9:0

      - Кларк Гриффин - особенная девушка... Кларк Гриффин - невероятно эрудированная девушка... Кларк Гриффин очень мила... Кларк Гриффин ужасно вежливая...Кларк Гриффин правильная до тошноты... - монотонно, словно завещание, читает миссис Монтгомери .       На этой записке Кларк закатывает глаза и перестаёт слушать преподавателя по психологии и развитию социальных навыков. Ей не нужно оборачиваться назад, чтобы увидеть того, кто написал последнюю записку. Октавия Блейк - величайшая заноза сами знаете где и по совместительству ЛПНВОЖ, что расшифровывается как «лучшая подруга на всю оставшуюся жизнь», сидит позади и наверняка едва сдерживает рвущийся наружу хохот. Представив хохотушку Окти, которая со сто процентной вероятностью сейчас зажимает рот рукой, боясь издать хоть какой-то звук, Гриффин сама начинает улыбаться. И, чтобы не поддаться пагубному влиянию мисс Блейк, мысленно составляет список причин, по которым идея миссис Монтгомери с записками была заведомо провальной. Причина номер 1: Это Старшая Школа Аркадия, всем собравшимся здесь максимум 18 лет, кто вообще будет что-либо серьёзное писать в таком возрасте? Причина номер 2: Это Старшая Школа Аркадия, кто вообще делает что-то серьезное в старшей школе?? Причина номер 3: Как записки, написанные глупыми подростками вроде Джона Мёрфи или его приятелей, помогут улучшить самооценку? Причи...       В этот момент Кларк резко прекращает своё невероятно «увлекательное» занятие, потому что слышит, как миссис Монтгомери дочитывает последнюю записку о ней.       - У Кларк Гриффин нет ни одной звезды... - пауза, все вокруг замирают, мир словно остановился на секунду. - Это... довольно личное, вам не кажется...? Разве стоит подобное выносить на всеобщее обсуждение? - вопрошает миссис Монтгомери, но Кларк уже не слушает её.       Мысленно она уже не здесь, не в классе. Она погружается в воспоминания об отце. Отце, который заболел раком, когда Гриффин было всего семь. Она словно заново переживает все, что происходило за время болезни отца: то, как он кричал от боли по ночам, то как гладил мать по волосам, будучи на последней стадии. То, как упрашивал маму что-то сделать, что-то, чего маленькая Кларк была неспособна понять тогда, но понимала сейчас. У отца на руке было девять звёзд, что значило девять поцелуев, которые он потратил впустую, потому что так и не нашёл своего соулмейта, свою истинную. Десятый поцелуй не со своим соулмейтом в мире Кларк всегда был последним, десятая звезда на руке, а затем смерть. У матери Кларк было семь звёзд, последняя была связана с отцом Кларк. Эбби и Гриффин были так похожи, так близки, что и представить себе не могли, что они НЕ являются соулмейтами, пока не поцеловались. Седьмая звезда у матери - девятая у отца и полное осознание того, что найти свою половину им обоим не суждено...       - Эбби, пожалуйста... Я прошу тебя... - Кларк смотрит на маму и видит лишь ужас в глазах. - Я...люблю...лишь...тебя... - с трудом выговаривает отец, сдерживая кровавый кашель, клокочущий в горле. Эбби делает шаг, зная, что он разделит её жизнь на «до» и «после», но не подозревая, как сильно повлияет на жизнь её дочери в будущем. Она медленно, словно во сне, наклоняется к сухим, потрескавшимся губам мужа, на которых запеклась кровь, и целует, прямо как в последний раз, буквально. Поцелуй полный горечи,отчаяния, поцелуй со вкусом крови, их второй и последний. Стоит им обоим оторваться друг от друга, как на его теле расцветает последняя, десятая звезда. Отец Кларк не успевает ничего сказать, никто не успевает, но в глазах мужа Эбби видит благодарность и долгожданный покой. Она,все ещё находясь в состоянии шока, отступает от кровати мертвого мужа. Боль потери скоро придёт, она чувствует её приближение, а на руке расцветает восьмая звезда. В тот вечер юная Кларк дает себе обещание - никогда не целоваться, ни с кем, ни при каких обстоятельствах. И она держит своё слово вот уже одиннадцать лет.       Весь оставшийся день Кларк слышит обрывки разговоров, видит, как люди глазеют на неё, даже Окти выглядит несколько озадаченной, хотя и не пытается ничего спросить. Она просто берет Гриффин под руку, заставляет по-королевски высоко поднять подбородок, а затем тащит сквозь любопытствующую толпу к себе домой. Типичная Октавия Блейк, что тут ещё сказать.       Люди любят посудачить, особенно о звёздах и их владельцах, ведь обычно первые два, а то и больше поцелуя происходят в подростковый период, как бы странно это ни звучало. Родители же, да и остальные взрослые тоже, носятся как сумасшедшие, пытаясь предотвратить непоправимое на их взгляд и оставить подросткам с бушующими гормонами, как можно больше шансов, чтобы найти свою половинку в будущем. Даже у Окти уже есть одна звезда, несмотря на то, что она младше Кларк почти на полтора года. А вот о старшем брате Октавии - Беллами Блейке - уже слагают легенды. Говорят,что у него уже семь или восемь звёзд, а ведь ему всего двадцать три.       Тем временем юная Блейк врубает музыку в стерео погромче, благо, что Блейки живут на окраине и соседи никогда не вызывают копов. Кларк предпочитает классику, но Окти любит поп. Поэтому сейчас Тейлор Свифт поёт что-то об ошибках и разбитом сердце. Октавия тем временем притаскивает спрятанный в тайнике алкоголь и пытается осуществить план по спаиванию «безумно-правильной-Кларк-Гриффин». Правда, в конечном итоге, блондинка остаётся трезвой, аки стёклышко, а Блейк засыпает на кровати, крикнув перед этим что-то вроде «вечериночка с-ф ночьёёёфкой!».       Повинуясь странному чувству, Кларк спускается по лестнице вниз на кухню, где замечает ещё одного представителя рода Блейков, сидящего топлесс, в полутемной кухне и так же злоупотребляющего алкоголем, как и его сестра, но в более крупных масштабах. Кларк старается не обращать внимание на полуголого парня, но её взгляд моментально находит звезды на его обнаженной груди. Секунда на то, чтобы пересчитать и...       - Какого черта, у тебя их девять? - крик Гриффин слышен, наверное, на другом конце улицы.       Парень медленно поднимается со стула, направляясь к девушке и заставляя испуганно вжиматься в стену. Блондинка не успевает опомниться, как она оказывается прижатой к стене, а затем пойманной в ловушку руками Блейка. Она чувствует его разгоряченное тело, прижимающееся к ней, рельефность его мышц - это заставляет девушку смутиться и покраснеть, благо в полумраке это не особо заметно. Она тяжело сглатывает, наконец поднимает взгляд от пола и смотрит ему прямо в глаза. Беллами наклоняется к шее Кларк и вдыхает аромат духов, давно смешавшийся с её собственным. Корица и ваниль - слишком сладко, но в тоже время это так подходит девушке. И парень, на секунду теряя контроль, прикасается губами к пульсирующей яремной венке, чувствуя, как моментально ускоряется пульс девушки.        «Интересно , её губы на вкус такие же сладкие?» - внезапно проносится в голове у брюнета, в то же момент он резко отстраняется, боясь окончательно потерять контроль.       - Потому, что я не верю во всю эту чушь про соулмейтов, - зло отвечает Беллами и быстро выходит из комнаты, оставляя Кларк растерянно стоять у стены.       Последующие недели до экзаменов Кларк всеми возможными способами избегает дома Блейков, выдумывая совершенно невероятные отговорки для Октавии, которая привыкла к почти что постоянному присутствию Кларк к своём доме.       Гриффин старается не думать произошедшем, но не может. Она пытается заглушить эмоции, сконцентрироваться на экзаменах, но стоит ей закрыть глаза, как вместо формул по химии она снова видит полуобнажённого Беллами. И все дело в том, что он ей нравится, причём довольно давно. В тайне Кларк мечтала, что именно он окажется её второй половинкой. А теперь все надежды рухнули. Она никогда не сможет забрать его последний поцелуй. Его последнюю надежду. Его жизнь.       Кларк Гриффин прекрасно сдаёт экзамены, лишь затем она поддаётся уговорам Окти отпраздновать окончание этого кошмара, сходив в кино. И фильм вроде бы неплохой, и время девушки проводят весело, вот только Гриффин не учитывает одного важного фактора в лице Октавии и её любви к ночевкам, ну и того, что сеанс закончится довольно поздно.       Стоит им лишь выйти из здания, как Кларк сразу же замечает его. Прислонившись к машине, он со скучающе-безразличным видом вертит в руках ключи. Октавия сразу же запрыгивает на задние сиденья, заявляя что «не потерпит других оккупантов, поскольку собирается поспать», и блондинке приходится занимать место рядом с водителем, рядом с тем, от кого она без ума.       - Ну, привет, Блейк... - говорит девушка, готовясь к долгой поездке. ***       Это странно, но всю дорогу болтушка на заднем сидении молчит, а отдуваться за неё приходится Кларк. О чем только они с Беллами не говорят: книги он, как и она, обожает - любит Буковски, терпеть не может Достоевского и не понимает Воннегута. Ему нравится классическая музыка, что, правда, абсолютно не вяжется с его брутальным образом. В машине они слушают Баха, а затем переходят к Гайдну и Листу. Он, как и она, ненавидит индийскую кухню, терпит японскую, но жить не может без китайской. Когда они наконец добираются дома Блейков, Кларк широко улыбается и заливисто смеется над его шутками. Беллами тоже улыбается, ведь впервые за очень долгое время он по-настоящему счастлив. Впервые за очень долгое время он действительно не думает о глупых звёздах и соулмейтах... ***       Кларк уезжает через 3 месяца в колледж. И лишь спустя четыре года, она снова встречается с Блейком. Они сталкиваются абсолютно случайно в супермаркете, Гриффин помнит, как Окти, у которой на запястье недавно появилась третья, судьбоносная для неё звезда, говорила что-то о его невесте. Рейвен, бесспорно, невероятно красива, она стройная, высокая, длинноногая, как какая-то супер-модель. Кларк-без-единой-звезды успокаивается, видя, что Блейк все ещё жив. «Хотя быть может он хочет подарить Рейвен свой последний поцелуй после произнесения клятв, у алтаря...» - с грустью думает Кларк, принимая приглашение на свадьбу. Она настолько подавлена новостью о скорой женитьбе Блейка, что даже не замечает, как пристально он смотрит на неё. *** В ночь перед свадьбой Кларк рыдает в подушку, когда внезапно в половину третьего ночи раздаётся звонок в дверь. Гриффин откровенно плевать на того, кто мог прийти к ней в такое время. Она раздавлена и вообще не собирается вставать с постели до завтрашнего дня. Но звонки в дверь не прекращаются, становясь лишь все более длинными и раздражающими. Чертыхнувшись, девушка наконец встаёт с кровати и, шепотом проклиная нежданного гостя, плетётся открывать дверь. Рывком открыв дверь и готовясь высказать все, что думает о таких поздних посетителях, Кларк без звука замирает на месте. В отличие от Беллами Блейка, который делает шаг вперёд и резко притягивает к себе блондинку. - Кларк... Я знаю, о чем ты сейчас думаешь, но ,пожалуйста, пойми, что лучше совершить что-то, даже если оно кажется полным безумием, чем жалеть об этом всю оставшуюся жизнь... Обещай мне, что, чтобы не случилось сейчас, ты проживешь яркую, запоминающуюся жизнь, обещаешь? - тихо спрашивает он, мягко касаясь волос девушки. Кларк, по щекам которой снова катятся слезы, быстро кивает, пытаясь не разрыдаться окончательно. - И я хочу сказать, что... Я люблю тебя, Кларк Гриффин. И свой последний поцелуй я дарю тебе. Ты та, ради кого я готов на все. Ты станешь моей последней звездой? - шепчет Беллами, глядя в глаза девушке. И неожиданно для самой себя Кларк кивает и дрожащими руками притягивает его к себе ещё ближе. А затем он накрывает её губы своими.        из мемуаров доктора К. Гриффин:       Когда ты встречаешь своего соулмейта, то чувствуешь это на подсознательном уровне. Рядом с этим человеком всегда комфортно, вы чувствуете себя словно две половинки одного целого, что наконец соединились вновь. Мой собственный опыт говорит о том, что иногда стоит просто довериться своим чувствам и попробовать то, что кажется невероятным, то, что кажется слишком рискованным, потому что иначе вы будете жалеть об упущенной возможности всю оставшуюся жизнь. Как сказал мне однажды один человек: «Лучше совершить что-то, даже если оно кажется полным безумием, чем жалеть об этом всю оставшуюся жизнь...» .