Восставшая из пепла

Небо с самого утра заволокло тучами, будто чувствуя, что в деревне, скрытой в листве, траур. После нападения Орочимару и Кьюби прошло пару дней, но только сейчас появилась возможность отдать последние почести погибшим. Гибель Третьего была большим ударом для деревни, которая почитала его как мудрого и справедливого правителя. Очередная атака Кьюби унесла с собой меньше жизней, чем тринадцать лет назад, благодаря вмешательству Кушины, что запечатала демона в себя, чем спасла деревню от полного уничтожения. Ещё ситуацию спасло вмешательство Джирайи и Цунаде, которые как раз вовремя оказались в Конохе... Собравшись на крыше резиденции Хокаге, шиноби с грустью вспоминали погибших, кто-то задумывался над дальнейшей жизнью, а кто-то мог вздохнуть облегчённо. Сора, что стоял ближе всех к лестнице, ведущей к выходу, сжал кулаки, стараясь не смотреть по сторонам. Многие видели то, кем он может становиться. Благодаря Кьюби на него могла обрушиться ненависть всего селения как на потенциальную угрозу. Генин видел, как смотрела на него Сакура, когда он пришёл в себя, как смотрели на Кушину, которой, казалось, было совершенно на это плевать. Отчего-то вспомнился родной храм Огня, где он чувствовал себя как дома... Решение пришло само собой, и на этот раз Данзо уж точно его не остановит. Кушина сама не понимала, зачем она сюда пришла. Стоя в отдалении от колонн скорбящих шиноби, она ощущала себя чужой. Впрочем, так и было, и сейчас это её не огорчало. Заметив, что с крыши сбежал Сора, она последовала его примеру. Нужно было ещё обсудить с Пятой кое-какие детали, прежде чем команда Суны отправится домой. Нужно ещё успеть к похоронам Казекаге...

***

- И что это за предложение? – спросил Орочимару, недоверчиво глядя на компанию. - Сотрудничество. - Прости, мне тут уши заложило от нравоучений, что ты только что сказала? – не поверил своим ушам змеиный саннин, кивая своим приспешникам, чтобы они вновь развернули поле. Это не должно было достичь чужих ушей. - Вы не ослышались, Орочимару-сама, - улыбнулась Узумаки. – Я предлагаю вам сотрудничество. У нас общий враг – Акацки. И, насколько мне известно, это сильный враг. Несмотря на то, что мне удалось перевербовать Учиха Итачи... - Вначале Сасори, а теперь Учиха-старший? Сильна, – облизнулся Орочимару. – Поделишься секретом? - Вы его знаете и без меня. Вы же знаете, что клан Учиха был уничтожен по приказу Данзо? - Снова общий враг? – усмехнулся тот. - Именно, но и от денег Акацки никогда не отказывались... – Умеешь уговаривать. Так значит, Итачи сейчас навещает нашего общего знакомого? Отлично, я хотел им заняться следующим, но так даже лучше, не придётся о него марать руки. И что же ты ещё можешь предложить мне в войне с Акацки? - Мы можем обменяться информацией и помогать друг другу в бою. У вас много сильных людей, а Суна переживает не самые лучшие времена... Кстати, судя по тому, что вы прибыли сюда под именем Казекаге, то он... - Кормит ворон недалеко от границы с Огнём, - пожал плечами змей, а Кушина почувствовала, как в ней загорается ярость. С трудом поборов её, она постаралась вести себя как прежде дружелюбно. Джирайя же был мрачнее тучи. - Кроме того, ваши исследования могут пригодиться как Конохе, так и нам. Быть может, Отогакуре когда-нибудь признают... Но не это главное, как насчёт шарингана? - Отдашь мне Саске-куна? Или Итачи? - Лучше. Мадару. - Мадару, - усмехнулся Орочимару, складывая печати. Перед саннинами и Кушиной появился гроб с основателем. – Тот, кто под маской, как вы видите, не Учиха Мадара. Но он его ученик. - Неважно кто он. Если у нас всё сложится удачно, то вы получите тело Учихи, о котором давно мечтали. Развитое и сильное тело взрослого мужчины лучше тела подростка, вам не кажется? - Заманчивое предложение, - улыбнулся змей и посмотрел на друзей. – Неужели вы тоже с этим согласны? - Если это поможет уничтожить Акацки, то да, - хмуро произнёс Джирайя. Цунаде просто кивнула. - Отлично, тогда у меня есть к тебе одна просьба, Цунаде... Как к ирьёнину...

***

Найти Цунаде удалось лишь спустя пару минут на седьмом в обществе Джирайи. Они так трогательно выглядели, что Кушина, прекрасно зная, сколько они шли к этому, не стала их тревожить. Детали можно было обсудить и позже, например, передав письмо через Орочимару. «Не опростоволосьтесь на этот раз, Джирайя-сама», - улыбнулась она, скрываясь в листве. Уходить в этот раз было куда легче. Быть может, потому, что в этот раз она была точно уверена, что с Саске ничего не случится, а у руля Конохи стоит проверенный человек. Карин, что не пожелала оставаться больше в Конохе, последовала за ними. Никто не останавливал её, как, впрочем, и Сору, которого с похорон Третьего никто не видел. - Знаешь, Кушина, мне всё равно кажется, что твой план какой-то... глупый, - скептически произнёс Курама, спрыгнув откуда-то с дерева, когда группа Суны миновала ворота Конохи и отошла на достаточное расстояние, чтобы их никто не смог увидеть. Кушина лишь усмехнулась, глядя на рыжеволосого паренька, и в очередной раз задумалась над тем, почему же поступила именно так.

***

- Вот мы вновь и встретились, Кьюби, - спокойно произнесла Кушина, оказавшись в поле видимости демона, спутывая его цепями-чакры. - Я бы предпочёл вообще не встречаться с вами, людишки, а с тобой особенно, Кушина, - прорычал в ответ он. - Взаимно, Кьюби, взаимно, - усмехнулась она, глядя в его огромные глаза, в которых смешались ярость и отчаяние. Совсем как в тот день... - Но пути жизни неисповедимы... - Снова запечатаешь или будешь мстить за сына? – прорычал он. Кушина сжала кулаки, вспоминая отчаяние, которое испытала, увидев то, что стало с Наруто. - Вы, люди, слишком хрупки... и слепы... - Заткнись, Кьюби... Просто заткнись... - Меня зовут Курама, жалкая ты человечишка! – прорычал в ответ биджу, заставив Узумаки опешить. – Нас запечатывали, и мы вынуждены проживать жизни вместе с джинчурики, но ни один из них даже не поинтересовался, как нас зовут, что мы хотим! Принято считать, что биджу оружие, но даже у нас есть чувства! Думаешь, приятно коротать свой век прикованным к какой-нибудь хрени или сидеть в клетке?! Что может быть хуже быть запечатанным в новорождённом ребёнке и слушать все эти оры и проживать периоды взросления раз за разом?! Сама бы согласилась бы после краткого мига свободы, вновь вернуться в плен, тем более такой?! - Курама, значит... - на губах куноичи появилась слабая улыбка. Узумаки прекрасно понимала сейчас чувства биджу. Она сама чувствовала нечто подобное, когда впервые прибыла в Коноху. Она не могла ничего поделать с тем, что ей предстояло стать джинчурики... Никто никогда не спрашивал ни её, ни Кураму... Неожиданно в голову закралась одна абсолютно безумная идея. – Знаешь, у меня есть одна идея... Не дёргайся. Она сложила серию печатей, предварительно порезав руку, запрыгнула на голову демона и коснулась его. Биджу и его бывшую джинчурики охватил свет, скрывая их ото всех. Курама почувствовал, как его тело неумолимо меняется, приобретая человеческие черты. Пара мгновений, и на месте огромного Кьюби снова был парень, похожий на Наруто, который участвовал в экзамене. Но на этот раз волосы его были рыжими, а на щеках отсутствовали полоски. - Что ты сделала? – удивлённо произнёс Курама, оглядывая себя. - Вернула тебя в ту форму, которую задумал Орочимару, - устало улыбнулась Кушина. – Но усовершенствовала её. Теперь ты сам свой джинчурики – это твоё изменённое тело, более совершенное, и обратиться в огромного лиса ты сможешь, лишь используя серию печатей – позже скажу каких – у тебя теперь есть источник чакры, где хранится весь твой запас. В общем, извлечь из тебя что-нибудь будет для Акацки проблематично. Это особые техники клана Узумаки. Но не думай, что я так просто тебя отпущу, Кьюби. Ты теперь в какой-то мере связан со мной, поэтому куда я, туда и ты. - Это в какой-то мере совпадает с моими целями, - ухмыльнулся демон. – Думаю, ты тоже желаешь уничтожить Мадару так же сильно, как и я. У нас общий враг, ради которого стоит потерпеть друг друга.

***

- Это почему же он глупый? – подняла одну бровь Кровавая Хабанеро, жалея о том, что не успеет на похороны Четвёртого Казекаге. Весточку где его искать она отправила в Суну как только улеглась шумиха по поводу Орочимару и Кьюби. - Это же Орочимару! Он же хитрая змеюка, может сделать всё так, что в выигрыше останется он один! - Не скажи, то, что мы предложили, выгодно нам всем, и он не станет кусать протянутую руку помощи, - пожала плечами Кушина. – Кстати, Курама, что если я разрешу тебе обернуться твоей животной формой, за сколько ты доберёшься до Суны? - За прыжков двадцать, - прикинул в уме демон. – Хочешь успеть к похоронам? Темари и Канкуро смотрели на Кушину с каким-то благоговением. Они и представить себе раньше не могли, что она сможет так просто контролировать Кьюби. Яшамару лишь улыбнулся. Такая Узумаки нравилась ему даже больше.

***

- Баки, конечно, сильный воин и преданный шиноби, но, как мне кажется, есть более достойный кандидат, - скрестила руки перед собой Чиё, оглядывая совет старейшин. После того, как пришли известия от Яшамару и Кушины о том, что Казекаге мёртв, и координаты его местонахождения, тут же была отправлена экспедиция по возвращению тела на родину. Также был созван совет старейшин, который должен был решить дальнейшую судьбу Сунагакуре. - Только не говорите... - побледнел один из собравшихся. Чиё мило улыбнулась. - Именно. После всего, что она сделала для джинчурики, да и для самой деревни, я думаю, что она достойна стать Казекаге. - Но ведь она слишком своевольна, её даже покойный Четвёртый не смог заткнуть за пояс! – вскочил другой старейшина. – Если она станет Казекаге, то... - Жить в Суне станет куда интереснее! – рассмеялась старуха, заставив многих вздохнуть. Все понимали, что именно послужило толчком к такой симпатии по отношению к Кушине Узумаки. – Если Кушина станет Казекаге, то Суна сможет подняться с колен! Её упрямству можно позавидовать, а силой духа лишь восхищаться. Мы сможем стать сильнее с техниками клана Узумаки и сможем потягаться даже с Кумогакуре! Да и кроме того, она любит детей Четвёртого, да и его шурина, поэтому особых проблем не будет. Ну, кто ещё не убеждён в том, что... Неожиданно резиденция пошатнулась, а снаружи раздались крики. Заподозрив неладное, старейшины высыпали на балкон и были шокированы тем, что увидели. Перед резиденцией стоял Кьюби собственной персоной, но спустя пару мгновений он уменьшился в размерах и стал человеком, а рядом с ним оказалось несколько людей, в которых тут же узнали семью Четвёртого и Узумаки Кушину. - Ну, что я говорила! – взяла ситуацию в свои руки Чиё. – Она теперь и Кьюби контролирует! Два биджу вместо одного! Старейшины переглянулись и тяжело вздохнули, понимая её правоту. - Похоже, ты их перепугала, - усмехнулся Яшамару, кивая в сторону балкона. Кушина лишь улыбнулась и помахала им рукой. Она была рада, что вернулась домой. - Да ну их, - отмахнулась Кушина. – Пусть привыкают. - Знаешь, такой ты мне нравишься ещё больше, - обнял её он и заглянул в глаза. – Представляю, как ты выглядела в детстве... - Скоро узнаешь, - подмигнула она, слегка покраснев. – Ладно, - повысила она голос, обращаясь к ученикам и выворачиваясь из объятий не верящего своему счастью АНБУ. - Идём, а то не успеем проститься... Она ещё не знала, что спустя пару часов будет назначена новым Казекаге, что скоро будет подтверждён союз с Конохой, что Акацки соберутся вместе и решат начать сбор биджу, опасаясь назревающих перемен. Лжемадара ещё не знал, что в Акацки назревает заговор, благодаря которому план Глаза Луны никогда не будет осуществлён. Сейчас она была просто счастлива, что наконец вернулась домой и что скоро сможет подарить Яшамару частицу самой себя.