Ужас на B-16

Ярослав открыл рот, приготовился что-то сказать, но замолчал. Свет погас, были слышны шаги, крики, вопли. Затем, всё будто замерло. Валентин закрыл рот руками, Аня села на корточки, пытаясь нащупать что-то, а Ярослав пытался прислушаться к звукам. Вдруг, зазвенела сирена. Во всех вентиляциях, в коих мы находились, был оглушающий вопль, будто живой. Ярослав шёпотом: Аня, что ты ищешь? Аня резко дёрнула рукой назад. открылась дверь, мы в неё зашли как можно быстрее, но и как можно тише. Аня захлопнула дверь с хлопком и стала спускаться по ступенькам вниз, в неизвестность. Ярик подал руку Вале, он облокотился на нее, затем на плечо. Надо было идти дальше, даже через боль. Валентин: А где Ваня и Влад? Ярик: Они. Я не знаю. Они пошли что-то обсуждать в соседнюю камеру, как на нас напали. Это были люди из группировки «Мерелден». Их долго не было в мире, а ведь они считались самой опасной террористической группировкой. Аня: Ну, и вот моя хата. Навстречу нам выбежала маленькая собачка, на ее ошейнике было написано «Буся». Это был гремлин пёс, подумали мы, но это оказалась девочка. Андроид: Впереди ожидается космическая буря. Она пройдет… 476 лет, 4 месяца, 2 дня и 5 часов. Желаем приятной по… Смерти. Валя опустился с Ярика на матрас, Ярик сел на стул, а Аня читала, что такое космическая буря, и что делать без погружения в сон. Аня: Тут говорится, что будет отключение электричества, сбои в подаче еды, сбои в Андроидах, в аппаратуре… Боже, как так можно будет жить? Вдруг, мы услышали мяуканье. Это был кот Ярика. Лысый, но не душой кот. Ярик взял его на руки. Аня: Надо пройтись. Я пойду, а вы останетесь тут, хорошо? Ярик: Вот, держи рацию. Тем временем, Валя безмолвно и полулёжа сидел, и бессмысленно, словно не по-живому смотрел в одну точку. У Ярика по щеке спустилась слеза, это давление, эти проблемы… Валентин всё продолжал смотреть в точку. Затем, он начал покачиваться, глаза начали слезиться, но он не плакал. Он просто медленно сходил с ума. Аня увидела этот спектакль и подошла к Ярику. Она увидела столько боли в его глазах, наполненных печалью… Или любовью? Подумала девушка. Парень ей нравился, разница в возрастах была небольшой, так что… Аня села на корточки. Ярик смотрел на нее, а она на него. Время словно остановилось для них. Они не могла налюбоваться друг другом. Чужие, годы выживание в буре, бешеные андроиды и люди не проблема, когда у тебя есть такой человек. Они полюбили друг друга. Они просто были влюблены. Валино лицо было в слезах. Они просто лились, но лицо было словно каменным. Ни слова, ни шороха, ни звука. Он просто рыдал, пожирая себя изнутри. Все, кто ему был дорог сейчас в опасности, за исключением пары людей. Они либо мертвы, либо живы. Неизвестно. Он ничего не знал. Он просто пустышка в этом тленном мире. Послышался стук в люк. Но как? Как кто-то узнал про наш проход? В рации появился голос Влада. Влад: Ребята, откройте нам дверь. Пожалуйста, здесь много опасностей. шёпотом:не надо… Затем послышалось рычание. Звуки выстрелов, Ваня и Влад спрятались в дыре в стене, пока «Мерелден» пожирался чужими. Затем, были слышны шорохи, вздохи безумного страха и тревоги, будто ты делаешь последние в жизни вдохи. Затем, все затихло. Было слышен лёгкий треск, это приблизился чужой. Вдохи прекратились, был слышен даже пульс. Он был настолько бешеным, что кажется, парни сейчас умрут от страха. Затем, чужой фыркнул и побежал оттуда, прихватив с собой часть трупов, как и сделали его собратья за ним. Прошло несколько минут. Парни высвободились из плена. Ваня тихо, еле-еле шёпотом, перемешанный с тревогой и страха сказал, чтобы им открыли. Ярик пошел открывать. Да, он прервал эту искру между ним и Аней, но ненадолго. Ярик открыл в дверь. Там были избитые парни, которые сразу же вошли. Они увидели Аню, которая уже что-то модернизировала из рюкзака Вали на верстаке, Валентина, лицо которого было всё в слезах, но таким безразличным, и покачивания, которые лишь изредка были видны от Вали. Ваня сел к Вале, пытаясь привести его в чувствова. Влад стал знакомиться с Аней и вести с ней разговор, а Ярик сидел и гладил кота. Им было всё равно. Эта пятерка просто доживала последние дни своей жизни. Но только они так думали.