Изумрудная змейка

Солнечное Копье славилось своими садами и фонтанами, по которым так приятно было прогуливаться. Доран особенно любил небольшой фонтанчик, укрытый воздушным каркасным куполом, с которого свисали виноградные лозы, манящие тяжелыми сладкими ягодами. Тристан часто составлял компанию отцу. Он с детства любил слушать рассказы правителя о своих предках, то и дело пощипывая виноград, свисающий почти к самой земле, и лениво прислонившись к теплому бортику фонтана. Шум воды гармонично сливался с теплым голосом Дорана, и полностью вовлекал в повествование. Впадая в легкую дрему, принц будто окунался в историю с головой, не упуская, к удивлению, и гордости отца ни одной детали. Оберин не особо поощрял подобное времяпровождение, предпочитая ленивому отдыху хорошую тренировку или красивую женщину, потому этот фонтанчик был отдушиной отца и сына. Сегодня, однако, Тристан пришел сюда один. Доран был занят с братом рутинными делами – подготовка к свадьбе шла полным ходом. Королевская свадьба, какая ирония! Какая унизительная насмешка над ним, Тристаном. Юная невеста то и дело мелькала перед глазами наследника, такая счастливая, такая беспечная… Конечно, когда Мирцелла замечала бывшего жениха, ее взгляд становился тусклым и горьким, хотя самому Тристану он скорее напоминал глаза Лорезы – его младшей кузины, самой молодой дочери Оберина – когда та нашкодит. Конечно, маленькую змейку могли отчитать и простить, но потом она еще несколько дней ходит как в воду опущенная, и смотрит на всех так, словно она совершила преступление против человечества и нет ей прощения. Разумеется, в ее раскаянии было больше показного и по-детски наигранного, в то время как Мирцелла искренне сопереживала Тристану и хотела помириться. Но разве ему от этого легче?! Она должна была стать его женой. Это к его свадьбе должны были сейчас готовиться, это ему полагалось составлять с отцом список гостей, и именно его невеста должна была хвастаться ему будущим свадебным нарядом и щебетать о скорой встрече с родными. И Мирцелла, такая хрупкая и нежная, теперь мучила его во снах мечтами о несбывшемся браке, счастливом и плодотворном. Мирцелла запала в сердце и душу молодого Змея гораздо глубже, чем сама считала, и ее предательство разбило его сердце слишком безжалостно. Она предпочла ему – наследнику и бесконечно влюбленному в нее, верному ей одной мужчине, его дядю – беспечного, ветреного младшего принца, не претендующего на корону, не имеющего понятия, как быть с одной женщиной вечно. В том, что Оберин Мартелл рано или поздно разобьет сердце Целлы, Тристан даже не сомневался. - Мой принц, - от тяжелых раздумий юношу оторвал голос его доверенного слуги. Тристан оторвал взгляд от прозрачной воды в фонтане. - Да, Ноар? Есть вести для меня? - Да, мой принц. Леди Тиенна… - слуга хотел было рассказать подробности встречи с песчаной змейкой, но принц поднял руку и посмотрел на Ноара с долей сомнения. - Она передала письмо? Юноша кивнул и протянул господину записку, в которой Тиенна в свойственной ей смешливой манере оповестила кузена о том, что все готово к их задумке. А значит, пришло время встретиться. «Очень вовремя.» - принц скомкал бумагу, убрал ее подальше, и отослал Ноара прочь. А после бросил взгляд на фонтан в последний раз. Зелень листьев и прозрачная вода в свете жаркого солнца… Теперь даже этот уголок из детства напоминал о потерянной невесте. «Скоро я нарушу обеты, данные тебе здесь, отец», - Тристан прикрыл утомленные глаза, - «Прости меня. Но на унижение и бесчестие я отвечу той же монетой, и верну отнятую у меня любовь.» С этой мыслью принц покинул любимую обитель и отправился через сад к конюшне. Его путь длился от силы минут десять, однако волею судьбы юноша успел встретить Мирцеллу и Оберина. Дядя, освободившись от дел, тут же повел теперь свою невесту в самый живописный уголок, и теперь милая принцесса читала ему балладу о воинственной королеве, а сам Оберин удобно пристроил голову у нее на коленях и задумчиво перебирал золотистые кудри девушки пальцами. Тристан наблюдал всего минуту этой идиллии, а после еще более уверенным шагом отправился дальше, не потревожив покой влюбленных. Пока что… Тиенна ждала его у колодца. Когда Тристан пришел, она заманчиво улыбнулась ему и извлекла из выреза на своей груди пузырек с жидкостью темно-зеленого цвета. Но когда Тристан потянулся за ней, девушка отдернула руку и цокнула языком: - А-а-а. Давай-ка ты сначала расскажешь, какой план? Эта штучка мне дорого стоила… - игриво усмехнулась змейка. Тристан раздраженно нахмурился. - Я наблюдал за ними достаточно долго. Знаю, когда дядя ходит к Мирцелле после ужина и в какой момент он может нас застать, и знаю место, где стоит ее ловить так, чтобы люди видели, что она ушла со мной в очень неоднозначном настрое. В общем, если все удастся, она сто процентов будет опозорена. Слухов в любом случае не избежать. Но мне нужна "эта штучка", - он указал на пузырек. - Ты ей силу в глотку яд вольешь? - вздернула бровь Обара. - Ужин для чего был упомянут? - устало потер переносицу принц, - вы лучше расскажите, как его эффективнее использовать и в каком количестве. Я все сделаю сам. - Капля ее развеселит, - сказала Тиенна, непривычно серьезно глядя на кузена. - Половина сильно опьянит. Весь пузырек действует как... афродизиак. - Хорошо, - он протянул руку за пузырьком, - в таком случае сегодня все переменится. Тиенна еще секунду дразнила его, а после отдала пузырек и усмехнулась. - Рассчитываю на тебя, золотой мальчик. - Уж справлюсь, ядовитая змейка, - в тон ей ответил он и спрятал пузырек, - мне пора идти. Ждите вестей, - он пошел прочь, настроение было крайне паршивым. Но Тристан уверял себя всеми силами, что так для самой Мирцеллы будет лучше. Он никогда не причинит ей боль, а вот его дядя рано или поздно… Вечером, как и ожидал юный принц, вся королевская чета собралась на ужине. Мирцелла так же была там и, ничего не подозревая, вела легкую беседу с женихом и его братом о приготовлениях к свадьбе. Девушка с восторгом поведала, что король Томмен приедет на их свадьбу и хочет лично провести сестру к алтарю, что королева-регент останется в Королевской Гавани, пока его не будет, и что она нашла чудесный материал - скоро начнут пошив ее свадебного платья. Тристан почти не слушал, он был как всегда тих и угрюм, что уже никого не удивляло. Когда принесли любимый десерт принцессы, он неоднозначно улыбнулся, наблюдая, как девушка его ест, устав от долгого рассказа. Ужин закончился для всех на приятной ноте. Оберин протянул руку Мирцелле: - Я провожу вас, моя милая невеста? - улыбнулся он, как обычно. Если у Красного Змея не было непредвиденных дел, или у его невесты, то он всегда провожал ее, после чего желал добрых снов и оставлял одну. Или же дарил ей несколько жарких минут, а после уходил. Тристан чуть не поперхнулся воздухом, но вовремя сдержал этот порыв, а Мирцелла пока еще вполне спокойно улыбнулась и хотела было ответить согласием, но тут Доран подал голос. - На самом деле, брат мой, я хотел уладить с тобой еще одно небольшое дело, - он улыбнулся с долей извинения. Мирцелла вздохнула. - Ничего страшного, я буду рада увидеть тебя позже, - она встала и направилась к выходу, чувствуя несколько непривычную тяжесть в ногах. Тристан вскоре удалился следом, мысленно отблагодарив отца. Пока все было ему на руку, и иначе как благословением Богов, принц это объяснить не мог. Или не хотел… Оберин вздохнул: - Я еще зайду к тебе, - он проводил взглядом любимую Львицу, и посмотрел на Дорана. - Дело? - Да, - Доран кивнул, но дальнейший разговор ни Мирцелла, ни Тристан не слышали. Принцесса шла в свои покои достаточно ровно и прямо, по крайней мере ей так казалось. Тристан догнал Мирцеллу в одном из коридоров, где и рассчитывал. Вот только его планы несколько не оправдывало то, что сегодня здесь было менее людно чем обычно. Юноша смотрел, как она шла к своим покоям, и в итоге решил плюнуть и действовать. Он не может сейчас отступить! - Мирцелла! - позвал он ее почти у самых дверей в комнаты. Принцесса обернулась, слегка покачнувшись. - Тристан? - она съела достаточно много десерта и чувствовала себя так, будто выпила очень много вина. Он подошел к ней ближе и взял за руку. Его ладонь едва ощутимо дрожала, а глаза нервно метались по нежным чертам ее лица. Впрочем Мирцелла видела его как сквозь дымку и не замечала таких деталей. - Мирцелла, я давно хотел поговорить с тобой, - он улыбнулся, отмечая ее беспомощное состояние, и почти по-свойски обнимая девушку за талию. Сейчас не было права на медлительность и робость. - М, что ты делаешь, - она попыталась вяло его оттолкнуть, перед глазами все поплыло. Целла не понимала, что происходит, а вот Тристан не стал сильно тянуть и прислонил девушку к стене, припадая к ее губам требовательным поцелуем. Все ее вялое сопротивление он почти не ощущал, опьяненный успехом. Заткнув последние зачатки совести в своей душе, молодой Змей подхватил принцессу на руки и, не разрывая поцелуй, понес ее к покоям, благо было недалеко. Целла беспомощно пыталась оттолкнуться, но руки ее не слушались, как и все тело, подверженное дурману. - Н-нет, - попыталась закричать, а вышел почти шепот, который Тристан тут же проигнорировал. Как раз тогда, когда Тристан почти скрылся с милой добычей в ее комнате, из-за угла беспечной походкой вышел сам Красный Змей. Разговор с Дораном дал наследнику слишком малую фору. Оберин остановился, увидав подобную картину – Тристан с Мирцеллой почти в ее покоях, причем руки юноши лежали на ее теле как-то весьма вульгарно. - Племянник?!.. - Оберин сжал кулаки, подходя к нему и пытаясь мыслить и анализировать трезво. Хотя первой мыслью было взяться за копье, которого, хвала богам, тут не было. Тристан мигом оказался вырванным из сладкого опьянения. «Слишком рано!» Он посмотрел на дядю, прижав Мирцеллу к себе крепче. - Отпу... сти...- Мирцелла повторяла это едва внятно, все еще пытаясь высвободиться, что в принципе не было заметно, если не приглядываться. Принц попятился к двери, не зная, как поступить. Останавливаться на полпути было чертовски обидно, а горячая кровь играла и требовала идти до конца. - Что, дядя? Думал, наша милая Мирцелла только для тебя такая легкая добыча? - произнес он грубо, глядя на дядю почти с ненавистью. - Убери руки от моей невесты, мальчик. Не хочу тебя калечить, - надвинувшись на него, прорычал Оберин, сохраняя самообладание. В лицо Мирцеллы он не смотрел, поскольку единственное, что сейчас его волновало - как без кровопролития вырубить этого наглеца и вырвать девушку из его лап. Первостепенная задача - на ее выполнение ушло все внимание. - Считаю до трех. - А что ты мне сделаешь? - юноша отступил еще, не отпуская девушку от себя, - ты меня не тронешь, я законный наследник Дорна, а не какой-то младший принц! - он посмотрел в глаза дяди с бессильной злостью и болью. В иной ситуации Оберин бы мог даже понять его – в конце концов перед ним всего лишь обиженный на жизнь мальчишка, у которого отобрали красивую игрушку. Но не сейчас. - Полагаю, наследником Дорна стану я, - угрожающе прошипел Оберин и, сократив расстояние между ними до минимума, нанес Тристану сильный удар по лицу, чтобы оттолкнуть его в сторону от Мирцеллы и готовясь подхватить ее на руки. Он выронил девушку из рук, вскрикнув от боли и неожиданности. Из разбитого носа обильно потекла кровь, Тристан вспыхнул, даже не пытаясь остановить этот фонтан. - Я убью тебя! - мальчишка не на шутку взбесился, - убью! Ты отнял ее у меня и заплатишь за это! Мирцелла, безвольно упавшая в руки жениха, пыталась побороть действие яда, изо всех сил держа глаза открытыми. - Оберин, - ее голос все так же не слушался и все ее бормотание казалось бессвязным. Оберин прижал принцессу к своему плечу, свободной рукой продемонстрировал, что все еще готов намылить юнцу шею. - Молись, чтобы весь Дорн не узнал, что их правитель - бесчестный ублюдок и насильник. – холодно прошипел он. - Кто бы говорил, ты бесчестно увел ее, увез в чертову столицу, у тебя нет ни совести, ни чести! Так почему я должен быть честным? - Тристан сжал кулаки. - Я ее не увозил, - рыкнул на него Оберин. - Но объяснять тебе ничего не обязан. Проваливай! Тристан помедлил. Он хотел бороться до последнего, броситься на дядю и сделать все, чтобы Мирцелла досталась ему. Но разум все-таки включился, и силы были явно неравны. Он уже проиграл ее один раз. - Пекло! - рыкнул он и пошел прочь, источая злость и боль. Гамма чувств несостоявшегося насильника пестрила таким негативом, что прекрасное юное лицо принца сейчас даже несколько пугало всех, кто встречал его на пути. Оберин вошел в покои, захлопнул дверь и поднял лицо Мирцеллы, внимательно посмотрев ей в глаза. - Целла? - он сосредоточился теперь на ней, потому что поверить, что она вот так упала в руки Тристана - не мог, ведь это его Целла... к тому же, ее вялое состояние говорило о чем-то неправильном. - Об...- она вяло подняла руку, глядя на него мутным взглядом. Сознание уплывало все дальше, ей ужасно хотелось спать, просто провалиться в эту бездну. "Ясно," - понял Оберин. - "Перенял лучшее от сестер... истинный змей". Мысль о дочерях он отложил в долгий ящик и положил Мирцеллу на кровать, ощупывая ее пульс. - Тише, моя принцесса. – хвала богам, на смертельный яд это было не похоже. Целла подняла руку и потянула ее куда-то в сторону, будто хотела показать на ящик в ее столе. Оберин проследил за движением ее руки и, подойдя к столу, открыл ящик. Внутри, среди мелких безделиц и книг, лежал заветный пузырек с противоядием. Медлить принц не стал и тут же помог невесте принять антидот, а после положил пустой пузырек на тумбу. Выпив безвкусную жижу, девушка обессиленно прикрыла глаза. Постепенно наваждение начало спадать, а разум проясняться. Оберин терпеливо ждал, когда его любимая придет в себя, ласково поглаживая ее по голове. Минут через 15 девушка открыла глаза и присела, окончательно отходя от дурмана. - Скажи мне, что все это был лишь ночной кошмар, - тихо попросила она, ощущая такое гадкое чувство внутри... Оберин посмотрел на нее, ласково тронув ее подбородок. - Время просыпаться, Мирцелла. Она поджала ноги под себя, сложив руки на груди. - Как это произошло?.. - спросила она. «Как этот мальчик, так напоминавший мне Томмена, такой же невинный и добрый, опустился до подобных мерзостей?!» - Видимо, он подмешал что-то в твою еду, - предположил Оберин, вздохнув. - В лучших традициях Эларии Сэнд. Мирцелла сжала кулачки, зло стиснув зубы. - Маленький, поганый ублюдок! – ее голосок наполнился неподдельной обидой. Да, она причинила боль бывшему нареченному, но разве это дает ему право так поступать?! - Тшшш, - Оберин усмехнулся, успокаивая ее ласковым прикосновением к плечам. - Разберусь с ним завтра. Откуда у тебя этот бутылек? - Дядя Джейме дал на всякий случай, - она вздохнула, - сказал, что ему его дал друг. И что это противоядие от любого яда. Змей задумчиво улыбнулся. - Джейме Ланнистер завел друзей в Дорне? Любопытно, - он погладил Мирцеллу по волосам. - Ты чувствуешь себя лучше? Она взяла его за руку и благодарно сжала. - Физически - да. Мне гораздо лучше. - А что тебя мучает? - он наклонил голову. - Я разочарована. Не только в Тристане - он опустил себя ниже некуда, попытавшись меня...- она стиснула зубы, - я разочарована и в себе. Я не смогла защититься, более того - я даже теперь не уверена, что могу спокойно есть здесь за столом, я... - Мирцелла сжала его руку крепче, - я боюсь. И злюсь. - Мы наймем дегустатора, - серьезно сказал Оберин. - А ты ни в чем не виновата. В конце концов, в таком случае - я тоже был там и не защитил тебя. - Ты успел вовремя, - она покачала головой, - ты всегда спасаешь меня, - Целла нежно улыбнулась и обняла его. - Благо, у меня есть на это полное право, моя принцесса, - Оберин ответил на ее объятие. - Позволь спросить у тебя тебя совет? Твое мнение: должен ли Доран знать о произошедшем? Мирцелла задумалась. С одной стороны, ей очень хотелось, чтобы Тристан получил наказание. С другой… - Я не знаю. Будет странно, если Тристан появится перед ним с разбитым носом без объяснения причин. Как ты считаешь? - Верно, - Змей усмехнулся, посмотрев на свою костяшку, на которой также появился синяк. - И вряд ли Доран сочтет это совпадением. Что ж, значит, я вызываю брата на серьезный разговор? - Вы можете обсудить это без лишней огласки, - она кивнула, - впрочем, лично я не буду против, если ты проучишь племянника по всем статьям. - Я поговорю с ним утром, - сказал Оберин. - Полагаю, это его право - наказать своего сына. Доран помешан на справедливости, так что... Мирцелла согласилась с этим и немного успокоилась. - Хорошо. Да будет так. О чем вы говорили кстати? Что-то случилось? - Скучные вопросы, связанные с приездом короля, - пожал плечами Оберин. - пока что все, что окружает эту свадьбу лишь утомляет и ввергает в рутину. Она погладила его по волосам. - Скоро все закончится, и я буду твоей. Это должно окупить страдания от рутины, - она шутливо изобразила деловой тон. - Это уже окупает, - он игриво улыбнулся. - Раз так, - она продолжила изображать деловой тон, проводя пальчиком по его щеке, - то значит не все, что связано со свадьбой так рутинно и грустно, так что жаловаться не на что, - Целла чмокнула его в уголок губ. - Я не жалуюсь, - отметил он, улыбнувшись, когда она поцеловала его. - Давай я сегодня проведу ночь здесь? Боюсь, тебе одной будет трудно заснуть. - Давай, - она улыбнулась мягче, - заодно начну привыкать к... не одиночному сну, - она посмотрела ему в глаза и встала, чтобы немножко размяться. Оберин же расстелил постель, чтобы уложить ее, полагая что после стресса ей точно не повредит отдых. - Мы ведь уже спали в обнимку. Там, на корабле. - Это было так давно, - она рассмеялась, убирая пустую склянку и бумаги со стола. После Мирцелла переоделась ко сну и подошла к постели, - хорошо, что впереди еще тысячи ночей. Оберин стянул с себя верхнюю одежду, отодвинувшись и уступив ей место, а когда она легла - прижал ее к себе и укрыл одеялом: - Тысячи? А почему так мало, любовь моя? Она прижалась к нему теснее и улыбнулась. - Это мало? Тысяч ведь бесконечно много... - Даже этого мало, - сказал он ей, поцеловав в изящное ушко Мирцелла погладила его по щеке. - Ты прав.,. этого безумно мало... Оберин ласково провел рукой по ее волосам и шее и, когда она заснула, некоторое время любовался ей. Это чувство страха, что он мог не успеть, непривычным, медленным ядом отравляло благополучно завершившийся вечер. На утро он ушел до того, как она проснулась, поговорить с Дораном он хотел до завтрака. Мирцелла спала крепко, потому не почувствовала, как он ушел. Доран же был у себя, собирался спуститься к завтраку, когда Оберин постучал и приоткрыл дверь. - Брат, ты уже проснулся? - Да, Оберин, входи, - Доран обернулся с добродушной улыбкой. Змей вошел и закрыл дверь, разумно решив, что слугам излишне слушать подобные разговоры. - Я должен рассказать тебе нечто неприятное. Честно говоря, я бы предпочел не огорчать тебя, но вопрос достаточно серьезный... итак, сегодня ты увидишь Тристана в очень помятом состоянии. - Что произошло? – улыбка слетела с лица старшего принца, - рассказывай. - Вчера после ужина я застал его за попыткой изнасиловать Мирцеллу, - Оберин повел рассказ по порядку. - Как ты, я надеюсь, понимаешь, оставить его без побоев не представлялось возможным. Хотя, видят боги, я пытался. У Дорана даже глаза выпучились. - Тристан? Изнасиловать? Ты вчера вина не перебрал? То есть, может все было не совсем так как ты понял? - ему сложно было поверить, что его милый добрый мальчик способен на такое. - Ну, конечно, он не зажал плачущую и сопротивляющуюся Мирцеллу в углу, все выглядело не так варварски. Но исключительно потому, что у Мирцеллы не было возможности сопротивляться. Она была под каким-то веществом, - Оберин вздохнул. - Кроме нее, к сожалению, это никто не подтвердит. И физических доказательств у меня нет, однако, я все же не хотел бы оставлять это... вот так. Правитель отвел взгляд, Оберин заметил, что у брата едва-едва задрожали руки. - Я с ним поговорю. Извини его, видимо он слишком отчаялся, и я недооценил силу его... эмоций. Но откуда он мог взять дурман?.. - Не думал пока об этом, - он пожал плечами. - Дурман найти не трудно - идешь на рынок и покупаешь смеси. - Да, если бы только Тристан в них разбирался. Я просто не верю, что он сам мог до такого дойти, - Доран хмуро выдохнул. - А какие варианты? - Оберин улыбнулся. Ему было любопытно, скажет ли Доран то, что хочет сказать. - Ему вполне могла помочь одна из твоих змеек, - он посмотрел в глаза брату. - Да, могла, - согласился Змей. Он-то сразу подумал о Тиенне, просто не хотел развивать эти мысли. - Или не одна. - В любом случае я не оставлю это без внимания, - Доран кивнул, - больше Тристан к Мирцелле не подойдет. - Что ты намерен сделать? – спросил младший принц. - До вашей свадьбы отправлю его с дипломатической миссией кое-куда, - он таинственно улыбнулся, - думаю, долгая отлучка проветрит его и заставит на многое смотреть по-другому. - Дипломатической миссией? - вздернул бровь Оберин. - Я так понимаю, за предел нашего материка? - Да, - он кивнул, - за пределы. - Я так понимаю, рассказывать об этом ты пока что не хочешь? - Пока да, - Доран посмотрел в глаза брату, - ты все узнаешь позже. - Что ж, надеюсь, ты все также мудр, - Оберин слегка поклонился. И не удержался: - На твоем месте, я бы дал ему с собой какую-нибудь красивую девку. Того глядишь, перегорит. Доран мрачно рассмеялся. - Я с этим разберусь. Не волнуйся. И больше не дерись с ним. - Как прикажете, ваше сиятельство, - Змей развел руки и прежде чем выйти за дверь сказал: - Принцессе нужен дегустатор. - Найдем, - он махнул рукой, мол, иди уже. Тем временем Мирцелла проснулась и, не обнаружив рядом Оберина, принялась неспешно одеваться к завтраку. Откровенно говоря, спускаться к семье жениха ей не хотелось в это утро. Поступок Тристана не давал ей покоя, и мысль, что он объединился со змейками против нее, так же пришла в голову Целлы. От мрачных раздумий ее отвлек теплый голос Оберина. - Будет тебе дегустатор, моя радость, - сказал он ей, входя в ее покои. - Ты поговорил с Дораном? - она встретила его уже в милом платье и с нежной улыбкой, - что будет с Тристаном? - Он уедет из Дорна на время, - улыбнулся Оберин и добавил мысль в слух: - Может, так заплавается, что и на свадьбу не явится. Она улыбнулась ярче. - Что ж, пусть так. Я еще долго не смогу видеть его без желания врезать палкой между ног. - О, - протянул Оберин, поманив ее пальчиком, - специально, чтобы посмотреть на это зрелище, я научу тебя подобному приему. Она рассмеялась, подходя ближе. - Представляю его лицо в этот момент. Мне не должно быть так хорошо от чужой боли, - Целла грустно улыбнулась. - О, дорогая, не стоит взваливать на себя тяжкое бремя идеальности, - покачал головой Красный Змей и усмехнулся. - Знала бы ты, какое удовольствие я испытал, когда мое копье пронзило Гору. Она коснулась его руки. - Мне этого не понять... - Кто знает, - сказал Оберин и тут же притянул девушку к себе, родственно обняв. - Я надеюсь, что не поймешь. Это тяжелые чувства. Целла прижалась к нему теснее. - Я люблю тебя, - шепнула она. Ей отчего-то так хотелось сказать ему это именно сейчас.