"Все страньше и страньше..."

Стив Харрингтон проводил малыша Дастина заботливым взглядом старшего брата, находящегося на пороге становления не юношей, но мужем, вскоре способным создать собственную семью, и лихо вдарил по педали газа. Танцульки – это для детишек. Его ждали серьезные дела. *** Билли Харгров ждал его, где было условлено. Там, где им никто не мог помешать. Вальяжно прислонившись к капоту собственной «тачки», Билли лениво покуривал сигарету, как-то так вкусно, что хотелось наплевать на здоровый образ жизни и перейти на «Темную Сторону Силы». - Король Стив не в курсах, что точность - вежливость королей? – с откровенной издевкой поинтересовался Билли, щелчком отправляя хабарик в лесную тьму. - Не в курсе, что такой, как ты, в курсах таких изречений. – грохнул Стив дверцей и мрачно двинулся на противника. - Чего-чего? Что-то я не уловил хода твоей, без сомнения, блестящей мысли. – Билли ненавязчиво покрутил вкруговую пальцем у головы. – Не мог бы ты повторить? - Ты прав. Мы с тобой еще не договорили. - Не закончили. - Одно дельце. В следующее мгновение парни накинулись друг на друга - с кулаками. Не устояли – на ногах, и друг на дружку повалились. Попеременно вжимали один другого в землю, в желании – обездвижить. Кое-как удержать позицию сверху удалось в итоге Стиву. Как-то вдруг слишком легко, но с чего бы Билли было поддаваться ему. Он только и делал, что задирал его повсюду, включая душевую для мальчиков! Он же его чуть не убил, войдя в раж! Стив его, разумеется, убивать не собирался, но не вполне понимал, что ему теперь с Билли, прижатым руками и всем весом к земле, делать. Еще более непонятным, по-настоящему странным, было выражение глаз Харгрова, где словно показалась тень слез. Скорее, пролитых ранее, чем готовых сейчас увлажнить щеки, как бы по-дурацки это не звучало. Это Билли как раз вспомнил, что бросил ему в лицо отец. Как он его назвал. И… если не вдаваться в подробности… кажется, был не так уж неправ… Стив тоже вспомнил. Как больно ему сделала Нэнси. Быть измордованным до обморока и то не было так больно! Женщины… Вся жесть в жизни из-за них, любимых! Как оно так получилось… Учитывая, что лежали они вплотную и дышали приоткрывшимися губами почти совсем рот в рот. Это был злой поцелуй. Поцелуй-нападение, поцелуй-хищный укус. - Это что сейчас было?! – севшим голосом поинтересовался капитально офонаревший Стив. - Ты мне скажи, Харрингтон! – незамедлительно зарычал в ответ фактически ничего не соображающий Билли. Радуясь про себя тому, что вопрос не о том, что его руки забыли на «королевской» заднице. - Я?! - Ты! - Ты первый начал! - Я?! И новый поцелуй. Другой. Неловкий, где-то напуганный. Так пробуют напиток, не будучи уверенными, что в драгоценном золотом кубке нет смертоносной отравы. Осторожный поцелуй. - Девчонки и негры оборзели, нам тоже можно качнуть свои права. – выдал Билли мудрость, опережающую свое время. - Это ты к чему? - Сам не въехал. - А чего цеплялся ко мне? – продолжал тормозить Стив, дуреющий от удивительных, новых ощущений. - Я любя. – неловко улыбнулся школьный смутьян, жарко обнимая своего закадычного врага, и целуя так, что места всяким там Нэнси в его мыслях не осталось вовсе. - А… чего будем делать дальше? - Не знаю… Так, в теории. - Вот и я очень теоретически… - Попрактикуемся у тебя или у меня? - Сдурел, Харгров, у меня предки дома! - В машине, дубина! *** Первый школьный бал, первый танец и первый робкий неумелый поцелуй в полутьме, средь сияния разноцветных огоньков, под звуки льющейся звенящим водопадом музыки – это было прекрасно. Такое остается незабываемым. Такими же суждено было стать совсем другим поцелуям. На заднем сиденье машины. Среди темноты и тишины, нарушаемой лишь все более взволнованным дыханием.