***
За несколько часов до этого момента, как раз когда Шерлок и Джон пили чай, в обеденный зал-ресторан отеля «The Goring», одного из самых изысканных и знаменитых отелей района Белгравии, вошел некий мужчина. Он был одет в дорогой костюм, аксессуары к которому были подобраны с поразительным педантизмом, и он производил впечатление человека, принадлежащего к высшему обществу и умеющего держать себя в руках, но, тем не менее, было заметно, что его что-то беспокоит. Он словно не мог найти занятие своим рукам, постоянно пытаясь их чем-то занять. Устроившись за одним из столиков, сей джентльмен заказал традиционный английский завтрак и ожидал его, вертя в руках телефон и то и дело поглядывая на его экран. В итоге, не выдержав, он набрал номер и, подождав пока на другом конце возьмут трубку, сказал лишь одно слово: «Сейчас». Это слово и было спусковым крючком, запустившим цепь событий, которые в итоге привели к активации бомбы. Отключившись, мужчина наконец отложил телефон и погрузился в ожидание. Его заказ уже принесли, но он продолжал чего-то ждать. Но почему чего-то — он ждал сообщения о результатах, к которым приведет его звонок. Сложно сказать, на какой именно результат он надеялся. То ли он ждал известия о смерти Ватсона, то ли (что-то в выражении его лица позволяло сделать и такой вывод) надеялся на совсем другой исход. Как вскоре выяснилось, мужчина и правда надеялся на второй вариант. Стоило ему получить SMS с сообщением, что Джон жив, как он с облегчением вздохнул и принялся за завтрак.***
Когда они приехали, Ватсон очень удивился. Дом, в котором жил Шерлок, был просто восхитительным. Здание 221 по Бейкер-стрит было разделено на несколько квартир и представляло собой классический образец архитектуры викторианской эпохи, оставляло весьма приятное впечатление, а его расположение не могло не радовать. По-правде говоря, Джону было немного странно, что Шерлок жил в таком доме. По его мнению, этот тип с замашками лорда Байрона куда органичнее смотрелся бы в мрачноватом старинном готичном особняке за высоким забором. Джон понимал, что фантазия его куда-то уносит, но Шерлок в подобном особняке представлялся на удивление легко. Видимо, из-за постоянно окутывающего его ореола загадочности и высокомерия. Впрочем, по отношению к самому Джону, Шерлок высокомерен не был. Так что фантазии фантазиями, но факт оставался фактом. Шерлок жил в красивом доме в центре города, и по улице мимо его жилища ходили улыбающиеся люди. А у крыльца соседнего дома Джон даже заметил целующуюся парочку, причем пара была однополой, что, наверно, отчасти объясняло пришедшую тогда детективу идею поцелуя. — Шерлок, — улыбаясь поприветствовала детектива женщина, открывшая дверь, и обняла его. — Я так волновалась, когда ты сказал о взрыве, опять ты со своими экспериментами перестарался? — выпустив детектива из объятий, она посмотрела на него с некой толикой подозрения, после чего, вновь мило улыбнувшись, повернулась к Джону. — А вы должно быть доктор Ватсон, наслышана о вас. — Да, приятно познакомиться, миссис… — Миссис Хадсон. Домовладелица, а не домработница, Шерлок. Но не стоит ждать на пороге. Проходите. Шерлок лишь пожал плечами, заметив вопросительный взгляд Джона, мол кто ее знает эту женщину, что именно она имела в виду. Миссис Хадсон впустила их в дом, и Шерлок быстро поднялся на второй этаж, где и находилась его святая святых, его обитель знаний, его… проще говоря — его квартира. Даже от одной мысли о проживании с ним вместе, Джон едва не рассмеялся, пока прихрамывая поднимался по ступенькам. Переступив через порог квартиры, Джон огляделся. Что ж, в ней и вправду было весьма недурно, хотя разного рода вещей непонятного назначения было явно многовато. Как оказалось, все это разнообразие принадлежало Шерлоку. Среди всего прочего на каминной полке обнаружился человеческий череп, который, как выразился детектив, «был его другом, в известном смысле», из чего напрашивался вывод, что живых друзей у того практически не наблюдалось. Вслед за ними в комнату вошла домовладелица, и по ее виду было заметно, что она сама слегка волнуется: то ли из-за того, как отреагирует Джон на эксцентричность своего детектива, то ли по другой, лишь ей ведомой, причине. Хотя, добрая женщина напрасно переживала — квартира была действительно отличной, а что касается Шерлока, то Ватсон уже догадывался, что из-под опеки детектива ему будет уйти очень непросто. — Что скажете, доктор Ватсон? — спросила она, достав откуда-то из хлама на столе чашку с блюдцем. — Наверху другая спальня есть, — она многозначительно окинула его и Шерлока взглядом, особое внимание уделив кольцам, которые ни один из них почему-то до сих пор не снял, прежде чем продолжить, — если вам разные спальни нужны… — С чего бы нам в одной спальне… — начал было Джон, но, вспомнив о кольцах догадался отчего прозвучал этот вопрос. — Не волнуйтесь, здесь публика всякая. У миссис Тернер, — женщина махнула рукой, указывая на стену и явно подразумевая соседку, по-своему истолковав реакцию Джона, — живут однополые супруги. — Миссис Хадсон, подготовьте Джону спальню наверху, ему нужно отдохнуть, а я вы ведь знаете какой шумный, — сказал Шерлок, чем судя по всему пресек дальнейшие расспросы, так как женщина вышла. — Прости Джон, но, видимо, на некоторое время тебе придется остаться здесь, но обещаю, что сделаю все что смогу, чтобы в кратчайшие сроки найти покушавшегося на тебя и дать тебе шанс вернутся к твоей старой жизни. — Надеюсь на тебя, — ответил Джон, присаживаясь в кресло. Говоря по правде, он уже совсем не хотел возвращаться к старой жизни. Понимание этого пришло к нему буквально только-что. Он, неожиданно для себя, со всей возможной ясностью понял, что, начиная с дня ограбления банка, вновь чувствует себя живым. Он с некоторой тоской осознал, что все это время ему недоставало выстрелов и взрывов, ему недоставало того пьянящего чувства, когда твоя жизнь висит на волоске от смерти. Ему недоставало войны…