Йогин

— Пять ле-ет, — протянул Лерка, пытаясь представить такой долгий срок. За это время можно получить высшее образование. А это почти тоже самое, как ещё раз школу закончить! Такая мысль Лерке сильно не понравилась, но что он мог сказать? Конечно же, он рассчитывал на более близкие отношения. Может, не в первые месяцы, может, даже через два года, но точно не позже! А поцелуи? — И что даже целоваться нельзя? — краснея, уточнил он, пряча глаза. — Нет. Эта была катастрофа. И если до сегодняшнего дня Лерка полагал, что хуже быть не может, он глубоко заблуждался. — Твои родители переживают из-за того что мы пара, но я успокоил их, сообщив о своём решении воздерживаться. Им не о чем волноваться. «Так вот почему они так странно выглядели», — понял наконец Лерка. — Только, — продолжил Гера, — твой папа спросил, обсудили ли мы это вместе и согласен ли ты. Надежда вздрогнула слабыми крылышками в груди. — Что ты думаешь, Лер? — осторожно спросил Гера, выглядел он неуверенно. Видимо, ему не часто приходилось обсуждать свои решения. — Думаю, это слишком долго, — Лерка приложил все усилия, чтобы сделать самое несчастное лицо, на которое был способен. Ведь если Гера решит соблюдать свой обет… — Это очень и очень долго. Я и поцеловался впервые совсем недавно и не рассчитывал, что в следующий раз это случится через пять лет! — Лерка сжал кулаки, уставившись под стол. Кажется, он был снова готов расплакаться. Гера накрыл его руки ладонью, наклонился и поцеловал в щёку. Омега поднял глаза, заглядывая паре в лицо. — Ты такой милый, что я не удержался, — Гера улыбался. — Правда, ни разу ни с кем не целовался до меня? Лерка покачал головой, заворожённо глядя в глаза альфы. Тот глубоко выдохнул:  — Да, пять лет я точно не выдержу. Омега позволил себе робкую улыбку, а затем, снова повинуясь внезапному порыву, как тогда у подъезда, склонился к альфе, утыкаясь носом тому в шею, и быстро заговорил: — Давай просто забудем об этом и не станем вспоминать, если пообещаешь, что кроме меня больше и смотреть ни на кого не будешь. — Это слишком легко, — шепнул Гера на ухо, тоже наклонившись ближе к омеге, а затем коснувшись ушка губами. У Лерки всё задрожало внутри, и он не торопился отстраняться, так неповторимо чудесен был этот момент, в котором он был готов утонуть… — Мне было бы достаточно. Гера снова коснулся ушка губами. — Тогда обещаю, что ты единственный омега, на которого я буду смотреть. Хотя знаешь, — произнёс он ещё тише, — я пообещал это себе, когда ты поцеловал меня тогда. Я бы хотел, чтобы это тоже был мой первый поцелуй. Сердце Лерки пропустило удар. — Лер, — позвал Гера спустя пару минут, — или ты ешь, или нас скоро попросят найти более уединённое место. Он шутил, но Лерка вдруг встрепенулся, вспоминая, где именно они находятся, и смущенно уставился в тарелку. После обеда они снова гуляли, держась за руки, пройдясь пешком от самой площади до Будённовского проспекта, и когда альфа глянул на часы, было уже половина восьмого. — Пора домой, — сказал он, и сердце Лерки разочарованно рухнуло в пятки. — Лер, — почти обвиняюще заговорил альфа, — я просто сказал, что на сегодня пора закругляться, тем более ты сам сказал папе, что ненадолго. Я не могу смотреть, когда ты делаешь такое лицо, — серьёзное выражение лица альфы превратилось в ребячески-открытое, будто он позволял омеге видеть то, что он действительно испытывал и о чём думал.  — Просто неизвестно, когда мы теперь увидимся, — пискнул омега, оправдываясь за то, что хотел урвать свой кусочек счастья. — Конечно, известно. В понедельник на практике. — Но не так, как сегодня. И на практике мы не можем говорить открыто, — «и обниматься, и смотреть друг на друга так долго, как хочется, и держаться за руки». Лерка не мог произнести всего этого вслух, но Гера смотрел на него так долго, словно догадывался о чём-то. — Я сказал тебе тогда, что у меня нет времени. Прости, что обидел. На тебя я найду время, вряд ли столько, сколько бы хотелось тебе или мне, но больше я не буду вести себя как придурок. Ведь, это твои первые поцелуи, свидания и отношения, так? Лерка кивнул, чувствуя, как тепло согревает щёки. — Тогда давай ходить на свидания каждые выходные, идёт? От такой перспективы Лерка даже вздрогнул. Видеться с Герой, как сегодня, каждую неделю — о таком он не мог даже мечтать. Это было даже больше того, на что он рассчитывал уговорить Геру! — Ты сейчас такой счастливый, — поддел Герка. — Смотри, а то сердце остановится. Лерке было всё равно — пусть останавливается. И всё же он решил подразнить альфу: — Ты себя слегка переоцениваешь. — Даже так, — на губах Геры появилась хитрая улыбка. — Ну, а если я сделаю так? Внезапно альфа склонился к Лерке и поцеловал. Сначала легко коснулся его губ, как сделал это сам омега однажды вечером. Но губы Пары были такими тёплыми и манящими, что он продолжил изучать новую территорию, пока не коснулся их языком. Гера почувствовал, как едва заметно вздрогнул омега. И просто не смог удержаться, чтобы не повторить эксперимент. Его язык прошёлся вдоль сомкнутых губ и те доверчиво приоткрылись. Как бы не велико было искушение, альфа решил остановиться, с сожалением вспоминая, что они на улице. Когда он отстранился, омежка продолжал стоять с прикрытыми глазами, такой невинный и желанный. Гера сгрёб его в охапку и прижал к себе. — Я бы тебя съел. — Почему? — спросил счастливый Лерка. — Потому что ты такой сладкий, — тихо шепнул Гера, заглядывая в глаза пареньку, который так внезапно ворвался в его жизнь, перевернув всё с ног на голову.