Дуэль

       Степан подъехал к дому Власовой, помог Никите выбраться из машины, и двое направились к парадной. Мальчик быстро набрал комбинацию цифр на домофоне, послышался писк, и дверь чуть приоткрылась. — Я быстро, только заберу приставку, — пролепетал Никита и побежал к лифту. Данилов неспеша направился следом, пытаясь отыскать в кармане ключи от квартиры.  — Слушай, — повернув ключ в замке, произнёс Стёпа, обращаясь к мальчишке. — Мы с тобой в прошлый раз закрывали дверь на два оборота? Малой кивнул головой. — Странно, — приоткрыв дверь, капитан заглянул в квартиру. Было тихо. — Я зайду первый. Стёпан положил руку на кобуру, приготовившись достать пистолет, он старался ступать как можно бесшумнее, продвигаясь по квартире, осматривал комнаты. Никита вцепился в карман его куртки шёл следом.  — Ого! — воскликнул Никита, выглянув из-за капитана, когда тот остановился. — Тут целый погром! — Это не погром — это обыск, — пытаясь нащупать в кармане сотовый, ответил Данилов.        Круглов коснулся губ любимой, убирая растрёпанные волосы с её лица. — Коль, подожди, — Рогозина пыталась уклониться от поцелуев майора. — Телефон звонит, может, что-то срочное. — Кому надо — перезвонит, — продолжая целовать женщину в шею, ответил майор. — Рабочий день закончился полтора часа назад.        Но телефон продолжал трезвонить, а громкий звук разлетался по полупустой квартире. Видимо, звонящий хотел сообщить что-то очень важное. Настолько, что оно не терпело отлагательств до утра. Наконец телефон замолчал. — Ну, вот, я же говорил, — улыбнулся Круглов, расстёгивая пуговицы на пиджаке Рогозиной.        Но не тут-то было! Сегодня кто-то очень не хотел, чтобы офицеры провели вечер вместе, наслаждаясь друг другом. На этот раз затрезвонил телефон Круглова. — Если это Тихонов, я его убью! — пробурчал майор, отстранившись от возлюбленной, начал искать телефон в кармане пиджака, который валялся на полу. — Данилов? — Взглянув на экран, сказал Николай Петрович — Ответь! — быстро скомандовала Рогозина. — Слушаю, — прислонив аппарат к уху, недовольно пробурчал Николай Петрович. Выслушав внимательно собеседника, он посмотрел на Рогозину, потом на часы. — Стёп, закрой квартиру, и поезжайте домой. А завтра с утра с Костей съездите на квартиру, снимите отпечатки, поговорите с соседями. Отложив телефон в сторону, майор повернулся к Галине. — Данилов звонил, сказал, что в квартире Власовой кто-то был. Перевернул всё вверх дном, видимо, что-то искали. — Ну, с этим мы завтра разберёмся, — вкрадчиво ответила Рогозина.

***

— Ладно, ищи свою приставку, и поехали отсюда, — обратился Данилов к Никите, который уже принялся рыться в ящиках комода.        Степан огляделся по сторонам и заметил, что в углу стоит магнитная доска, на которой была нарисована полянка, усыпанная цветами, а вверху красовалось солнышко и несколько синих тучек. Улыбнувшись, капитан вспомнил, что когда-то именно так же рисовал солнце — не круг и отходящие от него отрезки — лучи, а уголок листа отделял линией, от которой отходили точно такие же отрезки — лучи.        Опустив взгляд вниз доски, он заметил листок, который был прикреплен с обратной стороны на магнит. Развернув доску, Данилов наблюдал целую схему с какими-то фамилиями, распечатками и фотографиями. В глаза сразу же бросилась фамилия Ритиного коллеги — Коломенского. Рядом с фамилией было написано два адреса и прикреплена фотография майора. — Интересно, что за адреса? — негромко произнёс Стёпа, но его размышления прервал голос Никиты. — Я нашёл, можем ехать. — Ага, — кивнув головой, ответил капитан, вернув доску в исходное положение, он направился к выходу следом за мальчишкой.

***

— Какая информация у нас есть? — поинтересовалась Рогозина, расхаживая по кабинету, заведя руки за спину. Первым начал докладывать Холодов. — Лисицын и Данилов нашли в квартире Власовой две пары отпечатков. В том числе и на доске, которую они сфотографировали. Одни принадлежат Власовой, вторые — генералу Колобову. — А что там за схема была? — бросив на эксперта взволнованный взгляд, задала вопрос полковник. — На ней какие-то фамилии, фотографии, — ответил Андрей. — Но одна фамилия нам известна. Это Коломенский — бывший коллега, которого убили месяц назад. Так же напротив его фамилии было написано два адреса. — Один адрес принадлежит самому Коломенскому, — продолжил рассказ Тихонов. — Второй адрес неполный, написана только улица. Мы сейчас пытаемся по сигналу телефона Коломенского установить, как часто он был в районе той улицы. — Галь, можно? — спросила Антонова, заглянув в кабинет. Рогозина кивнула головой на свободный стул. Валентина быстро прошла к столу и присела, положив перед собой папку с документами. — Я провела вскрытие трупа, который мне доставили сегодня утром, — начала Антонова. — И, знаете, я была в шоке. — Я думал, что тебя уже ничем не удивишь, — съязвил Тихонов. — Что ты там такое увидела? Третью руку? — Не смешно! — произнесла Антонова, подняв взгляд на начальницу. — Тот, которого похоронили под именем Альберта Николаевича Коломенского и настоящий Коломенский, которого убили вчера — одно лицо! — Как так? Операция пластическая? — удивился Холодов. — Нет, никаких операций ни у того, ни у другого не было, — положила на стол снимок. — Это фотография родинки на спине первого покойного, — затем достала вторую, — а это второго. — Они идентичны, — с детской радостью в голосе воскликнул Андрей, рассматривая фотографии. — Именно! И ещё… Анализ ДНК показал, что оба покойных являются родными братьями. — Отпечатки первого брата проверили? — приподняв бровь, спросила Рогозина. — Нет, — ответила Валентина. — Кожа на пальцах рук начала деформироваться. Мне необходимо некоторое время на восстановление. — Как только будет какая-то информация, сразу сообщи.

***

       Данилов с Лисицыным зашли в лабораторию, на автомате накинули на плечи халаты и прошли к столу экспертов. — Есть что-нибудь по Коломенскому? — поинтересовался Костя, наклонившись над Ванькой. — Не надо стоять над моей душой! — пробурчал эксперт. — Вам вообще знакомо слово «пожалуйста»? — Иван, будьте так добры, расскажите нам, что Вы нашли на майора Коломенского?! — натянув дежурную улыбку, сказал Стёпа. — Вот так-то лучше. В общем, наш майор жил с самого детства в приёмной семье. — адрес родителей есть? — Нет, они умерли, квартира осталась ему. Никакой информации о том, что у него есть брат-близнец — нет. — Найди нам… пожалуйста, адрес детского дома, в котором был Коломенский, — сказал Костя. — Это не детский дом, а дом малютки. Его усыновили в возрасте трёх месяцев. Послышался звук работающего принтера, и из него появилась распечатка с нужным адресом. — Спасибо, Иван.        Опера подъехали к тому самому дому малютки. Это было старое здание с обшарпанными стенами грязно розового цвета. В глаза бросалась новая крыша ярко синего цвета. Территория учреждения была обнесена высоким забором с ржавыми прутьями. Поднявшись по каменному крыльцу, оперативники прочитали выцветшую табличку: «Дом малютки № 13 г. Добинск».        Зайдя в помещение, на Данилова нахлынули не самые приятные детские воспоминания о детском доме. Ведь все эти маленькие детишки, которые сейчас находятся здесь, совсем скоро окажутся именно в детском доме. В месте, где ты никому не нужен и предоставлен самому себе. Где тебя считают отбросом общества, говоря тебе это в лицо. И при любой удачной возможности пытаются унизить.   — Стёп, ты чего? — Костя похлопал напарника по плечу. — Мы пришли. Это кабинет заведующего. — Да, так… Вспомнил кое-что, — отмахнулся капитан, постучав дверь, он её отворил, проходя в помещение. — Здравствуйте, майор Лисицын, — представился мужчина, показав удостоверение. — Это капитан Данилов. Федеральная Экспертная Служба. — Чем могу помочь? — поинтересовался пожилой мужчина, поправив очки, он подскочил с места. — Вы по поводу той девочки? — Нет, — присев на стул, ответил майор. — Мы по поводу мальчика. — Кого именно, — мужчина занял своё кресло с вытертыми подлокотниками. Принявшись рыться в стопке документов, лежащих по правую руку от него, изредка посматривая на присутствующих. — Коломенский Альберт Николаевич. Был у Вас до трёхмесячного возраста, потом его усыновила семья из Москвы. — Не припомню такого ребёнка, — ответил удивлённо старик. — Это было тридцать семь лет назад. — Восьмидесятый год? — воскликнул удивлённо мужчина. Снимая очки, он ещё раз посмотрел на офицеров. — Вы думаете, я могу помнить всех детей? — Вы давно здесь работаете? — поинтересовался Стёпа, посчитав вопрос заведующего риторическим. — С семьдесят девятого года, — улыбнулся мужчина. — Что всё-таки случилось? — Дело в том, что данный гражданин был убит месяц назад, а теперь нашли его тело ещё раз. Точнее нашли тело его брата, но нет никаких документов свидетельствовавших о том, что у него есть брат, тем более близнец. — Я помню этих мальчишек, — ответил старик. — Это было в восьмидесятом году, как раз зимой. Их фамилия была Елисеевы Альберт и Алексей. — А говорили, что не помните, — усмехнулся капитан. — Я тогда только начинал работать, — откинувшись в кресле, ответил мужчина. Достав старинную трубку, он насыпал туда табака и закурил. — Знаете, какое тогда время было? За деньги можно было сделать всё что угодно. — Как они к Вам попали? — перебил монолог заведующего Костя. — Их родителями были два студента. Девушке было около двадцати двух, но тогда она уже начала подрабатывать медсестрой, а парню — двадцать три, тоже подрабатывал на стройке. В один из дней молодая мама вышла из дома в магазин и не вернулась — её тело потом нашли в парке, — с горечью в голосе сказал старик. — Ограбили и убили из-за сорока рублей. — А что стало с отцом детей? — Он не выдержал всего этого, и через девять дней после смерти жены покончил с собой, выпрыгнув с пятого этажа. Мальчишки попали в дом малютки. И одного мальчика решила усыновить семья из Москвы. — Нельзя же разъединять детей, — вставил слово Стёпа. — Я в то время был только заместителем заведующего и ничего не мог сделать. Семья заплатили заведующему и забрали мальчика. Но вскоре и другая семья забрала второго малыша. Значит, они оба погибли? — выпустив струю табачного дыма, спросил мужчина. — К сожалению, да. Вы можете дать нам данные на вторых усыновителей? — Это надо искать в архиве, — мужчина убрал трубку и поднялся на ноги, — пройдёмте со мной. — Указал рукой на дверь.