? твой выбор относится лишь к твоему нежному сердечку, которое ты заперла в клетке... Его освободить я не смогу... Однако... если я пожелаю, ты станешь моей хоть сейчас. Я спас тебя, позволил тебе потерять свое детство с тем, кто действительно тебя волнует, на шелковой постели, а не на жестком полу... - рука Оберина сжали ее волосы и запрокинули голову Мирцеллы. Вторая поднялась от ее талии к миниатюрной груди, смяла ее сквозь шершавую ткань платья, натирая то место, где должен находится сосок, отчего девушка издала невнятных полу вздох. С каждым его словом ей становилось жарче и сложнее не сорваться и не убежать. Или не накинуться самой, хотя на такое при всех изменениях она бы не решилась. Мирцелла не могла ничего сказать, пока он говорил, а его действия заставили кожу покрыться мурашками. Дыхание сбилось, Целла смотрела на него во все глаза и попыталась освободиться. - Н-нет. Ты...- она закусила губу, не сдержав тихого стона, - отпусти, - Целла стиснула зубы, хотя ее голос, взгляд и ослабевшее тело выдавали желание ровно противоположного. - Хм, - Оберин усмехнулся ей в шею и убрал от нее руки. - Я постараюсь обуздать аппетит Эларии, чтобы тебя порадовать. Вернемся к твоему сердечку, - Змей приоткрыл форточку. Она выдохнула с облегчением и присела вновь, пытаясь унять дыхание. - Как ты предлагаешь искоренить порядки и принципы, заложенные в нем с детства? - почти прошептала она, - я не знаю, как это сделать. Оберин вернулся на табурет и закинул ноги на стол. - Это Серсея-то в тебя их заложила? Порядки-то эти? - Ну... по большей части нет, - призналась она, - мама больше уделяла внимание Джоффри, мне уделялось не так много времени. Я чаще проводила время с няней...- она смутилась, - легенды, баллады, книжки всякие... может с них все и началось, - она вздохнула и наконец смогла посмотреть ему в глаза. - Саморазвитие, - проговорил Оберин. - сама по себе вещь полезная... у нас тут тысячи и тысячи учатся жизни сами. Разве что, выбирают другие книжки, наверное... Она пожала плечами, задумчиво улыбаясь. Целла долго молчала, глядя на него и не зная, как именно сказать. - Знаешь, - наконец заговорила она, - я теперь чувствую себя обреченной. - Почему? - спросил принц, повернув голову и рассматривая Мирцеллу Она закатила глаза. - А то ты не знаешь. Ты сам только что дал понять, что рано или поздно я стану твоей. Черт, да ты это еще на той горе дал понять, а я даже возразить не смогла! Это чувство обреченности в какой-то степени и радует, и угнетает. - Тогда это неправильное чувство, - улыбнулся ей Оберин. - Это не обреченность, а свобода. - Свобода... - она откинулась на ложе и посмотрела в потолок, - может быть ты и прав... может быть...- Целла неопределенно вздохнула. - Я думаю, что Тристан вернется за тобой, - проговорил Оберин. - И пойдет искать тебя. - И ему расскажут о произошедшем. - она устало села, - я должна идти в свои покои, с них он начнет поиски, - девушка встала. - Ты сможешь дойти? - спросил Красный Змей. - Нет, - признала она с тихим вздохом и посмотрела на него. - Пойдем, я помогу, - Оберин взял ее под руку и вывел в коридор. - Готовься к чрезмерной опеке. - Я хочу быть готовой только ко сну, - она улыбнулась чуть печально, - думаю, он меня поймет. - Конечно, поймет, - улыбнулся принц, сворачивая за угол. Она шла за ним, слегка неустойчиво, и цеплялась за его руку. - Конечно... Вскоре они дошли до ее покоев. Тристана пока не было, и Оберин выдохнул облегченно. Он открыл дверь и завел Мирцеллу Она посмотрела на него, а после подошла ближе и крепко обняла, прижавшись к его груди. - Завтра я буду о многом жалеть. - произнесла она, - или не буду вовсе. Не знаю, что бы я делала без тебя, Оберин. Спасибо...- Целла отстранилась и отошла. Принц улыбнулся и провел рукой по ее волосам. - Отдыхай, принцесса. Утром как правило начинаешь видеть вещи в другом свете. Она кивнула и нехотя произнесла: - Спокойной ночи, - и отвернулась от него, собираясь готовиться ко сну. - Доброй ночи, Мирцелла. Оберин оставил ее. Тристан же нашел ее через пару минут, высказал волнение. Был готов всячески помогать и обещал никогда больше от нее не отходить. Когда она попросила дать ей отдохнуть, он нежно сжал ее руку и оставил ее одну.