Убей меня и всё.

      Арсений же все это время смотрел на Антона. Боже, знали бы вы, какой он красивый и сексуальный во врачебном халате. Арсению вдруг стало так больно и плохо, как не было никогда. Резкая боль в груди отдавала по всем частям тела. Это было совсем не связано с его физическим состоянием. Болела душа.       Болело, то, что он разбил.       У Антона внутри творился, такой ужас, что словами не описать. Он вновь сидит в ванной и пьет на этот раз коньяк и водку. Да, как, сука, подросток, но это сочетание помогало побыстрее опъянеть и забыться.       Ты. Мне. Не. Нужен.       Все надежды, были разрушены этими четырьмя словами. Вот так можно поломать жизнь.       Да, так просто.       Антон очень хотел больше никогда не видеть Арсения. Он его любил и любил беспробудно. И надеялся на взаимность, и ведь она была. Были прогулки под дождем. Был кот. Теплый плед и любимая книга на двоих. Прогулки в парках. Украшение квартиры к новому году, который сейчас близится, а Арсения нет рядом. Антон полностью уходит в себя, не понимает, что происходит. За что так с ним? За что? Как с ебучей игрушкой. А ведь он любит.       Убей меня и всё. Никто нас не спасет. Убей себя во мне. Ты с ней, а на дне.       Кругом голова, Антон задыхается. Задыхается от любви и третьей пачки сигарет. К сожалению, не красное вино разлито на кухне.       — Ниче, сейчас спиртиком захреначим, а то так от заражения крови помереть недолго, из-за этого урода. Все из-за этого урода, — проговорил Антон, он же всё-таки блять, врач, но осознав, что водка кончилась, а он требовал продолжения банкета парень, начал собираться в магазин. Ну как собираться. Пытаться. Ползти. Хотя бы кое-как доползти.       Арсению больно и морально, и физически. Он помнит, эти глаза в которые он сказал совсем не те, фразы. Почему? Влияние Алены. Арсений приехал в Москву, якобы на заработки. Так и есть, но это не единственная причина такого резкого одиночного переезда в Москву. Алена его просто заколебала. Всеми способами. Он не знает, как так может быть, чтобы человек, в таком состоянии работал в больнице. Бешеный график, да ещё и травматология. Он знал, что Антон мог перенаправить Арсения к другому травматологу, но нет. Он имел непрерывное желание помогать людям.       Даже таким как Арсений.       Как трудно бы не было.       Спаси, вылечи, помоги и отпусти. Желание напиться только возрастало и Арсений направился в магазин.       По счастливой или нет, случайности, Арсений встретил пьянющего в жопу Антона, покупающего бутылку крепкого вина, пачку черничного Bond’а и кошачий корм. Сильно и независимо. Ухмылка сама нарисовалась на его лице.       Арсений умильно улыбнулся всповнив их кота — Слэма. Но сейчас его больше волновало состояние Антона. Попов одним резким движением остановил парня за плечо прижав к стене.       — О, а вот и белочка, — подумал Шастун и попытался проморгаться. Не помогло. Перед ним стоял Арсений.       — Господи, когда же это все закончится! — взвыл Антон.       — Я тебе не нужен, отпусти меня, сука. Ищи другого, кто будет удовлетворять твои потребности, ах, да, искать же не надо. Алена же есть. Перестань меня мучать уже, тварь! -проорал Шастун и одним ловким движением выскользнул из-под цепкой руки Арса. Арсений видел, сколько боли было в этих глазах. Эту боль он почувствовал всем сердцем. Он себе никогда не простит этого предательства. Антон ему уж тем более. Всё-таки купив желанное, Арсений направился домой.

***

      Поскольку у Арсения был, такой нехилый букет болей и повреждений после аварии, присыпанный постоянными разбирательствами и тасканием по судам, он решил сходить в больницу, чтобы в очередной раз увидеть Антона. На свое самочувствие ему было абсолютно по-барабану.       Арсений заходит в теплое, но холодное по атмосфере помещение и направляется в регистратуру.       — Добрый день. Как мне попасть на прием к травматологу? Я к вам на скорой поступал. После аварии.       — Здравствуйте. Назовите свое полное имя, пожалуйста.       — Попов Арсений Сергеевич.       — Так, вы были у Антона Андреевича, но он сегодня работает на скорой, так, что запишу вас к Дмитрию Анатольевичу. Тоже отличный врач, с огромным опытом.       — Нет, нет, нет, вы меня не поняли. Мне именно к Антону Андреевичу надо. Очень сильно.       — Тогда извините, ничем не могу помочь. Приходите завтра, но шанс того, что вы к нему попадете очень мал, приемное отделение всё-таки.       В эту же секунду в двери приемного отделения врывается Шастун, держа в руках капельницу, попутно начиная, объяснять Павлу Алексеевичу, что происходит.       — Павел Алексеевич, очень тяжелый. Страшнейшая авария, нужно срочно в операционную, а то не дотянет. Открытая черепно-мозговая, брадикардия, подозрение на повреждения шейного отдела позвоночника, открытый перелом правой ноги, жгут наложили десят минут назад и подозрение на разрыв селезёнки, с печенью. Сейчас еще троих привезут. Там на сто восьмидесятом километре, вообще месиво. — На одном дыхании выпалил фельдшер. — Вижу, Антон. Иди мигом переодевайся, ассистировать будешь. Только мигом. Понял?.       Шастун дернулся с места и ежесекундно исчез в длинных коридорах больницы.       — Везите во вторую операционную, — Скомандовал он бригаде.       — Кать, позвони, пусть готовят донорскую кровь, и позови Наташу, пусть пол вытрет, а то не дело, приемное отделение, а все залито. — На этом закончилась реплика Павла Алексеевича и он быстрым шагом направился по такой же траектории, что и Шастун.       — Так, мужчина, видите, что творится, вас здесь еще не хватало. Давайте топайте отсюда, сами слышали, авария. Сейчас еще тяжелых привезут. — Выдернула его из мыслей Катя.       — Да, да, сейчас.       Арсений вышел из больницы и задумался. Так мимолетно может закончиться жизнь человека. Если бы не врачи скорой. Хирурги. Если бы не Антон. Арсений никогда не понимал, когда люди говорили спасибо Богу, за то, что он спас их. Нет, он не атеист. Но этих людей спасли врачи. Господи, насколько же Антон красив в этой униформе, при виде него, берет такая гордость и тепло, которое словами описать нельзя.       Серые будни. Новая сигарета.

***

      Последовав указаниям медсестры Арсений пришел на следующий день. Как только он вошел в двери приемного отделения, он увидел Антона, который беседовал с Катей, попутно просматривая истории болезни.       — Тох, я поражаюсь тебе. В свой выходной работаешь на скорой, на операции вчера ассистировал, а сегодня вновь в отделении. Отдохнул бы хоть.       — Да ну, зачем. Главное — людям помогать, пока могу, а отдыхать я и в старости сумею. Кстати, того тяжелого откачали. Два раза остановку давал! Завели, собрали, сейчас уже в обычной палате, с женой милуется.       Их разговор прервал вошедший фельдшер скорой.       — Антон Андреевич, тут по вашей части.       Арсений не верил своим глазам. Изначально, он подумал, что ему показалось, но нет. Это была именно реальность. Только, что привезли Сережу. Его лучшего друга. Дрожь и страх охватили, сковали его тело и не позволяли пошевелится.       — Так, что тут у нас. Матвиенко Сергей Борисович. Закрытая черепно-мозговая, пневматоракс, тахикардия, перелом лучевой кости, подозрение на разрыв внутренних органов. Везите его в кабинет узи, я подойду сейчас. Кровь и биохимию, разумеется.       — Вот так, Катька, бывает. — Проговорил уходящий Антон.