Канон и Омегаверс: пересечение миров

Все­лен­ная «Оме­гаверс»

Пе­ред мак­нэ сто­яла ве­ликая цель, и он был уве­рен, что добь­ет­ся этой це­ли во что бы то ни ста­ло. Он по­нятия не имел, как имен­но мож­но пе­реме­щать­ся меж­ду ми­рами, но ис­крен­не ве­рил, что ра­но или поз­дно ему это удас­тся. Именно по этой причине парень пытался всеми возможными способами задействовать свои внутренние резервы (чакры?), чтобы добиться положительного результата. И всё это время Тэхён послушно находился рядом с макнэ, совершенно позабыв о подготовке к предстоящему учебному семестру (каникулы — это, конечно, хорошо, но учиться всё-таки нужно не только в стенах университета). Ким, как самый верный товарищ, «пилил» младшего за промахи, но несмотря на это оставался рядом. — Не хо­чешь по­гово­рить со сво­им от­цом? Он мо­жет рас­ска­зать что-то по­лез­ное, — Тэ­хён ис­пе­пеля­юще смот­рел на ка­нон­но­го зна­комо­го, что за последние недели успел стать ему другом. — Ты ведь тра­тишь вре­мя впус­тую. А гос­по­дин Чон дей­стви­тель­но мо­жет по­мочь. — Ну, нач­нем с то­го, что он мне ни­какой не отец. И мне не нуж­на ничья по­мощь. Я и сам прек­расно справ­ля­юсь, — Гук по­пытал­ся сос­ре­дото­чить­ся, ду­мая о сво­ем ми­ре. Он привык добиваться всего самостоятельно, поэтому не собирался прибегать к чьим-либо советам. — Ага, ви­жу, как те­бе по­мощь не нуж­на! Хоть бы раз пе­ремес­тился, так нет же, толь­ко ду­ет­ся как ин­дюк и… — Тэ­хён пос­мотрел по сто­ронам: мак­нэ ниг­де не бы­ло. Хм… Не­уже­ли и прав­да по­лучи­лось? Ай­дол по­явил­ся сно­ва лишь че­рез нес­коль­ко се­кунд: — Я был там, ви­дел свой мир! Зна­чит, всё по­лучит­ся, а ты мне не ве­рил! — мак­нэ с че­рес­чур де­ловым ви­дом под­нял свою го­лову как мож­но вы­ше. Определенно за­гор­дился. Единственное, что оставалось Киму, это притворяться невозмутимым, не давая младшему чувствовать себя сверхчеловеком. Тот ведь и так уже мнит себя чуть ли не божеством, незачем подкармливать самооценку Гука еще больше. — Ну мо­лодец. Хо­чешь, что­бы я пох­ло­пал в ла­доши? — Тэ­хён при­под­нял бровь, слегка улыбаясь наглому выражению лица Чона. — А с от­цом всё-та­ки по­гово­ри. Впрочем, Гук наставления Кима не послушал, продолжая практиковаться в одиночку, с всегда находящимся под боком Тэ. В перерывах младший продолжал наведываться в «Дом доверия», а еще понемногу знакомился со здешней культурой. Со временем всё окружающее стало cчитаться им нормой, а происходящее перестало восприниматься с отвращением. Чон даже умудрился посмотреть несколько фильмов, со смехом отмечая, что некоторые из них полностью совпадают с версиями канонного мира, только здесь вместо актрис играют актеры. Сам же Тэхён привык к Чону настолько, что поймал себя на пугающей мысли — он будет скучать. Конечно, с омегаверсным Гуком тоже было интересно и легко общаться, но этот макнэ, эдакий сорвиголова, стал для Кима отдушиной в мире, где все его считают неправильным. Проводить время с младшим действительно весело. Тэ и подумать не мог, что можно разговаривать с кем-то настолько непринужденно. Они словно настроились на одну волну. — Знаешь, ты похож на канонного Тэхёна. Мы с ним лучшие друзья, — Чон откинулся на спинку лавки, довольствуясь, что может находиться в центре города, не боясь быть замеченным фанатами. — Правда? Наверное, это объясняет, почему мы друг друга еще не убили, — Ким смеется, получая толчок в ребро. — Йа, что ты себе позволяешь, мускулистая свинка? — он продолжает хохотать уже вместе с Чоном, который впервые задумался над тем, что попасть в этот мир оказалось не так плохо, как он считал вначале.

Все­лен­ная «Ка­нон»

Беспросветная тьма в жизни омеги отбивала всякое желание жить. Домой в свой мир хотелось невероятно, потому что Гука достало абсолютно всё: тан­цы, в ко­торых он ни­чего не знал, веч­ные наг­рузки, обу­чение с ну­ля всем основам и множество незнакомцев, имена которых было запомнить не так-то просто. Но са­мой глав­ной проб­ле­мой был яб­лочный дь­явол по име­ни Ким Тэ­хён, а всё потому, что Ви про­дол­жал из­де­вать­ся над оме­гой. Ка­залось, ай­дол по­луча­ет от это­го ог­ромное удо­воль­ствие, но на са­мом де­ле Ким в такие моменты и сам стра­дал не меньше своей жертвы. По-преж­не­му шли в ход про­писан­ные док­то­ром тран­кви­лиза­торы, однако помогали они слишком слабо. Тэхён всегда принимал больше назначенной дозы, но в то же вре­мя по­нимал, что нет ни­како­го смыс­ла ле­чить­ся — он не­из­ле­чим. И хан­дра пар­ня не прой­дет из-за ка­ких-то таб­ле­ток. Омега был везде, включая мысли айдола. Любой рекламный ролик на YouTube, скачанная на телефон игра, прогон танца, репетиция выступления, запись — всё возвращало к запаху карамели, что обволакивал старшего до жжения в легких. Даже если омеги не было поблизости, Ким продолжал думать о нем, словно никакие другие мысли не могли занимать его голову. В такие мгновения Тэхён выходил на крышу, чтобы прислониться к холодным перилам и наконец вспомнить о своем друге, застрявшем в другом мире. «Где ты, Чонгук, когда так мне нужен?» Чонгук всегда понимал Кима без слов. Настроившись однажды на одну волну, они никогда не перестраивались на другие. Ребята всегда обменивались поддержкой, зная что могут друг на друга рассчитывать. А теперь, когда Тэхёну понадобилась помощь, Чона рядом нет. Есть лишь его странный двойник из другого мира, что вызывает в Киме целый вихрь непонятных эмоций. Это так неправильно, что хочется сброситься с крыши, однако Ви не станет этого делать. Ему ведь вечером еще нужно ловить потустороннюю нечисть… Он не может никого подвести… — Чон­гук-а, от­не­си Тэ­хёну и Нам­джу­ну чай к ним в ком­на­ту, — Чи­мин вни­матель­но смотрит на млад­ше­го, ожи­дая от­ветной ре­ак­ции. — Сей­час, уже иду… Чи­мин смотрит вслед с подозрением. Он не ве­рит, что лю­ди мо­гут так из­ме­нить­ся. По­терять па­мять — да, но стать сов­сем дру­гим че­лове­ком — нет. Этот Чон совершенно не похож на себя прежнего. И Пак вспо­мина­ет, как бы­ло рань­ше, пытаясь понять что же всё-таки произошло с младшим. — Чон­гук-а, от­не­си Тэ­хёну и Нам­джу­ну чай в их ком­на­ту. — Хён, ка­кого чер­та я дол­жен это де­лать? — Ты же млад­ший, а они твои хё­ны, так что дуй за ча­ем! — Обой­дут­ся, пусть под­ни­ма­ют свои ле­нивые зад­ни­цы и идут на кух­ню. — Гук… — И во­об­ще ме­ня уже нет — я ушел! Да, Чи­мину ка­жется, буд­то Гук стал дру­гим че­лове­ком (не­безос­но­ватель­но, прав­да?).

* * * * *

На фан-митинге Чон вел себя чересчур скованно. Оме­ге бы­ло не по се­бе — вок­руг не его зна­комые, не его фа­наты, не его мир, а вер­нуть­ся об­ратно он не мо­г. Что за все­лен­ская нес­пра­вед­ли­вость? Еще и си­деть нуж­но бы­ло ря­дом с Тэ­хёном, ко­торый пы­тал­ся ус­по­ко­ить бу­шу­ющие гор­мо­ны, но в то же вре­мя жад­но вды­хал ка­рамель­ный за­пах, сразу же пытаясь сделать вид, что и вовсе не дышал. Оме­га же замечал, ведь и сам чувс­тво­вал неч­то по­доб­ное. Истинность? Что за вздор… Истинные не могут так бесить, а этот Ви раздражал невероятно. Ким сов­сем не та­кой, как его двой­ник, а жаль… Мыс­ли Чо­на спу­тались, по­тому что за­пах яб­ло­ка не да­вал мыс­лить здра­во. Он кое-как подписывал альбомы, протягиваемые фанатами, и натянуто улыбался, стараясь игнорировать постепенно поднимающийся стояк. И почему подобное должно было произойти именно с ним? Встретить истинного в мире, в котором его вообще не должно быть. Что за жестокая шутка судьбы? Улыб­нувшись оче­ред­ной пус­ка­ющей слю­ни фа­нат­ке, Чон­гук вы­дох­нул с об­легче­ни­ем — фан-ми­тинг по­дошел к кон­цу. Мож­но бы­ло спо­кой­но зай­ти в гри­мер­ную и снять тон­ны «ес­тес­твен­но­го ма­ки­яжа», вот только сделать это оказалось не так легко, потому что Гу­ка ли­хо при­жали к сте­не. — Тэ­хён, от­пусти, мне боль­но, — Чон го­тов был рас­пла­кать­ся, по­тому что его за­пястья сжи­мали прос­то с не­чело­вечес­кой си­лой, а омега никогда не отличался развитой мускулатурой. — Боль­но, го­воришь… Те­бе, тварь, боль­но? — Ви и сам не мог по­нять, что с ним про­ис­хо­дило. И он вов­се не счи­тал оме­гу тварью, вот толь­ко фра­за вы­лете­ла из уст са­ма по се­бе. В паху возникла неприятная (или всё же приятная?) тяжесть, тело умоляло поддаться инстинктам и Ким в помешательстве потерся о бедро Гука, у которого слегка подкосились колени. А затем Тэхён заговорил жалобным тоном, который шел в разрез с совершаемыми парнем действиями: — Ты что тво­ришь? Ре­шил ис­поль­зо­вать ка­кой-то при­ем­чик из сво­его ми­ра? А, мо­жет, под­сы­пал мне что-то в чай? Го­вори, ско­тина, что ты сде­лал! — на последней фразе голос невольно повысился, и оме­га рас­пла­кал­ся, не в силах терпеть разрывающую его изнутри боль. По­тому что нет ни­како­го, как вы­разил­ся Тэ­хён, «при­ем­чи­ка». Это прос­то гре­бан­ная теч­ка, ко­торая всег­да при­ходит невов­ре­мя! А этот Ви да­же не зна­ет, что это та­кое. Он вообще ни­чего не зна­ет об оме­гах, кро­ме то­го, что они вы­наши­ва­ют де­тей. Да что уж го­ворить об оме­гах… Тэ­хён да­же об аль­фах ни­чего зна­ет, хо­тя сам имен­но та­ковым и яв­ля­ет­ся! — Не тро­гай ме­ня, — Чон хны­чет, пы­та­ясь выр­вать­ся из цеп­кой хват­ки Ки­ма, но бе­зус­пешно. Сей­час сло­ва «не тро­гай» для Тэ­хёна, слов­но крас­ная тряп­ка для бы­ка. — Мне пле­вать, — и он нас­тырно впи­ва­ет­ся в гу­бы, из-за че­го у Гу­ка на­чина­ет кру­жить­ся го­лова, а колени подкашиваются еще сильнее. Ви не церемонясь исследует чужой рот, настырно проталкивая язык как можно глубже, чтобы заставлять Чона задыхаться. И младший действительно на несколько секунд прекращает дышать, а затем давится собственной слюной, но даже так Тэхён не спешит отстраняться. Оме­ге во­сем­надцать лет, но этот по­целуй его первый. Парень, как самый последний романтик, ждал истинного. И, блин, дождался. Вот только сейчас этот факт совсем не радует. Да вообще, по­чему этот са­мый по­целуй дол­жен при­над­ле­жать ка­кому-то при­дур­ку? Почему истинным Гука оказался этот бесчувственный мудак? Мозг ду­ма­ет, мозг от­верга­ет, а вот те­ло сов­сем не слу­ша­ет­ся — хо­чет­ся на­валить это­го аль­фу на се­бя и не от­пускать. Ни­ког­да. Ни при ка­ких об­сто­ятель­ствах. А всё по­тому, что теч­ка. По­тому что весь здра­вый смысл ле­тит к чер­тям, а оме­ги на­чина­ют ду­мать толь­ко сво­ей зад­ни­цей, не беря во внимание серое вещество, находящееся в черепушке. А ведь всё мог­ло быть сов­сем не так. Но ис­тинность — шту­ка неп­ростая. Она не спрашивает разрешения. Оме­га по­чувс­тво­вал её еще тог­да, ког­да спас Тэ­хёна от сбо­рища мсти­тель­ных бет. И по­чему всё так слож­но? Гук не хо­чет это­го, ему бы гораздо больше понра­вил­ся дру­гой Тэ­хён из да­леко­го ми­ра, а не это жи­вот­ное, ко­торое не­нави­дит оме­гу всем сер­дцем, но пря­мо сей­час хо­чет сож­рать его без ос­татка, по­тому что ни­чего не зна­ет… Ким не по­нима­ет, как это ра­бота­ет. Аль­фа прос­то чувс­тву­ет своего сабмассива и берет предназначенное ему природой. Смех Чи­мина, до­нося­щий­ся из ко­ридо­ра, быс­тро возвращает пар­ней к ре­аль­нос­ти. Тэхён не мешкая отходит в сторону, облизывая губы, на которых, как ему кажется, остался карамельный привкус. Чонгук, в свою очередь, плотно прижимается к стене, молясь, чтобы Чимин ничего не заметил. — Ку-ку, еще не уби­ли друг дру­га? — Пак заходит в гримерку с улы­бкой и уса­жива­ет­ся на сто­ящий в уг­лу ди­ван­чик в то вре­мя, ког­да в гла­зах Тэ­хёна и Гу­ка чи­та­ет­ся ужас… и воз­бужде­ние. Хо­тя ужа­са на ­поря­док боль­ше, по­это­му Чи­мин, в лю­бом слу­чае, не мо­жет за­метить в их взгля­дах что-ли­бо еще. А по­том всё пе­рево­рачи­ва­ет­ся с ног на го­лову: в помещении из ни­от­ку­да по­яв­ля­ют­ся еще два че­лове­ка. И это в корне меняет всё. — ПО­ЛУЧИ­ЛОСЬ! У МЕ­НЯ ПО­ЛУЧИ­ЛОСЬ! WE ARE THE CHAMPIONS, MY FRIENDS! — поющий го­лос мак­нэ уби­ва­ет всех на­повал, и младший сра­зу же по­вора­чива­ет­ся к аль­фе и оме­ге, в гла­зах ко­торых по-преж­не­му мож­но за­метить ужас. — Да не пу­гай­тесь вы так, прос­то кое-кто вер­нулся до­мой, ТО ЕСТЬ Я! — те­перь мак­нэ решает об­ра­тить­ся лич­но к оме­ге. — Вот ви­дишь, я на­учил­ся пе­реме­щать­ся, еще и смог тво­его Тэ­хёна прих­ва­тить, - он обнимает за шею прибывшего с ним парня, заставляя того неприятно поморщится. - Вот же мускулистая свинка! Сколько раз я тебе говорил, что не нужно так делать? - Тэхён немного дуется, после чего переводит взгляд на остальных присутствующих. А Ви злит­ся. Силь­но. Из-за это­го на его шее взду­ва­ют­ся ве­ны и, кажется, белки наливаются кровью. Он поворачивается к прижимающейся к стене омеге, чтобы выплюнуть слова прямо в лицо: — Ну что? Да воз­ра­ду­ет­ся на­ша оме­га, да воз­ра­ду­ет­ся агентство, что оно удос­то­илось чес­ти на­конец-то не ли­цез­реть это смер­дя­щее ка­рамелью соз­да­ние! Ка­тись от­сю­да, Чон Чон­гук, прос­то уби­рай­ся в свою су­мас­шедшую все­лен­ную! — Ви бе­зот­рывно смот­рит на оме­гу, от че­го ка­нон­но­го Гу­ка да­же пе­редер­гивает: мак­нэ ни­ког­да не ви­дел дру­га та­ким злым и ни­ког­да не мог по­думать, что имя «Чон Чон­гук» из уст Ви мо­жет зву­чать нас­толь­ко уг­ро­жа­юще. Оме­ге за­хоте­лось дать от­пор, поэтому, скрипя сердцем, он смотрит на альфу, стараясь сдержать порыв расплакаться в очередной раз: — Ты сво­лочь, Ким Тэ­хён. Всё это вре­мя из­де­вал­ся на­до мной, хо­тя я ни­чего те­бе не сде­лал, — он глотает неприятный ком слёз, всё еще сохраняя самообладание. — Хо­тя нет, сде­лал: спас твою жал­кую жизнь... На­зыва­ешь нас тва­рями, не­людя­ми. ХА! Ког­да смот­рю на те­бя, то и сам по­нем­но­гу на­чинаю в это ве­рить, по­тому что ты… ты, - младший прикусывает язык, чувствуя, что не готов это произнести. — Что за­мол­чал, ска­зать не­чего? — Ви насмехается. — Весь ваш мир, и все жи­вущие в нем су­щес­тва — сплош­ное не­дора­зуме­ние. Ошиб­ки при­роды! — еще нем­но­го и у айдола изо рта пой­дет пе­на. Вто­рой Тэ­хён лишь сто­ит и шо­киро­вано слу­шает, первое время совсем не пытаясь что-либо предпринять. Когда же до его мозга наконец доходит, он почти бросается на Ви с кулаками, однако резко останавливается руками макнэ. — То, что он твой лучший друг, не дает ему права так обращаться с другими людьми. Тем более со слабым полом. Пусти меня, я его поколочу! - Ким вырывается, но сил ему определенно не достает. «Неп­ра­виль­ному аль­фе» становится чертовски обидно за омегу. Неужели всё это время он жил вот так? Постоянно испытывая на себе издевки предназначенного? Да уж... Тэхён за­метил эту чер­то­ву ис­тинность — ею прос­то нес­ло за ки­лометр, хо­тя па­рень не мог чувс­тво­вать за­пахи. — Ви не в курсе про судьбу, предназначение и все дела? — Ким успокаивается, смотря в упор на омегу, что опускает глаза. — Ты здесь боль­ше ме­сяца, и ни­чего ему не рас­ска­зал? — Тэ смотрит на покусанные губы и виноватый взгляд. Очевидно, что омега не собирается заниматься просвещением своего истинного. И оме­гаверсный Гук хлопает гла­зами, смотря на друга и видя, что тот собирается что-то сказать: — Не нуж­но… Тэ­хён, не го­вори ему! Но внут­ри Ки­ма бу­шует что-то не­понят­ное, по­это­му он сра­зу же по­вора­чива­ет­ся к Ви: — Тва­ри, не­люди? Зна­чит так ты на­зыва­ешь свой вид? И тебя ни капли не смущает, что сам ты альфа, Ким Тэ­хён? Ви с ис­пу­гом смотрит на дру­гую вер­сию се­бя, пока макнэ ошарашенно бегает взглядом по всем присутствующим. И лишь Чи­мин ти­хо си­дит на ди­ване, на­бирая не­об­хо­димый для ус­тра­нения этой проб­ле­мы но­мер те­лефо­на…