Восставшая из пепла

Ситуация развивалась стремительно. Стоило Казекаге раскрыть своё истинное лицо, как Кьюби потерял всякий интерес к Хьюга и принял свой истинный облик, огласив своё возвращение в Коноху оглушительным рёвом. Где-то со стороны главных ворот раздался оглушительный взрыв, а на трибуне бывшие АНБУ оказались приспешниками Орочимару. Вторжение Звука началось. - Кьюби я беру на себя, ещё один биджу нам пригодится, а вы встретьте их и разберитесь с Данзо, - ухмыльнулась Кушина, не давая воспоминаниям брать над собой верх. - Ты сошла с ума, Кушина! Одну я тебя не отпущу! – схватил её за руку Яшамару. - Я была его джинчурики, поэтому мне не страшна его чакра. - Я бы на вашем месте переживал вовсе не из-за чакры Кьюби, - усмехнулся Кабуто, складывая печати. Второй раз в жизни Кушина почувствовала, как из лёгких выкачали весь воздух, а ноги того и гляди откажут. Она подозревала, что это может случиться уже после того, как Орочимару продемонстрировал «Наруто Кусанаги», но всё же надеялась, что этого не случится. Но что ещё можно было ожидать от этих скользких тварей? Глядя сейчас на Минато, Кушина неожиданно осознала, что тех чувств, что мучили её все эти годы, больше нет. Она, наконец, смогла отпустить прошлое, но всё же видеть его было больно. Больно оттого, что придётся сражаться с тем, кого раньше любила. - А ты не изменилась, Кушина, - улыбнулся Намиказе Минато. Эдо Тенсей легко могло позволить увидеться с умершим в обмен на чужую жизнь. Если, конечно, тот, кого ты призываешь, не запечатан. Яшамару напрягся, понимая, что ситуация теперь уж точно хуже некуда. Если с Данзо они могли бы справиться, если всё правильно рассчитать, то тут... Не зря же в последней войне войскам давался приказ бежать, если увидят Жёлтую Молнию Конохи... А вот Кушина почувствовала, как в ней закипает тихая ярость. Прошло тринадцать лет (ну и что, что для него это мгновение, на ней-то отразилось!), она стала куда краше, чем раньше, на лице появились первые морщинки... Да и внутренне она уже не та, что раньше. «И он смеет говорить, что не изменилась? Кто вообще так начинает разговор с тем, кого не видел много лет?!» - Ошибаешься, Минато, - покачала головой куноичи, придя в себя и сжимая кулаки. – Перед тобой совершенно другая Кушина. Которая смогла пережить и ту страшную ночь, и гибель новорождённого сына, и суицид мужа. Не перебивай, сам знаешь, что это было так! Которая за три года в Конохе чуть не сошла с ума из-за того, что везде ей мерещилась её счастливая семья и поэтому вынуждена была покинуть деревню! Женщина, которая неожиданно для себя нашла новый смысл жизни в мальчике джинчурики, который был одного возраста с Наруто... Я опять встречалась с теми, кто жаждал заполучить биджу, узнала о том, что мою лучшую подругу и весь её клан вырезали по приказу Конохи одним из членов этого же клана! Узнала, что то, что случилось тринадцать лет назад, было подстроено, а ещё то, что тело моего сына было использовано в жутких экспериментах Орочимару! И после всего этого появляешься ты, такой спокойный и уверенный в себе, и говоришь, что я не изменилась? Да перед тобой, Минато Намиказе, уверенная в себе женщина, которая сумела, как феникс, восстать из пепла и научиться жить без тебя! И всё благодаря семье Яшамару и ему самому! - П-прости меня, Кушина... - единственное, что смог вымолвить поражённый и виноватый Четвёртый. – Я... - его взгляд потух, а лицо образовало непроницаемую маску. - Простите, что прерываю, но вечер откровений объявляю закрытым! – сложил новые печати Кабуто, приказывая нападать. Они с Минато не раз боролись друг с другом, но обычно это были шуточные бои, да и Минато часто поддавался. Она, конечно, злилась на него, но ничего не меняла, ведь оба не хотели причинить друг другу вред. Сейчас разница в тайдзюцу определённо ощущалась, но не в техниках. Ведь большинству техник, что он знал, научила его она, Кушина. Яшамару, не желавший бросать Узумаки в сражении с её прошлым, не собирался отступать и впредь. Оба понимали, что смысла драться с трупом практически нет, но добраться до Кабуто, что сейчас задорно сражался с Какаши, было практически невозможно. Кьюби отправился громить центр деревни, видимо, повинуясь каким-то приказам Орочимару, что было на руку, не нужно было следить, чтобы он не задавил кого-нибудь из генинов. Краем глаза Узумаки успела заметить, что Куренай схватила Хинату и Неджи и отправилась, видимо, в сторону госпиталя. Это заставило Кушину вздохнуть с облегчением, но тут же появились новые проблемы в лице Соры, чакра которого, видимо, вступила в реакцию с Кьюби, и мальчишка медленно, но верно превращался в уменьшенную копию лиса. Карин тряслась от ужаса, наблюдая за метоморфозами старого товарища. Она прекрасно знала о его особенности и о том, что он научился управлять ей вплоть до третьего хвоста, но не предполагала, что это когда-нибудь выйдет из-под контроля. Да ещё и Кьюби в полной форме... Есть отчего сойти с ума от страха. Хотя членам его команды было куда хуже, учитывая, что они до этого момента совершенно не знали о том, что он джинчурики, хоть и псевдо. - К-кушина-са-а-а-ан! – простонала она, ища поддержки у дальней родственницы. Кушина закусила губу, понимая, что ничего с этим поделать не сможет. В случае Соры поможет лишь подавление чакры, но учитывая складывающуюся ситуацию... Да и где найти подобные печати? Насколько ей было известно, Орочимару когда-то экспериментировал с клетками Первого и даже преуспел в этом, но что стало с тем ребёнком, она не знала. Отвлекаться от боя было нельзя, ведь Минато не тот соперник, с которым это проходило. Вот и сейчас она чуть не пропустила очередной точный удар. - У меня есть одна идея, - улыбнулась Кушина, бросив взгляд на Яшамару. - Гаара! Джинчурики Шукаку не заставил себя ждать дважды. Он только закончил разбираться с парочкой вражеских шиноби, что имели неосторожность напасть на него. - Помнишь, я рассказывала о техниках запечатывания? - произнесла, тяжело дыша, Узумаки, стирая со щеки кровь, сочащуюся из неглубокого пореза. Видимо, догадавшись о планах бывшей жены, Минато воспользовался тем, что она открылась, и попытался нанести решающий удар, но на его пути вовремя встал Яшамару, принимая удар на себя. Глаза куноичи округлились от ужаса, но она вовремя взяла себя в руки и кивнула Гааре. Песок с земли вмиг поднялся и окутал всё тело Намиказе, оставляя видной лишь голову. Кушина вздохнула с некоторым облегчением и собралась было заняться ранами Яшамару, но к нему подскочила Карин и сунула под нос руку, призывая укусить. О том, что юная Узумаки обладает особой чакрой, она поделилась с новыми знакомыми сразу же после того, как её раскрыли. Это была одна из причин, почему она понадобилась Данзо. Кушина улыбнулась и повернулась к Минато, складывая печати, что помогли бы перехватить контроль над призванным. Позже она собиралась запечатать его, чтобы больше никто не смог его призвать. - Прости меня, Кушина, - виновато улыбнулся Минато, когда сознание вновь вернулось к нему. – Если бы я мог всё исправить... Прощай, Кровавая Хабанеро. - Прощай, Минато, - печально улыбнулась она, кивнула Гааре, что окончательно скрыл Намиказе под песком, и, сложив нужные комбинации, налепила печать, что тут же сковала тело и дух Четвёртого Хокаге. На душе стало гораздо легче, будто с груди упал тяжёлый камень. Оглянувшись, она вовремя сумела увернуться от напавшего Соры, что, видимо, решил разорвать её первой. Как подавить его силу, она не представляла, поэтому единственной идеей было заманить его в какую-нибудь ловушку, а может, просто запечатать... Решение пришло само собой. Раз Сора среагировал на чакру Кьюби, то, может, поможет её чакра? Кушина покрылась алой чакрой и отрастила такое же количество хвостов, как и мальчишка. Она умела контролировать это состояние вплоть до пятого хвоста, до которого, как ей хотелось надеяться, дело не дойдёт. Ей удалось поймать демонёнка в захват и добиться синхронии их чакры. Постепенно уменьшая количество хвостов, она с облегчением поняла, что с Сорой происходит то же самое. Пара мгновений, и на земле лежит обычный мальчишка, разве что кожа кое-где сгорела. - Карин, помоги ему, а мне нужно закончить ещё кое-что, - произнесла она, глядя на возвышающегося над деревней демона. - Я иду с тобой, - нахмурился Яшамару, с трудом поднимаясь на ноги. - Прости, но это дело лишь моё и Кьюби, - улыбнулась она и бросилась бежать. - Узумаки... - усмехнулся тот и посмотрел на Гаару. – Помоги ей, если понадобится.