Дерьмо

— Дерьмо! — восклицает Тони и никто, даже Капитан Америка, не может укорить его за ругань в прямом эфире. Потому что «дерьмо» — это уже не бранное слово, а простая констатация факта. То, во что превратилась их жизнь. То, что сейчас с ног до головы покрывает броню Железного Человека. Если не считать крови и фрагментов внутренних органов. Это только в кино разорванное пополам чудовище благоразумно окатывает главного героя трехметровым фонтаном крови и благородно издыхает в титрах. В жизни же, кроме крови, ошметков тканей, костного крошева и всего прочего, что составляет живой организм, есть еще содержимое кишечника и благоухает оно отнюдь не розами. И от того, что Тони назовет дерьмо испражнениями или каловыми массами, ситуация не изменится — это понимают все. Тем более Стив. — Халк рвать! — рычит Зеленый Великан, радостно потрясая останками поверженного врага и — упс! — теперь все те, кому не хватило ума отойти подальше, могут похвастаться коллекцией малоаппетитных пятен. А значит, здравствуйте новые иски от недовольных граждан Америки, моментально забывших о спасенных жизнях и озабоченных испорченной одеждой. Какая-то дамочка, минуту назад пытавшаяся сфотографировать Зеленого Гиганта истошно визжит, когда в ее сторону летит и с отвратительным шлепком падает точно у ее ног нижняя половина разорванного пришельца, и неожиданная белизна сломанных позвонков и буро-черная масса кишечника, выпадающая на асфальт при приземлении, удивительным образом гармонируют с ярко-зелеными туфлями от Manolo Blahnik. Еще пятьсот баксов плюс моральный ущерб и самый модный в этом сезоне психоаналитик. Так что да. Дерьмо. — Халк мыть? — меж тем раздается сверху и нет, нет, нет, это не то, что нужно сейчас Тони, как бы он ни мечтал о подобном. Умом он понимает, что вся эта грязь не коснулась его кожи, фильтры работают на ура и ни запаха, ни, тем более вкуса, он чувствовать не может и не должен. Но это не мешает желудку отчаянно бунтовать, а ожегшей пищевод желчи — неприятно горчить на языке. Но пресса еще не оправилась от предыдущего раза, когда Халк, недолго думая, вооружился неизвестно из какого магазина стащенной гигантской зубной щеткой и, полив обездвиженного Тони жидким порошком, драил под сорванным пожарным гидрантом так, что звон стоял по всей Пятой Авеню. Тони готов был убить того, кто подал Халку такую идею. И его бы оправдали. Аффект. Тут даже платить не пришлось бы. Но тогда они лишатся лучшего стрелка восточного побережья. А возможно, и западного тоже. И Наташа наверняка расстроится, а Тони совсем не хочет расстраивать Наташу. Так что — не вариант. Тем более сам Клинт цветом лица сейчас не сильно отличается от Халка, и это как-то примиряет Тони с действительностью и с ее дурацкими шуточками. Кэп заносит руку, видимо, желая ободряюще похлопать Железного Человека по плечу, но его ладонь вовремя останавливается в дюйме над изгвазданной броней. И это хорошо. Не хватало еще потом отмывать форму Стива. Тот не подаст виду, но будет переживать, если перчатки придут в негодность. Он не любит напрасных трат и очень бережно относится к своему обмундированию. — Сочувствую, Тони, — произносит Стив и, честное слово, лучше бы он промолчал. А впрочем, хер с ним. Просто Тони весь в дерьме, и это не способствует нормальной реакции на простое человеческое участие. И ему уже стыдно за секундную вспышку раздражения, вызванную словами Кэпа. Стив хороший парень и правда хочет его поддержать. Просто Тони устал и весь в дерьме. Плохой день. — Жестянка стоять! Халк защищать! — Зеленый Великан обхватывает Железного Человека поперек талии и несет в сторону Башни и Тони не знает, плакать ему или смеяться. Пожалуй, второе. Может, не все так ужасно, и романтично настроенные дамочки подкинут пару пунктов акциям Старк Индастриз на сегодняшних торгах. Он бы выпил, но Брюс не любит привкус алкоголя на губах Тони. А ведь ему еще приводить в чувства расстроенного Брюса, когда тот вернется к своему изначальному размеру и узнает что натворил в этот раз. А он обязательно узнает. И секс, честное слово, лучшее успокоительное из всех, что они придумали за все это время. Может быть, Брюс отдрочит ему. А может быть, Тони с удовольствием опуститься перед ним на колени и возьмет его член в рот, так глубоко, как только сможет. И будет радоваться чистоте и едва ощутимому привкусу лайма на коже Брюса. И стараться не думать о том, что скоро, наверное, не останется никого, кто не знал бы, что Брюс Беннер готов порвать любого за Тони Старка. В буквальном смысле этого слова. В клочья. В мелкие ошметки. В дерьмо.