Стирка на Гаваях

Чонгука, как чистоплотного макнэ, заставили и во время отпуска занимать стиркой. — Ах эти грязные хены… сами ничего как будто не могут…— бурчал себе под нос Чон,— даже в отпуске на Гаваях должен стирать именно я. Вот ведь…ха… быть в этой группе макнэ наказание. — Может кто-нибудь хочет мне помочь? — Извини Чонгуг-а! — Прости Гукки. — Мне жаль. — Я помогу тебе. Что? Послышалось? — Что? — Я помогу тебе. Даже так. Он и не рассчитывал на помощь, стирки то до утра стирать не перестирать. — Если не хоче… — Ну, тогда иди и рассортируй вещи,— перебил Чон,— я пока пойду, сделаю чай. Вмиг отвернувшись, он поторопился на кухню. Чимин только горько усмехнулся. Чонгук зашел в средних размеров ванную и увидел, опершегося на раковину и о чем то задумавшегося Чимина. Он казался Чонгуку каким-то странным. Вызвался помочь, а теперь вдруг стоит тут с мокрым раскрасневшимся лицом и наполовину мокрыми волосами убранными водой назад. — Чимин, — попытался позвать Чонгук его. Пак поднял голову и увидел в отражении свое красное лицо, а рядом странное непонимающее лицо младшего. Чимин никогда не был уверен в своих действиях и поэтому часто жалел о не сделанном, думал о том, что было бы, поступив он по-другому. И сейчас он стоит на пороге этого чувства. «Что если он не такой» «Что если он…» … сколько можно сомневаться. Если он не сделает этого сейчас, сможет ли потом сдержать это чувство рвущее нутро изнутри. Такое горящее изнутри и заставляющее видеть смысл и одновременно больное, потому что неправильное. Он его не поймет. — О чем задумался? Чимин отошел от мыслей и повернулся к макнэ. Вздохнул и сказал. — Я думаю о… думаю о времени пре-дебюта,— сначала засомневавшись стоит ли начинать разговор, но поняв что такой момент может не скоро снова произойти и просто начал отвечать что первое приходит в голову. — Ну и что ты там вспомнил?— почему-то с опаской спрашивает Чонгук, но старается показать уверенность. На секунду показалось, что будет серьезный разговор, которых, он пытается все время избежать. — Я вспомнил, что тогда в старом общежитие было мало места, мы спали вдвоем,— выдал какое-то двузначное предложение и заставил Чона смутиться. — Ну да. Было забавно… — «наверное» в мыслях добавил Чон. — Нам тогда было так тяжело, да я и не говорю что сейчас легче, но тогда, как мне казалось, мы были ближе. — Йаа Чимин-а! Ну что за сантименты? Посмотри ка на меня сейчас. Сейчас я могу еще крепче обнять тебя и сказать, например… Я люблю тебя, хен!— Чон из всех сил пытался вывести серьезный разговор в более легкий, но на самого нахлынули чувства, которые он скрывал как актеришка из дорамы. Чимина укутали теплые руки. Ему признались в любви. Но он ведь понимает что все это так, как-то по-дружески. Хотя даже если так, сейчас он не отпустит Чонгука. Именно поэтому, он обнял его в ответ и не дает даже сменить позу или отпустить. Объятия из сильных и крепких, перешли в мягкие и нежные и Чимин лег на плечо младшего. Он почувствовал грудью, как сильно начало биться сердце Чона. Словно вот-вот выпрыгнет, мягкая улыбка сменилась настороженностью и они вдвоем почти в одно время сглотнули. Чонгук не собирался отстраняться, но просто отодвинулся, оставив свои руки на боках хена, и смотрел ему в лицо. Необъяснимая дрожь в глазах Чимина и вот подступили слезы. И у Чона задрожали глаза от непонимания ситуации. — Чимин-и, что с тобой? Чимин склонил голову и глухо зарыдал почти в грудь Чона. Что ему теперь сказать. Продолжать врать себе и Чону он не может, но если тот станет насмехаться над его чувствами, этого он не переживет вдвойне. Чонгук охватил руками лицо хена и поднял на себя, прямо смотря в глаза. Придвинул свои губы к его лбу и легко коснулся, ожидая реакции, но ее не последовало. Он чмокнул его в раскрасневшийся нос, Чимин выдохнул куда-то ниже подбородка Чона и продолжал наслаждаться моментом, так как не верил в реальность. Чонгук тоже решил немного насладиться и чмокнул его в мокрый глаз и слизал с краешка только что выкатившуюся слезинку. У Чона такой мягкий язык. Чимин поднял голову что бы его поцеловать, но Чон отстранился, наблюдал за интересной картиной заплаканного Чимина тянущемуся к нему. Пак открыл глаза и, кажется, он слишком обнадежился, раз Чонгук не захотел поцеловать его. Но Чон лишь усмехнулся новой эмоции грусти, на таком, уже ставшим за 7 лет, родном лице. — И что это ты делаешь?— Чон захотел застать того в расплох, вызвать у того постыдные чувства, чувства вины и усомниться в правильности своих действий. И сначала у него вроде получилось, но Чимин так долго ждал этого момента, поэтому преодолев смущение, повернулся и смотрел прямо в глаза Чонгуку. В них он почему то уже не видел того непонимания или присущей макнэ невинности. В них появилась глубокая черная дыра, в которую летел Чимин. Появился азарт. Он словно играет с Чимином. Ну и плевать. Даже если так. — ЧОН ЧОНГУК!— От неожиданности Чон ошатнулся,— я твой хен, так как ты можешь так со мной разговаривать?! Чона забавляла все эта ситуация. Видимо «хену» нечего больше возразить. — Чшш,— указательным пальцем он прикоснулся к мягким губам Пака,— Если кто-то проснется? Такой смелый? Чима эти слова пробрали дрожью по мокрому телу. Он немного вспотел от такой частой смены эмоций. — Думаешь, я буду тебя слушаться??!— Еле успев закончить реплику, потому что Чон вгрызся в его губы. Даже не поцелуем. Он просто ухватился за его губы и не двигался. Чонгук не такой. Он не такой похотливый извращуга. Просто сейчас для сохранения эмоций играл. А вот Чимин не только нежным скромняжкой булочкой может быть. Он ухватил Гука одной рукой за плечо, второй за талию и перевернул их в правильную позицию. Чон достаточно плотно уперся бедрами в тумбочку и немного прохрипел тому во все еще неподвижные губы. Губы Чимина не были мягкими, парни плотно ухватились друг за друга и почему то не двигались. Чимин один раз все же пошевелил губами, но сразу же немного отстранился, дыша теплым дыханием младшему в губы. Словно он устал. У Чона было такое неоднозначное состояние. Хотелось притянуть давно желанное тело и нормально хотя бы поцеловать. Но он хотел, что бы Чимин объяснился, зачем он устроил этот цирк, почему не говорил раньше и что сейчас происходит. Хотя это может привести к неудобной неловкости. Чонгук медленным рывком чмокнул его где то выше серединки губ и не удержавшись спросил. В той милой и доброй манере, с которой он общается с Тэхеном, например. — Что ты чувствуешь ко мне? Этот вопрос в лоб Чимину. Он поднял глаза прямо смотря глаза в глаза Гуку. Чимин и Чон напуганы. Впервые они в такой ситуации. Чимин засмеялся и положив руки на бока, отвернулся. — А ты? — Чимин не хотел оказаться в глупой ситуации и хотел узнать сначала у него. — Думаешь, я бы просто так поцеловал тебя?— он схватил старшего за локоть и притянул как можно ближе,— зачем строил из себя принцессу в самом начале? Ты не слышишь, как бьется мое сердце? Не видишь, как я смотрю на тебя? Почему ты продолжаешь игнорировать меня? Мне так надоело твое притворство.— Чонгук говорил так, будто он с рождения влюблен в Чимина. —Тогда…— остановившись на пару секунд прочистить горло,— давай попробуем поделить наши чувства. Чимин прильнул к любимым губам и старался быть как можно нежнее. Чонгук сейчас здоровый парень, накаченный, но Чимин видит в нем такого ослабшего в его руках Чон Чонгука, который так нежно смотрит на него, обнимает и поглаживает мягкую кожу на руках. Они долго не привлекали в поцелуй язык и наслаждались губами друг друга. Чимин целовал его в уголки губ, в желобок, а Чонгук расплывался от прикосновений старшего. Только когда Чимин придвинувшись плотнее к паху любимого котенка почувствовал, как их возбужденные органы трутся, буквально вставил, впихнул свой язык, опошляя поцелуй и делая его более мокрым. Не смотря на большое желание тела, Чимин не хотел таких быстрых отношений. И хотя дрочка друг другу может быстро надоесть, но для первого раза этого будет достаточно. Чим схватил подушечками пальцев за черную футболку Гука и медленно, чего-то опасаясь, провел по прессу котенка, ухватился за накаченную грудь, заставив Чона глухо выдохнуть, и схватился за сосок, реакция не заставила себя ждать, Чонгук вздрогнул и прикусил губу старшего, только раздразнив. Чим так же медленно спустил руку и сквозь домашние штаны гладил достаточно большой член. — Я…— задыхаясь от нехватки кислорода, говорил младший с каждым выдохом,— мы не можем сделать это сейчас… слишком быстро. — Я знаю. Мы не сделаем ничего плохого. — Сразу же после сказанного Чим почувствовал, как джинсы ослабли из-за резко растегнутой пуговицы, и крепкая рука обхватила его член прямо у основания. Он откинул голову и ахнул. Никто еще не прикасался к его члену кроме него самого. Чон тоже должен почувствовать это и вмиг у младшего слетели штаны. Чимин так же крепко ухватился и начал двигать рукой. Чон зарылся в волосы старшего и прижал к себе для поцелуя. Раскрасневшийся Чонгук после 15 минут ласок был на пределе, как и Чимин. Чон схватив свободной рукой за мягкое бедро, придвинул ближе и мазнув одной головкой о другую, оба одновременно вздрогнули и откинули голову от чего снова вместе усмехнулись. Чон схватил по верх руки Чимина что держала уже два члена и стал сам ускоряться. Свободной рукой Чон держался за мягкую задницу Пака, а сам Пак елозил ей по влажному телу младшего пока в момент, когда оказался на пределе, схватил за шею и врезался в него поцелуем. Белая жидкость сначала стрельнула из Чонгука, замазав футболку Чимина. Но Чон не остановился ведь теперь нужно думать и о наслаждении партнера, и уже влажной рукой помогал хену, от чего стало еще теплее. Еще, через секунд 10 излился Чимин и упал в объятия младшего. — Котенок… можно я буду звать тебя так, Чонгуг-и? — Почему ты спрашиваешь. Разве я посмею тебе что-нибудь запретить?— мило усмехнулся Чон все еще не отдышавшись. Уткнувшись в шею Чима и облизывая и посасывая выступающие жилки и вены, но не оставляя засосов, мало ли что другие хены подумают. — Нам стоит рассказать хенам, как думаешь? — У тебя все еще есть силы думать об этом. Ну если уж начали… если серьезно захотят поговорить или догадаются, то скажем. Мне все равно только если ты будешь рядом. У младшего сжалось сердце. Такие теплые слова. Хочется чаще слышать их от Чимина. Теперь его Чимина. Но кто-то постучался в дверь. Чмини ловко натянул штаны с нижним бельем Чонгуку, а тот помог ему. Переглянувшись и собрав дыхание, они постарались спокойной выйти из ванной. И кому там не спиться в 2 часа ночи то? Открыв дверь, Пак увидел Тэхени-хена, который, наполовину спал и маска спадала ему на глаза. — Что вы там делаете? — Мы стираем,— более уверенный голос послышался из-за спины Чима,— ваши вещи причем! А тебе чего не спиться? — Что за звуки я слышал? Парни покраснели боясь что их так быстро раскроют, но Пак собравшись ответил: — Тебе во сне видимо приснилось,— и чего они так боялись? Тэхен спит и мало что понимает. Он просто встал в туалет и встретил двух шалунов, абсолютно ничего не подозревая. Неловко пройдя в гостиную, они увалились на диван. Чон лег на колени старшего и вроде как уснул. Чим медленно прикоснулся к волосам теперь уже своего парня. Теперь все изменится, потому что те прикосновения, что они показывают на камеру, станут не просто проявлением глубокой дружбы, а уже проявлением теплой любви. Какое-то время об этом будут знать только они, но вечно от проворных хенов скрывать не получится. Чимин словил пальцами несколько прядей и спустился рукой по щеке и остановил большой палец на губах Гука. А мелкий то не спал, и поцеловал большой палец Чимина от чего тот ехидно улыбнулся и облизнув этот же палец провел им по нижней губе Чона. Гуки просто открыл рот и посасывал его палец. Неважно как все выглядит. Пошло или мило, потому что они, кажется, от таких действий влюбляются еще сильнее и находят безмолвный язык тела. Им еще многое предстоит пережить. Их чувства с каждым днем становятся все горячее. Открывают новые стороны друг друга. Наслаждаются, проводя время вместе. — Чимин-а!— резко встал Чонгук с колен любимого. — Да Чон сел на диване на колени и уперся между ними руками, словно косплея неко-тян и пристально стал смотреть на Чиму ожидая что тот скажет что то первым, но тот просто завороженно смотрел и тупо молчал. — Эй! Я для кого это делаю? Тебе не нравится? — К-конечно нр-нравится!!—Заикаясь договорил старший и приблизился чмокнуть такого милого котейку, но из ванной вышел все еще сонный Тэхен, кажется заметивший картину открыл глаза шире. И еще, кажется, утром парней ждет серьезный разговор, а пока Тэхен окинул их многозначительным взглядом, то ли заинтересованным, то ли непонимающим. Но это будет завтра. А сейчас они вместе уснут на этом неудобном маленьком диване в теплых объятиях и время от времени будут меняться местами, кто снизу, а кто сверху, потому что тело затекает лежать в неудобной позе, лишь чувства заставляют оставаться на месте.