Канон и Омегаверс: пересечение миров

Чонгук медленно плёлся по одной из центральных улиц Сеула, держа в руках пакеты с продуктами. Нужно ускорить шаг, чтобы побыстрее вернуться домой и приготовить что-нибудь вкусненькое — его мужчины любят хорошо покушать. — Опять ты ходил в супермаркет без меня! Вот сколько можно с тобой ссориться? Тебе в твоём положении вообще нельзя тяжести таскать, — Тэхён смотрит немного обиженно, сетуя на то, что омега совсем себя не бережет, тем более беременный. А из-за дивана выглядывает пятилетний альфа, который сразу же подбегает к пакетам в поисках шоколадки: — А это правда, что совсем скоро у меня будет братик? — мальчишка смотрит восторженно в то время как Тэхён опускает глаза в пол: — Ханмин-и, я ведь говорил, что это секрет… — Разве от папочки Чонгука могут быть секреты? — ох уж эта наивность! Но Ким сам виноват: доверять секреты своему сыну — не лучшее решение. Гук лишь вздыхает, начиная выкладывать покупки на стол: — Тэхён-а, мы же договорились, что пока не будем никому говорить, — омега наигранно дуется, после чего чувствует, как руки мужа ложатся ему на живот и начинают совершать круговые движения. Приятно. Чонгук чувствует родные касания даже через ткань кашемирового свитера, и от этого хочется мурлыкать, словно котёнку, отведавшему сметаны. — Вот всегда ты так! Знаешь же, что не могу долго на тебя злиться. Тэхён целует омегу за ушком, после чего подмигивает сыну, подтверждая, что у них собственный заговор. У Кима нет секретов от Ханмина. Во всяком случае, мальчик думает именно так. — Ты ни за что не поверишь, кого я встретил в супермаркете! В общем, познакомился с одной супружеской парой. Они придут к нам завтра на ужин. Ким быстро и чувственно мажет по щеке мужа, после чего усаживается на стул: — Ты ведь не большой любитель заводить новые знакомства. С чего вдруг? — Увидишь, — Чонгук загадочно улыбается, после чего открывает холодильник и кладет туда продукты. И всё-таки жизнь — непредсказуемая штука. Тэхён убеждается в этом, когда на следующий вечер к ним в гости приходят Чимин и Юнги со своим девятилетним сыном (рано же они поженились!). Ким не может поверить глазам, когда видит на пороге своего дома такие знакомые лица любимых хёнов. И если бы не здравый смысл альфы, он наверняка бы задушил парочку в своих объятиях. За ужином Юнги начинает размеренно рассказывать об их жизни: — Я музыкой занимаюсь — пишу песни для известных групп. А вот Чимин постоянно сидит дома, скучает. Он после того, как встретил Чонгука, был вне себя от счастья. Чимин лишь мило смущается и толкает мужа в бок, заставляя замолчать. А Тэхёна почему-то не покидает мысль, что эти двое невероятно похожи на Юнги и Чимина из канонной вселенной. И почему Чонгуки из двух миров такие разные? Впрочем, для Тэхёна так даже легче — он четко дифференцирует их в своей голове. Ким никогда не испытывал романтических чувств к своему лучшему другу макнэ, а к омеге у него слишком особая привязанность. Тэ всегда был тактильным, но после налаживания отношений со своим мужем пустился во все тяжкие: не упускал возможности прижать младшего к себе, поцеловать в носик или клюнуть в губы. Если же они оставались наедине, то Ким позволял себе более развязное поведение, что несомненно радовало Чонгука. Но так было не сразу. Поначалу младший думал, что Тэхён вообще не будет проявлять к нему интерес в том самом плане; что он просто женится из-за ребёнка и правил омегаверсного мира. Да и тот поцелуй в больнице мог ничего не значить… Внутри Чонгука имелось много сомнений — он помнит. Разумеется, Ким извинился за своё былое отношение, оправдываясь собственным кретинизмом и упрямством, и Гук не смог не простить. А после выписки Тэхёна они просто расписались и съехались, чтобы жить под одной крышей. Никакой романтики — всё сухо и обыденно. Так положено. Тогда Ким словно мантру повторял, что ребёнку нужен отец, и что у их сына должна быть полная семья. На этом, пожалуй, всё. У молодоженов не было медового месяца, они даже не делили одну постель ни в одном из возможных смыслов — у каждого была собственная комната. И омеге было обидно. Младшего тогда разрывало на части от досады. Они с Кимом были словно сожители, не более, и этот факт расстраивал Чонгука до слёз. Прожив почти всю свою жизнь в Каноне, Тэ не позволял омеге почувствовать себя его парой. И пусть альфа обеспечивал семью, устроившись фотографом в крупное агентство по «штамповке» айдолов, пусть по-доброму общался с Гуком, однако ни разу за несколько месяцев супружеской жизни Ким не начал приставать к своему истинному. Но рано или поздно всё меняется, ведь так? В тот день омега узнал пол ребенка. Он долго думал сообщать ли об этом своему альфе — всё-таки общение у них было довольно посредственным. Конечно, иногда Тэхён мог подарить ленивый поцелуй или чмокнуть в щеку, но Ким, как казалось младшему, делал это без особого энтузиазма, ведь дальше поцелуев дело никогда не заходило. Чонгук понимал, что и забеременел он исключительно из-за своей течки и чужого гона. В здравом уме Тэхён никогда бы не переспал с ним, и этот факт изрядно расстраивал. Омега помнит, как рассказал мужу о том, что у них родится маленький альфа. А Тэхён просто подошел к Гуку и, погладив его по животу, произнес всего несколько фраз, которые заставили сердце омеги биться чаще: — Малыш, ты вырастешь самым красивым. Мы с твоим папой будем любить тебя сильно-сильно. И я обязательно позабочусь о вас, потому что в какой бы вселенной я не оказался, вы останетесь для меня самыми родными людьми, — Ким приложил ухо к выпуклому животу, после чего поцеловал его и посмотрел на заплаканного Чонгука. — Ты чего? — Ким моментально прижал младшего к себе. — Я вообще-то хочу как минимум трёх карапузов, так что, боюсь, тебе придётся рожать еще. И не один раз. А омега начинает плакать только громче — он всегда был впечатлительным, а теперь еще и беременность вносила свои коррективы. Всё же нестабильный эмоциональный фон с гормональным сбоем — это вам не шутки. — Но ведь для того, чтобы забеременеть, мы с тобой должны… ну, это самое, — Чонгук смущается, словно ему от силы лет десять и сразу же опускает глаза в пол, боясь посмотреть на мужа. — Что-то не так? — Тэхён укладывает голову на омежье плечо и начинает вести носом по шее, из-за чего у Гука по спине бегут мурашки. — В смысле, тебе не противно? Ким замирает, сразу же поворачивая мужа к себе лицом: — Нет, конечно. Ты совсем глупый? — и смотрит широко распахнутыми глазами прямо в душу своей омеги. Да, в своё время Тэхён знатно облажался, но ему никогда не было противно касаться своей истинной пары. — Разве я тебе нравлюсь? Ты ведь совсем меня не хочешь, — Чонгук даже перестает моргать. — Точно глупый, — лицо альфы растягивается в улыбке, после чего он сразу же припадает к чужим губам. Не тушуясь, Тэхён размещается на диване и усаживает омегу на свои бедра. — Как думаешь, мы не навредим сыну, если немного позанимаемся спортом? Гуку показалось, что он разом выпустил из легких весь воздух: — Какая муха тебя укусила? — младший чувствует влажные касания кимовских губ, в глубине души боясь, что Тэхён может передумать. Пусть не останавливается. И альфа словно слышит чужие мысли, поэтому не дожидаясь ответа, начинает медленно избавлять своего мужа от вещей, а потом и вовсе замирает: обнаженным Чонгук смотрится еще лучше, и даже округлый животик не лишает его привлекательности. — Меня не должен никто кусать, чтобы я хотел своего мужа, — и Ким снимает свою одежду, а затем притягивает омегу ближе, впиваясь зубами в тонкую кожу шеи. Гук пытается оттолкнуть парня, чтобы предотвратить укус, но Тэ не отстраняется, а шея омеги начинает предательски гореть. — Ты не понимаешь… Это же… — Метка. Да, я знаю, — альфа слизывает капельки крови с чужой кожи. — Отец недавно спросил, почему ты всё еще ходишь непомеченным, — Ким улыбается, пока Гук становится всё краснее. — А я даже не подозревал, что такое есть. Узнал бы раньше, давно бы пометил. Почему ты мне не рассказал? — говорит, как о чем-то обыденном. А у Гука в горле пересыхает, потому что Тэ по-прежнему продолжает водить губами по шее. — Это ведь означает принятие одного человека в качестве своей пары. На всю жизнь, Тэхён, — омега чувствует стыд, будучи по пояс обнаженным и при этом елозя на чужих коленях, пока муж придерживает его за поясницу. — А ты планировал становиться моим временным мужем, чтобы потом найти кого-нибудь другого? Мы так не договаривались, Ким Чонгук, — и снова целует, теперь уже наслаждаясь ощущением губ омеги на его собственных. Тэ распаляется и, когда оставшаяся одежда отлетает в сторону, собственнически оглаживает ягодицы Гука, пытаясь осторожно насадить того на своё возбуждение. И стоны растворяются в очередном поцелуе. Кажется, они оба этого ждали — просто боялись признаться.

* * * * *

— Мы с Юнги познакомились еще в школе и уже тогда поняли, что являемся истинными — вот поэтому рано поженились. Многие не верят, что у нас такой взрослый сын, — Чимин был довольно болтливым, а Юнги большую часть времени молча кивал, соглашаясь со своим мужем. А они и впрямь молодые родители. Чимину вообще всего лишь двадцать шесть, а у него сыну девять лет — для Кореи просто немыслимо! Омега продолжал свой рассказ: — Знаете песню «So far away»? — парень дождался утвердительных кивков от семейства Ким. — Так вот, её написал мой муж, — Чимин явно гордился своей второй половинкой, что заставляло Мина смущаться. — Это так круто. Я и подумать не мог, что это твоя песня, хён! — Тэхён посмотрел в сторону Юнги и понял, что осекся. — Извини, что я так неформально. Просто у меня странная манера общения. Композитор поспешил его успокоить: — Не извиняйся, всё в порядке. Мне даже приятно. Можешь и дальше звать меня хёном.

* * * * *

Из двух супружеских пар получились отличные друзья. Их общение проходило довольно спокойно, пока однажды Кимы не собрались посетить больницу для планового осмотра и не попросили Чимина посидеть с пятилетним Ханмином. И всё было замечательно: маленький альфа вообще был спокойным ребенком, вот только он был не совсем обычным. Об этом не знали даже Чонгук с Тэхёном, а Чимин тем более. Поэтому когда омега вместе с ребенком оказались перед огромным зданием, старшему стало жутковато. — О, Чимин! Тебя Юнги искал. Что ж вы, молодежь, постоянно ссоритесь? Вы ведь давно не подростки, — охранник обратился к темноволосому омеге, после чего бросил странный взгляд на ребенка. — А это кто? Неужели племянник? — Сын друзей, — Чимин заметно расслабился. Теперь ситуация не казалась ему странной. Наверное, он настолько погрузился в собственные мысли, что даже не заметил, как очутился в этом здании. К тому же, он и впрямь в очередной раз поссорился с Юнги. Конечно, непонятно, откуда об этом знает охранник, но в любом случае, для Чимина этот факт не казался подозрительным. И в коридоре он увидел собственного мужа: — Искал? И как я вообще должен был понять, что должен сюда прийти? — Ну не знаю. Может, потому что я всему агентству сказал «если увидите Чимина, передайте, что я его искал»? — Юнги терпеть не мог, когда младший тупил. — Ну и? Нашел. Теперь извинишься? — Блять… Могу узнать за что? — Мин злился. — Ты вообще со своей студией сделался затворником. Ничего кроме работы не видишь, а в случае какой-то неудачи начинаешь бросаться на людей. Это ненормально, Юнги! — А я-то думал, ты мне скажешь что-нибудь новое. У тебя что, пластинку заело? Почему не можешь просто меня понять? — Понять? Ты скоро забудешь, как выглядит твой сын, а я должен тебя понять? Если тебя всё устраивает, то я подаю на развод и Джехван останется со мной. Мин выпал в осадок, переваривая услышанное. Джехван. Джехван… Хомяк Чимина, что ли? Неужели Пак называет эту животину их сыном? Какой кошмар… — Если ты думаешь, что мне нужен Джехван, то спешу тебя обрадовать — срать я хотел на твоего хомяка. — ХОМЯК??? Тэхён стоял немного в стороне и хрустел рисовыми чипсами: — Браво, Чимин-а, я думал, ты опять будешь угрожать только так называемым «разводом», а ты еще и «ребенка» приплел, — Ким засмеялся, что заставило Чимина скривиться из-за непонимания. — Поражаюсь твоей фантазии. А затем в коридоре появился Чонгук. Слишком странный Чонгук. Чимин не мог понять что происходит. Гук больше походил на альфу: у него имелась довольно развитая мускулатура и взгляд был каким-то не таким — слишком уверенным и дерзким, да и живота у этого парня не наблюдалось. Это явно не тот человек, с которым дружит Чимин. Что-то здесь нечисто. А потом появляется еще один персонаж, из-за чего Тэхён роняет пачку рисовых чипсов на пол. — ВАШУ Ж МАТЬ! — только что пришедший Пак Чимин смотрит ошалевшими глазами на другую версию себя и офигевает. Всякое случается. А Юнги теряется окончательно, ибо слишком много истеричек на одну комнату. Внезапно. Разве может быть одновременно два Пака??? — Пошли домой, я кушать хочу, — из-за угла выскакивает маленький альфа и сразу же в страхе жмется ближе к дяде Чимину. А у Мина в голове появляются смутные подозрения, которые заставляют его задать омеге вопрос: — Это… твой? — господипомилуй, это какое-то безумие. — Нет, это… — Чимин смотрит на Ханмина, после чего переводит взгляд на Тэхёна и Чонгука — они явно не родители альфы. Или, может, Чим просто начинает сходить с ума? В какой-то момент омега понимает: здесь никто ничем не пахнет, а значит это не мир омегаверса. Что за чертовщина вообще? Чонгук начинает рассуждать вполне спокойно: — Ну да, уже шесть лет прошло — могла снова появиться брешь. И как вы сюда вообще попали? — макнэ осторожно смотрит на ребенка, из-за чего маленький альфа пуще прежнего прячется за Чимином и поглядывает украдкой. — Ты ведь не мой папочка? — спрашивает с опаской, и почти все присутствующие давятся воздухом. Мин Чимин вообще не понимает что творится вокруг. — Круче. Я твой дядя! И, кажется, я просто обязан тебя накормить. Говоришь, хочешь кушать? — Чон принимает всё как должное и протягивает руку сомневающемуся ребенку. — Меня зовут Чонгук, так же как и твоего папу, да? Альфа кивает, после чего всё же протягивает свою ладонь в ответ: — А я Ханмин, приятно познакомиться. Чимин смотрит на окружающих его людей и решается несмело спросить: — Мне кто-нибудь всё это объяснит? Да, порой жизнь преподносит сюрпризы. Наверное, встреча некоторых людей по умолчанию неизбежна, потому что им суждено встретиться во всех мирах.

* * * * *

Для Мин Чимина окружающее было чужим: здание, в котором он ни разу до этого не был; люди, с которыми он никогда до этого не встречался; и мир, в который омега попал впервые. И лишь Юнги казался таким собой — словно, это не какой-то левый парень из параллельной вселенной, а его вечно ворчащий муж. Для знакомых Чимин и Юнги были идеальной парой, однако у каждой семьи имеются в шкафу скелеты, что не должны быть вынесены за пределы их дома. Омега вышел замуж в шестнадцать. Он помнит как бежал под венец чуть ли не спотыкаясь, со слепой верой в то, что брак будет идеальным. Конечно, если бы Чимин не забеременел в таком юном возрасте, никто из родителей не разрешил бы закрепить союз, но деваться было некуда: парни — истинные, которые были влюблены. Понятное дело, что речь об аборте даже не шла. Сейчас Чимину двадцать шесть, а ему кажется, что пора выходить на пенсию — за спиной десять лет брака и сын, который через несколько лет уже начнет бегать по омегам. В то же время Юнги днями пропадает на работе, с каждым месяцем всё меньше времени уделяя своей семье. А ведь омеге хочется элементарной ласки и тепла. Конечно, альфа никогда не отличался любвеобильностью и нежностью, но раньше он хотя бы отпускал мужу пару комплиментов и целовал в щеку за завтраком. А теперь ничего… Интересно, может, у Юнги появилась на работе другая омега? — Ты, видимо, и впрямь всеми мыслями в своем мире. Выглядишь так, будто находишься не здесь, — макнэ немного улыбается и протягивает Чимину кружку с горячим какао, после чего наблюдает за обедающим Ханмином. — Расскажи что это за место, — парень благодарно кивает и дует на горячий напиток. А Чонгук не может отвести глаз, потому что этот омега невероятно похож на Чимина из BTS. Манера речи, взгляд, привычка поправлять волосы и перебирать пальцы — Пак делает это точно так же. Такое вообще возможно? Макнэ прекрасно помнит, что Гук-омега выглядит совсем иначе, даже Тэхёны отличаются друг от друга. Но Чимин — это нечто, словно кто-то нажал Ctrl+C. — Помнишь, шесть лет назад поголовно стали исчезать люди? — на этот вопрос Чимин кивнул. — Так вот, они попадали в этот мир. Не знаю что рассказывали в ваших новостях. Возможно, у тебя немного странное понимание этой вселенной. Но, как сказать… Все живущие здесь люди делятся по половому признаку не так как в вашем мире. — Это как? — Чимин увлеченно слушал рассказчика. — Все парни в этом мире — альфы, бет нет. — Тогда задам бестактный вопрос. А как вы размножаетесь? Чонгук возмутился: — Но я же не сказал, что нет омег. Наши омеги выглядят как ваши беты. Чимин переваривает полученную информацию, продолжая отпивать какао из чашки: — Тогда, получается, в этой вселенной моя версия не замужем за Юнги? — парень искренне удивляется, что заставляет Чона снова улыбнуться: — Исключено. — Но он так активно спорил. Да и вёл себя в точности, как мой муж. Прямо вообще не отличить! Вот ты, допустим, не сильно смахиваешь на Гука, с которым я дружу. — Знаю, мы с ним и характерами не очень-то похожи, — макнэ выдыхает. — Ты с ним знаком? — Было дело, — Чонгук смотрит на ошарашенного Чимина. — Почему ты так удивляешься? Откуда я по-твоему догадался бы о Ханмине? — макнэ подмигивает ребенку, из-за чего маленький альфа старается отвести взгляд как можно дальше. Всё-таки этот дядя ни капли не его папа, и это странно. — Ну, он очень похож на вас с Тэхёном, — Чимин сразу же спешит себя исправить. — В смысле на других Чонгука и Тэхёна.

* * * * *

Юнги долго крутится перед дверью столовой, зная, что прямо сейчас там сидят Чонгук и гости из другого мира. И черт бы побрал этого омегу, который слишком чиминистый. Прямо до мурашек. Всё же, собравшись с мыслями, Мин решается открыть дверь и сесть рядом с Чоном, ибо что вообще творится за хрень? — Мы не познакомились, — рэпер смотрит с легким прищуром, а омега от такого взгляда давится какао. — М-мин Чимин, — парень отставляет чашку в сторону от греха подальше, чувствуя как трясутся колени. Хочется крикнуть себе «Соберись, тряпка!», вот только не получается. «Это не твой Юнги, ты же это понимаешь?» От произнесенной фамилии композитор немного морщится, а Чон закашливается. Всем, вроде, уже и так понятно, что в другом мире Чимин замужем и фамилия у него явно не Пак. Но слышать это таким вот образом странно. Макнэ поочередно смотрит на обоих: — Разве вам есть смысл знакомиться? — и правда, смысла нет никакого. Чимин не выдерживает и смотрит на Юнги, высказывая свои мысли: — Капец, ты похож. Я в шоке… — кажется, омега даже не моргает, когда смотрит на парня напротив. — Чонгук, оставь нас, — композитор не просит, он приказывает. И Чон отлично знает этот тон, поэтому даже не думает возражать, а просто берет за руку уже сытого Ханмина и выходит в коридор, прикрывая за собой дверь. Чимину начинает казаться, что всё это странный розыгрыш. Еще секунда и омега на 98% уверен, что перед ним сидит муж, который просто принял блокаторы, чтобы подшутить. — Мы начали общение не на очень приятной ноте, — рэпер сомкнул ладони в замок. — У вас, видимо, в отношениях тоже не всё так гладко, как хотелось бы, — Юнги хмурится, стараясь скрыть всю неловкость своего утверждения, а омега слышит лишь слово «тоже» и его брови ползут вверх. — Подожди-подожди… В смысле, «тоже»? Но Чонгук сказал, что в этом мире все парни одного пола. Получается, вы… — Забудь, что я сказал. Это была плохая идея, — Юнги теряется и зарывается рукой в собственные волосы. А омега понимает, что дело — дрянь, ибо его альфа всегда так делает, когда сильно переживает. — Нет-нет, я просто удивлен! Если хочешь что-нибудь узнать, я расскажу, если это поможет, просто… Я правда удивлен, — опупеть, просто опупеть. — Никто из ребят не знает, поэтому держи язык за зубами. Чимин кивает, стараясь не выглядеть идиотом: — Мы отдалились, знаешь… Он всегда на работе, я дома. Всё как-то не ладится, понимаешь? Юнги кажется, что судьба закинула омегу в этот мир не просто так. Быть может, это подаренный судьбой шанс понять свою половину лучше.

* * * * *

— Где хён? Мне нужно с ним поговорить, — Пак зол, как тысяча чертей. Он даже не уточняет, какой именно хён ему нужен, вот только всем ребятам и так понятно, потому что у причины злости Пак Чимина есть конкретное имя — Мин Юнги. — Он разговаривает с нашим попаданцем, — макне открывает баночку с кока-колой и протягивает Ханмину, сразу же получая шлепок по рукам от Тэхёна: — Ты хочешь ребенку угробить желудок? Он не будет пить эту гадость, Чонгук, — Ким отбирает банку и достает из холодильника сок, — Лучше я подогрею в микроволновке что-нибудь более безвредное. Гук смотрит, как Тэхён наливает сок в чашку и ставит ту на подогрев: — Офигеть, ты еще и греешь? — Конечно. Вдруг Ханмин простудится? Он ведь еще маленький! Альфа заливисто смеется, привлекая внимание всех присутствующих: — Вы словно мои родители, только наоборот. Чонгук улыбается, поворачиваясь к Киму: — Слышал, хён? Тебя только что обозвали бабой. — Ой, всё! Я больше с тобой не разговариваю, — Тэхён достает из микроволновки напиток и отдает в руки ребенка. — А я при чем? Все претензии к Ханмину, — Чонгук в очередной раз подмигивает мальчишке, после чего решает с ним поговорить. — Хочешь покажу кое-что крутое?

* * * * *

Когда омега Гук обнаружил пропажу Чимина и Ханмина, он даже не подумал о возможном перемещении в другой мир, однако об этом задумался Тэхён: — А что если, наш сын такой же особенный, как ты? Вдруг он умеет перемещаться между вселенными? К тому же, прошло именно шесть лет. Не думаю, что всё это случайность. Тем не менее перед принятием этой версии пара решила проверить все ближайшие больницы и морги. По настоянию Тэхёна обзвоном занимался сам альфа, так как беременному омеге противопоказано волноваться. Каждый звонок давался с большим трудом — Киму было страшно, ибо каждый раз он боялся услышать те самые слова, которые означали бы конец всему. — Тэ, если с ними что-то случится, я просто… просто… — омега начинает плакать, думая о самом плохом, и Ким понимает, что должен оставаться сильным. Альфа крепко прижимает мужа к себе, нашептывая, что всё будет хорошо, главное — в это верить.

* * * * *

Когда супруги Ким перемещаются в канонный мир, Чонгук чувствует, как его выворачивает наизнанку. Интоксикация — страшное дело. А у омеги, видимо, карма такая — путешествовать между мирами будучи беременным. Парни беспрепятственно попадают в здание агентства, после чего Гук на всех парах бежит в ближайшую уборную (благо дело он помнит схему здания). Тэхён идет следом за мужем: — Может, тебе чем-то помочь? — Лучше покажись остальным и подготовь их к моему появлению. — И как я могу тебя бросить в таком состоянии? — Ким смотрит на мужа, который умывается холодной водой. — Всё в порядке. Не первый раз в конце концов, — невольно вспоминаются времена, когда Гук носил под сердцем Ханмина. — Уверен? — Тэхён подходит к стоящему возле умывальника мужу и принимается поглаживать того по животу. — Перестань. А если кто-нибудь зайдет и увидит? Мы поставим Чонгука и Тэхёна в неловкое положение. Вали уже, — омега забавно произносит все свои слова, из-за чего звучит совсем несерьёзно. — Всё, убегаю сверкая пятками, — альфа улыбается и разворачивается к выходу из уборной, — Люблю тебя, — и отправив воздушный поцелуй, направляется на поиски мемберов BTS.

* * * * *

Альфа Ким ищет своего сына словно собака — по запаху. И, когда наконец находит нужную комнату, немного теряется. Сейчас он увидит Чонгука и хёнов, с которыми не общался шесть лет. За это время их жизни кардинально изменились… Смогут ли они разговаривать с Кимом как в былые времена? Для Тэхёна вновь оказаться в мире, где прожил бо́льшую часть жизни — очень волнительно. Он не мог предсказать реакцию своих старых друзей, так же не мог предсказать свою. В итоге, парень смело открывает дверь сразу же получая груз в виде Ханмина, который цепляется за вошедшего в помещение отца: — Я так рад, что ты пришел! Ты просто обязан познакомиться с дядей Гуком: он очень классный! Ты бы видел, что он умеет делать с кепкой! Тэхён проводит рукой по волосам сына, после чего крепко сжимает его в объятиях: — Смотрю, тебе тут было весело, — а затем альфа поднимает взгляд на присутствующих и чувствует страшную ностальгию. Он понимает, что его дом не здесь, а всё нутро отчаянно кричит «Я дома». Хочется подойти к каждому и задушить в медвежьих объятиях. Он смотрит в глаза своему лучшему другу, понимая как сильно в его жизни не хватало Чона. Прямо сейчас Ким готов поклониться той самой бреши, что появляется раз в шесть лет, потому что он снова может видеть своих друзей. Ханмин подбегает к дяде Гуку, сразу же пытаясь познакомить того со своим отцом, а макне и вовсе почти плачет. — Ким Тэхён! — он резко подходит к альфе и обнимает до хруста костей, после чего хватает хёна за ляжки и приподнимает, выбивая из старшего возмущения. Мин Чимин перестает моргать, наблюдая за интереснейшей картиной: — Это же другой Тэхён. Из моего мира. Чонгук, ты ошибся. — Ой, помолчи, — Чонгук старается сохранять лицо, не позволяя себе расчувствоваться. — Отпусти, меня, мускулистая ты свинка, раздавишь же! — Как же я скучал по тебе, хён! Ну, рассказывай, — макнэ ставит старшего на место и сразу тянет к свободному стулу, а затем в комнату словно по заказу заходит местный Тэхён: — Какие люди в Голливуде! Уже и не думал, что увидимся, Мистер-я-не-альфа-оставьте-меня-в-покое, — парень улыбается. — Не могу сказать, что скучал. А Гук с Чимином очень даже да. И они просто места себе не находили, надеясь, что с тобой ничего не случилось. Альфа Ким сразу же отреагировал на слова другой версии себя: — О, а где Чимин-и? Его тоже хотелось бы увидеть, — Тэ улыбается, когда макнэ прижимается к нему своими конечностями, а у Мин Чимина внутри рвется смысловая нить. Кажется, он снова ничего не понимает.

* * * * *

Пак Чимин блуждает коридорами агентства, всецело погрузившись в свои мысли. У них с Юнги всё сложно. Слишком сложно, чтобы решить проблему простым диалогом. Но и расстаться им уже никак нельзя. Они столько вместе пережили, так много лет скрывали свои отношения, что теперь нельзя всё пустить на ветер, да и привычка — страшная штука. Вот только Чимин знал, что дело не только в привязанности — он любил Юнги. Искренне. И если бы Паку пришлось выбирать между любовью и карьерой, он бы наверняка выбрал первое, вот только о Юнги вряд ли можно сказать то же самое. Это осознание душило младшего, и ему хотелось поплакать где-нибудь тихо в уголке, потому что настолько сокровенным нельзя делиться ни с кем. Никто не поймет, не примет… Ведь айдолы Пак Чимин и Мин Юнги — парни из канонной вселенной, где подобные чувства не являются нормой. Скрываться не было проблемой. За последние годы интерес к их пейрингу значительно угас, поэтому эти двое перестали использовать какие-либо шипперские штучки во время интервью и шоу. Да и вообще все участники группы стали более серьёзными. Они давно уже выросли. Сокджин женился еще год назад, Хосок вскоре планирует сделать своей девушке предложение, да и Чонгук не одинок. Жизнь не стоит на месте. Вот только Чимину кажется, что они с Юнги попали в тупик, из которого нельзя выбраться. Слишком много ссор, а ведь они даже не ведут совместный быт. Есть ли будущее у таких отношений? — Чимин? — Чонгук медленно идет навстречу айдолу, поправляя растрепанную челку. — Чонгук? — Пак рассматривает парня с ног до головы, не веря, что видит омегу на самом деле. — Как ты… — он замирает, останавливая взгляд на округлом животе, после чего удивленно приподнимает бровь. — Ты… — Чимин не знает, как произнести; лишь указывает пальцем на брюхо младшего, надеясь, что тот расскажет обо всем сам. — Ах это… Я жду ребенка, — Ким неловко чешет затылок, стараясь при этом не смущаться. — Забавно, но когда я видел тебя в последний раз, ты тоже готовился стать папочкой. Чонгук ярко улыбается, едва касаясь пальцами натянутой кожи. Скоро он снова станет папой, родив ребенка от любимого человека. Разве это не счастье? А теперь еще и представилась возможность встретить старых знакомых. Можно ли желать большего? — Давно не виделись, хён, — младший укладывает руки на чужие плечи и неуклюже обнимает, чуть всхлипывая и едва сдерживая слезы. — Ты что, плачешь? — Пак ощущает мелкую дрожь, исходящую от другого тела. — Гормоны шалят, тебе не понять, — Чонгук в который раз поправляет челку, пытаясь скрыть порозовевшие щеки. — У вас красивый сын. — Спасибо, — смущение отходит в сторону и сменяется непонятной тревогой, когда они подходят к двери, за которой находятся ребята. Чонгук желает их увидеть, но больше всех хочет встретиться с Тэхёном, которого не видел уже шесть лет. — Заходим? — Чимин касается дверной ручки, замечая сомнение в глазах омеги. — Мне страшно. Всё-таки я… — парень снова смотрит на живот с полным осознанием, что в канном мире это противоестественно. Здесь Чонгук — инопланетная зверушка. А вдруг парням будет неприятно находиться рядом с таким? — Мнешься так, будто никто из группы не знает о твоем мире. Просто расслабься, — Пак берет Кима за руку и смело открывает дверь.

* * * * *

Альфа Тэхён смотрит в глаза своего двойника, чувствуя угрозу. Им ведь нечего делить, да? — Как у вас с Чонгуком дела? — айдол прожигает взглядом, получая удовольствие от подтрунивания над другой версией себя. Всё же альфа заслужил. — Ну, мы женаты, — явно злится. — А мне вот интересно, тебя совесть заставила жениться? Ты, насколько я помню, тот еще гомофоб. Не представляю, как Чон с тобой живёт. — Он вообще-то Ким, — альфа скрипит зубами, стараясь держать себя в руках. — И нет, Ким Чонгук не жалуется, раз уж до сих пор со мной не развелся. По помещению кубарем проносится воображаемое перекати-поле, поэтому Хосок решается спасти ситуацию: — Значит, вы с Чонгуком таки поженились. Слышал вашу историю, так что думал вы просто вместе воспитываете ребёнка, — и эти слова никак не делают ситуацию лучше. — Неужели я действительно выгляжу таким мудаком? — альфа прикусывает губу, когда рэпер понимает, что сказал немного не в тему: — Я не то имел в виду. Просто знаешь, ты так долго прожил в этом мире, что, наверное, странно было принять, что ты с парнем… — «Хосок, пожалуйста, замолчи» крутится в мыслях большинства присутствующих. Он вообще не помог. А Мин Чимин заботливо прикрывает уши Ханмину, чтобы ребенок не слышал творящегося безобразия. — Вот и я думаю, — айдол Тэхён прищурил глаза, — как можно быть таким эгоистом, чтобы при своей гомофобии жениться на парне? — Может, хватит? — альфа не выдерживает. — Ты ведь ничего не знаешь. Намджун резко пресекает зарождающуюся перепалку: — Здесь же ребенок. И дверь открывается, заставляя присутствующих замереть. — Смотрите, кого я встретил, — Пак Чимин чувствует, что атмосфера не из приятных. Неужели они с Чонгуком невовремя? — Папа! — Ханмин срывается с места сразу же норовя запрыгнуть на своего родителя, однако Пак перехватывает мальчишку раньше: — Твоему папе нужно беречь силы, так что слишком не разгоняйся. — Не думал, что когда-нибудь увижу тебя снова, — макнэ словно выходит из забвения, когда встречается взглядом со своей копией. — Я тоже, — омега оттягивает свою толстовку, пытаясь скрыть интересное положение, впрочем выходит у него не так удачно, как хотелось бы. — А ты «раздобрел», — Джин пытается выглядеть непринужденно, поэтому подходит к омеге и тычет того в живот с полной уверенностью, что под свободной толстовкой скрывается жирок. Однако вместо мягкой кожи, мужчина ощущает твердость и быстро одергивает руку, понимая, что повел себя необдуманно. — Он беременный, хён, — Пак упрекающе цокает, а остальные участники группы начинают нагло рассматривать омегу, что сжался от такого количества пристальных взглядов. — Круто, когда в семье несколько детей. Молодцы, — Хосок показывает палец вверх, заставляя омегу покраснеть. Вот почему вся ситуация так смущает? Намджун смотрит на растерянного Ким Чонгука и решает выступить с предложением: — Давайте устроим сегодня выходной? Все-таки не каждый день в агентство приходят гости из другого мира, — он улыбается, когда вся орава отвечает согласием и стремится на выход. — Только не забываем про маски. Айдол Тэхен делает шаг в сторону омеги, однако альфа становится прямо перед своим мужем, перекрывая к нему путь. — Тэ, ты чего? Дай нам пообщаться, — Гук смотрит на мужа с непониманием, одним взглядом говоря, что определенно поговорит с айдолом независимо от желания своего супруга. И когда практически все присутствующие выходят в коридор, Чонгук просит своего мужа оставить их с теперь уже канонным Тэхеном наедине. Всё строится на доверии, ведь так? И альфа поворачивается к двери, чтобы нагнать остальных, однако в один момент его резко клинит, поэтому Тэ притягивает Гука к себе и сразу же настойчиво целует, начиная блуждать руками по спине омеги. Тэхен чувствует, как сплетаются их языки и отстраняется только когда понимает, что в легких заканчивается воздух. Он слишком сильно старался, забывая дышать. А Чонгук, не привыкший целоваться на людях, стал пунцовым. Омега наверняка бы отвесил своему мужу хорошую оплеуху, вот только парень не был в состоянии сказать ни слова. Эффект неожиданности оказался слишком сильным… — Жду тебя в коридоре, — альфа напоследок одаривает Гука кратким поцелуем в губы и удаляется в коридор, не забыв перед этим бросить на айдола искрящийся от ревности взгляд. — Муженек твой ничего так, проверку прошел, — парень посмеивается, смотря на прикрытую дверь. — Вот это ревность! — А ты еще не женился? — Чонгук смотрит с любопытством, но Тэхён реагирует на такой вопрос смехом. — Я как-то не стремлюсь к серьёзным отношениям, — айдол подмигивает и обнажает белоснежные зубы. — Даже не хочу знать, какой образ жизни ты ведешь. — И не нужно. Главное, что все счастливы, верно?

* * * * *

А на следующий день, когда гости из Омегаверса вернулись к себе домой, в ленте появилась новость о некоем мальчишке, слишком сильно похожем на Чонгука и Тэхёна и замеченным предположительно вместе с участниками BTS (все-таки из-за «экипировки» нельзя было сказать наверняка). Ким Сохён, сидевшая в объятиях своего парня, лишь вздыхала: — Фанаты не меняются. И что они придумают в следующий раз? Может, скажут, что я выступила суррогатной матерью для вашего с Тэхёном ребенка? Чонгук прыснул: — У тебя постоянно съемки. Ты бы не смогла такое скрыть. — Не удивлюсь, если фанаты придерживаются другого мнения… Жизнь не стоит на месте. Времена меняются, но кое-что остается неизменным — наше внутреннее я, уже прошедшие годы и люди, навсегда запечатленные в сердце. — Ты долго говорил с тем другим Чимином перед его уходом. О чем болтали? — Пак едва сдерживает нервный смешок. — Да так, о жизни… Ревнуешь? — Мин довольно щурится, слыша ревностные нотки в словах младшего. — Даже не думал, — Чимин фыркает, даже не смотря в сторону своего хена. — А может, пошло оно всё? Давай расскажем о нас. Пак давится воздухом, в неверии поглядывая на Юнги. Может, он шутит? Да быть того не может, чтобы Мин говорил серьезно. — А если нас не примут? Если придётся бросить сцену? — Чимин наконец подает голос, по-прежнему не доверяя чужим словам. — Мы заработали достаточно денег, чтобы не пойти по миру. К тому же, я всегда могу писать песни под выдуманным именем. — Но зачем это всё, если мы постоянно ссоримся? Юнги подходит вплотную, смыкая руки за спиной Чимина в замок: — Никто и не говорил, что будет легко. Мы ведь как-то справлялись раньше. А любовь стоит того, чтобы за нее бороться. И Чимин ничего не отвечает, давая согласие своим молчанием. Они смогут справиться, пока нужны друг другу. И неважно, что скажут другие, потому что каждый сам куёт свою жизнь, пытаясь найти собственное счастье, которому никто не вправе препятствовать.